НОВАЯ КНИГА О РУССКО-АМЕРИКАНСКИХ ОТНОШЕНИЯХ

Политология, современная политика. Статьи, заметки, фельетоны, исследования. Книги по политологии.

NEW ПОЛИТИКА

Все свежие публикации

Меню для авторов

ПОЛИТИКА: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему НОВАЯ КНИГА О РУССКО-АМЕРИКАНСКИХ ОТНОШЕНИЯХ. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Крутые видео из Беларуси HIT.BY - сенсации KAHANNE.COM Футбольная биржа FUT.BY Инстаграм Беларуси
Система Orphus

44 за 24 часа
Автор(ы): • Публикатор: • Источник:


ROBERTSON, JAMES R. A Kentuckian at the Court of the Tsars. The Ministry of Cassius Mercellius Clay to Russia. 1861 - 1862 and 1863 - 1869. Berea College, Kentucky. The Berea College Press. 1935. 286 p.

 

Робертсон, Джемс Р. Кентуккиец при дворе русских царей. Посольство Марцеллия Клэя в России. 1861 - 1862 и 1863 - 1869 гг.

 

Рецензируемая работа Джемса Рута Робертсона вышла в США в 1935 г., уже после смерти автора, который еще в 1931 г. почти целиком подготовил рукопись к печати.

 

Основным материалом для этой работы явились документы, хранящиеся в архиве министерства иностранных дел США в Вашингтоне. Использованные автором материалы русских архивов были собраны профессором университета Беркли, в Калифорнии, Ф. Голдером для рукописного отдела библиотеки Конгресса в Вашингтоне, во время его пребывания в России в 1914 году1 .

 

Кроме архивных материалов Робертсоном использована богатая мемуарная и монографическая литература и, в известной мере, американская пресса.

 

Книга имеет два названия. Научное заглавие, которое, очевидно, дано автором, - "Посольство Кассия Марцеллия Клэя в России", и второе заглавие - "Кентуккиец при дворе русских царей", которое, можно предполагать, поставлено па требованию издательства, для того чтобы сделать книгу более ходкой. Второе заглавие является не случайным. Подобного рода книги о знаменитых местных деятелях охотно пишутся историками я издаются локальными американскими историческими обществам и университетами.

 

По своим общим воззрениям Робертсон принадлежал к "экономической" школе американских историков, чрезвычайно значительной по числу своих сторонников, но неоднородной по своему составу.

 

Автор уделяет внимание материальным делам Клэя, интересуется экономикой Севера во время гражданской войны, считает одной из причин неудач интервенции голод в Европе в 1862 г. и значительный вывоз пшеницы из США в Европу. Много говорит он и о хлопке и хлопковом голоде в течение гражданской войны. Но автор, следуя традиции "экономического" направления, ограничивается чрезвычайно поверхностным эклектическим анализом классовых сил и широко пользуется плоскими историческими аналогиями, неверными по существу. Так например, повторяя либеральную легенду о реформах Александра II, автор уподобляет их демократическим преобразованиям в США во время гражданской войны и говорит о двух странах, которые в этот период якобы имели много общего: демократической стране - Соединенных штатах - и о стране, идущей по пути демократических преобразований - России.

 

Польское восстание 1860 - 1863 гг. автор сравнивает с сециссионистским мятежом американского Юга в 1860 - 1865 гг., опять-таки указывая, что этот момент создавал много общего в положении обеих стран. Между тем национально-освободительное, революционное движение в Польше, разумеется, ни в коем случае не может сравниваться с реакционным мятежом плантаторов-рабовладельцев Южных штатов, - и никак нельзя ставить на одну доску Линкольна и Александра II, Шермана и Муравьева-Вешателя.

 

 

1 Проф. Ф. Голдер, пользуясь консультацией Лаппо-Данилевского, составил опись находящихся в русских архивах документов, касающихся Америки. Эта опись, охватывающая материалы примерно до 30 - 40-х годов прошлого столетия, издана в Вашингтоне в 1917 году. Часть документов Голдером была переведена и на основании этих документов им написан ряд статей о русско-американских отношениях, помещенных в журнале "The American Historical Review". Этими материалами пользовался и Робертсон.

 
стр. 149

 

Такую же, ни с чем несообразную аналогию автор проводит между убийством Линкольна в 1865 г. и покушением Каракозова на Александра II в 1866 году. Неудачна структура книги, целиком зависящая от архивных фондов и дел.

 

Отметим ряд дефектов этой работы с точки зрения элементарных требований исторического исследования. Неправильно цитируются документы: не указаны архивные дела, из которых они взяты, а датировка часто дается лишь самая приблизительная, например: "вскоре после возвращения Клэя а Россию", "вскоре после прибытия флота в Америку" и т. д. С большой доверчивостью автор относится к содержанию документов и к высказываниям самого Клэя так например он некритически повторяет замечания Клэя о "весьма сердечных отношениях", установившихся у него со всем дипломатическим корпусом. При этом оказывается, что наиболее сердечные отношения у Клэя установились с французским послом графом Монгебелло. Между тем именно борьба с влиянием французского правительства и французского посла в России была одной из основных задач Клэя. Имеется ряд фактических неточностей. Например Робертсон сообщает, что в сентябре 1862 г. великий князь Константин написал инструкцию генерал-адмиралу (стр. 160). Между тем в сентябре 1862 г. великий князь Константин не мог написать инструкцию генерал-адмиралу, потому что он сам был генерал-адмиралом. Инструкция, о которой идет речь, была написана 10 января 1862 г. великим князем Константином для адмирала Попова1 .

