Ниже приведены две главы из книги, весь документ можно скачать как файл по ссылке 

Оглавление
От редактора 7
От составителей 9
Предисловие 13
Глава 1. О болезнях шахтёров, добывающих металлы 19
Глава 2. О болезнях позолотчиков 26
Глава 3. О болезнях ятралипт 29
Глава 4. О болезнях химиков 31
Глава 5. О болезнях гончаров 33
Глава 6. О болезнях оловянных дел мастеров 35
Глава 7. О болезнях рабочих стекольного дела и зеркальщиков 36
Глава 8. О болезнях живописцев 38
Глава 9. О болезнях, вызываемых работой с серой 39
Глава 10. О болезнях кузнецов 41
Глава 11. О болезнях штукатуров и обжигальщиков извести 41
Глава 12. О болезнях фармацевтов 46
Глава 13. О болезнях золотарей 47
Глава 14. О болезнях сукновалов 51
Глава 15. О болезнях рабочих, добывающих масла, кожевников и других, занимающихся грязной работой 58
Глава 16. О болезнях людей, приготовляющих табак и торгующих им 63
Глава 17. О болезнях могильщиков 66
Глава 18. О болезнях повитух 69
Глава 19. О болезнях кормилиц 72
Глава 20. О болезнях виноделов и пивоваров 84
Глава 21. О болезнях пекарей и мельников 92
Глава 22. О болезнях людей, изготавливающих крахмал 96
Глава 23. О болезнях людей, просеивающих и отмеривающих зерно 98
Глава 24. О болезнях рабочих каменоломен 100
Глава 25. О болезнях прачек 101
Глава 26. О болезнях чесальщиков льна, конопли и коконов шёлка 103
Глава 27. О болезнях банщиков 104
Глава 28. О болезнях рабочих, добывающих соль 106
Глава 29. О болезнях ремесленников, работающих стоя 108
Глава 30. О ремесленниках, работающих сидя, и об их болезнях 110
Глава 31. О болезнях евреев 112
Глава 32. О болезнях бегунов 115
Глава 33. О болезнях наездников 117
Глава 34. О болезнях носильщиков 120
Глава 35. О болезнях атлетов 123
Глава 36. О болезнях лептургов 125
Глава 37. О болезнях учителей пения, певцов и др. 127
Глава 38. О болезнях земледельцев 129
Глава 39. О болезнях рыбаков 134
Глава 40. О войсковых болезнях 136

Дополнение
Благосклонному читателю 145
Глава 1. О болезнях печатников 146
Глава 2. О болезнях письмоводителей и писцов 148
Глава 3. О болезнях кондитеров 149
Глава 4. О болезнях ткачей и ткачих 150
Глава 5. О болезнях медников 152
Глава 6. О болезнях плотников и столяров 153
Глава 7. О болезнях точильщиков бритв и флеботомов 155
Глава 8. О болезнях кирпичников 156
Глава 9. О болезнях копателей колодцев 157
Глава 10. О болезнях матросов и гребцов 159
Глава 11. О болезнях охотников 162
Глава 12. О болезнях мыловаров 165
Глава 13. О болезнях каменщиков 167
Глава 14. Рассуждение о болезнях писателей и учёных 169
Приложение. Рассуждение о сохранении здоровья монахинь 180

Статьи и примечания
Истоки профессиональной патологии и книга Рамаццини. - П.Е. Заблудовский 189
Бернардино Рамаццини (библиографический очерк). - П.Е. Заблудовский 209
Рамаццини в работах русских и советских гигиенистов. - И.Д. Страшун 212
Примечания 220
Указатель собственных имён 252
===========================================

От редактора

В своём бессмертном труде "Капитал" Карл Маркс отметил книгу профессора практической медицины 
Падуанского университета Рамаццини "О болезнях ремесленников" как один из характерных показателей 
развития мануфактурного периода капитализма.

Книга Бернардино Рамаццини, вышедшая в 1700 г., содержит яркое описание условий труда во всех 
известных автору видах ремесла, мануфактуры, а также в домашнем быту. Вполне заслужено прочно 
закрепившееся за итальянским ученым звание "отца профессиональной гигиены": классический труд 
Рамаццини явился истоком этой новой дисциплины. Книга была переведена на ряд языков, выдержала 
около 25 изданий в ряде стран. Давно назрела необходимость иметь полный ее перевод у нас.

Опубликованная в 40-х годах прошлого столетия (в журнале "Друг здравия" и отдельным изданием) работа 
А. Н. Никитина представляла собой изложение труда Рамаццини с рядом изменений, а не точный его перевод
 (1).

