НАЧАЛО ХРИСТИАНСТВА НА РУСИ

Актуальные публикации по вопросам развития религий.

NEW РЕЛИГИОВЕДЕНИЕ

Все свежие публикации

Меню для авторов

РЕЛИГИОВЕДЕНИЕ: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему НАЧАЛО ХРИСТИАНСТВА НА РУСИ. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Крутые видео из Беларуси HIT.BY - сенсации KAHANNE.COM Футбольная биржа FUT.BY Инстаграм Беларуси
Система Orphus

262 за 24 часа
Автор(ы): • Публикатор: • Источник:


Отправной точкой веры христиан является признание пришествия Господа Иисуса Христа в мир, Его Крестной смерти и Воскресения реальными и достоверными событиями истории, которые, располагаясь с другими событиями в одном ряду, придавали смысл всему этому ряду. "Рождение Христа, - писал Р. Дж. Коллингвуд, - разделит историю... на две части, каждая из которых отличается неповторимыми особенностями. Первая ее часть будет обращена в будущее, ее смысл - неосознанная, слепая подготовка к событию, которое еще не произошло. Вторая же часть ретроспективна, т. к. откровение Христово уже было дано людям"1 . Итак, для христиан личность Иисуса Христа, реально и властно действующего как Спаситель человеческого рода, является центром истории. Это христоцентрическое восприятие истории открывает возможность согласования смысла истории, взятой как всеохватывающее целое, и смысла человеческого существования и каждой конкретной человеческой судьбы. "Христианская историография, - говорил один из выдающихся русских богословов XX столетия, протоиерей Георгий Флоровский, - будет пытаться раскрыть исторический ход событий в свете своего христианского знания о человеке"2 .

Церкви в христианском осмыслении и переживании истории отводится совершенно особое место. В Церкви происходит встреча человеческой и Божественной, священной истории и осуществляется творческая соинергия человеческого и Божественного начал, которая и является смысловой основой истории.

Церковная история в восприятии своего предмета основывается прежде всего на вере в то, что Церковь есть мистическое тело Христово. Церковная история поэтому отличается от других исторических дисциплин тем, что она является не просто исторической наукой, но есть одновременно и наука богословская. Предмет церковной истории - это Церковь Христова в ее историческом земном бытии, в ее возрастании во времени и пространстве. Истина в церковной истории добывается теми же способами, какими обретается всякая историческая истина.

Церковная история не есть "история христианства" - жанр, в котором особенно усердно подвизаются протестантские ученые, рассматривающие религию как чисто земное явление, ни тем более "история церковной идеологии" и "церковной организации", исследованием которой заняты советские историки. Учение Церкви, ее богослужение, ее


Иеромонах НИКОН (ЛЫСЕНКО) - преподаватель Московской духовной академии.

1 Р. Дж. Коллингвуд. Идея истории. М. 1980, с. 50.

2 Г. Флоровский, протоиерей. Задачи и цели христианского историка. В кн.: Христианство и культура. Загорск. Рукопись, с. 66 - 67.

стр. 36


иерархическое управление представляют для церковного историка предметы преимущественного изучения. Однако, рассматривая проявление в истории действия божественных сил, церковная историография не отказывается от изучения естественных причин и условий, влияющих на события церковной жизни. Главное все же в том, что "история Церкви представляет, с одной стороны, Бога в самом ближайшем отношении к человечеству, с другой стороны - человека в самом высочайшем из его стремлений. Насколько выше в человеке религиозное стремление всякого другого, настолько же превосходит и история его другие"3 .

С изложенных выше позиций по вопросу о характере и особенностях христианской историографии как таковой, и церковной истории в частности, и рассматривается ниже предыстория возникновения Русской Православной Церкви.

Русская церковная история открывается повествованием о том, как за несколько веков до начала своего существования Русская церковь получила апостольское благословение от первозванного Христова ученика, св. Андрея. Это сказание содержится в "Повести временных лет", во вводной ее части, предшествующей погодовым записям, следом за повестью о происхождении славян и их расселении по Восточной Европе. Летописец повествует: "Когда Андрей учил в Синопе и прибыл в Корсунь, он узнал, что недалеко от Корсуни - устье Днепра, и захотел отправиться в Рим и проплыл в устье Днепровское и оттуда отправился вверх по Днепру. И случилось так, что он пришел и стал под горами на берегу. И утром встал и сказал бывшим с ним ученикам: "Видите ли горы эти? На этих горах воссияет благодать Божия, и будет великий город и воздвигнет Бог много церквей". И взошел на горы эти, благословил их, и поставил крест, и помолился Богу, и сошел с горы этой, где впоследствии возник Киев, и отправился по Днепру вверх. И пришел к славянам, где нынче стоит Новгород, и увидел живущих там людей - каков их обычай и как моются и хлещутся, и удивился им. И отправился в страну варягов, и пришел в Рим, и поведал о том, как учил и что видел... Те, кто слышал об этом, удивлялись; Андрей же, побыв в Риме, пришел в Синоп"4 .

О времени составления этого сказания и включении его в летопись среди историков существовали весьма различные мнения. С. Ф. Платонов5 и П. Н. Милюков6 были склонны считать сказание произведением конца XV столетия, выражающим новую тенденцию русского национально-религиозного самосознания, когда проявилось стремление считать русское православие первенствующим по отношению к греческому. Другие авторы полагали, что "легенда об апостоле Андрее" попала в летопись сравнительно поздно, в конце XII или начале XIII в., основываясь на том в особенности, что ее нет в Новгородской первой летописи. Однако это доказательство не слишком убедительно, так как новгородский летописец мог не включить сказание именно по той понятной причине, что новгородцы оказываются выставленными в нем в смешном виде. А. В. Карташев указывает, что, исключая Новгородскую, оно вошло во все списки "Повести временных лет", а это значит, что оно сделалось частью летописного повествования ранее того момента, когда летопись Киевская как общерусская сменилась частными летописаниями различных концов русской земли"7 .


3 Лебедев А. П. Церковная историография в главных ее представителях с IV- го века до XХ-го. СПб. 1903, с. 594 - 595.

4 Повесть временных лет. Ч. 1. М. - Л. 1950, с. 207 - 208.

5 Платонов С. Ф. Лекции по русской истории. Пг. 1915, с. 171 -172.

6 Милюков П. Н. Очерки по истории русской культуры, Ч. II. СПб. 1902, с. 23 - 24.

7 Карташев А. В. Очерки по истории Русской церкви. Т. 1. Париж. 1959, с. 48.

стр. 37


Некоторые современные исследователи склонны видеть в летописном сказании об апостоле Андрее "фальсификацию", на создание которой "подтолкнули" летописца определенные политические события8 , или как легенду, "сконструированную очень направленно" для "идейного укрепления" Русской церкви9 . Для обоснования этого мнения используется довольно любопытная аргументация: "Христианское вероучение в I в. н. э. представляло собой, по словам Ф. Энгельса, религию "рабов и вольноотпущенников, бедняков и бесправных, покоренных и рассеянных Римом народов". Однако в I в. н. э. славяне, или, вернее протославяне, жили первобытнообщинным демократическим строем, для которого не были характерны ни нищета, ни бесправие. Не были они тогда и покоренным или рассеянным Римом народом. Поэтому, даже если каким-либо проповедникам и вздумалось проповедовать у них христианство, эта проповедь не имела бы никакого успеха. Христианство еще не было освобождено от националистических пережитков, а потому и проповедь его среди неиудеев вряд ли вообще тогда получила широкое распространение... [Апостолы] вряд ли могли проповедовать учение Христа у язычников-протославян, живших в то время родовыми общинами и племенными союзами в "народоправстве" и не имевших никакой нужды в христианской религии"10 .

Утверждения эти опровергает практика миссионерской деятельности Церкви Христовой на всем протяжении ее истории. Как в апостольский век, так и во все последующие эпохи церковной истории, в том числе и русской, известны многочисленные примеры обращения в христианство язычников, живших родовым строем. Что касается утверждения о "националистических пережитках", якобы присущих христианству в I в. и препятствовавших проповеди его среди неиудеев, то достаточно вспомнить Апостольский Собор 51 г. в Иерусалиме, на котором св. апостол Петр "сказал: мужи и братья! вы знаете, что Бог от дней первых избрал из вас меня, чтобы из уст моих язычники услышали слово Евангелия и уверовали. И сердцеведец Бог дал им свидетельство, даровав им Духа Святого, как и нам; и не положил никакого различия между нами и ими, верою очистив сердца их" (Деян. 15, 7 - 9)11 .