 

Робертсон утверждает, что Александр II был убит в 1880 г. (?), что русский флот появился в американских водах в октябре 1863 г., между тем как Тихоокеанская эскадра адмирала Попова прибыла в Сан-Франциско еще 24 сентября нового стиля.

 

Несмотря на все существенные недостатки книга представляет значительный интерес по своему материалу и по некоторым взглядам автора на международную ситуацию периода гражданской войны. В частности, чрезвычайно интересны материалы о Кассии Клэе и его посольстве в России, тем более что эти моменты почти совершенно не освещены не только в русской, но и в американской - как общей, так и специальной исторической литературе.

 

*

 

Клэй происходил из богатой рабовладельческой семьи пограничного штата Кентукки2 . Семья Клэя была богатой и влиятельной. Когда в 1860 г. умер отец Клэя и Кассий получил в наследство часть состояния, он продолжал считаться одним из самых крупных землевладельцев штата.

 

Получив образование в колледжах родного штата, Клэй в 20-х годах переехал в Нью-Гейвен и поступил в Иейльский университет. В Иейле он слушал проповеди Гаррисона и зачитывался его статьями в Лейберторе. По окончании колледжа Клэй вернулся в Кентукки, по словам Робертсона, убежденным аболиционистом, горячим последователем Гаррисона. Это не совсем точно, потому что, как пишет сам Робертсон, Клэй стоял за постепенное освобождение рабов законными средствами, в то время как Гаррисон занимал более радикальную позицию.

 

В 1846 г. Клэй принимал участие в войне против Мексики и вскоре после начала военных действий сдался в плен. Когда Клэй вернулся домой, сограждане устроили ему торжественную встречу. В президиуме собрания сидел отец Линкольна, принадлежавший к той же партии вигов, к которой принадлежала и вся

 

 

1 ЛОЦИА. Морской исторический архив. Д. 109, ч. 2-я, л. 193.

 

2 Дадим здесь справку относительно особенностей этого штата. Этот штат распадался на два, резко отличных друг от друга района: северовосточную гористую часть, населенную мелкими фермерами (poor whites), и равнинную, ютов остаточную часть, в которой преобладали крупные плантации, в числе которых было много рабоводческих (где рабы разводились как скот для продажи в Западные штаты). Во время гражданской войны штат Кентукки был на стороне Союза. В 1861 - 1862 гг. он сделался театром военных действий.

 
стр. 150

 

семья Клэя, в том числе и его двоюродный брат, знаменитый лидер партии вигов - Генри Клэй.

 

Характерен случай, происшедший с Клэем в 1851 году. В этом году он пригласил к себе в качестве домашнего священника Джона Фи, одного из видных республиканских деятелей. С Фи у Клан вышел конфликт из-за того, что Фи давал рабам читать библию и еще какую-то литературу. Клэй был чрезвычайно этим разгневан и сказал, что между хозяином и рабами никто посторонний становиться не должен и что рабы могут получить какие-либо книги только из рук хозяина. После этого Фи пришлось покинуть усадьбу Клэя.

 

Прошло всего четыре года, и Клэй освободил своих рабов, правда, сохранив рабов, принадлежавших его детям. Робертсон не объясняет такой резкой перемены в практическом отношении Клэя к рабству. Между тем достаточно вспомнить, что в 1854 - 1856 гг. в Кансасе происходила гражданская война, что штат Кентукки находился в непосредственной близости к Кансасу (Кентукки отделен от него только пограничным штатом Миссури, который частично также был задет гражданской войной), и тогда станет понятным, почему Клэй предпочел расстаться со своей "собственностью"1 .

 

С 1852 г. Клэй примыкает к партии фрисойлеров. Окончательно порвав с вигами во время событий 1854 г., Клэй организовал в Чикаго одну из тех групп, из которых в том же году образовалась новая республиканская партия.

 

В Кентукки Клей избрал своей базой северо-восточную гористую часть штата, населенную мелкими фермерами. Став во главе новой партии в своем родном штате и участвуя в избирательной кампании 1856 г., на Севере, Клэй в это время впервые встретился с Авраамом Линкольном.

 

В республиканской партии шла борьба вокруг двух списков. В первом списке стояли Сюард, представитель северо-восточных штатов, в качестве президента, и Клэй, представитель пограничных штатов, в качестве вицепрезидента. Второй список возглавлялся Линкольном, кандидатом от пограничных штатов, а в качестве вицепрезидента намечался Гэмлин ("Отец республиканской партии Новой Англии"). Как известно, прошел второй список.

 

Робертсон не комментирует значения победы этого списка. Между тем в работах других американских историков, например в VII томе монографической серии о статс-секретарях Соединенных штатов - Бемиса2 , уже отмечено, что Сюард был гораздо более радикальной фигурой чем Линкольн. Сюард был известен как сторонник уничтожения рабства, в то время как взгляды Линкольна по этому вопросу до 1860 г. были более умеренными. Тот факт, что на втором месте вслед за Сюардом шел Клэй, который, несомненно, занимал более радикальную позицию чем Гэмлин, связанный с текстильными промышленниками Новой Англии, подчеркивает, что победа Линкольна была поражением более радикального течения в республиканской партии.