Живя в условиях социализма, мы являемся свидетелями огромных перемен в условиях всех видов труда, 
видим непрерывное и быстрое их улучшение, теснейшим образом связанное с производственным и научно-
техническим прогрессом в СССР. Чтобы оценить всю глубину переворота, происшедшего в условиях жизни 
миллионов трудящихся, поучительно обратиться к истории гигиены труда и к ее исходной точке - книге 
Рамаццини, впервые выходящей в данном издании в свет на русском языке.

Публикуемый перевод представляет результат изучения наследия изучения наследия Бернардино Рамаццини 
- не только его книги о болезнях ремесленников, но и других сочинений, что нашло отражение в 
примечаниях. Редакция считала недопустимым издавать в наших условиях труд Рамаццини 6eз необходимых 
пояснений. Следует перебросить мост через два с половиной столетия, отделяющие наши дни от времени, 
когда книга появилась на свет. Назначение этого моста и выполняют прилагаемые статьи и примечания. 
Книга классика гигиены труда должна быть не формально прочитана; она должна быть критически воспринята 
и научно-исторически понята. Придавая этой части издания не только вспомогательное, но и 
самостоятельное значение как дающей освещение ценных страниц в развитии медицинской науки и практики, 
редакция сочла необходимым отвести ей надлежащее место.

(1) См. ниже статью M. Д. Страшуна "Рамаццини в работах русских гигиенистов".

Круг читателей книги Рамаццини не исчерпывается одними специалистами, для которых знание классического 
наследия в своей области обязательно. Не меньшее значение имеет настоящее издание и для представителей 
других отраслей медицины и гигиены, а также для широких кругов советской интеллигенции.

Книга Бернардино Рамаццини представляет не только сочинение определённой специальности: это также 
документ по истории общественной жизни и культуры, относящийся к одной из важнейших переломных эпох - 
становлению капитализма и связанных с ним явлений.

Редакция надеется, что книга Рамаццини "О болезнях ремесленников" займёт принадлежащее ей по праву место 
на книжной полке многочисленных читателей и в первую очередь всех советских гигиенистов и профпатологов.

Действительный член Академии медицинских наук СССР, 
директор Института гигиены труда и профессиональных заболеваний АМН СССР проф. А. А. Летавет



От составителей

Работая над изданием классического труда Бернардино Рамаццини "De morbis artificum diatriba" включает 
две стороны: перевод и комментирование. Обе, будучи тесно связаны, взаимно дополняют друг друга.

Отдаленность эпохи, огромные изменения в состоянии медицины, естествознания и других наук, незнакомство 
подавляющего большинства читателей с обстановкой, в которой жил и работал Бернардино Рамаццини, вызвали 
необходимость, наряду с точным переводом, в тщательном комментировании.

Перевод с латинского сделан В. О. Горенштейном по Утрехтскому изданию: Bernardino Ramazzini "De morbis 
artificum", Ultrajecti, 1703. Перевод дополнительно выверен им по собранию сочинений Рамаццини "Opera 
omnia medica et physica", Genevae, 1716.

Комментарии включают три статьи и многочисленные примечания. Общая вступительная статья, содержащая 
характеристику эпохи, состояния естествознания и медицины и общую историческую оценку книги, написана, 
написана П. Е. Заблудовским; им же составлен биографический и библиографический очерк. Статья, 
посвященная откликам в России на книгу Рамаццини и влиянию её на развитие отечественной патологии и 
гигиены, написана M. Д. Страшуном.

Содержание статей находит продолжение и уточнение в следующими за ними примечаниях. Они преследуют цель:
1) дать оценку основных профгигиенических положений Рамаццини в свете современных научных представлений 
   и в соответствии с состоянием науки в прошлом;
2) установить связь общемедицинских (клинических, гигиенических) взглядов Рамаццини с различными 
   течениями в научной и практической медицине его времени;
3) библиографически уточнить ссылки Рамаццини на многочисленных авторов древности и его времени;
4) разъяснить малопонятные термины и выражения.

Некоторые высказывания Рамаццини могут показаться современному читателю наивными, а иногда совершенно 
ошибочным. Но в ряде случаев эти положения свидетельствовали о передовой для той эпохи позиции их автора. 
Установить соотношение (совпадение или, наоборот, расхождение) взглядов Рамаццини с многообразными 
направлениями медицины его времени, а также предшествующих эпох, ввести его высказывания в рамки истории 
развития медицинской мысли — одна из основных задач примечаний.