Пытаясь представить доказательство того, что повесть есть сознательная выдумка летописца, исследователь вольно или невольно подменяет фабулу самого сказания. Вcпомним, что "Повесть временных лет" не называет св. Андрея основателем Христовой церкви на Руси, не упоминает даже о том, что он проповедовал здесь. Высокий смысл сказания в передаче свидетельства о пророческом благословении апостолом Киевской земли и утверждении на месте грядущего Крещения Руси св. Креста - символа спасения человечества во Христе. Слова летописца "яко же реша" ("как говорят"), которыми он предваряет повесть, особенно значимы. Этими словами летописец12 , "честный Нестор", как справедливо назвал его в свое время автор первого в русской науке исследования о "Повести временных лет" А. Щлецер, явно дает понять, что сказание о хождении св. Андрея на Русь отнюдь не выдумано им.

Анализ сказаний о проповеди апостола Андрея в Греции, на Черноморском побережье Малой Азии и Кавказа, в землях Северного При -


8 Рапов О. М. Русская церковь в IX - первой трети XII в. Принятие христианства. М. 1988.

9 Прошин Г. Второе крещение. В кн.: Как была крещена Русь. М. 1988, с. 56.

10 Рапов О. М. Ук. соч., с. 63, 66.

11 Здесь и далее ссылки на книги Нового завета даются в тексте статьи.

12 Существует точка зрения, согласно которой преподобный Нестор не мог быть автором летописного сказания о св. Андрее потому, что в принадлежащем его перу "Житии св. Бориса и Глеба" говорится, что русские не знали апостольской проповеди. Сторонники этой гипотезы не обратили внимания на то, что в сказании "Повести временных лет" о св. Андрее о проповеди тоже ничего не говорится.

стр. 38


черноморья и Приазовья, известных по византийским и грузинским памятникам, показывает, что древнейшие их редакции могут быть датированы II в.13 , что, естественно, позволяет предполагать высокую степень их исторической достоверности. К числу этих источников, вероятно, можно отнести и греческую рукопись из собрания одной из оксфордских библиотек, в которой упоминается путешествие св. Андрея в страну антропофагов, традиционно локализуемую античными географами к северу от Тавра (то есть Крыма)14 . Важны также свидетельства церковных писателей III - V вв. о разделении апостолами между собою уделов, где надлежало им проповедовать. Древнейшее из них содержится в сочинении св. Ипполита Римского (III в.), где говорится, что св. Андрей проповедовал Евангелие скифам и фракийцам. Аналогичные сведения приводят со ссылкой на Оригена отец церковной истории Евсевий (IV в.), св. Дорофей Тирский (IV в.), Епифаний Кипрский (403 г.) и другие15 . В VIII - IX вв. в Византии создаются историко-агиографические сочинения, обобщающие материал обширной "святоандреевской" традиции. Один из сочинителей жития св. апостола Андрея, уже упоминавшийся Епифаний, даже предпринял путешествие по прибрежным странам Евксинопонта, чтобы собрать все известные здесь предания о св. Андрее16 .

Вполне понятно, что сказание о миссионерском путешествии св. Андрея по Греции и Причерноморью, об основании им епископской кафедры Византия и благословении Киевских гор в свое время и византийцами, и русскими использовалось как важный аргумент для доказательства апостольского достоинства своих национальных церквей. Однако утверждать только поэтому, что данные легенды были специально сфабрикованы для указанных целей греками в IX в., а русскими в XI - XII вв., - значит поступать не только некорректно, но прежде всего недобросовестно в научном отношении. Несомненной натяжкой является, в частности, своеобразно аргументированное утверждение, что сказание о путешествии св. Андрея вверх по Днепру "должно было появиться" в качестве контраргумента византийскому "давлению по церковной линии" в связи с русско-византийским конфликтом 1116 года17 . Карташев вполне резонно указывал, что "Византии самой нужна была легенда об апостоле Андрее в таком ее развитии. Нужно было, во- первых, оградить свою независимость от римских притязаний и доказать свою равноистинность Риму; во-вторых, обеспечить себе самой господство над всеми, по возможности, церквами Востока"18 .

Византийцы видели в апостольском благословении св. Андреем Греции и Руси божественное указание на общность их исторических судеб и необходимость союза, мира и дружбы между ними. Об этом говорит письмо Михаила VII Дуки великому князю Всеволоду Ярославичу, датируемое 1072 - 1073 годами. Император напоминает киевскому князю: "Научают меня священные книги и достоверные истории, что наши государства оба имеют один некий источник и корень, и что одно и то же спасительное слово было распространено в обоих, что одни и те же самовидцы божественного таинства и вещатели провозгласили


13 Петровский С. Сказания об апостольской проповеди по северо-восточному черноморскому побережью. Одесса. 1898.

14 Вопросу об антропофагах и других народах Севера, упоминаемых античными писателями, и возможностях отождествления их с протославянами, посвящена обширная литература. В наиболее детальном виде его рассматривает Б. А. Рыбаков в книге "Геродотова Скифия" (М. 1979).

15 См. Макарий (Булгаков), митрополит. История христианства на Руси до равноапостольного князя Владимира. СПб. 1868, с. 9 - 15.

16 Карташев А. В. Ук. соч., с. 43.

17 Рапов О. М. Ук. соч., с. 64.

18 Карташев А. В. Ук. соч., с. 44 - 45,

стр. 39


в них слово Евангелия" 19 . Судя по тому, что император не считает необходимым называть имена самовидцев и возвестителей Божественной Истины, "одних и тех же" для Греции и Руси, можно предположить, что эта общность была для русских отнюдь не новостью.

Сказание о хождении св. Андрея по Днепру было, очевидно, известно на Руси гораздо ранее 1072 года20 . Нет убедительных оснований полагать, что значение, которое в конце XI в. придается русским церковным сознанием апостольскому благословению Руси, связано исключительно с развитием дружественных отношений с Византией и перспективой заключения династического брака между братом византийского императора и дочерью киевского князя. Михаил VII Дука вскоре лишился власти. Несмотря на это, в 1086 г. Всеволод Ярославич закладывает церковь во имя св. апостола Андрея. При этой церкви возникает вскоре Свято-Андреевский монастырь, где принимает постриг и становится игуменьей дочь Всеволода, Анна (Янка). В 1089 г. Ефрем, епископ Переяславский, освятил выстроенный им в Переяславле каменный храм во имя св. апостола Андрея. Все это говорит о том, что к концу XI столетия память об особом покровительстве св. Андрея Руси была уже глубоко укоренена в представлениях русского христианского общества.

Еще менее оснований считать, что "андреевская легенда" представляла какой-то вызов русских Византии, была, как считают некоторые современные авторы, "направлена против греческой церкви и идейно укрепляла Русскую церковь". Как справедливо отметил М. Д. Приселков, "трудность возникновения" такой легенды состоит в невозможности без уязвления национального достоинства говорить о водворении христианства в Киеве или на Руси апостолом, т. к. это вело бы к мысли, что мы не сумели, восприняв свет Христов от апостола, удержаться в верности слову апостола, вынужденные потом вновь искать восприятия Христова учения"21 . "Всякий, возвышающий сам себя, унижен будет" (Лк. 14, 11) - нет причин думать, что эта истина была чужда пониманию летописца. Дух превозношения совершенно чужд сказанию об апостоле Андрее, впрочем, как и всему летописному повествованию преп. Нестора. И уже совершенно неуместным для "легенды", предназначенной к использованию в качестве аргумента в сфере внешнеполитических и межцерковных отношений, представляется включение в нее шутливого описания новгородских бань.

Первое знакомство, о котором есть достоверные известия, населения Киевской Руси22 с христианством произошло приблизительно через восемь веков после миссионерского путешествия св. Андрея. Как и его хождение, событию этому в "Повести временных лет" посвящена запись весьма знаменательная: "В год 6360, индикта 15, когда начал царствовать [в Константинополе] Михаил, стала прозываться Русская земля. Узнали мы об этом потому, что при этом царе приходила Русь на Царьград, как, пишется в летописании греческом"23 . Первое упоминание о Руси в византийском летописании было, следовательно, связано с набегом русов (росов) на Константинополь в царствование Михаила III.


