публикация №1108055106, версия для печати

Макс Вебер и Россия


Дата публикации: 10 февраля 2005
Публикатор: БЦБ LIBRARY.BY (номер депонирования: BY-1108055106)
Рубрика: ФИЛОСОФИЯ ВОПРОСЫ ФИЛОСОФИИ →


Л.В. Володина

Русская и европейская философия: пути схождения

Учение Макса Вебера очень популярно в России. Что же так привлекает нас в его философии? Максом Вебером был сделан наиболее полный и систематический анализ современного общества путем противопоставления идеальных типов «традиционного» и «капиталистического» обществ [1]. Свои основные идеи развития общества Вебер сформулировал в качестве антиподов по отношению к философии Карла Маркса [2]: материальным интересам и движущим силам экономического характера он противопоставил религиозный и политический интерес. В противоположность теории классов и классовой борьбы — выдвинул концепцию статусных групп; теории единого исторического процесса и общественно-экономических формаций противопоставил сравнительный анализ цивилизаций. Теории государственной собственности — теорию частной собственности со свободной организацией труда. К теории объективных закономерностей общественного развития и тезису о возможности их познания выдвинул теорию идеальных типов. Так, если Маркс считал, что ключом к пониманию общественных отношений являются отношения, вытекающие из способа производства, то Вебер не ставит вопроса о связи между политическим строем и экономическими интересами социальных групп. В политической сфере главным является не классовая борьба, а принцип поведения людей, основанный на различных формах господства, подчинения и послушания. Для Вебера солидарность, основанная на идеях интереса и нравственный порядок, основанный на вере в законность — две основные линии, благодаря которым можно охватить весь исторический процесс развития общества.

Если для Маркса главным является материальная производственная деятельность, то для Вебера — социально ориентированное поведение людей. По его мнению, все виды человеческой деятельности внутри общества подразделяются на четыре типа социальных отношений [3]:

традиционный, основанный на обычаях и привычных образцах поведения. Значимость этого типа поведения связана с тем, что к нему близка большая часть обычного, повседневного поведения людей;
целерациональный, который характеризуется использованием разнообразных средств для достижения цели. Определяющим здесь выступает ясность и однозначность осознания действующим индивидом своей цели, соотнесенной с рационально осмысленными средствами её достижения;
рациональный с точки зрения используемых средств, но нерациональный с точки зрения цели. Вебер называет его ценностно-рациональным. Такие отношения всегда подчинены определенным требованиям, в выполнении которых индивид видит свой долг. Осознанность направленности действия на определенные ценности, последовательность их реализации в поведении придает этому типу рациональный характер;
аффективный, продиктованный эмоциональными побуждениями.
Указанная схема послужила Веберу основой для описания общества как единого целого. Вебер, таким образом, выступал за общество, которое он рассматривал не как общину, а как обусловленную социальными закономерностями совокупность социальных отношений. «Общество — это конгломерат социальных групп, причем частичные расхождения во взглядах и интересах обусловлены различным статусом, а частичное совпадение во взглядах и интересах требует исследования имевших место в прошлом конфликтов и причин их возможного разрешения, ведущего к формированию модели господства и согласия» [4]. Социальная структура общества рассматривается здесь как многомерная система, в которой важное место приобретают статус и власть. Тенденцию самого исторического процесса Вебер видел в движении в сторону целерационального действия, где рационализация выступает как систематическое вытеснение иррациональных, ценностных, аффективных и традиционных компонентов действия.

Раскрывая свое понимание термина «современный капитализм», Вебер поясняет, что в это понятие входит не любая форма капитализма, а только западноевропейский и американский, что, таким образом, указывает на степень развитости общества [5]. Типы обществ Вебер различает по следующим параметрам: форме собственности, преобладающей технологии, рынку рабочей силы, способам экономического распределения, природе законов, распространенным мотивациям.

Традиционными Вебер называет все прежде существующие типы обществ. Важнейший признак традиционных обществ — отсутствие в них господства формально-рационального хозяйства. Хозяйство руководствуется не только экономическими, но и внеэкономическими критериями — традицией, ценностями. При таком функционировании экономики удовлетворяются потребности общества в целом и вместе с тем не нарушаются некие общепризнанные этические нормы. Формально-рациональное хозяйство, в свою очередь, ориентируется только на рентабельность и не признает внеэкономических регуляторов. Формально-рациональный характер капиталистической экономики означает ее автономию по отношению к человеческим потребностям, удовлетворение которых составляет цель хозяйственной деятельности в традиционных обществах.