Не менее важна библиографическая сторона. Нетрудно заметить, что Рамаццини весьма лаконично ссылается на 
те или иные труды, обычно приводя их названия в сокращённой транскрипции, и подчас без специальных 
изысканий невозможно определить, какие именно сочинения имеются в виду. Подобная работа, насколько нами 
известно, не проводилась ещё никем из издателей и переводчиков "De morbis artificum" как на родине 
Рамаццини, так и в других странах. Поэтому и в самых последних изданиях остались неоговорёнными 
встречающиеся неточные ссылки и не раскрыты многие сокращения. Не проводилась и детальная работа по 
сличению текста Рамаццини с его источниками. В настоящем издании мы попытались сделать первые шаги в 
этом направлении. В результате проведённой работы, нашедшей отражение в примечаниях, можно полагать, 
что большинство цитируемых античных и ранних средневековых текстов Рамаццини использовал не в подлинниках, 
а через посредство сводных работ XVI-XVII веков. Примечания в этой части имеют задачей приблизить к 
читателю, помочь ему уяснить тот исторический аппарат, на который опирался автор "Диатрибы".

Ввиду сложности и многообразия вопросов, затронутых в труде Рамаццини, примечания разделены следующим 
образом: вопросы общеисторического порядка, критического толкования литературных источников Рамаццини, 
а также значения древних химических и лекарственных терминов взял на себя в основном проф. В. П. Зубов 
(В. З.), вопросы профессиональной патологии и гигиены — проф. 3. И. Израэльсон, проф. З. Б. Смелянский 
(3. С.) и проф. П. П. Движков (П. Д.), общие вопросы истории медицины - доцент П. Е. Заблудовский 
(П. З.), вопросы военной медицины - доцент Л. Н. Зимонт (Л. 3.). Некоторые примечания в непосредственной 
связи с текстом перевода даны переводчиком В. О. Горенштейном (В. Г.); некоторые ссылки на древних 
авторов даны в тексте в квадратных скобках.

Подготовка перевода и комментарии осуществлены под руководством П.Е. Заблудовского.

Составители выражают свою глубокую благодарность Моденскому отделению общества "Италия-СССР" за его 
ценную помощь, выразившуюся в присылке рукописей Рамаццини, хранящихся в Моденском архиве, а также 
портретов Рамаццини и видов Модены и в сообщении точных биографических сведений о Рамаццини.

Профессору Антонио Марио Гульди (Капри) составители обязаны получением полной библиографии и последнего 
издания "Диатрибы" Рамаццини (Рим, 1953).


======================================



Предисловие

Неудачливые люди часто говорят, что природа, наша всеобщая мать и благодетельница, была недостаточно 
предусмотрительна и щедра в своей заботе о человеческом роде; об этом писали и неоднократно говорили. 
Между тем самый несправедливый упрек видеть в природе мачеху, порицая её за то, что она заставила 
человека изо дня в день искать себе пропитание для поддержания и сохранения своей жизни, без чего
существованию пришел бы конец. Если бы люди, избавившись от этого закона, не признали никакого другого, 
то земля, на которой мы обитаем, имела бы совершенно другой внешний вид. Поэтому Персий с глубокой 
мудростью назвал учителем во всех искусствах не руки [1], умеющие делать все, а наш желудок. Персий 
говорит в своем "Прологе":

Твердить кто попугая обучил: "Здравствуй!",
Сорокам наши повторять велел речи?
В науке наставляет и дает ум он:
Желудок, ...[2]

Можно утверждать, что эта необходимость, делающая сообразительными даже неразумных животных, и породила 
все ремесла — как механические, так и свободные [3]; правда, благо это не совсем обычное и, как бывает 
в делах человеческих, не без присоединения некоторого зла; ибо следует признать, что некоторые ремесла 
приносят людям, занимающимся ими, значительный вред и, давая им возможность существовать и кормить свои 
семьи, часто награждают их очень тяжелыми болезнями. Вследствие этого ремесленники и рабочие в конце 
концов умирают, проклиная занятие, на которое они себя обрекли. Очень часто наблюдая это в течение своей 
врачебной деятельности, я решил приложить все свое усердие и написать книгу о болезнях ремесленников и 
рабочих. В сочинениях о механических ремеслах мы в большинстве случаев читаем, что новое изобретение, 
сделанное каким-либо ремесленником, оказывается несовершенным, с множеством недостатков, которые вскоре 
исправляются стараниями других людей; это же всегда было в литературе. Знаю, что такова будет и судьба 
моего сочинения о болезнях ремесленников; так произойдет по многим причинам, но особенно ввиду его 
новизны. Насколько мне известно, в эту область еще никто не проникал, а между тем в ней можно собрать 
богатую жатву, основываясь на наблюдениях над действием испарений. Я сознаю, что выпускаю в свет 
несовершенный труд, который должен побудить других прийти мне на помощь [4] с тем, чтобы наконец, 
появилось законченное и богатое содержанием сочинение, которое займёт подобающее ему место в медицине. 
Таков наш долг перед ремесленниками и рабочими, находящимися в жалком положении: ведь именно от их 
ручного труда, иногда даже самого тягостного и производящегося в грязи, но всё же необходимого, 
зависит множество благ, которыми пользуются люди. Повторяю, это долг прекраснейшего из искусств, как 
Гиппократ [5] назвал в своих "Наставлениях" медицину "которая лечит безвозмездно и помогает бедным 
людям".