19 Цит. по: Васильевский В. Г. Два письма византийского императора Михаила VII Дуки к Всеволоду Ярославичу. - Труды. Т. 2. СПб. 1909.

20 Погодин А. Л. Повесть о хождении ап. Андрея в Руси. В кн.: Byzantino- Slavica. T. VII. Прага. 1937 - 1938.

21 Приселков М. Д. Очерки по церковно-политической истории Киевской Руси X-XII вв. СПб. 1913, с. 161.

22 Утверждать, что население Приднестровья I в., с которым мог войти в соприкосновение св. Андрей, было славянским, тем более русским, как это делают некоторые авторы, мы находим излишне смелым.

23 Повесть временных лет. Ч. 1, с. 213 - 214.

стр. 40


О самом походе, создавшем Руси историческое имя, летописец повествует: "В год 6374. Отправились Аскольд и Дир войной на греков и пришли туда в 14 год царствования Михаила. Царь же был в это время в походе на агарян и дошел уже до Черной реки, когда епарх прислал ему весть, что Русь идет походом на Царьград. И возвратился царь. Эти же вошли внутрь Суда, совершили много убийств христианам и осадили Царьград двумястами кораблей. Царь же с трудом вошел в город и с патриархом Фотием всю ночь молился в церкви Святой Богородицы во Влахерне. И вынесли они с песнями божественную ризу Святой Богородицы, и смочили в море ее полу. Была в то время тишина, и море было спокойно, но тут внезапно поднялась буря с ветром, и великие волны разметали корабли язычников русских, и прибило их к берегу и переломало так, что немногим из них удалось избегнуть этой беды и вернуться домой"24 .

Перевод приведенных летописцем дат от Сотворения мира на счисление от Рождества Христова затрудняется тем, что он использовал источники с датировками от Сотворения мира как по александрийскому, так и по иерусалимскому счислению, не приводя их между собою в соответствие. Первая дата (6360) может соответствовать 852 и 860 гг., но, как уже справедливо заметил Б. А. Рыбаков, ни один из этих годов не совпадает с началом царствования императора Михаила III (842 - 867). Вторая дата - 860 г. точно соответствует времени похода русов на Константинополь, рассказ о котором содержится в ряде источников25 . К числу их принадлежит и Хроника Георгия Амартола, из которой летописец и взял описание похода, помещенное там под 6374 (то есть 866 или 874) годом26 . Таким образом, точкой отсчета для русской летописи был избран год, когда языческая Русь "стала прозываться", сделалась известной в христианском мире благодаря чуду неведомого ей Бога, чью "силу, в немощи совершаемую", она испытала тогда на себе.

Когда на рейде Константинополя внезапно появились корабли "свирепого варварского народа рос", положение столицы империи было отчаянным. "Тогда мы, оставшись без всякой защиты и не имея от людей помощи, - повествует Фотий, - воодушевляясь надеждами на Матерь Слова и Бога нашего... Ея ризу носили все до одного со мною для отражения осаждающих и защиты осажденных, усердно совершали прилежное моление и литии... Носилась она вокруг этих стен и неприятели, непостижимо как, обращали свой тыл. Покрывала она город: и насыпь их обвалилась. Ибо, как только девственная риза эта обнесена была по одной стене, варвары сняли осаду города, и мы, избавившись от ожидаемого плена, сподобились неожиданного спасения"27 .

Рассказ о нападении "свирепого народа рос" на "царствующий град" и чуде ризы Богоматери содержится в ряде византийских источников. Это прежде всего цитированные выше гомилии "На нашествие росов" св. Фотия, патриарха Константинопольского, произнесенные - первая во время осады города, вторая - сразу после ее снятия, и его же энциклика 867 года. Византийские хроники X - XII вв., свидетельствующие о походе росов 860 г., могут быть разделены на две группы. К первой относятся хроники продолжателей Феофана - Скилицы, Кедрина, Зонары; ко второй - Симеона Логофета, Георгия Амартола, Феодосия Милетинского, Льва Грамматика. Наиболее надежные, по мнению исследо -


24 Там же, с. 217.

25 Рыбаков Б. А. Предпосылки образования древнерусского государства. В кн.: Очерки истории СССР, III - IX вв. М. 1958, с. 304.

26 Рыбаков, однако, считает, что речь идет о двух разных походах - 860 и 866 гг., о чем подробнее см. ниже.

27 Порфирий (Успенский), епископ. Четыре беседы Фотия, святого архиепископа Константинопольского и рассуждения о них. СПб. 1864, с. 23 - 25.

стр. 41


вателей, хотя и довольно краткие сведения содержатся в творениях св. Фотия и хрониках, составляющих первую группу. Все они повествуют о чуде, бывшем при погружении ризы Богоматери в воды моря. О том же свидетельствует и анонимная византийская хроника, опубликованная в конце XIX в. Ф. Кюмоном, в которой указывается точная дата нападения росов на Константинополь - 18 июня 860 года.

Продолжатели Феофана и Кедрин сообщают: "Испытавши таким образом гнев Божий, по молитвам управлявшего в то время церковью Фотия, росы возвратились в отечество, и спустя немного времени прислали послов в Константинополь просить крещения. Их желание было исполнено: к ним послан был епископ"28 . Св. Фотий в своем окружном послании 867 г. возвестил о крещении росов всему христианскому миру. Вслед за описанием крещения Болгарии (865 г.) патриарх сообщает: "И не только этот народ [болгары] променяли прежнее нечестие на веру во Христа, но даже многими многократно прославленные и в жестокости и в скверноубийстве всех оставляющие за собой, так называемые росы, которые... возомнив о себе высоко, подняли руку против Ромейской державы. В настоящее время даже и они променяли языческое нечестивое учение, которое содержали прежде, на чистую и неподдельную христианскую веру, с любовью поставив себя в чине подданных и друзей наших, вместо ограбления нас и великой против нас дерзости, которую имели незадолго перед тем. И до такой степени разгорелись в них желание и ревность веры, что приняли епископа и пастыря и лобызают святыни христиан с великим усердием и ревностью"29 .

История крещения росов довольно подробно описывается в хрониках, в сочинении императора Константина VII Порфирогенита (919- 959 гг.), посвященном жизнеописанию его деда, императора Василия I Македонянина, в хрониках Кедрина (XI в.), Зонары (XII в.) и, наконец, Михаила Глики ( в.). Император Константин писал: "И народ росов, воинственный и безбожный, посредством щедрых раздач золота, серебра и шелковых одежд, он [Василий I] привлек к переговорам и, заключив с ними мирный договор, убедил сделаться участниками спасительного крещения и расположил принять архиепископа, получившего рукоположение от патриарха Игнатия. Он [архиепископ], прибыв в страну названного народа, был принят им благосклонно". Далее приводится описание чуда, совершившегося по молитве архиепископа, под его воздействием варвары "без колебаний начали креститься"30 .

Данное свидетельство, по-видимому, противоречит известиям источников о крещении росов при императоре Михаиле III и патриархе Фотии. Это позволило некоторым исследователям построить гипотезу о нескольких крещениях росов, бывших между 860 и 877 годами31 . Основой для этого служит ссылка на четыре записи о походе Руси на Царьград, имеющиеся в Никоновской летописи32 , а также соответствующие записи в "Степенной книге", в Хронографе западнорусской редакции 1512 г., в Густинской летописи и Мазуринском летописце. Рапов справедливо отметил, что "на эти летописные повести опереться нельзя", так как "они представляют собою довольно поздние подделки, в которых материал скомпилирован людьми, плохо представлявшими полный ход событий", причем налицо и явная тенденциозность компиляторов. Впрочем, это не помешало данному автору утверждать, будто Рыбакову удалось неопровержимо доказать, что в 60 - 70-е годы IX в.


28 Цит. по: Макарий (Булгаков). Ук. соч., с. 212.

29 Платонов Н. В. Патриарх Фотий. М. 1891, с. 143 - 144.

