Стремительные изменения, происходящие в польском языке после 1989 г., выявили разные позиции носителей языка (в том числе лингвистов) по отношению к тому языку, которым они пользуются¹. Если проанализировать эти позиции, то на одном полюсе можно поместить пуристическую позицию в разных ее вариантах, а на противоположном полюсе - языковую индифферентность. Либеральная позиция предполагает толерантное отношение к языку, особенно к языковым инновациям. Именно с этой позицией связано понятие смягчения нормы. Смягчение я понимаю в том смысле, как его определяет один из лучших новых словарей польского языка, "Inny slownik jezyka polskiego", а именно: "Если какие-то нормы, предписания, санкции или мнения смягчаются, это значит, что они становятся менее строгими и категоричными" [2. Т. П. S. 1352].

Перейду сразу к примерам смягчения нормы, причем речь будет идти, главным образом, о словообразовательных нормах.

В середине 1990-х годов в польских масс-медиа появилось выражение speckomisja, которое получило стремительное распространение и стало импульсом для образования целой серии аналогичных структур. В русском языке эта словообразовательная структура хорошо известна и активна, она традиционно определяется как сложносокращенные слова². Для польского языка этот словообразовательный тип не был характерен. В социалистическое время были попытки перенести этот тип словообразования, характерный для русского языка, на польскую почву (например, иногда в прессе мелькали такие слова, как litredakcja, partkomisja, politbiuro и т.п.), однако они не увенчались успехом, и такие слова ощущались как идеологически окрашенные и отвергались носителями

Рудник-Карватова Зофья - доктор филологии, сотрудник Института славистики Польской академии наук (Варшава).

* Благодарю Светлану Толстую за ценные замечания по тексту статьи.

¹ Типологию этих позиций в более широких хронологических рамках предложил недавно в одном из разделов своей книги А. Марковский [1. S. 126 - 140].

² Термин не является удачным, так как характер функционирования резко отличает сочетания с первой сокращенной и второй полной частью от сложных слов (существительных). Рассматривая этот тип образований, А. А. Реформатский назвал их "мнимыми сложными словами" [3]. Идею эту поддержал и развивал М. В. Панов [4; 5]. В течение последних двадцати лет в связи с активизацией такого типа сложных номинаций в современном русском языке некоторые исследователи пытаются подтвердить правильность мнения о лингвистическом статусе этого типа номинаций, высказанного более сорока лет тому назад обоими лингвистами (см. [6. С. 58 - 59 и др.; 7]).

языка не только из-за их идеологических коннотаций, но и потому, что они противоречили самой системе польского языка. Именно на это указывали авторитетные польские лингвисты, например Х. Саткевич [8. S. 98].

Сегодня ситуация изменилась, и уже лишь немногие языковеды, такие, как, например, Я. Медек [9. S. 66], К. Сициньская [10. S. 145], категорически высказываются против модели speckomisja (так называемых сложносокращенных слов с первым компонентом spec-). Вопрос об акцептации этих структур считает открытым Х. Ядацкая [11. S. 105 - 106]. Объективная оценка возможна только на основе многостороннего анализа новой тенденции и ее последствий (результатов), способствующих развитию языка или нарушающих гармоничное строение системы.

Те слова данного типа, которые прежде употреблялись в польском как кальки с русского и заимствования из русского, сохранили свои идеологические коннотации и функционируют в сознании носителей польского языка как советизмы (например specszpital, specposiolki, speczadania и т.п.). Многие из них использовались в советской действительности как эвфемизмы, камуфлирующие антигуманность и патологию коммунистической системы и деятельность обслуживающего ее идеологического аппарата [12. С. 392 - 393]. Ср. примеры из польской прессы: Robilam ten film trzy lata ... Nieiatwo bylo wejsc z kamera. do dawnych specszpitali, dzis bedacych pilnie strzezonymi szpitalami psychiatrycznymi ... Najpierw przyjezdzalam sama, dlugo rozmawialismy... Ciagle bez kamery. Pojawiata sie ona dopiero, gdy czulam, ze wybrany psychiatra jest gotow przed nia wystapic. Bywalo niebezpiecznie - trzeba pamietac, ze sowieckie specszpitale nie podlegaly Ministerstwu Zdrowia, ale Ministerstwu Spraw Wewnetrznych, zatem ci, ktorzy stawiali diagnozy, bardziej byli ludzmi w mundurach niz w fartuchach ("Rzeczpospolita". 5. 10. 2001; интервью с режиссером); То byly najgorsze wakacje w zyciu Edwarda Gierka. Od poczatku przyjazdu do specdaczy na Krymie wygladal na zdenerwowanego. Ciagle dzwonil do Polski, со nie uszlo uwagi opiekunow krymskich, ktorzy zameldowali о tym, komu trzeba ("Zycie". 2000. N 188; цит. по: [13. S. 178]).