Чтобы по достоинству оценить все выгоды, какие наше общество получает от механических ремёсел, 
достаточно сравнить жизнь европейцев с жизнью диких племён Нового света. Поэтому основатели больших 
городов и царств недаром уделяли много забот мастерам, как об этом сообщают многие писатели. По 
свидетельству Плутарха, Нума Помпилий учредил коллегии и общества ремесленников; он заслужил хвалу, 
разделив ремесленников по их ремёслам; трубачей, мастеров золотых дел, строителей, красильщиков, 
сапожников, кожевников, медников, гончаров и др. Как сообщает Ливий, в консульство Аппия Клавдия и 
Публия Сервилия [6] была образована коллегия "меркуриалов". Так называлось общество торговцев, 
почитавших бога Меркурия как покровителя торговли. Платон в своём сочинении "О законах" указывает, что 
ремесленники были посвящены Вулкану и Минерве, трудолюбивым божествам [7]. О правах и преимуществах, 
которыми пользовались эти объединения ремесленников, нам рассказывает наш земляк Сигонио [8] 
(Sigonius; "De iure antiquo Romanorum") и Гвидо Панчироли [9] (Guidus Panciro "Notitia utriusque 
imperii"). Ремесленники имели право голосовать и занимать государственные должности, из чего Сигонио 
заключает, что они были римскими гражданами. В "Пандектах" [10] и кодексах говорится также о корабельных 
мастерах. Гай перечисляет коллегии ремесленников, а также их права и преимущества и говорит, что им, 
словно они составляют государство, разрешается ведать своими делами, выбирать уполномоченного, издавать 
постановления, лишь бы они не противоречили государственным законам, как указывает Павел. По 
свидетельству Светония [11], император Веспасиан очень покровительствовал не только свободным искусствам, 
но также ремёслам и скромным труженикам давал возможность трудиться и зарабатывать себе на жизнь. Когда 
некий архитектор хвалился, что может с малыми расходами возвести в Капитолии огромное здание, Веспасиан 
ответил: "Позволь мне кормить простой народ".

Коль скоро не только в древности, но и в наше время в правильно устроенных городских общинах были изданы 
законы, оберегавшие интересы ремесленников, то также и справедливо, чтобы о благе и утешении тех, кого 
законодатель ставит так высоко, пеклась и медицина, особенно заботясь об их здоровье, которое до сего 
времени было в пренебрежении. Цель этого - дать им возможность заниматься своими ремёслами с наименьшим 
вредом для своего здоровья. Я лично, в меру сил своих, сделал всё, что мог, и не погнушался посетить 
самые неприглядные мастерские [12] и изучить тайны механических ремёсел. Ведь в наш век вся медицина, 
можно сказать, сведена к механике [13] и школы больше всего твердят о механизмах [14]. Я надеюсь на 
снисхождение читателей и профессоров: ведь каждому ясно, что не все ремесла распространены в данном 
городе и области, что в разных местностях существуют разные ремесла и что в связи с ними могут возникать 
различные болезни.

Итак, именно в мастерских ремесленников‚ которые в этом отношении являются школами, где можно научиться, 
я постарался добыть сведения, представляющие интерес для пытливых умов, в частности, что особенно важно, 
о том, как предупредить заболевания, которыми ремесленники обычно страдают, и как их лечить, Поэтому 
врач, придя лечить больного из простого народа, не должен тотчас же щупать у него пульс, как это бывает, 
когда врач не обращает внимания на условия жизни больного. Он не должен, забывая, что речь идет о 
человеческой жизни, второпях давать больному советы, как ему поступать. Он должен сесть, словно судья, 
если и не в золоченое кресло, как поступают носители власти, то на скамью или на чурбан и приветливо 
расспросить больного и разузнать у него обо всем том, чего требуют правила науки и долг человеколюбия. 
Много есть такого, о чем врач, находясь у постели больного, должен осведомиться либо у него самого, 
либо у окружающих, выполняя завет нашего вдохновленного учителя Гиппократа ("О страданиях" [15]): 
"Когда придешь к больному, расспроси, что он чувствует и какова причина его страданий, сколько дней он 
болен, действует ли желудок и каков образ жизни". Следует еще прибавить вопрос о его ремесле. Хотя 
последний может относиться только к причине в виде внешних условий (causa occasionalis [16]), я считаю 
его вполне уместным, более того, необходимым всегда, когда приходится лечить простой народ. Знаю, что 
в практической деятельности правило это соблюдают очень редко. Более того, если лечащему врачу откуда-
нибудь и известен род занятий больного, то он всё же не принимает его во внимание. Между тем 
обстоятельство это имеет большое значение для успеха лечения.