Формальная рациональность хозяйства, или рыночные отношения, по Веберу, определяется мерой технически для него возможного и действительно применяемого им расчета. Она осуществляется в соответствии с принципами свободного рынка, независимой от вмешательства государства экономики. Это предполагает частную собственность, отчуждение работающих от средств производства, экономическую систему санкций, рациональную денежную систему. Организующим принципом распределения и потребления в формально-рациональном хозяйстве, таким образом, выступает рынок. В условиях рынка, по Веберу, формируется новый тип человека — человек экономический (Homo economicus), поведение которого ориентировано на достижение экономического интереса. Это, по словам С.Н. Булгакова, человек, «который не есть, не спит, а все считает интересы, стремясь к наибольшей выгоде с наименьшими издержками; это — счетная линейка, с математической правильностью реагирующая на внешний механизм распределения и производства, который управляется своими собственными железными законами» [6]. Понятие формальной рациональности — это идеальный тип, но движение в направлении формальной рациональности есть, по Веберу, движение самого исторического процесса с последовательным вытеснением традиционного и ценностно-рационального типов социального поведения целерациональным.

Наивысшей стадией развития современного общества Вебер считал капитализм, как рациональность в наиболее конкретизированном виде. Здесь капитализм выступает как «идея капиталистической культуры» [7], то есть культуры, где господствуют только интересы реализации частных капиталов. Основными факторами генезиса капитализма, по Веберу, являются не материальные, а духовные явления, из которых главное — протестантская религия, проповедующая неустанный труд, аскетическое поведение, благоразумие. «Аскеза действия находит свое выражение в миру, преобразуя его рационально, с помощью какой-либо профессии» [8]. Лишь аскетический протестантизм, по мнению Вебера, создал религиозные мотивы именно в сфере мирской профессии, так как ищет религиозного спасения в рационализированном осуществлении своего призвания. Все это в совокупности ведет к накоплению капитала, развитию торговли и предпринимательской деятельности, основанной на доверии и честности.

Наиболее полное развитие этот тезис получил в работе Вебера «Протестантская этика и дух капитализма» [9], где автор ставит проблему происхождения западной цивилизации и современного капитализма как одной из ее сторон. Современный западный капитализм характеризуется специфическими чертами, отличающими его от капитализма, который, по мнению Вебера, существовал во все времена и во всех странах и ничего общего не имел с той специфической организацией труда и рациональной системой учета, которые возникли на Западе. «Социальная этика капиталистической культуры, — отмечает Вебер, — это представление о профессиональном долге, об обязательствах, которые каждый должен ощущать и ощущает по отношению к своей профессиональной деятельности» [10], понимаемой как призвание, как личный призыв Бога.

И как отмечает С.Н. Булгаков, на которого «Протестантская этика» оказала большое влияние, «высшее благо для капиталистической этики состоит в увеличении богатства, рассматриваемого как самоцель. Своеобразная идея капиталистической этики о профессиональном долге перед имуществом и устанавливает этот особый капиталистический дух, без которого был бы невозможен современный капитализм. Его происхождение поэтому связано не только с рядом объективных и отчасти технических перемен, но и с новым направлением творческой инициативы, личной энергии» [11].

Примечания
[1] См.: Гайденко П.П., Давыдов Ю.Н. История и рациональность. М., 1991; Монсон П. Современная западная социология. СПб., 1992, с.400-420; Штомпка П. Социология социальных изменений. М., 1996, С. 101-103.
Назад

[2] См.: Giddens, Anthony. Capitalism and modern social theory: an analysis of the writings of Marks, Durkgeim and M. Weber. — London, 1972. P.100-140.
Назад

[3] См.: Вебер М. Избранные произведения. М., 1990; Вебер М. Исследования по методологии наук. М.: ИНИОН, 1980, ч. II.
Назад

[4] Вебер М. Избранное. Образ общества. М., 1994, С. 569.
Назад

[5] См.: Вебер М. Избранные произведения. М., 1990, С. 74.
Назад

[6] Булгаков С.Н. Соч. в 2-х тт. М., 1993. Т. 2, с.343.
Назад

[7] Вебер М. Исследования по методологии наук — М.: ИНИОН, 1980. Ч.II, С. 62.
Назад

[8] Вебер М. Избранное. Образ общества. М., 1994, С. 106.
Назад

[9] См.: Вебер М. Избранные произведения. М., 1990, С. 35 ; см., также: Вебер М. Избранное. Образ общества. М., 1994, С. 600-624.
Назад

[10] Вебер М. Исследования по методологии наук. М.: ИНИОН, 1990, С. 30.
Назад

[11] Давыдов Ю.Н. Вебер и Булгаков // Вопросы философии, 1994. № 2, С. 54-74.

Опубликовано 10 февраля 2005 года


Главное изображение:

Полная версия публикации №1108055106 + комментарии, рецензии →

LIBRARY.BY → ФИЛОСОФИЯ → Макс Вебер и Россия

При перепечатке индексируемая активная ссылка на LIBRARY.BY обязательна!

Библиотека для взрослых, 18+ International Library Network