Наша ядерная безопасность волнует всех. Но особенно запад?

Радиационная и экологическая безопасность - Логическое завершение цикла использования как мирного, так и военного атома - переплелись между собой в "гордиев узел" современности и стали предметом пристального внимания не только граждан стран - держательниц ядерных реакторов, но и всего мирового сообщества. В начале 90-х годов попал под обвальную критику зарубежных и отечественных средств массовой информации Краснознаменный Северный флот. Ему вменяли в вину ни много ни мало - "потенциальный риск радиоактивного загрязнения" Кольского Заполярья. Затем на флот "повесили" угрозу экологии североевропейских стран, морей, омывающих побережье Скандинавии. Проще говоря, западные эксперты проделали многотрудную работу, чтобы северный бастион России предстал в глазах мировой общественности эдаким монстром", несущим ядерную погибель всему живому одним лишь фактом своего существования.

Статья "Страсти по Северу" - отнюдь не борьба за честь флотской тужурки. Просто в последние годы проблема ядерной безопасности (ЯБ) стала настолько многогранной и неоднозначной, что самое время поразмышлять над вопросами: "Насколько виноваты в произошедшем якобы "виновные" и так ли все страшно?", "Кто же "судьи" и чем мы заплатим за экологическое благополучие?", "Каким путем пойдем Больше?.."

Под ногами - бушующий атом

Четыре года назад мне повезло: был прикомандирован к экипажу атомной подводной лодки "Тамбов" на период боевой службы. И в один из дней автономного плавания командир реакторного отсека капитан-лейтенант Антон Тумаров пригласил сходить вместе с ним в аппаратную выгородку. Для офицера это не было чем-то из ряда вон выходящим: раз в неделю он проверял состояние реакторных надстроек. Для меня же возможность попасть в "мекку" подводников-ядерщиков, постоять на "живом" реакторе (да еще в североатлантических глубинах, когда над субмариной сотня метров, а под ней километры!) могла сравниться разве что с полетом в космос. "Не боись, - напутствовал командир электромеханической боевой части АПЛ капитан 3 ранга Вячеслав Бузун, - это неопасно".

В аппаратной выгородке поразили две вещи: идеальная, будто попал в хирургическую операционную, чистота и специфический, с металлическим привкусом воздух.

- Запах реактора, - сказал Тумаров, а затем добавил:

- Как видишь, наше атомное "сердце" совсем не страшное.

Экскурсию на реактор вспоминаю всегда, когда на страницах газет вижу статьи с леденящими душу заголовками...

Да, проблема утилизации атомных подводных лодок, хранения радиоактивных отходов и переработки использованного ядерного топлива существует. Сегодня ее решают специалисты различных ведомств не только на государственном, но и на международном уровне. Но в последнее время то ли по недомыслию, то ли сознательно СМИ больше тяготеют к обезличиванию фактов, касающихся проблемы ядерной безопасности на Кольском полуострове, гиперболизируют их, расширяя порою понятие потенциальная угроза неоправданно безгранично. Думаю, можно согласиться, что любой вид хозяйственной деятельности в той или иной мере представляет опасность для окружающей среды, а "потенциальная угроза" возникновения, скажем, пожара уже сама по себе таится в доме, где пользуются спичками. Но тем не менее нагнетание "ядерных" страстей продолжается. Одна из причин, на мой взгляд, - в дисбалансе между количеством принятых постановлений и их реализацией. В принципе быть в здоровой оппозиции - право журналиста. Но поднимать бурю в стакане воды, допуская неточности в терминологии, свободно интерпретируя факты, тем более по такой "горячей" теме, по-моему, нечестно.

Ни для кого не секрет, что из боевого состава Северного флота выведено более ста АПЛ. С тридцати одной из них выгружено ядерное топливо, двадцать две подготовлены к длительному хранению. Остальные списанные АПЛ ждут своей очереди, оставаясь, опять-таки по оценке журналистов, якобы "источником потенциальной опасности". Но объективной оценки, насколько она потенциальна, неконкретная информация СМИ ответа не дает. А ведь за списанными АПЛ, кубометрами радиоактивных отходов и тоннами выгруженного ядерного топлива стоят специалисты СФ, профессионалы. К сожалению, представители СМИ, как показывает практика, крайне редко обращаются к людям в погонах за объективными данными, комментариями. Хотя, на мой взгляд, кому как не им, в чьи служебные обязанности вменены контроль и оценка фактического состояния окружающей среды в пунктах базирования сил и средств СФ, знать реальное положение дел в отношении "потенциальной угрозы" заполярному региону России. Каково же их мнение на сей счет?