Итак, друг мой читатель, прими благосклонно мое сочинение, написанное, пусть даже не особенно искусно, 
ради всеобщего блага или хотя бы для облегчения страданий ремесленников и рабочих.

К книге ты милостив будь: к писанью совсем ведь не славы
Жажда подвигла меня; польза и долг это был [17].




МОЕЙ КНИГЕ

Рвешься, книга, и горишь желаньем
Выйти в свет; послушай все же раньше
Ты наказ отца. Я буду краток.
Вот удел, что рок тебе назначил:
Новое сулишь мужам науки,
Прибегут они в стремленье к знанью,
Но, боюсь я, после двух страничек
Прочь тебя отбросят в мастерские
В улицах предместья, где народу
Гарум [18] продают, колбасы, мази.
Но не огорчайся; ведь нередко
Такова судьба Пандект [10] огромных:
Зачастую служат как обертка
Для макрели, перца, зерен тмина.
Ты для смрадных мастерских явилась,
А не для дворцов блестящих знати,
Не для их палат, где архиятры [19]
Стоя поварам дают наказы,
Так поверь ты мне — не огорчайся
Если в мастерские, где ты родилась,
Не прочтя, вернет тебя читатель.





Глава 1. 
О болезнях шахтеров, добывающих металлы

Разнообразные и многочисленные болезни, которые на свою погибель, вместо награды, получают ремесленники 
и рабочие в связи с своим трудом, по моему мнению, происходят главным образом от двух причин. Первая и 
самая важная из них — это дурные свойства материи, которую они добывают и которая, выделяя нездоровые 
пары и мельчайшие частицы, вредные для здоровья человека, вызывает те или иные заболевания. Другая 
причина связана с усиленными движениями и неправильным положением тела, вследствие чего нарушается 
естественное состояние организма, а от этого постепенно возникают тяжелые заболевания.

Сначала мы рассмотрим болезни, возникающие вследствие дурных свойств материи, а среди них — болезни, 
поражающие металлургов и некоторых других ремесленников, применяющих в своих мастерских минералы. 
Таковы золотых дел мастера, алхимики, люди, занимающиеся перегонкой кислот, гончары, зеркальщики, 
литейщики, оловянных дел мастера, маляры и др.

Какие и сколь губительные вредные начала кроются в залежах металлов, испытывают на себе, во-первых, 
шахтеры, постоянно находящиеся в недрах земли; им изо дня в день приходится иметь дело с Орком [20]. 
Справедливо говорит Овидий [21]: люди

... вошли в утробу земную;
Те, что скрывала земля, отодвинув их к теням стигийским,
Стали богатства копать — ко всякому злу побужденье!

Поэт, несомненно, говорил о недугах, губительных для умов и добрых нравов, и хотел заклеймить алчность 
и безумие людей, пытавшихся вырыть из недр земли то, что мы считаем благом, более того, как тонко сказал 
Плиний, то, что мы признали мерилом всех благ, хотя это источник и начало стольких зол. Но все же слова 
поэта можно отнести и к телесным недугам.

Болезни, которыми страдают шахтёры, добывающие металлы, и другие ремесленники, —— это в большинстве 
случаев одышка, чахотка, апоплексия, паралич, кахексия, опухание ног, выпадение зубов, изъязвление 
десен, боли в суставах и дрожь [22]. У этих ремесленников поражаются лёгкие и мозг, но всё же в большей 
степени лёгкие; ведь они вместе с воздухом вдыхают пары минералов и первые ощущают вредные последствия 
этого. Вскоре те же пары, достигнув жизненно важных органов и смешавшись с кровью, нарушают 
естественное состояние мозга и нервного флюида и поражают их [23]: отсюда дрожание, оцепенение и 
страдания, перечисленные выше. Этим и объясняется огромная смертность среди шахтёров, добывающих 
руду.

Поэтому женщины, вступающие в брак с этими людьми, нередко вступают в брак повторно. Так, по сообщению 
Агриколы, в Кaрпaтax встречались женщины, до семи раз выходившие за шахтёров. О шахтёрах, добывающих 
металлы, Лукреций говорит [24]:

Иль не видал, не слыхал ты, в какое короткое время
Гибнут они, и что сил лишается жизненных всякий,
Кто принужден добывать пропитанье такою работой?