 

Предполагалось, что Клэй займет место в кабинете Линкольна в качестве одного из влиятельных его членов. Однако, когда встал вопрос о назначении Клэя на какой-нибудь ответственный пост, возникли всяческие затруднения. Сам Линкольн говорил Клэю, что хотел назначить его военным министром, но вновь избранному президенту сказали, что это будет означать объявление войны Югу3 .

 

 

1 Интересно упоминание Робертсона о том, что в 1854 г. Клэй организовал свободную эмиграцию в северо-западную часть Миссури, желая укрепить здесь положение свободного фермерского населения. Этот факт интересен в том отношений, что он объясняет еще одну черту гражданской войны в Кансасе. Оказывается, что в тот период внимание всей страны было сосредоточено не только на Кансасе, куда посылались подкрепления из свободных и рабовладельческих штатов, но делались попытки усилить свободное население и в других штатах, в которых существовало рабство.

 

2 Bemis, S. F. "The American Secretaris of State and their Diplomacy". Vol VII, p. 9. N. -Y. 1918.

 

3 Напомним, что Линкольн вступил в должность 4 марта 1861 г., а военные действия начались 12 апреля того же года. Таким образом, важнейшие назначения были сделаны еще до начала военных действий.

 
стр. 151

 

После того как план назначения Клэя военным министром окончился неудачей, возникло предположение о назначении его послом в Англию или во Францию. Этому воспротивился Сюард. Из газет Клэй узнал, что он назначается в Испанию (в дипломатической иерархии пост испанского посла считался одним из весьма ответственных).

 

Клэй спешит в Вашингтон для личного разговора с президентом, но 27 марта получает телеграмму о том, что в Испанию уже назначен немецкий эмигрант Карл Шурц. Шурца предполагалось назначить в Россию, но потом решили, что его назначение послом к русскому царю вряд ли было бы принято, и, таким образом, Клэю оставалась лишь вакансия посла в России.

 

Когда Линкольн спросил Клэя, поедет ли он в Россию, последний ответил: "Россия великая и молодая страна и должна сыграть большую роль в великом кризисе. Я поеду туда". На это Линкольн простодушно сказал: "Клэй, благодарю вас, вы меня избавляете от большого затруднения". Так был разрешен затруднительный вопрос о назначении Клэя, который пришелся не ко двору умеренным республиканцам.

 

14 июля 1861 г. Клэй был торжественно принят Горчаковым и Александром II в Петергофском дворце. В частном разговоре с Александром II Клэй выразил восхищение реформами императора и "мерами, направленными к созданию среднего класса". Вскоре после прибытия в Россию Клэй получил инструкцию от министра иностранных дел Соединенных штатов Сюарда. В этой инструкции рекомендовалось укрепить и усилить традиционные отношения дружбы и доброжелательства между обеими странами. Затем, от Клэя требовалось ускорить медлительный темп торговли, поскольку Россия могла бы покупать больше хлопка и табака, а Соединенные штаты - больше пеньки, льна и сала. Кроме того Клэю поручалось оказывать всяческое покровительство американским техникам и инженерам в России.

 

Уехав из Соединенных штатов в период общего подъема движения против рабовладельцев, пережив в Америке гражданскую войну в Кансасе, участвуя в борьбе фрисойлеров и радикальных республиканцев 50-х годов, Клэй и в России сохранил радикальные взгляды на американские дела. Так например в 1861 г. по поводу предполагавшейся интервенции европейских держав в африканские дела Клэй писал: "В случае войны с Англией должна быть захвачена Канада. В Ирландию и Индию надо послать деньги, чтобы поднять там революцию. Рабы и собственность (южных плантаторов. - А. Е. ) должны быть одним ударом конфискованы" (стр. 83).

 

В 1865 г., за несколько дней до убийства Линкольна, Клэй внушал Сюарду: "Ни в коем случае нельзя соглашаться с мягкосердечием Линкольна. Я знаю Юг лучше чем вы. Шерман и Грант - лучшие миротворцы"1 .

 

В России Клэй оставался с перерывами до 1869 г., но затем, когда вернулся в Америку, он изменил своим радикальным убеждениям: в период реконструкции он протестовал против установления военной диктатуры на Юге, вышел даже из партии, в 1871 г. поддерживал беспартийного кандидата в президенты Грили и временно находился в рядах демократической партии. В 1876 г. Клэй опять вернулся в партию (что, несомненно, следует поставить в связь с произошедшим сближением между обеими партиями). Умер в 1903 году. Отметим, что подобная эволюция радикальных демократов не является единичной. Клэй разделил судьбу Грили, Батлера, Гранта и других радикальных буржуазных демократов.

