Основное заблуждение диалектики

Актуальные публикации по вопросам философии. Книги, статьи, заметки.

NEW ФИЛОСОФИЯ


ФИЛОСОФИЯ: новые материалы (2021)

Меню для авторов

ФИЛОСОФИЯ: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему Основное заблуждение диалектики. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Беларусь глазами птиц HIT.BY! Звёздная жизнь KAHANNE.COM Беларусь в Инстаграме


Публикатор:
Опубликовано в библиотеке: 2005-02-25

Т.В. Филатов
Основное заблуждение диалектики
(Кинель)
§1. В чем смысл диалектики? Открывает ли это учение новые горизонты реальности или строится на чем-то ином, никакого отношения к реальности не имеющем? Попытаемся воссоздать ход рассуждений отца диалектики - Гераклита, поскольку сущность объекта исследования легче ухватить в его изначальной простоте, нежели в последующей сложности.
§2. Гераклит начинает с хрестоматийно известного тезиса: "Все течет и все изменяется; в один поток нельзя вступить дважды" [1, 2]. Что, однако, означает подлинное изменение? Очевидно, превращение объекта в свою противоположность. Молодое становится старым, здоровое - больным, живое - мертвым. С другой стороны, старое, больное и мертвое также должны измениться, перейти в свою противоположность. Не означает ли это, что старцы должны помолодеть, больные - выздороветь и, наконец, мертвые - воскреснуть?

§3. Подобная мысль представляется абсурдной и потому неприемлемой. Откуда же тогда берется второй основной тезис гераклитова учения: "Все едино" [1]? Почему едины старое и молодое, живое и мертвое и даже смертное и бессмертное [2, 45]? Конечно, можно утверждать, что молодые едины со старцами, потому что стареют, живые с мертвыми, потому что умирают, но почему бессмертные боги едины со смертными людьми? Не потому ли, что бессмертные, изменившись в своем бессмертии, должны познать смерть, а смертные, изменившись в своей смертности, обрести бессмертие?

§4. Есть еще идея о том, что живое живо только по отношению к мертвому, а мертвое мертво только по отношению к живому. Именно в этом статически-логическом смысле и пытаются говорить о единстве противоположностей [3]. Конечно, данную интерпретацию тезиса единства можно принять, но лишь в отрыве от тезиса о всеобщности изменения. Либо все изменяется, и тогда мертвые должны измениться, утратив свою мертвенность, либо это не так, и единство мертвого с живым состоит исключительно в том, что живым можно быть лишь по отношению к мертвому, а мертвым - лишь по отношению к живому.

§5. Разрывая два основных тезиса гераклитова учения о развитии, мы, тем самым, уничтожаем это учение как систему. Ведь в системе эти два положения дедуктивно связаны, и тезис о единстве противоположностей логически вытекает из тезиса о всеобщности изменения. Действительно, если молодое - это будущее старое, а старое - будущее молодое, значит молодое и старое - это, по существу, одно и то же. Но если молодое будет старым, тогда как старое уже не будет молодым, то молодость и старость отнюдь не едины, а навеки разделены во времени.

§6. Доведем рассмотрение до абсурда, вопрошая: что есть противоположность будущего? Прошлое. Следовательно, будущее когда-нибудь должно превратиться в прошлое. Но что есть противоположность прошлого? Будущее. Следовательно, прошлое должно превратиться в будущее. Не об этом ли рассуждал Ницше в своем учении о вечном возвращении [4], а следом за ним Жиль Делез в работе "Различие и повторение" [5]?

§7. Либо время линейно, либо циклично. Конечно, то и другое можно попытаться синтетически соединить в известной аллегории диалектической спирали, но в этом случае все равно доминирует линия, тогда как цикл (круг) подчиняется ей в качестве момента. Ведь подлинная цикличность предполагает замкнутость, тогда как подлинная линейность - разомкнутость. Спираль же, как известно, не замкнута.

§8. Будущее, осуществившись и затем проходя, становится не подобием прошлого, а подлинным прошлым. Соответственно, к нам должно вернуться подлинное прошлое, а не его подобие. Только в этом случае можно действительно говорить о диалектическом переходе прошлого в будущее. Значит, по логике этой мысли, должны воскреснуть не подобия мертвых, а подлинные мертвые, не подобия старых должны пережить молодость, а подлинные старцы должны когда-нибудь преобразиться в юношей, вернувшись в прошлое через будущее, подобно тому, как спутники Магеллана возвратились на родину, обогнув Землю.

§9. Развивая данные соображения, можно предложить следующий тривиальный проект диалектической логики. Как известно, основу традиционной аристотелевской силлогистики составляют субъектно-предикативные структуры типа "S есть P", где S и Р можно рассматривать как классы предметов, обозначаемых соответствующими понятиями. Когда мы говорим: "Все тигры есть хищники", то предполагаем, что в общем случае обратное неверно, т.е. далеко не все хищники есть тигры. Напротив, утверждая, что все холостяки неженаты, мы, тем самым, одновременно полагаем, что все неженатые есть холостяки. В последнем случае понятия обозначают один и тот же массив предметов, или, как говорят в формальной логике, равнообъемны.

§10. Для тривиального перехода от всех рассмотренных выше структур к диалектической логике необходимо осуществить следующее простое преобразование: заменить логическую связку "есть" логической связкой "будет". Если "все молодые будут старыми", но неверно, что "все старые будут молодыми", значит, речь идет о диалектически различных группах объектов; при этом понятие "старое" диалектически подчиняет понятие "молодое". О диалектическом же единстве речь может идти только тогда, когда соответствующие понятия диалектически равнообъемны, т.е. когда предполагается, что не только все молодые будут старыми, но и все старые - молодыми.