Поэтому добывание металлов в древности и даже ныне - в тех местах, где находятся рудники, — было одним 
из видов наказания, и виновных в тяжких преступлениях осуждали на работу в рудниках, подобно тому, как 
в древности на это осуждали христиан, о чем свидетельствует Галлони [25] ("Dе sanctorum martyrum 
cruciatibus"). До нас дошло послание Киприана к епископам и диаконам [26], которых императоры в своей 
жестокости приговорили к работе в рудниках, где добывались металлы. В этом послании он призывает их 
доказать в рудниках, где они будут добывать золото и серебро, что они стойки духом. У Пиньориа [27] в 
книге "О рабах" можно видеть изображение шахтера на основании старинного рисунка. Из него явствует, в 
каком жалком положении они были: голова у них была выбрита наполовину (в древности на основании этого 
рабов отличали от беглых рабов, которые были обриты наголо), вследствие чего они носили капюшоны. Я не 
склонен верить, чтобы и в наше время горняки находились в шахтах в лучших условиях: даже если допустить, 
что они хорошо одеты и получают достаточную пищу, они вследствие работы в грязи и при отсутствии света, 
поднимаясь на поверхность земли, имеют вид выходцев из преисподней. Итак, какое бы ископаемое они не 
добывали, они страдают от тяжелейших болезней, очень часто не уступающих никакому лечению, даже если 
лекарство назначается по всем правилам. Впрочем, еще далеко не решен вопрос, следует ли считать долгом 
милосердия лечебную помощь, оказываемую этим людям: ведь она удлиняет их жизнь, полную страданий.

Но так как добывание металлов очень часто приносит князьям и купцам большой доход и так как металлы 
крайне необходимы при всяком производстве, мы в интересах здоровья этих рабочих должны рассмотреть их 
заболевания и предложить меры для предохранения от них, а также лечение. Точно так же поступали 
писатели древности. В наше время о болезнях шахтёров, об условиях их жизни и о лекарствах достаточно 
подробно писали такие металлографы, как Георгий Агриколы [28] ("Dе re metall.", lib. VI - "О горном 
деле и металлургии в двенадцати книгах/главах", глава 6), Чезио Бернардо из Модены [29] в своей 
"Минералогии" (lib. 1, sect. 5), где есть много важных сведений о людях, осужденных на работу в 
рудниках, об улучшении условий жизни металлургов, Афанасий Кирхер [30] в "Подземном мире" ("Mundus 
subterraneus", t. II 1. X, sect. 2, cap. 2), Лана [31] в "Magisterium naturae et artis" (De morb. 
sympat., t. III), Д. Рамелов, написавший на немецком языке сочинение о параличе и дрожи у металлургов. 
Итак, из средств врачебной науки следует взять кое-что для защиты или, вернее, для утешения этих 
рабочих в связи с их крайне жалким положением. Поскольку виды ископаемых, можно сказать, бесчисленны и 
каждое из них обладает особой, ему свойственной вредностью, надо будет рассмотреть, каким образом они 
наносят вред здоровью шахтеров, и выяснить, какие лекарства оказывают лучшее и более быстрое действие.

Одни рудники сырые и на дне их скопляется вода, другие отличаются сухостью; в некоторых случаях для 
разрывания скал применяют огонь. В сырых рудниках, где скопляется стоячая вода, у шахтеров поражаются 
голени. Это происходит вследствие густых и вредных испарений‚ выделяющихся из воды. Когда же осколки 
разбитых скал падают в воду и вызывают волнение в этой замкнутой камере, то рабочие, надышавшись 
испарений, падают без чувств или же поднимаются наверх полуживые. А самый огонь, который в других 
случаях уничтожает яды, тогда, когда им пользуются для разрушения скал, является причиной того, что из 
минеральной материи выделяются вредоносные пары [32], которые приходят в движение, вследствие чего для 
несчастных шахтеров все элементы оказываются враждебными.

Но самой губительной вредностью для шахтеров являются пары, выделяющиеся из рудников, где добывается 
ртуть: по утверждению Фаллопио [33] ("De melallis et fossilibus liber"), шахтеры едва оказываются в 
состоянии проработать в них три года. По свидетельству Эттмюллера [34] ("Минералогия", глава "О ртути"), 
у них уже через четыре месяца появляется дрожь в конечностях, параличи и головокружения, так как 
ртутные пары чрезвычайно вредны для нервов. В письме, присланном из Венеции в Британское королевское 
общество [35] ("Acta philosophica Soc. regiae Anglicanae", t. 1, mens. april. 1665), говорится, что в 
ртутном руднике под Фриулем ни один рабочий не в состоянии проработать более 3 часов подряд. Там же 
сообщается о рабочем, приговоренном к работе в этом руднике на шестимесячный срок. Он настолько 
пропитался ртутью, что кусочек меди, приложенный к его рту или побывавший у него в руках, белел. Л. 
Тоцци ("Практика", ч. II, "Об астме") указывает, что эти шахтеры страдают астмой и обычно теряют 
зубы; по этой причине рабочие, выжигающие ртуть, во избежание вдыхания дыма обычно поворачиваются 
спиной к ветру.