 

В России Клэю пришлось быть послом в трудный период. Государство, которое он представлял, было расколото на две части. В Европе, а также в

 

 

1 Письмо Клэя Сюарду в марте 1865 г., цитируемое Робертсоном. Для того чтобы не возвращаться в дальнейшем к вопросу о позиции Клэя, отметим, что в 1862 г. вследствие недостаточно удовлетворительных отношений с Сюардом Клэй вернулся в Соединенные штаты и пытался получить назначение в армию. Однако генерал Галлек сообщил, что он не питает доверия к тому, кто не получил образования в Вестпойнте.

 
стр. 152

 

России господствовало общее убеждение в том, что единетво Соединенных штатов восстановлено не будет и что в войне победит Юг. В январе 1861 г. русский посол в Вашингтоне барон Стекль писал министру иностранных дел князю Горчакову, запрашивая инструкций, в связи с тем, что Конфедерация ставила вопрос о ее признании. При этом Стекль, не сомневаясь в том, что Конфедерация будет существовать как самостоятельное государство, предлагал лишь подождать, пока между Конфедерацией и Союзом установятся нормальные дипломатические отношения. "Важно не показывать слишком много энтузиазма в отношении сецессионистов. Сохранение Союза в наших политических интересах. Однако, с другой стороны, хорошо создавать себе друзей повсюду и не создавать ненужного раздражения по поводу делового обстоятельства, которое не является для нас принципиальным и которое мы признаем как только оно станет совершившимся фактом".

 

Французский посол в Соединенных штатах советовал Наполеону I признать Конфедерацию, а в мае того же, 1861 г. он рекомендовал нарушить блокаду. В то же время лорд Россель выдвинул план перемирия между Севером и Югом и мотивировал его следующим образом: "Мы предлагаем условия примирения, которые мы считаем справедливыми и равными; если вы откажетесь от них, вы можете увидеть нас в числе ваших врагов" (стр. 79). 26 марта 1861 г. английский посол в Америке лорд Лайонс при свидании с Сюардом заявил: "Если Соединенные штаты решаются приостановить силой столь важную для Великобритании торговлю с производящими хлопок штатами, я не отвечаю за то, что может произойти" (там же).

 

Робертсон не дает анализа этих высказываний. Между тем совершенно очевидно, что европейские дипломаты не извлекли всех должных уроков из Крымской войны, не оценили всей важности новой военной техники, недооценили промышленной мощи Северных штатов и возросшего экономического значения американского Запада. Между тем эти моменты, оставшиеся незамеченными для дипломатов и широких кругов европейского общества, с самого начала войны были учтены Марксом и Энгельсом в статьях в "Presse", "New-York Tribune" и в переписке.

 

Оценивая международную ситуацию начала 60-х годов, Робертсон правильно ставит вопрос о возможности "большой войны" с участием крупнейших держав, а также Союза и Конфедерации.

 

В 1861 - 1862 гг. опасность "большой войны" возросла еще больше в связи с предполагавшейся интервенцией Англии и Франции в гражданскую войну в Америке и в польские дела и в связи с начавшейся соединенной англо-французско-испанской интервенцией в Мексике.

 

Поражение восстания в Польше, несомненно, должно было способствовать усилению реакции во всей Европе. "Если дело в Польше кончится плохо, - писал Энгельс, - то нам предстоит, очевидно, несколько лет острой реакции, ибо тогда "православный царь" опять станет главой священного союза, по сравнению с которым мосье Бонапарт покажется грубым французским обывателем, большим и весьма национальным либералом"1 .

 

*

 

Переходим теперь к центральному вопросу работы Робертсона - вопросу о русско-американских отношениях. Робертсон считает, что в период гражданской войны в Америке Россия была достаточно сильна, чтобы держать "баланс равновесия" и заставить обе страны - Великобританию и Францию - отказаться от вмешательства в гражданскую войну, которая происходила в Соединенных штатах. При этом Робертсон полагает, что основное значение имела не посылка флота в 1863 г., которую Робертсон считает дружественным актом со стороны России, имевшим большое моральное и дипломатическое значение, а отказ

 

 

1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. XII. Ч. 2-я, стр. 140 - 141.

 
стр. 153

 

царского правительства в 1862 г. принять участие в затеянном Наполеоном III посредничестве между Союзом и Конфедерацией. Этот отказ, по Робертсону, предотвратил интервенцию в американские дела.

 

Таким образом, Робертсон придает большое значение международной роли России в 60-х годах XIX в. и ее выступлению в пользу Союза. Посмотрим, как этот вопрос ставился до Робертсона.

 

В общих работах американских историков вопрос о русско-американских отношениях в период гражданской войны далеко не всегда получал освещение. Так, в известной работе Чарльза и Мери Бирдов1 об этом не упоминается. Также ничего об этом не говорится в XX - XXI томах 28-томной "Истории Соединенных штатов" ("The American Nation")2 . В работе недавно умершего "короля" американских историков Мак-Мастера3 и в VIII томе обширной "Истории" Вудро Вильсона4 об этом нет ни слова. Такой авторитетный автор, как Джемс Роде, в своих работах, посвященных гражданской войне, лишь упоминает о "неизменно дружественной позиции России"5 . В новых работах Томпсона6 , Бекль-Вильсона7 и других вопрос о русско-американских отношениях в период гражданской войны обходится. Между тем в других работах: Чаннинга, Шлезингера, Лятанэ, Сирса, Бемиса, Ослей, в интересной монографии Джордана и Пратта, у Шумана, Бабина, Адамса, Джонсона и других авторов - по данному вопросу, о взаимоотношениях Европы и Америки в период гражданской войны, имеется известный материал8 .