§11. Не вдаваясь в тонкости диалектического системостроительства, освещение которых, по-видимому, требует написания объемистой монографии с последующим ее опровержением, обратимся снова к первоисточнику диалектики. "Не мне, но Логосу внимая, пойми, что все едино", - учил Гераклит [2, 45]. Последнее, как нам представляется, может означать только одно: все будет всем и одновременно с этим все уже было всем. Лев, будучи, хищником, рано или поздно изменится, превратившись в травоядное, а какое-нибудь травоядное в это время станет хищником; горы станут равнинами, а равнины - морями, которые, в свою очередь, отступив, обратятся безжизненными пустынями. Впрочем, еще Шопенгауэр показал, что, действуя таким образом, мы можем логически связать любые два понятия, как бы далеко в содержательном смысле они друг от друга ни отстояли [6, 184-185].

§12. Диалектику нельзя принять, не приняв полностью ее основного тезиса "Все изменяется" и не осознав ее основного следствия "Все едино" [7, 98] или даже "Все есть Одно". Соответственно, опровержение диалектики предполагает отказ от этих положений, т.е. допущение того, что далеко не все течет и не все изменяется, вследствие чего всякое единство вещей оказывается не абсолютным, а относительным.

§13. Действительно, почему молодой будет старым, а старый никогда уже не будет молодым? Потому что старый будет мертвым. И даже далеко не все молодые будут старыми, потому что некоторые из них умрут. Наконец, мертвое никогда уже не станет живым, потому что оно вообще не меняется. В этом и заключается экзистенциальная тайна смерти.

§14. Биография человека заканчивается с последним его дыханием; к ней уже ничего нельзя добавить и ничего нельзя от нее отнять. Ставшее, остановившееся, неподвижное - это и есть мертвое. Мертвое есть то, что оно есть, тогда как живое есть то, чем оно не будет. Живое умирает, но мертвое не живет. Следовательно, живое всегда больше самого себя, и только мертвое самому себе тождественно.

§15. В свое время Виндельбанд высказал предположение, что онтология Парменида могла быть реакцией на диалектику Гераклита [8, 39]. Миру, где все изменяется, Парменид, со свойственным юности максимализмом мышления, противопоставляет мир, где не изменяется вообще ничего. "Бытие едино и неподвижно"; "мыслить и быть - суть одно"; и, наконец, "бытие есть, а небытия нет" - эти тезисы парменидова учения говорят сами за себя [1, 295-297]. То, что стало, прекратило в себе любые изменения, что окончательно реализовало себя, то и обладает подлинным бытием. Все же прочее, что еще изменяется и развертывается во времени, в лучшем случае находится на пути к подлинному бытию, становится, а в худшем - вообще не существует, являясь иллюзорным порождением нашей сбившейся с правильного пути мысли.

§16. Примечательно, что различные в основании учения Парменида и Гераклита сходятся в своем главном следствии: "Все едино". Подлинно есть лишь гигантский неподвижный шар, навеки застывший в своем абсолютном геометрическом совершенстве. Подлинны платоновы идеи, потому что они вовеки не способны измениться, в отличие от изменчивого мира вещей. Наконец, подлинны демокритовы атомы, вечно пребывающие в своей неизменности, тогда как мир состоящих из них вещей изменчив и потому не более реален, чем картинки в калейдоскопе.

§17. Заслуживает глубокого удивления тот факт, что от проницательного греческого ума ускользнуло предельно очевидное: бытие ставшего, не способного к изменению, есть бытие покойника. Следовательно, чтобы воистину быть, необходимо умереть; но смерть, по идее, должна быть равнозначной не бытию, а небытию. Многим показалось странным определение философии, проскользнувшее у Платона: "Философия есть забота о смерти" [9, 14]. В этом, однако, и заключается главная тайна греческой философии, так неосторожно раскрытая одним из ее основателей. Только философия жизни способна полностью озаботиться жизнью, тогда как забота о смерти характерна исключительно для философии смерти.

§18. Проникнуться подобной философией значит испить до дна чашу с ядом, подобную той, которую выпил приговоренный к смерти Сократ. Необходимо умереть, чтобы начать жить по-настоящему. Что ж, подобная мысль может быть весьма утешительной для умирающего, но в ней нет истины. Смерть - это то, что одно только и разделяет вещи, делая их принципиально отличными от всего окружающего. Старец никогда не станет юношей, потому что он умрет; и льву не суждено стать буйволом по этой же самой причине. Не будь смерти, все действительно было бы всем; но смерть есть, и потому ничто не едино, будучи изначально отделенным друг от друга абсолютным небытием.

§19. Таким образом, отрицание смерти для человека равнозначно отрицанию самого себя. Но отрицание себя - это и есть смерть, причем высшая ее форма - самоубийство [10].

Библиографический список
1. Фрагменты ранних греческих философов. Ч.1. М., 1989.
2. Материалисты Древней Греции. М., 1955.
3. Фихте И.Г. Соч.: В 2-х т. Т.1. Спб., 1993.
4. Ницше Ф. Воля к власти. Опыт переоценки всех ценностей (1884-1888). М., 1995.
5. Делез Ж. Различие и повторение. М., 1998.
6. Шопенгауэр А. Мир как воля и представление. Т.1. М., 1993.
7. Ленин В.И. Философские тетради // Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т.29.
8. Виндельбанд В. История философии. Киев, 1997.
9. Платон. Собр. соч.: В 4-х т. Т.2. М., 1993.
10. Чхартишвили Г. Писатель и самоубийство. М., 2000.


Новые статьи на library.by:
ФИЛОСОФИЯ:
Комментируем публикацию: Основное заблуждение диалектики

()

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

ФИЛОСОФИЯ НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в VK, в FB, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.