30 Цит. по: Россейкин Ф. М. Первое правление Фотия. Сергиев Посад. 1915, с. 280 - 281.

31 Рапов О. М. Ук. соч., с. 100 - 101.

32 ПСРЛ. Т. 9, с. 7, 8, 13.

стр. 42


русы предприняли, по крайней мере, три крупных похода на Византию: в 860, 866 и 874 годах33 .

Между тем "неопровержимое доказательство" Рыбакова34 основано именно на интерпретации четырех недатированных записей Никоновской летописи о походе Аскольда и Дира на Константинополь как свидетельства о имевших место трех походах в разные годы. Считая третью запись свидетельством о втором походе, который имел якобы место в 866 г., Рыбаков, чтобы объяснить присутствие в повествовании о разных походах рассказа об одном и том же чуде ризы Богоматери, допускает, что "эпизод с бурей, неправильно включенный в описание похода 860 г., механически повторен и при описании похода 866 г. Поход этот был неудачен для Руси и, может быть, поэтому к нему и приурочили старую легенду о ризе Богородицы, вызвавшей бурю"35.

Рапов, следуя версии о трех походах, идет еще дальше. Он пишет: "В период осады Царьграда русами в 860 г., патриарх Фотий вместе с другими церковниками и горожанами Носил ризу вокруг городской стены, надеясь, что она воспрепятствует нападению русов на город. Тогда русы сняли осаду столицы и удалились от города, хотя, по словам Фотия, "от воли неприятелей зависело - пострадать ему или не пострадать". И далее Рапов пишет: "Возвышается человеколюбие неприятелей, так как город не взят по их милости". В 866 г. ситуация в какой-то мере повторилась. Русы опять осадили Константинополь. И снова Михаил III и патриарх Фотий провели всю ночь в молитвах в церкви Богородицы во Влахернах... Наутро риза вновь была извлечена из хранилища и конец ее был обмочен в море. И вдруг после этого произошло "чудо"... Заметим, что в период осады Царьграда русами в 860 г. ризу в море не опускали"36 .

Такое истолкование данных источников нельзя не признать весьма далеким от научной добросовестности. Прежде всего цитата из второй гомилии св. Фотия "На нашествие росов", которой подкрепляется утверждение о благополучном для росов исходе похода 860 г. и снятии ими осады по своей доброй воле, сознательно вырвана из контекста. В нем же эти слова св. Фотия звучали так: "Когда легко было взять его [Константинополь], а жителям невозможно защищать, то очевидно, от воли неприятелей зависело - пострадать ему или не пострадать... и сохранение его зависело от их великодушия". Когда же "Пречистая риза... Матери Божией кругом обтекала стены, - неприятели необъяснимым образом показали тыл; она ограждала город, и насыпь неприятелей разрушилась, как по данному знаку; приосеняла она осажденных и осада неприятелей не удалась, сверх чаяний, которыми они окрылялись"37 . В беседе св. Фотия действительно нет упоминания о том, чтобы риза Богоматери была опускаема в Море, но зато об этом факте прямо свидетельствуют источники, недвусмысленно датирующие поход росов и чудо Божьей Матери 860 г., - хроника продолжателей Феофана, анонимная хроника, изданная Кюмоном, и ряд других.

Что же касается похода 866 г., то о нем нет упоминания ни в одном из византийских источников. Запись о походе 866 г. мы встречаем только в "Повести временных лет", Притом с уточнением: "в 14-е лето Михаила цесаря". Что касается этого "уточнения", то ошибочность его очевидна, так как 866 г. не являлся 14-м годом царствования Михаи -


33 Рапов О. М. Ук. соч., с. 82, 94.

34 Оно содержится, кстати, не в монографии "Киевская Русь и древнерусские княжества", на которую почему-то делает ссылку Рапов, а в гораздо более ранней работе академика - "Предпосылки образования древнерусского государства".

35 Рыбаков Б. А. Ук. соч., с. 808.

36 Рапов О. А Ук. соч., с. 84 - 85.

37 Порфирий (Успенский). Ук. соч., с. 21 - 24; Ловьягин Е. Две беседы Святейшего Патриарха Константинопольского Фотия по случаю нашествия росов на Константинополь. - Христианское чтение, 1882, N9 - 10, с. 433 - 436.

стр. 43


ла III, если считать его начало как с 842 г., когда он был соправителем своей матери Феодоры, так и с 857 г., когда он стал царствовать единолично. Эта явная ошибка дает повод усомниться и в первой датировке, которая не имеет аналогий ни в одном источнике, кроме поздних русских летописей, воспроизводящих тот же рассказ "Повести временных лет". Совершенно очевидным представляется, что эта запись, а также первая и третья записи в Никоновской летописи (проанализировав которые Рыбаков и Рапов делают весьма спорный вывод о двух походах Руси на Царьград - в 860 и 866 гг.) в действительности являются описанием одного и того же похода 860 г., взятым из разных источников и помещенным в разных местах текста. К тому же буквальное повторение в связи с чудом ризы Богоматери одними и теми же лицами одних и тех же подробностей ("снова провели всю ночь в молитвах в церкви Богородицы во Влахернах"), действий с одним и тем же результатом, который якобы "был запланирован церковниками заранее"38 , может происходить лишь в воображении исследователя, воспитанного в духе воинствующего атеизма, но не в действительности.

Мнения о том, что в 60-е годы IX в. имел место только один поход росов на Константинополь, во время которого и произошло чудо Божьей Матери, побудившее воинственных варваров отринуть свою языческую веру и просить крещения, придерживались многие исследователи39 . Единственным затруднением являются противоречивые свидетельства хронографов и окружного послания патриарха Фотия, указывающие, что росы были крещены до 867 г., и данные Константина Порфирогенита и некоторых других источников, относящие их крещение к царствованию Василия I Македонянина и понтификату патриарха Игнатия, на основании чего сторонники гипотезы о трех походах относят крещение к 874 г. или даже к более позднему времени и ставят в связь с третьим походом Руси на Константинополь, сведения о котором опираются исключительно на произвольно истолкованные данные Никоновской летописи и других поздних и не очень надежных источников40 .

Митрополит Макарий (Булгаков) разрешает это противоречие путем предположения, что крещение росов произошло во время, когда Василий Македонянин был провозглашен императором - соправителем Михаила III, то есть между 26 мая 866 г. и 23 сентября 867 г., поэтому могло быть отнесено уже к началу царствования Василия I. Что же касается связи этого события с патриаршеством Игнатия, то митрополит Макарий предполагает, что "узнавши (из рассказов о временах своего деда), что обращение руссов последовало в самом начале воцарения Василия... Багрянородный очень естественно мог опустить из внимания небольшой промежуток времени, и приписать патриарху Васильева царствования то, что принадлежало патриарху царствования Михайлова. Эта ошибка Багрянородного представляется нам несомненно, когда возьмем во внимание следующее обстоятельство. Все четыре последующие летописца, Кедрин, Скилица, Зонара и Глика, которые только описывают, как совершилось обращение руссов, заимствуют это сказание почти слово в слово у Константина Багрянородного. Подобно ему они относят крещение руссов к царствованию Василия, упоминают о посланном им епископе, о чуде, совершенном епископом для убеждения язычников. И между тем никто из этих четырех писателей не пов -


38 Рапов О. М. Ук. соч., с. 85.

39 См. Макарий (Булгаков). Ук. соч., с. 225; Голубинский Е. Е. История Русской церкви. Т. 1, ч. 1. М. 1901, с. 39 - 40; Россейкин Ф. М. Ук. соч., с. 279 - 283; Пархоменко В. Начало христианства на Руси. Полтава. 1913. с. 63; Карташев А. В. Ук. соч., с. 70 - 75; Левченко М. В. Очерки по истории русско-византийских отношений. М. 1956, с. 77 - 83; Сахаров А. Н. Дипломатия Древней Руси. М. 1980, с. 48 - 52; Лебедев Л., протоиерей. Крещение Руси. М. 1987, с. 64 - 67.

40 Рыбаков Б. А. Ук. соч., с. 830; Рапов О. М. Ук. соч., с. 100 - 101.

стр. 44


торяет, чтобы епископ послан был в Россию от Игнатия... без сомнения от того, что имели достаточное основание не согласиться; они, вероятно, знали истину из другого источника"41 .