 

Нет нужды приводить все высказывания этих авторов, так как можно наметить две точки зрения в вопросе о русско-американских отношениях. В ряде работ имеются сведения о том, что русский флот был послан в Америку для поддержки Союза, что между Россией и Союзом существовал тайный союз. Типичной для работ этого периода является полумемуарная работа Арно9 .

 

В специальной монографии Каллагэна10 , появившейся в 1908 г., утверждалось, что посылка русского флота явилась для Союза значительной военной и мо-

 

 

1 Charles Beard and Mary Beard "The Rise of American Civilisation". N. -Y. 1933.

 

2 J. R. Hosmer "Outcome of the Civil War". "The Appeal to Arms". N. -Y. 1907.

 

3 J. B. Me. Master "A History of the People of the U. S. during, Lincoln's Administration". N. -Y. Ld. D. Appleton and Co. 1927.

 

4 W. Wilson "History of the American People". Vol. X. 1917 - 1918.

 

5 Rhodes, J "History of the U. S. from the Compromise of 1850". Vol. IV. N. -Y. 1920; "Civli War", N. -Y. 1923.

 

6 Ch. Thompson "The Fiery Epoch". Indianopolis. 1931.

 

7 Bucles Wilson "Friendly Relations". Ld. 1934.

 

8 Channing. E d m. "A. History of the U. S.". Vol VI. N. -Y. 1933 A. M. Schlesinger. "Political and Social Growth of the U. S.". N. -Y. 1934; Latane, J. H. "A History of the American Foreign Policy". N. -Y. 1927; Sears "History of American Foreign Relations". N. -Y. 1927; Bemis "The American Secretaries of State and their Diplomacy". Vol. VII. N. -Y. 1918; Osley "King Kotton Diplomacy". Chicago. 1931; Jordan and Ratt "Europe and tne Civil War". Boston. 1931; Schuman, Fr. L. "American Policy toward Russia since 1917. Intern. Publishers. 1928; Бабин, А. В. "История США", СПБ, 1912; Adams E. D. "Great Britain and the American Civil War". Ld. 1925; Johnson, Willis Fletcher "Americans Foreign Relations". Vol. I - II. N. -Y. 1916.

 

9 Arnauld, Charles A. de "The Union and its ally Russia". Washington, 1910. В некоторых из этих работ содержатся легендарные утверждения о том, что русский флот появился в американских водах в 1861 г. Более подробные сведения о работах этого типа см. M. Callagan "Russo-american Relations during the Civil war", 1908; Adams E. D. "Great Britain and the American Civil War", Ld. 1925. Объяснения легенды о том, что русский флот появился в Америке в 1861 г., повидимому, следует искать в том факте, что в 1861 г. в Сан-Франциско действительно приходило русское судно адмирала Попова. Визит этот имел характер рекогносцировки. Очевидно, этот факт и был спутан с приходом русского флота в 1863 г. Версия о том, что русский флот был послан в 1863 г. для поддержки Союза, получила обобщение в исследовательской работе Каллагэна.

 

10 Callagan, J. M. "Russo-American Relations during the Civil War".

 
стр. 154

 

ральной поддержкой. В ней приводится ряд свидетельств о том, что адмиралы обеих эскадр, посланных в Америку (одна из эскадр под командой контрадмирала Лесовского появилась в нью-йоркской гавани 1 октября (н. ст.) 1863 г., а другая - 24 сентября в Сан-Франциско), имели секретное предписание поступить в распоряжение американского президента в случае если начнется война.

 

"В тягчайший час американской истории, - пишет Каллагэн, - когда целость Союза, а следовательно, вопрос мира во всем мире был в опасности, и державы Западной Европы, казалось, взирали на эту опасность с холодным безразличием, если не с живейшим одобрением, когда наш британский родственник называл нас "разъединенные штаты" ("Dis-United States"), когда наш старый союзник - Франция - стал нашим злейшим врагом, только одна рука в Европе протянулась к нам с горячей симпатией и доброй волей - из русских степей. Русский посол в Вашингтоне приложил все усилия к тому, чтобы предотвратить сецессию. Когда французский император предложил конфедератам помощь и когда Великобритания не захотела предупредить постройку в ее водах кораблей, предназначенных для разрушения американской торговли, Россия горячо аплодировала американским усилиям сохранить Союз. Россия отказалась присоединиться к европейскому предложению об участии в посредничестве или интервенции и послала свои флоты в американские воды как доказательство всему миру ее симпатии к делу Союза"1 . Каллагэн называет эти отношения сердечным согласием (entente cordiale) и считает реальным предположения о существовании союза между Россией и Америкой.

 

На точке зрения Каллагэна стоял ряд историков. Версия о "секретных инструкциях", которые имелись у флагманов русского флота, как отмечает историк Шуман и сам Робертсон, до сих пор еще находит место в работах американских историков. Однако появление в 1915 г. статьи Голдера о посылке русских эскадр в Америку заставило большинство историков изменить свою точку зрения и с теми или иными оговорками присоединиться к Голдеру.