Угроза, которой... нет

Угроза ядерной безопасности полуострова, радиоактивного заражения местности или облучения населения надуманна, ее не существует с 1989 г. Такова точка зрения офицеров отдела Управления государственного надзора за ядерной безопасностью на Северном флоте, которым руководит капитан 1 ранга Дахир Уртенов. И не нужно, считают "ядерщики", понапрасну пугать людей выступлениями, в которых больше невежества, чем логики и здравого смысла.

- Просто о ядерной безопасности зачастую пишут люди, - сказал мне один из специалистов отдела, - которые не только не представляют, что вообще такое ЯБ, но даже и не обращаются к нам за достоверной информацией. Вот хотя бы по Североморску.

Кстати, относительно недавно региональные СМИ подняли солидную бучу вокруг авиационного гарнизона: мол, под боком у жителей флотской столицы военные строят "ядерный могильник". "Навоевались" тогда подчиненные капитана 1 ранга Уртенова, доказывая борцам за "зеленый мир", что не "могильник", а хранилище свежего ядерного топлива (ЯТ). И необходимо понимать, что отработанное ЯТ, прошедшее через ядерные реакции и все еще сохраняющее около 50 процентов эффективности, и свежее, которое без угрозы здоровью можно перегружать голыми руками, - это, как говорят юмористы, две большие разницы. Тем более в реализации проекта, а это особо благотворно влияет на обывателей, участвуют американцы. На их деньги, а из расчетных 3-4 миллионов долларов уже поступило 500 тысяч, североморцы совершенствуют физическую защиту хранилища, проводят мероприятия по предотвращению возможности хищения свежего ЯТ террористами или диверсантами, если таковые вдруг объявятся.

Но, честно говоря, сложно было сразу поверить, что такое "соседство" никак не сказывается на экологии среды, окружающей столицу СФ Североморск. С этими сомнениями я обратился к главному радиологу СФ подполковнику медицинской службы Кмитто. Александр Альгердович рассказал, что радиационная обстановка на территориях и в акваториях мест базирования кораблей и частей флота, в санитарно защищенных зонах региона, зонах наблюдения и жилых поселках нормальная. То есть доза внешнего облучения не превышает допустимой (по руководящему документу "Нормы радиационной безопасности (НРБ)-96"), и радиоактивное загрязнение отсутствует. Кстати, по словам главного радиолога СФ, это еще не все: в Законе РФ "О радиационной безопасности населения" ужесточены нормы радиационной безопасности, в результате чего дозовая нагрузка к 2000 г. будет снижена в 2,5 раза. А на флоте уже сейчас к этому готовы.

Возможно, кто-то из читателей засомневается в объективности доводов и фактов: мол, военные все одним миром мазаны. Но контроль за уровнем радиоактивности на Кольском полуострове - отнюдь не монополия специалистов СФ. В августе прошлого года сотрудники Государственного геологического предприятия "Не-вскгеология" из Санкт-Петербурга независимо от военных замеряли радиационный фон в Мурманске, Коле и Североморске. Такие же замеры делались на Кольском полуострове в 1993-г. Тогда с помощью специального вертолета провели аэрогаммаспектрометрическую съемку территории Мурманской области для определения ущерба, нанесенного чернобыльской аварией. Специалисты обнаружили два небольших загрязненных участка, к счастью, не представляющих опасности для людей. Проверка установила, что радиационная обстановка в регионе находится на уровне фоновых значений. Последнее, кстати, - государственный стандарт.

Так что, как видите, никакой тайны здесь нет, да и быть не может. Наоборот, командование Северного флота в деле охраны окружающей среды всегда работает в контакте с гражданскими властями. Например, каждую неделю вся информация о фактической радиационной обстановке на флоте поступает в областной комитет по экологии.

- Перед принятием Думой Закона "О радиационной безопасности населения Мурманской области", - рассказывал мне начальник службы радиационной, химической и биологической защиты (РХБЗ) СФ капитан 1 ранга Николай Видасов, - экземпляр проекта присылали к нам на доработку. Участвуем и в реализации региональной целевой программы "Создание Единой государственной автономной подсистемы контроля радиационной обстановки на территории Мурманской области". Поэтому смешно слышать, что, мол, военные "зажимают" правду, будто мы и впрямь нелюди какие-то и нет у нас ни семей, ни детей, которые "кочуют" вместе с родителями по якобы "заразным" гарнизонам.