Е. Е. Голубинский со свойственной ему резкостью суждения считал, что Константин Багрянородный просто приписал в качестве заслуги своему деду деяние Михаила III42 . К этому можно добавить, что из самого текста сочинения Константина Порфирогенита не следует, что архиепископ, получивший рукоположение от патриарха Игнатия, принять которого "расположил" росов Василий, был первым посланным к ним епископом. Очень возможно, что именно особое выделение автором факта, что этот архиепископ был игнатианской хиротонии, есть косвенное свидетельство того, что его предшественником у росов был епископ, рукоположенный для поставлення на вновь открываемую кафедру патриархом Фотием. Возможно, смена епископов сопутствовала низложению с патриаршьей кафедры Фотия и замещению ее Игнатием.

История "Фотиева крещения" Руси является предметом острой полемики в литературе начиная с 70-х годов XIX в. и вплоть до наших дней. Почти все церковные историки, обращавшиеся к этой проблеме, видели в "Фотиевом крещении" важное для истории распространения христианства на Руси событие, не имеющее, однако, столь существенного значения, чтобы можно было говорить о его месте в истории Вселенской Церкви. Что касается светских авторов, в особенности современных, то в их освещении события, связанные с "Фотиевым крещением", приобрели особый оттенок. Довольно определенно прослеживается стремление доказать, что главным в русско-византийских отношениях IX в. были триумфальные грабительские походы русов, а знакомство русских с христианством не имело ни значения, ни последствий.

Понятно, что такие оценки весьма далеки от понимания церковно-исторического значения "Фотиева крещения" во всей его полноте. Принятие христианства "народом рос" (некоторые авторы считали его не имеющим вовсе никакого отношения к населению Киевской Руси) рассматривалось как изолированное, достаточно случайное событие, не имеющее прямой связи с теми грандиозными переменами, которые происходили в то время в истории Вселенской Церкви, жизни всего христианского мира. А между тем уже в самом наименовании "Фотиево крещение" содержится указание: оно не произвольное обозначение. Выдающийся русский богослов и церковный историк протоиерей А. В. Горский писал: "Время образования Церкви Русской и обстоятельства происхождения ее указывают на высокое назначение, которое предназначено ей в истории Церкви Вселенской. Тот же Патриарх, при котором положено начало перевода на славянский язык Священного Писания и при котором последовало первое отделение Церкви Римской от Православной Восточной - тот же Патриарх дает первых просветителей первым князьям русским, изъявившим желание принять святое крещение"43 .

Для Вселенской Церкви VIII - IX века были временем тяжких испытаний. Никогда, ни прежде, ни впоследствии, мусульманская экспансия не представляла столь серьезной угрозы самому существованию Христианского мира, как в тот период. Наиболее разрушительный удар завоевателей испытал на себе Православный Восток. Именно в это тяжелое время в церковной среде народились и подготовились люди с обостренным духовным зрением и широким кругозором. Влияние их придало истории не только Византии, но и обширного региона окружающих ее народов новое направление. Они сумели понять, что Православный


41 Макарий (Булгаков). Ук. соч., с. 227 - 228.

42 Голубинский Е. Е. Ук. соч., с. 51 - 52.

43 Горский А. В. История Церкви Русской. - Журнал Московской патриархии, 1976, N1, с. 62.

стр. 45


Восток может выдержать неравную борьбу с мусульманским миром только в том случае, если сумеет привлечь к себе пробуждающееся к исторической жизни славянство, если Константинополь станет центром новой общности народов, объединенных православной верой и высокодуховной византийской культурой.

Как писал А. С. Хомяков: "Славяне... сами, вероятно, побуждаемые глубоким и внутренним сознанием ничтожности своих верований, просили обращения, просили истины высшей и отвечающей на все вопросы их души... Народ, обращенный таким путем, или по крайней мере понявший таким образом свое обращение, был очевидно готов к христианству и способен к быстрому развитию своего нравственного существа: он был способен к дружескому и братскому союзу с единоверцами"44 . Но для того, чтобы не загубить возрастающие на этой благодатной почве добрые семена, византийцам необходимо было пережить внутреннюю перемену, отказаться от постоянно дающей себя знать привычки гордо глядеть на "варварский" мир, не признавая в нем прав на равенство с собой. Нужно было обновить духовные чувства, оживить христианское самосознание общества.

Выразителем этого "христианского возрождения"45 стал св. Фотий - человек, в котором истинная святость жизни соединялась с огромной одаренностью и прекрасными организаторскими способностями. Главную цель своей многосторонней и необычайно плодотворной деятельности он видел в том, чтобы возвысить церковное самосознание Православного Востока, укрепить его авторитет, сильно пошатнувшийся в эпоху иконоборческой смуты, сделав торжество Православия воистину вселенским. Особое значение он придавал делу православной духовной миссии среди язычников и среди христианских народов, отпавших от вселенского единства.

В первый период патриаршества Фотия совершилось крещение Дунайской Болгарии, возвратилась в лоно Православия значительная часть армян, началась великая миссия св. Константина-Кирилла и Мефодия. Солунские братья были ближайшими учениками и приверженцами патриарха. Нет сомнения, что их связывали со св. Фотием искренняя дружба и братское общение. Все трое были миссионеры по призванию, апостолы, люди живого, деятельного чувства, обращенного не только на самих себя и своих подопечных, но и на весь мир46 .

Отношение Восточной церкви к вопросу о переводе Св. Писания на язык народа, к которому была обращена проповедь, сделало в глазах славян очевидным нравственное превосходство греческого православия над латинством, что во многом определило для них выбор между Западом и Востоком. Восприятие Св. Писания и Божественной литургии на родном языке с самого момента приобщения к Церкви имело для славян неоценимое историческое значение. Воцерковленный славянский язык освящал всю культуру. Православная церковность в течение многих веков остается основой всего строя народной жизни южных и восточных славян.

Славянские жития св. Кирилла и св. Мефодия, открытые в середине XIX в. Горским, в основу которых, по мнению исследователей, легли отчеты св. братьев о своей миссионерской деятельности и другие их сочинения, содержат, между прочим, довольно подробные сведения, о "хазарской миссии" Кирилла и Мефодия. Есть упоминание о путешествии св. братьев в Хазарию и в других источниках. Время начала


44 Хомяков А. С. Записки о всемирной истории. Ч. 1. М. 1900, с. 117 - 119.

45 Иеромонах Иоанн (Экономцев) обозначает это движение и связанную с ним эпоху весьма удачным термином "Фотиевский ренессанс" (Экономцев И., протоиерей. Православие, Византия, Россия. Париж. 1989, с. 235).

46 Будилович А. Несколько мыслей о греко-славянском характере деятельности святых Кирилла и Мефодия. Варшава. 1885, с. 35.

стр. 46


хазарской миссии с достаточной определенностью датируется 860 годом. Согласно сочинению Гаудериха, епископа Веллетрийского, современника и друга Кирилла и Мефодия, получившему в литературе наименование "Итальянская легенда", говорится, что 30 декабря 860 г. братья находились уже в Херсонесе47 .

Согласно житию св. Кирилла хазарская миссия началась при следующих обстоятельствах: к императору Михаилу III прибыли послы от хазар, которые изложили просьбу их правителя - кагана, прислать в Хазарию миссионера, который бы мог помочь решить происходивший там спор о выборе веры. "От начала знаем лишь единого Бога... - говорили согласно житию св. Кирилла эти послы. - Евреи же побуждают нас принять их веру и обычаи, а с другой стороны сарацины, предлагая мир и дары многие, принуждают нас принять свою веру, говоря: "Наша вера - лучшая среди всех народов". Из-за этого посылаем к вам... ибо вы - народ великий, от Бога царство держите. Вашего совета спрашиваем и просим от вас мужа книжного. Если переспорит евреев и сарацин, то примем вашу веру"48 . Император, посоветовавшись с патриархом, избрал для посылки в Хазарию Константина Философа и брата его Мефодия. Во главе духовной миссии св. братья сначала прибывают в Херсонес, столицу фемы - самой отдаленной из византийских провинций, - где проводят довольно много времени, занимаясь, судя по некоторым деталям, сообщаемым "Житием", подготовкой к миссионерским трудам. Св. Кирилл изучает еврейский и самарянский языки и знакомится с книгами, написанными на этих языках.