Ван Гельмонт [36] ("De asthmate et tussi") описывает вид астмы, нечто среднее между сухой и влажной 
астмой, которой, по его словам, страдают шахтеры, добывающие металлы, рабочие, отделяющие один металл 
от другого, изготовляющие монеты, и другие рабочие [37], причем это зависит от вдыхания ими, вместе с 
воздухом, газов — металлов. Эти газы закладывают дыхательные пути в легких [38]. Ведель [39] 
("Pathologia medica dogmatica", sect. IV, c. 9) упоминает о горной астме: этому заболеванию подвержены 
металлурги. По его словам, об этом виде астмы написал сочинение Штокгаузен [40], усматривавший причину 
заболевания в том, что к свинцу бывает в значительном количестве примешана ртуть, утяжеляющая его. Он 
же описывает, каким образом дым этих металлов вызывает горную астму, являющуюся страшным бичом (sect. 
3, c. 5). По его мнению, это происходит вследствие высушивания бронхов, а также закупорки их сажей [41]. 
Сеннерт [42] ("De consensu et dissensu chymicorum cum Galenicis" cap. 9) сообщает, что, по словам 
некоего врача, работавшего невдалеке от Мейссенских рудников, в трупах шахтёров находили те самые руды, 
которые они добывали при жизни. Так Стаций [43] ("Sylvae, lib. IV, 7.4), приглашая к себе Вибия Максима, 
который тогда жил в горах Далмации, говорит, что эти люди, поднимаясь из рудника, напоминают выходцев с 
берегов Ахеронта. Он пишет, что у бедного шахтера после посещения им подземного царства лицо блестело, 
как золото.

Но если соки окрашиваются в тот или иной цвет - если только они не оттекают внутрь, как учат Гален [44] 
("Aphorismata". Comment. I, 2) и как это наблюдается  почти при всех заболеваниях, - то и не удивительно, 
что цвет кожи шахтеров соответствует цвету руды, поступающий в массу их крови. В легких шахтеров 
происходит, пожалуй, то же, что и в печах, в которых при выжигании металлов из поднимающегося вверх дыма 
образуются pompolyx, cadmia и другие налёты [45].

В шахтах, где добывается купорос, шахтёры  также страдают от тяжелых затруднений дыхания [46]. Гален 
("De simplicium medicamentorum facultatibus" lib. IХ) рассказывает o пещере на Кипре, в которой рабочие 
черпали воду для получения купороса [47]. Он спустился в эту пещеру на расстояние одного стадия и увидел 
воду зелёного цвета, падавшую по каплям в озеро. Он почувствовал удушающий и почти невыносимый запах; он 
увидел обнаженных рабочих, с величайшей поспешностью черпавших эту жидкость и быстро выбегавших из пещеры, 
ибо нет ничего более вредного для легких, чем кислота, в изобилии содержащаяся в купоросе. Среди врачей 
нашего отечества многие, конечно, стали бы смеяться, видя, как профессор, исследователь природы, с 
опасностью для жизни спускается под землю с целью изучения тайн природы. Такой смех, знаю я, навлекла 
на меня моя дерзкая попытка исследовать истоки ключей Модены [48], а также спуститься в расположенные в 
горах колодцы, где у нас добывается нефть. Пусть они поучатся у Галена, который отправился в далекие 
страны и тщательно исследовал сокровенные тайны природы, чтобы с точностью выяснить действие лекарств. 
Но вернемся к предмету своего изложения.

Помимо внутренних органов, наружные части тела — верхние и нижние конечности, глаза, горло — также 
поражаются тяжелыми страданиями. По свидетельству Агриколы, в рудниках Мейссена, где имеется помфоликс, 
руки и ноги рабочих бывают разъедены до самих костей [49]. Агрикола указывает, что в домах, 
расположенных вблизи от тех рудников, применяются деревянные гвозди, так как помфоликс, по имеющимся 
наблюдениям, разрушал даже железо [50].

В рудниках наблюдается также гораздо более тяжкое зло - животные, приносящие болезни и мучащие 
несчастных шахтеров; они похожи на пауков. В согласии с Солином [51], Агрикола называет их люцифугами. 
Эти анималькулы водятся главным образом в серебряных рудниках и жалят шахтеров, если они нечаянно на 
них сядут; их укус причиняет страдания. Кроме того, на рабочих наводят страх и нападают мелкие демоны 
и привидения, причем, по свидетельству Агриколы [52] ("De re metall. et de subterran.", lib. VI), их 
В недрах земли заключено множество неразделимых смесей минералов. Природа и свойства металлов и 
ископаемых, которыми мы располагаем, по-видимому, достаточно хорошо изучены благодаря настойчивости 
химиков. Поэтому, пожалуй, даже невозможно установить, какие и сколь специфические вредности имеются в 
тех или иных рудниках и почему они поражают именно эту, а не какую-либо другую часть тела человека.