Однако в середине 1990-х годов в польских массмедиа появляется компактная группа слов с определяющим членом spec-, которые имеют терминологический характер и относятся к важной области новой польской политической действительности, например: specagent, specgrupa, speckomisja, specsluiby, speczespol; speclqcznosc, specraport, specuprawnienia, specustawa и т.п. Они нейтральны идеологически, что легко объясняется. В демократической стране действия уполномоченных органов, выполняющих особые задания по обеспечению безопасности государства, права и справедливости, вызывают положительную оценку. В русском языке, который является структурным источником (образцом) этих образований, в начале 1990-х годов они лишились своей идеологической окраски: так, спецслужбы и спецагент, ассоциировавшиеся в прошлом с разведывательной деятельностью за рубежом, теперь обозначают политические и военные организации в своей стране, в России. Ср.: Наша страна находилась на подъеме, и, разумеется, империалистическим кругам это не по нутру. Западные спецслужбы пытаются активизировать свою враждебную деятельность ("Правда", 1. 03. 1986; цит. по: [14. С. 606]); Открывая собрание, началь-

³ Особый статус получило образование socrealizm (рус. соцреализм), прочно вошедшее в мировой лексикон как термин, обозначающий направление в литературе, архитектуре и искусстве в коммунистических странах. Кроме него, в нормативных словарях польского языка не зарегистрировано ни одного слова этого типа.

ник УФСБ Виктор Черкесов отметил, что нынешний юбилей спецслужбы -первый после указа президента о ежегодном праздновании Дня работников органов безопасности ("Смена". 29. 12. 1997: цит. по: [14. С. 606]).

До середины 1990-х годов в польском языке существовало составное обозначение komisja specjalna, оно было известно, но употреблялось сравнительно редко. Появление сокращенного обозначения speckomisja, образованного от komisja specjalna (и его базового sejmowa komisja specjalna⁴), было вызвано потребностями коммуникации, заинтересованностью общества в деятельности комиссий - и особенно в деятельности парламентских комиссий по расследованию. Создателями этого слова стали журналисты и политики, а пропагандистами - массмедиа, которым необходима экономность, краткость и выразительность. И фазу частота этого сложносокращенного слова резко возросла: оно встречается не только в заголовках, но и в текстах (информационных и публицистических) в газетах, журналах и на телевидении (в том числе в анонсах тем выпусков новостей).

С момента появления слова speckomisja и других терминологизированных обозначений этого типа данная словообразовательная модель активизируется - повышается частота употребления и возникают новые образования в рамках этой модели. Модель становится продуктивной: появляются окказионализмы -ср., например, термины из области экономики - speckalkulacja, specstrefa или шутливое название мероприятия (концерта) Spec Zabawa и т.д. Возникают (сугубо на польской почве) аналогичные образования типа speclustrator, speclustracja, specsedzia, specsprawa и т.д. Контексты, в которых они выступают, показывают, что их создатели хотели выразить пейоративную оценку или экспрессивно-ироническое отношение к институту люстрации и покаяния как инструменту "очищения" общественной жизни. Например: Zaswiadczenie lustracyjne wydaje tu w oparciu о posiadana. dokumentacje Ministerstwo Spraw Wewnetrznych i jesli obywatel uwaza je za nieprawdziwe, moze skarzyc MSW przed sadem powszechnym (nie ma zadnego speclustratora, zbiora bezpieczniackich teczek nie uznano za panteon narodowej pamieci) ("Polityka". 21.11.1998); Sedziowie - jak twierdza - nie sa. lustracji przeciwni. Nie chca. jednak uczestniczyc w procedurze niejasnej, zle zdefiniowanej. Brak zwiaszcza jasnych kryteriow, со mialoby znaczyc okreslenie "wspolpraca ze sluzbami specjalnymi". Sedziowie obawiaja sie rowniez czteroletniej nieobecnosci w macierzystej placowce. Wroca. potem do sadow i do spolecznosci w miejscu zamieszkania postrzegani jako specsedziowie od specspraw. ("Polityka". 1998. N 3; цит. по: [13. S. 179]). Такие примеры, безусловно, показатель активизации модели и ее усвоения польским языком. Это нашло отражение и в словаре [2], где приводится статья speckomisja с пометой "nieco potoczne" (слегка разговорное), т.е. слово квалифицируется фактически как нормативное, но стилистически окрашенное [2. II. S. 642]. Определение можно считать дискуссионным, но несомненно, что норма уже "смягчается" и готова принять эту модель.