 

По мнению Голдера, использовавшего часть материалов из русских архивов, основной причиной посылки русского флота царским правительством в Америку являлось ожидание войны с Англией и Францией. Война эта считалась неизбежной вследствие того, что в 1863 г. эти государства сделали три представления относительно польского вопроса. Наполеон III предлагал, на основе постановлений венского конгресса, созвать европейский конгресс для урегулирования польских дел. Как полагает Голдер, царское правительство хотело спасти флот от разгрома и, возможно, даже затопления, как это имело место в Крымскую войну. С другой стороны, отсутствие незамерзающих гаваней обрекало флот на бездействие в зимнее время. В то же время успешные действия конфедератского крейсера "Алабама", построенного на английских верфях и бежавшего с тайного согласия английского правительства (29 июля 1862 г.) из Англии, показали, как много может сделать каперская война против коммерческого флота неприятеля2 .

 

Голдер считал, что флот России был настолько слабым, что трудно было думать о том, что посылка этого флота могла бы оказать существенную поддержку в борьбе Союза против Конфедерации. "Скорее, - пишет Голдер, - союз оказал содействие России, дав приют ее флоту, и сохранил его от возможного уничтожения, а Россию от унижения".

 

С чрезвычайной последовательностью точку зрения Голдера развивает заслуженный профессор нью-йоркского университета Виллис Флетчер Джонсон в своей двухтомной работе "Внешняя политика Америки", изданной в Нью-Йорке в 1916 году. Вот что пишет Джонсон: "Россия только что потерпела поражение в войне от Англии и Франции, игравшими ведущую роль в Крымской вой-

 

 

1 Callagan. Op. cit, pp. 1 - 2.

 

2 Крейсер "Алабама" потопил более 70 судов, причинил убыток на 5 млн. долларов, обошел почти весь свет и лишь в 1864 г. был затоплен во французской гавани Шербург союзным крейсером "Кирсэдж".

 
стр. 155

 

не... Россия жаждала мести. В 1863 г. возобновление войны между Францией и Россией казалось неизбежным. На этот раз Россия не захотела, чтобы ее флот оказался блокированным в ее гаванях, как это случилось в Крымскую войну. Пример конфедератских крейсеров показал ей, что она может сделать в отношении французской торговли. Поэтому она послала свои корабли в далеко отстоящие дружественные тогда порты, которые могли быть нейтральными в случае войны. Русский флот не был достаточно силен, чтобы принести там много пользы, если бы это понадобилось. Он явился в то время, когда в этом не было нужды, и отправился обратно задолго до того, как закончилась наша война. С русской стороны не было претензий, а с американской - не было предположения, что флот явился сюда для помощи нам... Что же касается запечатанных инструкций, то были произведены поиски, но ничего не было открыто ни в Вашингтоне, ни в Петербурге. Если какие-либо запечатанные инструкции когда-либо существовали, то этот секрет скрыт лучше чем какой-либо другой во всей истории мира"1 .

 

Робертсон частично присоединяется к Голдеру и Джонсону, но, как мы видели, расходится с ними в отношении оценки мощи России в начале 60-х годов, считая, что Россия могла сыграть большую роль в международных отношениях этого периода, и придает большое значение отказу России принять участие в посредничестве в 1862 году2 . Существование русско-американского союза и секретных инструкций Робертсон отрицает. Однако имеются данные, противоречащие концепции Голдера, в значительной мере воспринятой Робертсоном. Сюда относится сообщение об одном разговоре Александра II с американским деятелем Уортоном Баркером, жившим в России в 1879 году. Во время беседы Александр II заявил, что "осенью 1862 г. Франция и Великобритания, хотя и неофициальным путем, неформально, предложили России присоединиться к признанию независимости американской Конфедерации штатов европейскими государствами. Он сообщил о своем немедленном ответе: "Я не желаю сотрудничать в подобном действии. Я не только не соглашусь на него, но, напротив, я буду рассматривать признание независимости Конфедеративных штатов Францией и Великобританией в качестве повода для военного выступления России. Правительства Франции и Великобритании должны понять, что не ради пустой угрозы я послал Тихоокеанский флот в Сан-Франциско и Атлантический флот в Нью-Йорк. Обоим адмиралам были даны запечатанные инструкции. Все это я сделал не из любви к американской республике. Я действовал так потому, что понимал, что Россия будет иметь более серьезные осложнения, если американская республика, передовая, промышленная, развитая страна будет разбита, и Великобритания возьмет под свой контроль многие отрасли промышленного развития"3 .

 

Американский полковник Арно в своих мемуарах сообщает, что русский министр иностранных дел Горчаков еще в феврале 1862 г. сообщил ему лично о на-

 

 

1 W. F. Johnson "American's Foreign Relations". Vol. II, p. 150. N. -Y. 1916.

 

2 По ряду частных вопросов в оценке международных отношений периода гражданской войны между историками существуют кардинальные расхождения. Так например Каллагэн и советский историк Адамов (автор предисловия к документам о посылке русского флота в США в 1863 г. "Красный архив" N1 (38) за 1930 г.) считают, что положение Союза было наиболее тяжелым в 1853 году. Робертсон полагает, что если опасность интервенции в этот момент еще и существовала, то она была значительно ослаблена. Джонсон считает, что к этому моменту, ко времени победы под Антитем, вопрос о превосходстве Севера был решен и опасности интервенции уже не было.

