Судьбы у песен разные. Одни мелькнут, как падающие метеориты на небосводе, и не оставят никакого следа. Другие живут годами и десятилетиями, переходят от поколения к поколению. Они живут словно вне времени, вне перемен, их продолжают исполнять со сцены известные современные исполнители, они неизменно звучат в компаниях людей разных возрастов, поющих их на свой лад, для души. В чем секрет таких песен? Вряд ли кто-то может определенно ответить на этот вопрос. "Это наше, родное", - вот и весь ответ...

...Мне кажется порою,
               что солдаты, 
С кровавых
        не пришедшие полей, 
Не в землю нашу
          полегли когда-то, 
А превратились
        в белых журавлей...

Все знают эту песню, посвященную погибшим солдатам Великой Отечественной.

Но уже далеко не все помнят, что мелодию написал композитор Ян Френкель. Много лет уже нет среди нас этого великого композитора, но он и сегодня перед моими глазами - как живой...

...Суровый на вид, он оказался добрейшим человеком. В квартире все веяло необыкновенным уютом. И уже особое расположение и заботу хозяина почувствовал в его рабочем кабинете с роялем, за столом во время беседы за крепким и ароматным чаем.

К сожалению, я не могу вспомнить ту встречу в деталях, поэтому расскажу лишь о некоторых, наиболее памятных моментах. Помню мягкий свет большого, сохранившегося с давних времен торшера. Из полумрака с фотографии искрятся лукавинкой в легкой улыбке глаза Марка Бернеса. Знаменитый актер и певец был соавтором и другом Яна Френкеля, исполнителем его произведений. Вышеупомянутая песня "Журавли" на стихи Расула Гамзатова рождалась как раз с его участием. Именно Марк Наумович предложил Яну Френкелю написать музыку к этому тексту.

Для меня было большим откровением узнать, что, оказывается, в будущем великом композиторе поначалу не видели таланта! Отец Яна -парикмахер по профессии, сердце свое отдал скрипке, и хотя учиться смог начать лишь юношей, играл очень хорошо и обладал настоящим педагогическим талантом. С сыном он начал заниматься, когда мальчику исполнилось четыре года, но, не заметив больших способностей, занятия прекратил. Но лет в восемь обучение возобновилось. Через полтора года игру Яна услышал известный музыкальный педагог и был поражен чистотой исполнения. Вскоре его приняли сразу в третий класс киевской музыкальной десятилетки. "После окончания школы, - вспоминал Ян Абрамович, -я поступил на скрипичное отделение Киевской консерватории. Музыкальная жизнь Киева была очень насыщенной, и мне представилась возможность учиться на концертах лучших исполнителей того времени - певцов, пианистов, дирижеров..."

Неожиданно все рухнуло. Началась война. В сорок втором -призыв в армию. Френкель становится курсантом Оренбургского зенитного училища. Затем фронт, госпиталь, где врачи по общему состоянию здоровья вынесли свой вердикт - дальнейшая служба невозможна. Ян Абрамович сказал мне, что очень переживал по этому поводу, так как хотел непременно стать офицером. Но... Кто знает, может быть, вмешалась Ее Величество Судьба? Может быть, она хранила будущего великого композитора для создания бессмертных песен?

Ян Френкель поступает в маленький фронтовой театр музыкантом. Боевое крещение произошло на Карельском фронте глубокой осенью сорок третьего года.

"Концерты наши, - вспоминал композитор, - проходили в блиндажах, чаще всего в ближайшем соседстве с передовой. Тогда впервые я понял, какая это великая жизнеутверждающая сила - искусство, как оно необходимо людям при любых обстоятельствах". Он осуществлял музыкальное оформление спектаклей, при этом являлся настоящим "оркестром" - играл на рояле, скрипке, аккордеоне.

Потом театр прикомандировали к 1-му Украинскому фронту. Вновь выступления на передовой, постоянный риск... День Победы артисты встретили под Берлином, в Ставке Главного Командования. Закончилась война. Но Ян Френкель уже никогда не забудет ее. Иначе бы не было "Журавлей" и "Русского поля"...

"В первое послевоенное десятилетие, - рассказывал Ян Абрамович, - мне пришлось перебрать чуть ли не все музыкальные жанры. Был исполнителем, работал корректором партитур различных авторов, оркестровщиком. В жанровом отношении были балет, опера, песня, ощущаемые как бы своими"...

В 1960 году, переломном в биографии Яна Абрамовича, началась работа в жанре песни. Возобновляются его связи с Вооруженными Силами. Это видно уже по тематике песен. Вот лишь несколько названий: "Солдаты", "Самый важный человек - солдат", "Как тебе служит-

стр. 68

ся?", "А самолеты сами не летают", "Северный флот не подведет", наконец, "Журавли", "Русское поле"... Начались постоянные выезды в отдаленные гарнизоны, где композитор выступал перед воинами.

В это же время Ян Абрамович начал работать в кинематографе. Количество сделанных на кино- и телестудиях страны песен к художественным, документальным, мультипликационным фильмам приблизилось к шестидесяти. Одна из самых известных - "Погоня" из кинофильма "Новые приключения неуловимых", который и в наше время нередко появляется на экранах.

Ян Френкель, как никто, знал слушателя, его потребности, вкусы, настроения. И у него сложилось на этот счет особое мнение: "Вот, скажем, в одной из газетных статей утверждается, что вместе с возрастающим интересом людей к музыке, песне, эстраде растут и вкусы слушателей, их взыскательность. Но я такой точки зрения не придерживаюсь. Что возрос интерес - согласен, но что возрос вкус... Я бы так не сказал. Почему? Мне кажется, что вкусы зрителей в отношении к песне, эстраде сегодня, при обилии музыки, при ее все расширяющейся доступности, все же занижены".

Очень интересно читать эти слова сегодня, когда сплошь и рядом наблюдается засилие низкопробной музыки. Об этом уже давно бьют тревогу в серьезных музыкальных кругах. Но положение не меняется. Почему? Да потому, что такая музыка, к великому сожалению, востребована определенной частью нынешнего поколения. Наверное, этим надо переболеть...

Не менее актуально звучит и другая мысль композитора, высказанная в той памятной мне нашей беседе: "Основное зло, основное звено, где происходит сбой вкуса, культуры, требовательности к песне, происходит на стадии исполнения". Очень метко сказано. Опять же - как о сегодняшнем дне.

Говоря о Френкеле-композиторе, нельзя не сказать о Френкеле-исполнителе. Юрий Саульский, хорошо его знавший, дал ему такую характеристику: "Он вызывал всеобщее восхищение. На своей скрипке воспроизводил манеру лучших джазовых музыкантов тридцатых годов... Звук его скрипки был очень теплым, задушевным, интонации исключительно точными. Френкель был также талантливым импровизатором. Привлекала его музыкальность, какая-то истовая влюбленность в джаз. Как сейчас вижу - большого роста, слегка сутулый, он подходил к микрофону и играл на скрипке так, что все останавливалось, замирало. Скрипка была как бы его продолжением... Это был не просто виртуоз, а настоящий артист джаза".

И тут я позволю себе обратиться к М. Матусовскому, сказавшему, что он любил слушать Яна Френкеля, негромко исполнявшего свои песни. Их пели многие профессиональные певцы и ансамбли. Но в авторской трактовке была своя особая прелесть. Более того, в пении узнается характер самого композитора - сердечность, мягкость, лиричность.

Прощаясь, я оставил заранее сделанный шаржированный портрет с такой подписью: "Яну Абрамовичу -человеку редкого обаяния, чародею искусства".

стр. 69