Точку в разговоре о "ядерном имидже" Северного флота поставил начальник технического управления СФ контр-адмирал Смоляков. По словам Анатолия Андреевича, флотские плавмастерские и танкеры заполнены жидкими радиоактивными отходами (ЖРО) всего лишь на 10 процентов. Осенью прошлого года плавтехбаза "Лотта" собрала с них 600 тонн отходов и доставила на ремонтно-технологическое предприятие (РТП) "Атомфлот" на переработку. Береговые хранилища отработанного ядерного топлива (ОЯТ) заполнены приблизительно на 80 процентов. Законсервированы технические базы по хранению ОЯТ в Гремихе, губе Андреева. Спецэшелон, единственный в европейской части России, регулярно курсирует между Мурманском и Челябинском-65, поставляя на производственное объединение "Маяк" отработанное ядерное топливо для переработки. Конечно, это стоит огромных денег, что в нынешних экономических условиях играет немаловажную роль. Но мероприятия по вывозу ОЯТ усиленно контролируют служба радиационной безопасности Северного флота и инспекция по ядерной безопасности Минобороны. Поэтому за весь период транспортировки отработанного ядерного топлива через Мурманск случаев нарушения радиационной безопасности и загрязнения пункта перевалки не было. Что же касается проблем утилизации АПЛ, выведенных из боевого состава флота, то, как сказал контр- адмирал Смоляков, обстановка стабилизировалась. Программа по утилизации списанных субмарин, передаче их Министерству РФ по атомной энергии уже принята, под ее реализацию Российское Правительство начало выделять деньги. Кстати, в финансировании проекта участвуют и США. В прошлом году они заключили договоры со снежногорским судоремонтным заводом "Нерпа", северодвинскими ГМП "Звездочка" и ПО "Северное машиностроительное предприятие", в частности, на поставку оборудования для разделки АПЛ. "Поэтому критической ситуации, как утверждают некоторые, на флоте нет, - заверил контр-адмирал Анатолий Смоляков. - Все нормально, все под контролем".

Губа Андреева: мифы вокруг реальности

В свое время эти хранилища стали нешуточным "яблоком раздора" между экологическими организациями, в основном зарубежными, и Северным флотом. Не улеглись страсти и по сей день. Решение о создании там береговой технической базы приняли в 1958 г. За эти десятилетия ее хранилища не только оказались заполненными, что называется, "под завязку" жидкими и твердыми радиоактивными отходами, но и обветшали. В ноябре 1982 г. специалисты обнаружили в помещении с отработанными тепловыделяющими элементами (ТВЭЛами) утечку воды из бассейна охлаждения, которая попала на прилегающую к зданию территорию, в Мотовский залив. В то время командование Северного флота приняло решительные меры по локализации последствий аварии. И в 1988 г. ликвидационные работы североморцы в целом завершили. Но спустя годы средства массовой информации вновь заговорили о злополучной технической базе. "Среди самых серьезных инцидентов на Кольском полуострове выделяется случай в губе Андреева, - писала в ноябре прошлого года газета "Вашингтон Пост". - Экологические организации, такие, как "Беллуна", предупредили относительно губы Андреева Минатом России, требуя принять экстренные меры, чтобы снизить риск экологической катастрофы". Что же по- настоящему заботит западных и наших экспертов в проблеме губы Андреева?

Председатель Государственного комитета по охране окружающей среды Мурманской области Иван Вишняков уверен, что "до полной безопасности этого объекта еще далеко". Интересно на этот счет мнение и главного специалиста Всероссийского научно-исследовательского и проектного института энергетической технологии (ВНИПИЭТ) Вячеслава Перовского, в прошлом офицера-подводника, который утверждает, что губе Андреева в первую очередь необходимо обстоятельное радиоэкологическое обследование. После этого она перестанет быть пугалом для обывателя и объектом для мифов и измышлений. По его словам, почти 80 процентов сооружений технической базы саморазрушились от невостребованности и никакой радиации в себе не несут. Действующее хранилище ОЯТ (90 отработанных реакторных зон), возведенное в 1983 - 1986 гг. по временной схеме, при всей своей конструктивной допотопности до сих пор демонстрирует удивительную живучесть и устойчивость, в том числе и при гипотетических авариях. Есть, конечно, опасение, что радиоактивность проникнет в грунтовые воды, но вместо криков о катастрофе надо обновить кровлю, прорубить контрольные скважины, оборудовать страхующий коллектор - по сути копеечные затраты. И последнее. Значительная доля складированных РАО снизила свою активность за счет естественного распада, и их изоляция от внешней среды не является сверхзадачей. Поэтому не так страшна губа Андреева, как ее "малюют". Но в целом, считает Вячеслав Перовский, планы по освобождению андреевских хранилищ от ядерного топлива без постройки рядом нового специального сооружения - шарлатанство, утопия. И это не должно стать заботой только одного Северного флота.