 

В крушении плана интервенции в 1862 г., помимо вмешательства России, Робертсон видное место отводит голоду в Европе и снабжению Европы хлебом. Между тем автор специальной работы о внешней политике Конфедерации - Ослей (Osley "King Cotton Diplomacy". Chicago. 1931) - на основании специальных исследований в британских музеях пришел к выводу, что этот вопрос не играл решительно никакой роли.

 

3 Callagan. Op. cit, p. 13.

 
стр. 156

 

мерении русского правительства послать флот на помощь США1 . Имеются факты, которые говорят о том, что русские эскадры в некоторых случаях оказывали Союзу довольно реальное содействие. Так, в 1864 г. создалось угрожающее положение на Тихоокеанском побережье, где не было ни одного военного судна Союза. Между тем знаменитый крейсер "Алабама" "месте с другим крейсером конфедератов, "Семтер", находился в небольшом расстоянии от Сан-Франциско, и городу угрожала бомбардировка. В этот момент русский адмирал Потов послал своего уполномоченного к местным властям с официальным заявлением о том, что в случае нападения на город русская эскадра примет необходимые меры, для того чтобы отразить всякую попытку нарушить безопасность данного места2 .

 

В другом случае (в 1864 или 1865 гг.), когда одному из коммерческих кораблей Союза угрожала опасность нападения со стороны конфедератского корабля, командир клипера "Изумруд", запросив инструкций, получил разрешение, в случае прямой угрозы американскому кораблю, выступить в его защиту3 .

 

Каллагэн сообщает, что в период напряженного положения в Вашингтоне, подвергшемся опасности взятия южанами, Сюард просил русскую эскадру продвинуться через Чизапкинскую бухту поближе к Вашингтону, для того чтобы своим присутствием подкрепить оборону города.

 

Все эти факты, противоречащие их концепции, Голдер и Джонсон, Томас и Робертсон либо игнорируют либо отмечают только попутно, совершенно не реагируя на разительное несоответствие этих фактов их основной концепции. Кет сомнения, что только обращение к архивным данным и тщательный анализ их, а также и свидетельств из других источников (мемуары, письма современников и т. п.) дают возможность получить исчерпывающий ответ на истинные причины посылки русских эскадр в Америку в 1863 году.

 

Разрешению этих вопросов может помочь и обращение к литературе по данному вопросу, имеющейся на русском языке. В ней имеются интересные данные о связи посылки русских эскадр в Америку с польским восстанием 1863 года4 .

 

Весьма существенным является расхождение в американской литературе и по общему вопросу о характере русско-американских отношений в целом на всем протяжении от образования Соединенных штатов до гражданской войны включительно. По мнению Робертсона, "ко времени гражданской войны еще более возросло то, что может быть названо традицией дружбы между Соединенными штатами и Россией. Участие России в лиге вооруженного нейтралитета сильно повлияло на то, чтобы заставить Англию заключить мир, признав эту независимость. Когда недавно образовавшаяся нация находилась в борьбе против Англии за морскую торговлю, выступив против "Orders in Council" и против наполеоновских декретов, то именно отказ России закрыть Балтийское море для наших кораблей помог сломить блокаду. Во время нашей второй войны с Англией, в 1812 г., когда мы добивались свободы морской торговли, которая одна могла дать нам реальную независимость, Россия выступила посредником и своим влиянием заставила Англию согласиться на гентский договор. Во время Крымской войны 1854 - 1855 гг. эти дружественные отношения между Россией и Соединенными

 

 

1 Arnauld "The Union and its Ally Russia", p. 21; см. также в публикуемых нами документах (в этом же номере): Депеша Горчакову Стэклю от 10 октября 1863 г. с пометкой Александра II: "Очень хорошо".

 

2 Golder "The Russian Fleet and the Civil War". "The American Historical Review". Vol. XX, N4, p. 809.

 

3 Там же.

 

4 См. "Морские сборники": за 1363 г. N41; за 1864 г. N4; за 1866 г. N8; за 1913 г. N8; Н. Д. Каллистов "Американская экспедиция русского флота в 1863 - 1864 гг." ("Военная энциклопедия" 1911 г.). "Американская экспедиция, русских крейсеров в 1863 - 1864 гг." (в "Советской военной энциклопедии"). Некоторые документы, относящиеся к посылке эскадр в 1863 г. в Америку, опубликованы в "Красном архиве" N37 за 1930 г. Автор этой публикации тов. Адамов дает некоторый материал и по русско-американским дипломатическим отношениям этого периода.

 
стр. 157

 

штатами усилились еще больше. Народ, а также правительство Соединенных штатов были на стороне России. Соединенные штаты поставляли военное снабжение, и одно время даже создалось впечатление, что Соединенные штаты выступят в качестве посредника в споре России с Великобританией и Францией" (стр. 15 - 16).