Надо объяснить, что сама модель с препозицией определения чужда польскому языку: как известно, в польском языке, в отличие от русского, относительное определение ставится после определяемого: если по-русски говорится специальная комиссия, то по-польски - komisja specjalna. Таким образом, в рассматриваемых сложносокращенных словах нарушается правило постпозиции определения, характерное для польского языка, не говоря уже о том, что в

Согласно норме, в польских составных образованиях два относительных определения не могут выступать рядом: одно из них по отношению к определяемому находится в препозиции, второе - в постпозиции.

польском вообще отсутствовали сложные слова с усеченным первым членом (оканчивающимся на согласный).

Вопрос о позиции относительного определения и определяемого шире, чем это представлено в статье, и касается также структур с первым членом, оканчивающихся на гласный, типа biopaliwo, eurokompromis, wideopirat. Образования данного типа, огромный рост активности которых отмечается с конца 80-х годов XX в., строятся по регулярной в прошлом в польском языке (и вообще в европейских языках) модели, создающей сложные структуры с членами (морфемами) греческого и латинского происхождения. Несомненно, фактором, поддерживающим активность структур, определяющий член которых оканчивается на гласный, является внешнее, формальное сходство с традиционными сложными словами: конечное о первого члена имитирует интерфиксальную морфему, используемую при образовании композитов, т.е. сложных слов, типичных для славянских языков (см. подробнее об этом в [15]). Такие структуры, часто состоящие из двух (очень редко - трех) "классических" членов прочно вошли в научную и техническую терминологию, например biocenometr, geobotanika, neurochirurgia, socjopatologia и многие другие. В условиях расширения международных контактов (прежде всего с США) в течение последних 20 - 30 лет наблюдается "вторая волна" активизации образований типа eurokompromis, wideopirat, использующая интернациональные элементы (греческого и латинского происхождения). Эти "неоклассические" образования не ограничиваются терминологией, они выходят за рамки специальной лексики и распространяются по различным типам и сферам коммуникации, употребляются в официальной и неофициальной коммуникации, в области публицистики, политики, торговли, рекламы, молодежной музыки и вообще массовой культуры и т.п. Часто это хлесткие окказионализмы, ср. слова, произнесенные одним из депутатов и стремительно распространившиеся в массмедиа: "Moralnie wygralismy. Cata marnosc, podlosc, nikczemnosc i obluda duetu Kalisz-Kwasniewski zostaia zdemaskowana. Porno minister Kalisz pasuje do porno prezydenta. Mamy sojusz dwoch porno grubasow"⁵ - tak skomentowat glosowanie nad prezydenckim wetem w sprawie pornografii poset ZChN Stefan Niesiotowski ("Polityka". 20. 05. 2000). В приведенном примере выявляется коммуникативная интенция говорящего: во что бы то ни стало дискредитировать, осмеять действия президента и одного из министров. Ожидаемый автором экспрессивный эффект достигается благодаря столкновению аксиологически маркированного понятия porno с понятиями, относящимися к самым высоким должностям в государстве: prezydent, minister (ср. pornoklient, pornowydawca). Разговорная экспрессивность подчеркивается образованием porno grubasy, ощущаемым в некоторых коммуникативных ситуациях как чуждое "вкусу" польского языка.