Серьезную поддержку североморцам в поиске путей решения данной проблемы оказывает губернатор Мурманской области Юрий Евдокимов. При его непосредственном участии уже состоялся ряд рабочих совещаний различных российских министерств и ведомств, способных помочь в реализации проекта создания на губе Андреева специализированного государственного предприятия по хранению и переработке радиоактивных отходов. Но на финансовые поступления из федерального бюджета рассчитывать не приходится. Государственной казны едва хватает, чтобы успевать латать многочисленные социальные прорехи. И администрация области вынуждена искать дополнительные финансовые источники. Благо помощь в решении экологических проблем Кольского полуострова уже оказывают США, Норвегия, Финляндия и четырнадцать государств Европейского сообщества. В частности, по двустороннему договору между российской стороной и офисом губернатора провинции Финнмарк семь миллионов норвежских крон выделено на первоочередные работы по отводу загрязненных грунтовых вод на губе Андреева. Полномасштабные мероприятия по реализации проекта начнутся в мае этого года, причем норвежцы ни разу не посетят техническую базу. А "отчитаются" россияне перед инвесторами при помощи отснятых фотоматериалов.

Однако сегодня все иностранные вложения (как под реализацию проекта в губе Андреева, так и другие) идут через Москву. Это, по словам председателя комитета по конверсии, ядерной и радиационной безопасности администрации Мурманской области Александра Рузанкина, потребует дополнительного времени и затруднит контроль за финансами. А инвесторы настоятельно высказывают пока пожелание, чтобы те деньги, которые они выделяют на экологию, поступали непосредственно в регион. Тем более что проанализировать эффективность использования инвестиций невозможно: слишком много в каждом проекте расходных статей. Вот и опасаются мурманчане, что долгое прохождение иностранных инвестиций по многочисленным ведомственным коридорам может обернуться элементарной утечкой финансовых средств. А региональные специалисты гарантируют целевое использование денег: фотоотчеты позволят норвежцам реже приезжать в область за счет средств, выделяемых на реализацию проекта, да и наши эксперты, как сказал Александр Рузанкин, предпочитают находиться поближе к проблеме, пристальный интерес к которой не ослабевает на Западе в течение вот уже десятка лет.

Так чья же радиация в морях?

Порою создается впечатление, что радиоактивная "начинка" Кольского полуострова представляет чуть ли не единственную и глобальнейшую угрозу экологии не только Скандинавских, но и других европейских стран. Не иначе как со "складом ядерного топлива" сравнивают на страницах "Вашингтон Пост" территорию Мурманской области. Но чего больше в этой ассоциации - здравого смысла и фактов или все же логически необоснованных эмоций, желания всеми силами и средствами сфокусировать внимание мировой общественности на наших проблемах, дабы свои экологические беды убрать из поля зрения широких масс?

Сейчас уже ни для кого не секрет, что с первых лет развития ядерной промышленности радиоактивные отходы просто-напросто сбрасывали в море. До 80-х годов это был наиболее распространенный способ изоляции РАО. Первыми к практике захоронения радиоактивных отходов в море приступили в 1946 г. США. Через три года американскому примеру последовала Великобритания. В 1955 г. - Япония. И лишь в 59-м первый сброс РАО в море произвел СССР. Поэтому, на мой взгляд, не стоит утруждать себя подсчетами, чтобы доказать очевидную вещь: "вклад" высокоразвитых мировых держав в загрязнение океана ничуть не меньше, чем наш. По общим оценкам западных ученых, только во время объединенных операций Великобритании, Бельгии, Нидерландов, Швейцарии, Франции и Германии в Атлантический океан было сброшено РАО общей активностью более 1 миллиона кюри.

Таков один из аспектов проблемы. О других - в одном из ближайших номеров журнала.

Капитан-лейтенант Сергей ВАСИЛЬЕВ, постоянный корреспондент журнала "Ориентир" по Северному флоту

(Окончание следует)