Прибыв ко двору кагана, св. Кирилл участвовал в продолжительном богословском диспуте с иудейскими и магометанскими книжниками, в ходе которого "ниспроверг наземь всю гордыню" своих противников. Согласно "Житию", каган, убедившись, что христианская вера - единственная истинная, сказал: "Не враги мы себе, и так повелеваем, что с этого дня понемногу, кто может, пусть крестится по воле, если пожелает... Двести человек из них тогда же приняли святое крещение. Написал уже к цесарю каган такое письмо: "Послал к нам, владыка, такого мужа, что показал нам христианскую веру... словом и делами. И познали, что эта вера истинная, и повелели, чтобы тот, кто хочет, крестился, надеясь, что и мы к тому придем. Все мы друзья и приятели твоего царства и готовы [идти] на службу твою, куда захочешь49 . Прощаясь с Кириллом, каган хотел вручить ему богатые дары, но философ отказался принять их со словами: "Дай мне сколько имеешь здесь пленников. Это мне больше всех даров". Каган охотно отпустил вместе с Кириллом на родину 200 пленников- христиан.

Повествование жития св. Кирилла уже в 80-е годы XIX в. привлекло к себе внимание ряда исследователей, увидевших в нем важный источник. Прежде всего было замечено, что год прибытия в Константинополь посольства хазар, просящих прислать в их страну проповедника, совпадает с годом набега росов на греческую столицу, вскоре после которого они прислали посольство с просьбой об их крещении. В. И. Ламанскйй в 1903 г. выдвинул предположение, что речь в "Житии" св. Кирилла идет именно об этом посольстве росов, из-за ошибки позднего редактора жития переименованных в хазар50 . Карташев обратил внимание на ряд несоответствий в сведениях о хазарах, которые встречаются в "Житии", и данными о них, основанными на источниках, не вызывающих сомнений в своей надежности. Так, упоминание хазар -


47 Сказание о начале славянской письменности. В кн.: Памятники средневековой истории народов Восточной Европы. М. 1981, с. 118.

48 Там же, с. 77.

49 Там же, с. 85, 114.

50 Ламанский В. И. Славянское житие Св. Кирилла, как религиозно-эпическое произведение и как исторический источник. Пг. 1915, с. 38 сл.

стр. 47


скими послами о сарацинах, предлагающих мир и многие дары и принуждающих принять их веру, явно не вяжется с характером тогдашних арабско-хазарских отношений. Арабам, в то время не воевавшим с хазарами, не было повода говорить о "мире". И хазар неуместно было бы подкупать "дарами многими"51 .

Сам вопрос о выборе веры, с которым якобы было связано посольство хазар, для каганата как великой державы в 60-е годы IX в. был уже давно решен. Еще в конце VIII в. правивший Хазарией от имени кагана бек Булан начал насаждать в Хазарии иудаизм, а около 809 г. другой бек, Обадия, завершил религиозную реформу, сделав иудаизм государственной религией каганата. Перемена веры, которая, согласно "Житию", произошла в Хазарии в результате миссии св. Кирилла, не могла, конечно, остаться никем не замеченной, однако никаких сведений о ней ни в одном источнике, кроме "Жития", нет. Столь же невероятным оказывается обращение кагана, главы великой державы, бывшего прежде равноправным союзником византийских императоров, в покорного слугу, готового по первому требованию идти "на службу" куда прикажут. Также мало правдоподобно наличие у хазар, никогда не воевавших против Византии, 200 пленных греков.

Ламанский, Карташев и протоиерей Л. Лебедев склоняются к предположению, что житие св. Кирилла в своем первоначальном виде, до переработки моравскими редакторами X - XI вв. содержало рассказ о путешествии св. братьев не в Хазарию, а на Русь для христианского просвещения славян. Миссия была отправлена в ответ на приглашение, сделанное посольством росов, нападавших на Константинополь в 860 г., пораженных чудом ризы Богоматери и изъявивших желание креститься. В качестве подтверждения Карташев приводит сохранившиеся в рукописном прологе Спасо-Прилуцкого монастыря под Вологдой, датируемом XV столетием, наименование св. Мефодия "учителем русским" и сказание о том, как "Кирилл умоли брата своего Мефедь идти с собою в Хазарию, яко умъеюще языкъ словенскъ"52 . Этот же исследователь предполагает, что наличие у росов пленных греков было естественным результатом похода 860 года.

Что же касается мирного договора между Византией и росами, по которому они брали обязательство по первому зову идти служить империи, то он для взаимоотношений между мировой державой и "варварским" народом, только что заявившим о своем существовании дерзким набегом, также вполне естествен и имеет множество аналогов в истории византийской дипломатии. На основании того, что Киевская земля в 60-е годы IX в., согласно сказанию русских летописей, платила дань хазарам, сторонники гипотезы о "русской миссии" святых Кирилла и Мефодия считают росов подданными или по крайней мере недавно бывшими в числе подданных хазарских каганов. Этим и может отчасти объясняться ошибочное их наименование хазарами, а их князя - каганом, встречающееся в "Житии".

Ламанский, Карташев и Л. Лебедев, как и большая часть исследователей в той или иной мере касавшихся вопроса о походе 860 г. и о "Фотиевом крещении" Руси, склонны считать, что росы, о которых идет речь в греческих источниках и в русской летописи, они же - мнимые хазары жития св. Кирилла, это, конечно, киевские славяне и крещение их, совершенное, возможно, самими святыми Кириллом и Мефодием, произошло в Киеве. Основной источник этого убеждения - уверенность в том, что раз Аскольд и Дир - киевские правители53 , то


51 Карташев А. В. Ук. соч., с. 84 - 85.

52 Там же, с. 90.

53 Согласно Рыбакову, Рапову, Л. Лебедеву - славянские князья из местной (киевской) династии.

стр. 48


и "Фотиево крещение" должно было произойти в Киеве: иначе где же ему и быть? При всей привлекательности данной гипотезы она, нужно честно признать, имеет ряд уязвимых мест. Прежде всего это касается именно утверждения о том, что росы, ставшие известными в истории в 860 г., были киевлянами и их крещение произошло в Киеве.

И патриарх Фотий в своих гомилиях, и летописцы из числа продолжателей Феофана, и Симеон Логофет, Кедрин, Скилица и другие византийские хронисты именуют росов также "тавроскифами", живущими у северных берегов Евксинопонта, "у северного Тавра". Весьма любопытные выводы напрашиваются, если сравнить эти утверждения со свидетельствами арабских географов IX - XI вв., довольно подробно описывающих народ "русов". Один из этих авторов ал-Масуди (середина X в.) писал: "Море Нейтус (Понтус) есть море русов: никто кроме них не плавает по нему. А они живут у его берегов. Они великий языческий народ, не повинующийся ни царю [вероятно, византийскому], ни шариату"54 .

Арабский географ ал-Идриси в труде "Услада путешествующих вокруг света" (XII в.), опираясь на своих предшественников, арабских и персидских географов IX - XI вв., дал, пожалуй, самое полное описание "страны русов". Он сообщает, что "Русское море расположено в пяти днях плавания от Трапезунда" (то есть является частью Черного моря). Находящийся на его северном побережье город Русия расположен в 27 милях от Матархи на берегу "реки русов" (которой арабский географ считал Керченский пролив)55 . Еще один автор, ал-Димешки, писал: "Русы получили свое имя от города Русия, который лежит на северном берегу названного по их имени моря". Магреби же сообщает, что "на восток от града Судака вход в море Манитишь [Меотис], на его берегу лежит Русия, который есть главный город русов"56 . Другие арабские авторы, например, Гардизи, Ал-Шукаддаш, Ибн-Русте и др., рассказывают об острове русов, вокруг которого озеро. Встречаются рассказы о русах, живущих на семи островах57 .

Дополняются эти показания данными топонимики, на которые обратил внимание еще Голубинский. На дошедших до нашего времени картах Азово-Черноморского побережья, составленных итальянскими мореплавателями в XIII - XIV вв., поселение на юге Тарханкутского полуострова обозначено "Rossofor", что может быть переведено, как "росский маяк"58 . При впадении Дона в Азовское море обозначены пункты "Rossi", "Rosso" и "Fiume Rosso", недалеко оттуда на восточном побережье Азовского моря - "Casal de Rossi".