 

Точно так же Джон Хилдт в своей работе "Ранние дипломатические отношения между Соединенными штатами и Россией"1 замечает: "Россия с самого установления дипломатических отношений заняла устойчивую позицию дружбы с Соединенными штатами, чтобы иметь их в качестве союзника против Великобритании". "Должно быть сказано, что Россия была нашим непременным другом со времени родовых мук нации в революции и до 1871 г., - пишет Каллагэн, - и доказала свою дружбу вновь во время нашей последней войны с Испанией. Но наиболее полезной оказалась для нас дружба России в течение американской войны за независимость".

 

Подобные же утверждения о неизменной дружественности отношений между царской Россией и Соединенными штатами содержатся и в ряде других работ, трактующих этот вопрос (как например в ценной монографии W. F. Thomas'a "Russo-American Relations 1815 - 1867". "John Hopins University Studies". 1930). Однако и по этому вопросу в американской литературе существуют диаметрально противоположные мнения.

 

"Необходимо подвергнуть пересмотру привлекательную легенду о традиционной дружбе России к нашей стране и о больших услугах, оказанных ею нам во время гражданской войны, - пишет тот же Джонсон. - Хорошо известные исторические факты показывают, что она была не другом нашим, а врагом вовремя революции, что против ее враждебных намерений была направлена доктрина Монро. Мы должны были предупредить захват ею Калифорнии. Остается, однако, рассмотреть ее поведение во время гражданской войны. Широко господствует мнение, что в критический момент нашей войны Россия содержала могущественный флот в Нью-Йорке, который имел запечатанные приказы, что в этих приказах, возможно, говорилось, чтобы в случае необходимости, вызванной иностранной атакой, этот флот был бы отдан в распоряжение нашего правительства и что этому акту русской дружбы мы обязаны тем, что избегли британской и: французской интервенции. Теперь, если это впечатление верно, наш долг России вряд ли может быть переоценен. Однако, поскольку это известно в весьма существенных подробностях, это неверно"2 .

 

Такое противоречие в оценке даже общего вопроса о характере русско-американских отношений в конце XVIII и в первой половине XIX в. должно привлечь наше самое пристальное внимание. Не предрешая вопроса о правильности той или другой точки зрения, следует отметить, что они обе являются односторонними, что, несомненно, в русско-американских отношениях были заложены противоречия и задачей исследователя является раскрытие этих противоречий и выявление основной линии этих отношений, причем в первую очередь следует учесть тот образец анализа международных отношений, который дан был Марксом в этот период.

 

Это резкое различие в оценке истории русско-американских отношений, конечно, не может быть об'яснено только различной интерпретацией источников. В частности, националистическая идеология буржуазных историков3 всегда являлась для них чрезвычайно серьезным препятствием, мешающим научному пониманию истории международных отношений. Оценка роли Соединенных штатов далеко не получает об'ективного освещения. Так например Робертсон встретился со следующим фактом: в 1862 г. правительства Великобритании и Франции обратились к правительству Союза с предложением присоединиться к протесту против

 

 

1 Hildt John Coffey "Early Diplomatic Negotions of the United States with Russia". 1906.

 

2 Johnson, W. F. America's Foreign Relation. N. -Y. 1916. Vol. II, p. 46.

 

3 "Экономическая школа", к которой принадлежал Робертсон, столь же заражена национализмом, как и другие буржуазные течения исторической школы в США.

 
стр. 158

 

подавления польского восстания, который они собирались представить русскому императору. Соединенные штаты отклонили это предложение. Письмо Сюарда об этом отказе было показано князю Горчакову, который выразил желание опубликовать его. Клэй дал согласие, сказав при этом: "Опубликование этого письма поможет России и дома и заграницей, как наша моральная поддержка" (стр. 147). Робертсон во что бы то ни стало хочет доказать правильность такого отношения Союза к польскому восстанию и не находит лучшего выхода, как об'явить восстание в Польше реакционным и вызванным происками католического духовенства. Между тем совершенно очевидно, что в данном случае американское правительство оказывало поддержку реакционнейшей политике царизма.

 

Для нас, при изучении данной проблемы, как раз особенно важно подчеркнуть, что посылка русской эскадры в Америку в 1863 г., как это видно из помещаемых ниже новых архивных документов, была, между прочим, для царской России средством обеспечить подавление восстания в Польше. Таким образом, Россия, выступая в сложившейся ситуации на поддержку Союза против рабовладельческих штатов и их европейских союзников, в то же время выполняла ту функцию "жандарма Европы", которую она выполняла, как подчеркивает товарищ Сталин, со времен Екатерины II до 50-х годов XIX столетия и дальше.

 

Разбор работы Робертсона и литературы по вопросу, поставленному в его книге, показывает, что история русско-американских отношений разрабатывается в Америке довольно интенсивно. Изучение роли царской России в гражданской войне 60-х годов представляет большой интерес для освещения ряда моментов в истории России и Америки этого периода, а также и всей международной ситуации. Публикуемые в этом же номере журнала материалы советских архивов проливают на наш взгляд новый свет на этот вопрос и дают возможность разрешить ряд спорных до сих пор вопросов.

 

 


Опубликовано 22 августа 2015 года




Нашли ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER!

© А. ЕФИМОВ • Публикатор (): БЦБ LIBRARY.BY Источник: Историк-марксист, № 3(055), 1936, C. 149-159

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

Выбор редактора LIBRARY.BY:

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

ПОЛИТИКА НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в вКонтакте, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.