В рассматриваемой модели сложносокращенных образований только часть имеет сложносоставные аналоги. В случае их конкуренции с составным выражением наблюдается предпочтительность составных образований, в которых определяющий член имеет статус самостоятельного слова (т.е. получает его и в польском языке), ср., например, aktor porno (реже, главным образом в текстах

В прессе наблюдалось тогда колебание правописания такого типа выражений, ср. в заголовке статьи слитное написание Pornozakaz ("Gazeta Wyborcza". 17. 01. 2000). Сегодня орфография стабильна: Ро drugiej stronie opozycja: Stefan Niesiolowski (PO) i Ryszard Kalisz (SLD). Niegdys ten pierwszy nazwal drugiego "pornogrubasem" ("Gazeta Wyborcza". 18 - 19. 02. 2006).

переводов с английского, употребляется pornoaktor), sprzet wideo (редко встречается в объявлениях в прессе, в витринах магазинов, в инструкциях по обслуживанию видеотехники: wideosprzef), radio stereo (stereoradio), wejscie audio (audiowejscie) и т.п. Особенно ярко обнаруживается это в контекстах, в которых по соседству выступают образования с первым членом, оканчивающимся на согласный, например: Hola, panie prezydencie, panie premierze i wielcy mogolowie. Jakim prawem te rozwydrzone gnojki zarabiaja. 9000 zl miesiecznie, zmieniaja poglady i partie jak aktorzy porno swych sekspartnerow i wciskaja. wszystkim, ze troszcza. sie о dobro ogolu? ("Metro". 16 - 18. 04. 2004; фельетон). Редко отмечаются примеры обратного порядка, т.е. предпочтение конденсированных образований, например wideofilmowanie (*filmowanie wideo, но допустимо, хотя "неэкономно" - robienie filmow wideo), закрепленное в речи лиц, занимающихся видеофильмами (в анонсах, объявлениях). Более подробно рассматриваются эти образования в статьях [15; 16].

Вернемся к образованиям с первым членом (определением), оканчивающимся на согласный, которые являются предметом данной статьи. Несмотря на некоторое структурное сходство с вышеупомянутыми образованиями, первый член которых - определение - оканчивается на гласный, целесообразно рассматривать их отдельно. В этом убеждает их история и характер функционирования в современном польском языке.

В истории польского языка рассматриваемые образования с первым членом, оканчивающимся на согласный, занимали особое место. Они заимствовались из немецкого и калькировались с него, распространяясь, главным образом, в торговле, ремесле, строительстве и других областях, связанных с жизнью горожан. С течением времени многие из них лексикализировались (ср. образования с лексикализованным вторым членом - mistrz: tancmistrz, baletmistrz, zegarmistrz), часть заменилась собственными непроизводными или производными словами (ср. кальку bormaszyna, которую заменило производное wiertarka от wiercic) либо составными образованиями (ср. szyberdach и вытесняющее его сегодня образование dach odsuwany). Остальные не выходят за рамки технической терминологии, будучи нередко непонятными для носителей польского языка (например rolsztanca, sztanctygiel). Чуждость модели используется в текстах, настроенных на экспрессивность, как, например, tancbuda, sznapsbaryton. Эта словообразовательная модель ощущалась как чуждая польскому языку. Обстановка не изменилась, когда с начала XX в. стали появляться в польском языке заимствования из английского (до войны отмечалось небольшое количество конденсированных составных образований, относящихся, прежде всего, к специальной лексике, например sparringpartner, jachtklub и т.п.).

Только в последнее время (после 1989 г.) лавинообразно появились в масс-медиа подобные конструкции по образцу английского языка с первым членом seks-, cyber-, biznes- и т.п. Такие структуры, образованные уже на польской почве, очень активны. Большой продуктивностью отличается серия образований с членом seks-, в чем повинны СМИ, пропагандирующие массовую культуру с ее эротизацией. Сначала появились заимствования из английского и кальки типа sexsymbol -> sekssymbol, cyberspace -> cyberprzestrzen, business plan -> biznesplan и т.п. и кальки, а потом эта модель стала продуктивной на польской почве, и возникли многочисленные аналогичные образования, и их число постоянно растет. Например, серия типа cyberkawiarnia (род интернет-кафе), cyberrandka (рандеву), распространившаяся в интернете, насчитывает уже, по моим наблюдениям, несколько десятков слов (см. также [17]). Таким образом, во всех случа-

ях действует один и тот же словообразовательный механизм: сначала адаптация иноязычных слов с препозицией определения, затем их применение к материалу польской лексики аналогическим путем.