Исходя из этих достаточно определенных свидетельств, следует считать, что "росы" греческих хронографов и "русы" арабских периплов имеют к Киеву довольно отдаленное отношение. Рыбаков счел возможным ввиду этого предположить, что "остров русов" мог располагаться в устье Дуная, в землях славянских племен уличей. Однако гипотеза эта кажется малоубедительной по крайней мере по двум причинам. Во-первых, ни одного значительного археологического памятника, доказывающего, что "русы" действительно жили именно там, в Дунайском гирле, до сих пор не обнаружено. Во-вторых, существует письменный памятник, данные анализа которого позволяют поставить под


54 Рыбаков Б. А. Киевская Русь и русские княжества XI - XIII вв. М. 1982, с. 334.

55 Там же, с. 179.

56 Голубинский Е. Е. Ук. соч., с. 43.

57 Там же, с. 44.

58 Археологическая экспедиция А. Н. Щеглова в данном пункте обнаружила остатки древнего сооружения, которое можно интерпретировать как развалины маяка. Рядом открыто селище VIII - IX вв. с материальной культурой салтово- маяцкого облика (Щеглов А. Н. Раннесредневековые поселения на Тарханкутском полуострове Крыма. - Советская археология, 1970, N1).

стр. 49


сомнение идентичность уличей и русов. Это - "Баварский географ", сочинение, датируемое серединой IX в., содержащее перечисление народов, заселяющих Среднюю и Южную Европу. Непосредственно после хазар автор называет русов, называются также отдельно уличи, бужане59 и др. славянские племена.

Гораздо более убедительной представляется гипотеза о том, что "остров русов" - это ничто иное, как один из островов на Таманском полуострове, которые, растекаясь в Азовское и Черное море, образует Кубань в своей дельте. Сторонниками этой гипотезы были Голубинский, Д. И. Иловайский, В. А. Пархоменко и др. В настоящее время она может быть признана подтвержденной результатами работ Таманской экспедиции Института археологии АН СССР 1986 г., которыми руководил Ю. М. Десятчиков. Объектом раскопок было крупное городище (площадь акрополя которого около 9 га, для сравнения: древний Киев - 30 га, Чернигов - 4 га, Новгород- Северский - 1,5 га), расположенное на большом острове в дельте Кубани близ станицы Голубицкой, недалеко от города Темрюк. Оно имеет весьма значительный культурный слой - 3,5 метра, нижние горизонты которого соответствуют существовавшему здесь в античное время городу Тирамба60 , а верхние относятся ко времени русского Тмутараканского княжества (XI - XII вв.).

Особый интерес представляет тот факт, что часть городища несет следы фортификационного оборудования, типичного для приемов военной архитектуры сасанидского Ирана. Ближайший аналог - Дербентская система укреплений. Горизонт IX в. представлен находками, которые могут быть отнесены к культуре "дружинного" типа, элементы которой прослеживаются на широких пространствах Восточной Европы в IX - X вв. Среди них бляхи "дружинных" поясов, форма для отливки таких блях, ритуальный штамп с навертьем в виде молотка Тора и изображением переплетающихся змей на лицевой части печати. Последняя находка - явное свидетельство присутствия норманского элемента. Наряду с этим встречаются и находки славянского происхождения - амфоры южнорусского типа и др.

Разумеется, данные раскопок 1986 г., к сожалению, до сих пор не опубликованные61 , не дают еще полной картины жизни Русии (нет почти никаких сомнений, что Голубицкое городище и есть "главный город" русов, неоднократно упоминаемый арабскими авторами), но уже теперь, сопоставляя данные письменных источников и результаты археологических исследований, можно сделать некоторые выводы. Представляется несомненным, что Русия, город на "острове русов", был крупным дружинным центром, базой военных набегов. Об этом недвусмысленно сообщают, между прочим, арабские писатели. Ибн-Русте пишет о русах, обитающих на острове: "Они нападают на славян, подъезжают к ним на кораблях, высаживаются, забирают в плен, везут в Хазарию и Булгар, там продают... Они не имеют пашен, а питаются лишь тем, что привозят из земли славян... Единственное их занятие - торговля соболями, белками и прочими мехами"62 . Анонимный автор "Худуд-ал-Алем2 рассказывает: "Они обладают дурным нравом, неподатливы, держатся вызывающе, сварливы и воинственны. Они воюют со всеми своими соседями и одерживают победы... Среди русов живет часть славян, которая находится в услужении у них"63 .


59 Назаренко А. В. Об имени "Русь2 в немецких источниках IX - XI вв. - Вопросы языкознания, 1980, N5.

60 Калиыина Т. М. Сведения ранних ученых Арабского халифата. М. 1988, с. 82.

61 Выражаю сердечную благодарность Ю. М. Десятчикову, любезно предоставившему мне возможность ознакомиться с результатами работы экспедиции.

62 Цит. по: Заходер Б. Н. Каспийский свод. Т. 2. М. 1967, с. 397 - 398.

63 Цит. по: Рыбаков Б. А. Предпосылки образования древнерусского государства, с. 764.

стр. 50


Данные как письменных, так и археологических источников не дают оснований отождествлять русов и славян. Современными лингвистическими исследованиями неславянское происхождение этнонима "русь" подтверждается64 . В пользу признания скандинавской этнической принадлежности русов есть достаточно обширная аргументация. Однако неоспоримо, что наряду со скандинавским в "дружинной" культуре, к которой можно отнести археологические находки из горизонтов IX в. городища Голубицкое, присутствуют славянский и тюркский элементы. Инвентарь погребений в дружинных могильниках даже под Новгородом и Изборском включает в себя вещи "хазарского происхождения", связанные с ареалом салтово-маяцкой культуры - поясные бляшки, подвески, сбруя, наконец, оружие65 . Присутствие тюркского элемента особенно важно и интересно, так как может послужить объяснению недоуменных вопросов, возникающих при рассмотрении истории хазарской миссии св. Кирилла.

Связь между этнонимом "русь" и титулом "каган", относящимся несомненно к тюркскому миру, впервые обнаруживает себя в истории, которую донесли до нас Вертинские анналы - памятник, содержащий самое раннее упоминание о "руси". Вертинские анналы - хроника, написанная епископом Пруденцием, - рассказывают о том, как в 839 г. в Идельгейм ко двору франкского императора Людовика Благочестивого прибыло посольство византийского императора Феофила. Вместе с этим посольством Феофил, как сообщает епископ Пруденций, "послал также неких людей, которые говорили, что их [народ] зовут рос и которых, как они говорили, царь их хакан, отправил к нему [Феофилу] ради дружбы". Однако "компетентные инстанции" Франкской империи вскоре выяснили, что назвавшиеся "росами" в действительности являются "свеонами" [шведами], и, решив, что они "пришли скорее шпионить, чем искать дружбы", посадили их под арест "до выяснения их виновности", о чем Людовик Благочестивый письменно известил Феофила66 .

О том, что правитель росов именуется хаканом (каганом), упоминают арабские писатели Ибн-Русте67 и анонимный автор трактата "Худдуд-ал- Алем"68 . Этим же титулом назван склонявшийся к принятию христианства правитель "хазар" в житии св. Кирилла. Некоторые авторы сочли возможным утверждать, что титулом "каган" (хакан) именовали себя киевские князья уже в первой половине IX в. якобы в знак того, "что Древне-русское государство формировалось в соперничестве с Хазарским каганством"69 . В действительности дело обстоит куда сложнее. Титул "каган-русов", возможно, дает ключ к загадке происхождения росов, принявших крещение в 860-х годах.

В 552 г., когда вождь алтайских тюркютов Тумынь, покорив ряд племен и закрепив свой престиж династическим союзом с одним из китайских царств, Западным Вэй, победив своих главных противников жужаней, принял титул "ил-каган". Ношение этого титула на протяжении всей последующей истории тюркютов являлось исключительной привилегией представителей рода Ашина (волк). Этот род, из которого происходили правящие династии Восточнотюркского, Аварского, Западнотюркского и Хазарского каганатов, был монгольского происхождения.


64 Хабургаев Г. А. Этнонимия "Повести временных лет" в связи с задачами реконструкции восточнославянского глоттогенеза. М. 1979; Трубачев О. Н. Ранние славянские этнонимы - свидетели миграции славян. - Вопросы языкознания, 1974, N6, с. 59.

65 Лебедев Г. С. Эпоха викингов в Северной Европе. Л. 1985, с. 254.

66 Сахаров А. Н. Ук. соч., с. 36 - 37.

67 Рыбаков Б. А. Киевская Русь и русские княжества, с. 343.

68 Рыбаков Б. А. Предпосылки образования древнерусского государства, с. 764.

69 Ловмяньский Х. Русь и норманны. М. 1985, с. 195.

стр. 51


Согласно летописи "Суй-шу", род Ашина происходил из Западного Шэнси, откуда перешел, спасаясь от врагов, на южные склоны Алтайских гор70 . Здесь пришельцы благодаря своей высокой культуре и организованности заняли руководящее положение среди туземцев и стали во главе союза племен, который получил название тю-кю (тюркют)71 .

Даже в тех случаях, когда каганы из рода Ашина теряли власть и престол переходил в руки людей, не принадлежащих к этой династии, ни один из узурпаторов не пытался присвоить себе титул "каган".

Как уже упоминалось, один из правителей Хазарии, принявший иудаизм, Обадия, в начале IX в. провел в каганате религиозную реформу, сделав иудаизм государственной религией и покончив с традиционной хазарской веротерпимостью. Этот переворот имел далеко не мирный характер. Как утверждают современные исследователи, гражданская война в каганате длилась (с перерывами) с 799-го до 843 года. Она закончилась бегством за пределы каганата восьми тюркских родов, которые, поселившись в конце концов в кочевьях мадьяр, стали именоваться "ковары", что по-хазарски означает "неподчиняющиеся, восставшие"72 . Очевидно, ковары были именно теми, кого не устроила реформа Обадии. Если предположить, что в числе их был один из представителей рода Ашина, не пожелавший принять иудаизм и отказавшийся от роли формального этнарха, находящегося на деле целиком во власти беков, то фигура кагана, описанного в житии св. Кирилла, станет более понятной. Перед нами каган-эмигрант, враждебно относящийся к иудаизму, недоверчиво принимающий мусульман, желающих купить его расположение подарками, но сознающий, что для упрочения своего положения в борьбе с иудеями ему нужно оградить остаток своего народа от их влияния с помощью книжника-христианина, посла могучей Византии.

Учитывая все рассмотренные обстоятельства, логичнее всего предположить, что каган-изгой нашел себе прибежище нигде в ином месте, как среди воинственных русов, на их острове в крепости Русия, - достаточно далеко, чтобы быть вне досягаемости для своих сильных врагов - беков, и достаточно близко, чтобы попытаться влиять на ход дел в Хазарском каганате, подготавливая возможности для возвращения себе престола. Это предположение позволяет примирить противоречия в тексте жития св. Кирилла и дает возможность с большей долей вероятности считать, что крещение росов, последовавшее в скором времени после чуда ризы Богоматери, произошло в Русий, в 861 г., а крестителями их были святые равноапостольные Кирилл и Мефодий.

Остается открытым, однако, вопрос, почему титул "каган" впоследствии был усвоен киевскими князьями, о чем есть по крайней мере Два несомненных свидетельства: "Слово о законе и благодати", в котором митрополит Киевский Иларион называет каганом св. Владимира, и надпись (граффити) XI в. в соборе Св. Софии в Киеве: "Господи, спаси кагана нашего"73 . Учитывая сказанное выше о титуле "каган", а также и то, что киевские князья никогда не состояли в родстве с правителями иудейской Хазарии, остается предположить, что титул был усвоен Рюриковичами вследствие родственной связи с каганом русов. Если только присвоение каганского титула русскими князьями не произошло "по ошибке", что маловероятно, ибо в то время таких "ошибок" люди себе не позволяли, то есть основание считать, что Рюриковичи, более 700 лет правившие на Руси, были не потомками мифиче -


70 Попов Д. А. К истории народов Средней Азии. Владивосток. 1916, с. 43.

71 Артамонов М. И. История хазар. Л. 1962, с. 103 - 104.

72 Константин Багрянородный. Об управлении империей. М. 1989, с. 163. Комментарий, с. 394.

73 Рыбаков Б. А. Киевская Русь и русские княжества, с. 343.

стр. 52


ского "Пруса, брата Августова", а наследниками каганов из рода Ашина.

"Остров русов" неверно представлять изолированным от Киевской земли, как это было впоследствии с Тмутараканью, и то после установления господства в Великой степи половцев. Напротив, представляется, что Русия была соединена самой живой связью с другими дружинными центрами того времени, такими, как, например, во многом похожая на Русию Бирка (Швеция). Путь "Из Варяг в Греки" был главной связующей их артерией, и владели этим путем именно русы. Русы, которые приняли крещение в 861 г., были вовсе не представители какой-то отдельной, обособленной "Тмутараканской Руси", как считали, например, Иловайский и Пархоменко, хотя нет сомнений, что первое крещение Руси произошло именно на Тамани. Об ее живой связи с Днепровской и Новгородской Русью ясно говорят уже сами имена Аскольда и Дира, которые возглавили поход 860 г., приняли крещение в 862 г., обосновались в Киеве около 864 года.

Мы очень мало знаем о том, как протекали дальнейшие события нашей ранней церковной истории. Основанная не позже 867 г. епархия России (Русии) просуществовала по меньшей мере до конца IX века. Есть основания предполагать, что центром христианства во время пребывания там Аскольда и Дира стал Киев. "Как прямое доказательство крещения Аскольдова, справедливо указывают на то, что первые наши христиане над могилою сего князя имели церковь св. Николая, - писал митрополит Макарий (Булгаков). - Вероятна и та догадка, что Аскольд в крещении был назван Николаем: потому что у нас точно существует обычай созидать церкви над могилами князей в честь святых, им соименных. Слова летописи Иоакимовой, называющей Аскольда "блаженным", могут служить доказательством его крещения для признающих подлинность этой летописи"74 .

Распространение христианства в IX в. в Киеве и Киевской земле подтверждается резким изменением в характере погребального обряда захоронений того времени. "Погребения с сожжением представляют лишь незначительную часть среди преобладающего количества курганных погребений с трупоположением, наиболее ранние из которых датируются IX и X вв. Среди этих погребений в Киеве встречаются погребения в срубных гробницах, отличающиеся обилием вооружения и богатством инвентаря... Но... основной вид погребений - в деревянном гробу, забитом гвоздями и поставленном в грунтовую могилу, - остается неизменным на протяжении IX - XIII вв."75 . Попытки интерпретировать эти погребения как языческие, поскольку в них не встречаются священные предметы - кресты, ладанки и т. д., не могут быть признаны состоятельными хотя бы уже потому, что нательные кресты встречаются в русских православных погребениях далеко не всегда даже в XV - XVI вв.76 , не говоря уже о IX в.

Митрополит Макарий (Булгаков) отмечал: "В протяжении многих веков у нас единодушно была повторяема весть, что в первый раз Русь крестилась при Патриархе Фотии, что от Фотия прислан был к нам первый епископ. Мало того: имя Фотия как первого насадителя святой веры в нашем отечестве до того врезалось в память русского народа, что даже все последующие крещения, бывшие при св. Ольге и при св. Владимире, обыкновенно были приписуемы у нас, разумеется по ошибке, тому самому же Фотию"77 . "Фотиево крещение" несмотря на размытость его подробностей навечно запечатлелось в народной памяти.


74 Макарий (Булгаков). Ук. соч., с. 231 - 232.

75 Голубева Л. А. Киевский некрополь. - Материалы и исследования по археологии СССР, 1949, N11, с. 103.

76 Рапов О. М. Ук. соч., с. 99 - 100.

77 Макарий (Булгаков). Ук. соч., с. 235.


Опубликовано 14 ноября 2015 года




Нашли ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER!

© ИЕРОМОНАХ НИКОН • Публикатор (): БЦБ LIBRARY.BY Источник: http://library.by

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

Выбор редактора LIBRARY.BY:

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

РЕЛИГИОВЕДЕНИЕ НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в вКонтакте, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.