Смягчение языковой нормы проявляется в изменении иерархии критериев нормативности. Ослабевают роль традиции в системе критериев и так называемый национальный критерий, которые в прошлом были очень важными: норма допускает и нарушение системных правил языка (в данном случае правила постпозиции определения и словообразовательных правил), и усвоение чужих моделей (английского и русского языков) особенно в условиях расширения международных контактов. Вместе с тем повышается роль экономичности и аналитизм языковых выражений.

Экономичность, экспрессивность, клишированность и стандартизованность моделей особенно присущи массмедиа, которые в современном мире считаются четвертой властью и в последнее время играют исключительно важную роль в формировании языкового узуса и языковых норм. Прежние языковые авторитеты (такие, как школа, театр, литература) снизили свою роль, а влияние массмедиа стало очень значительным в связи с господством массовой культуры. Журналисты и политики, редакторы и ведущие программ телевидения, которые часто отличаются пассивностью по отношению к языку или используют языковые средства с интерактивной интенцией - содействовать вкусам невзыскательных читателей и телезрителей, становятся авторитетами и законодателями языковых норм.

Возникает вопрос, может ли ослабление роли критерия традиции в системе критериев словообразовательных норм нарушить гармоничное развитие языка или, наоборот, создаст новые возможности его развития. Пока еще рано давать объективную оценку этого явления.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Markowski A. Kultura jezyka polskiego. Teoria. Zagadnienia leksykalne. Warszawa, 2005.

2. Inny stownik jezyka polskiego. Warszawa, 2000. T. I-II.

3. Реформатский А. А. Введение в языковедение. М., 1960.

4. Панов М. В. О частях речи в русском языке // Научные доклады высшей школы. Филологические науки. 1960. N 4.

5. Панов М. В. Об аналитических прилагательных // Фонетика, фонология, грамматика. М., 1971.

6. Земская Е. А. Словообразование как деятельность. М., 1992.

7. Голанова Е. И. О "мнимых сложных словах" (развитие класса аналитических прилагательных в современном русском языке) // Лики языка. К 45-летию научной деятельности Е. А. Земской. М., 1998.

8. Satkiewicz H. SJowotworstwo // Buttler D., Kurkowska H., Satkiewicz H. Kultura jezyka polskiego. Warszawa, 1973.

9. Miodek J. Jaka jestes, polszczyzno? Wroclaw, 2000.

10. Frycie S., Jurkowski M., Sicinska K. Kultura jezyka polskiego. Warszawa, 2005.

11. Jadacka H. Kultura jezyka polskiego. Fleksja, slowotworstwo, skladnia. Warszawa, 2006.

12. Крысин Л. П. Эвфемизмы в современной русской речи // Русский язык конца XX столетия (1985 - 1995). М., 1996.

13. Nowe slownictwo polskie. Materiaty z prasy lat 1993 - 2000. Krakow, 2004. Cz. I.

14. Толковый словарь русского языка конца XX в. Языковые изменения. СПб., 1998.

15. Rudnik-Karwatowa Z. O najnowszych tendencjach w slowotworstwie slowiariskim (na przykladzie jezyka polskiego i rosyjskiego) // Procesy innowacyjne w jezykach slowianskich. Warszawa, 2003.

16. Земская Е. А., Ермакова О. П., Рудник-Карват З. Активные процессы в словообразовании славянских языков (на материале русского и польского языков) // Славянское языкознание. XII Международный съезд славистов. Доклады российской делегации. М., 1998.

17. Ochmann D. Zlozenia z cyber- we wspolczesnym jezyku polskim // Jezyk Polski. 2000. T. LXXX. Z. 1 - 2.