Итак, следует просто сказать: воздух, находящийся в рудниках и насыщенный частицами, чрезвычайно вредными 
для легких, головного мозга и духов, при вдыхании вызывает застой в массе крови и духах, что и 
порождает множество бед [53].

Следовательно, долг как управляющих рудниками, так и профессоров медицинской науки, избравших этот род 
деятельности, — по возможности заботиться о здоровье шахтеров и стараться, коль скоро нельзя устранить 
причину (causa occasionalis), возможно более ослабить вред, наносимый здоровью рабочих. Итак, с этими 
людьми, когда они заболевают, надо поступать так же, как с неизлечимыми больными, которым не следует 
отказывать в лечении, хотя бы облегчающем их страдания, ведь неизлечимые болезни надо знать, чтобы по 
возможности уменьшить вызываемые ими страдания, как говорил Гиппократ ("О суставах", 58).

Для очистки воздуха рудников, загрязненного испарениями минеральной материи и тел шахтеров, а также 
чадом от ламп, заведующие рудниками при помощи проветривающих машин через подземные ходы, сообщающиеся 
с дном рудника, удаляют густой и нездоровый воздух и нагнетают свежий и более чистый. Кроме того, они 
снабжают шахтёров наголенниками и перчатками для защиты рук и ног. Как известно, в древности здоровье 
шахтёров было предметом большой заботы. По свидетельству Юлия Поллукса [54] (VII, 32), они надевали на 
себя кожаные мешки. Они подвязывали к лицу растянутый пузырь, чтобы не вдыхать вредную для здоровья 
пыль и всё-таки иметь возможность видеть через пузырь. По сообщению Плиния [55] ("Естественная история", 
ХХХIII, 5), так поступали полировщики киновари. Ныне в рудниках, особенно при добыче мышьяка, рабочие 
пользуются стеклянными масками. Это более надежный и приятный способ защиты‚ как указывает Кирхер.

Тот же автор предлагает разные средства как для предохранения, так и для лечения, которые он, по его 
словам, заимствовал у опытного металлурга. Он очень хвалит жидкое лекарство, составленное из ol. 
tartari, laudanum и масла из кольхотара [56]; путём перегонки получается жидкость; доза составляет 3 
грана. Для предохранения он советует пользоваться пользоваться жирными отварами и крепким вином. При 
уже происшедшем поражении он предлагает бальзам из крапивы и советует также прибавлять к пище щелочную 
соль и квасцы. Юнгкен [57] в своей "Экспериментальной химии" предлагает применять против действия паров 
металлов spiritus salis dulcis [58].

При разъедании горла и десен прекрасно действуют полоскание молоком, размягчающие и удаляющие 
приставшие к их поверхности едкие частицы. По этой причине, по мнению Агриколы, рабочим, занятым в 
свинцовых рудниках, очень полезно масло [59]. Но при поражении голеней и рук, наблюдающемся в рудниках, 
где добывается pompholyx nigra, Плиний [60] ("Естественная история", ХХХVI, I7) советует применять 
pulvis lapidis assii. По его словам, у людей, голени которых пострадали от действия руды, наступает 
излечение в тех каменоломнях, где находят этот камень. Быть может, этот камень может смягчить остроту 
металлов вследствие своей способности разъедать, почему его и назвали "саркофагом". Камень этот, 
который находили в Ассе, в Троаде, нам неизвестен, как указывает Чезальпино [61] ("De metallicis", 51). 
Он предлагает вместо него другой камень, который находят на острове Эльбе, где добываются ископаемые 
квасцы.

Против астмы, возникающей от вдыхания паров металлов, Эттмюллер ("De aëris inspiratione laesa", 51) 
предлагает особенные лекарства: по его словам, при этом виде астмы обычные лекарства не помогают. Итак, 
при этом тяжёлом страдании он советует применять сладкую ртуть [62], турпет [63], слабительные, 
antimonium diaphoreticum [64], bezoarticum solare [65] и им подобные.

Так как пары тех же минералов вызывают тяжёлое заболевание глаз [66], то лекарства следует искать также 
в царстве минералов. Офтальмию, возникшую от действия паров металлов и не поддававшуюся лечению наружными
средствами, Горст [67] вылечил минеральными лекарствами, назначенными им для приема внутрь (кн. VII, 
наблюдение 27). Всё же советуют применять коллирии из aeris squama; это знали также древние, ибо, по 
свидетельству Макробия [68] ("Сатурналии", VII, 16), у людей, работавших в медных рудниках, глаза были 
вполне здоровыми "ввиду высушивающей способности меди", как он говорит, по этой причине, по его словам, 
Гомер говорит о "блистающей меди". Цельс [69] (кн. VI, гл. 6) также предпочитал коллирий Клеона, 
приготовленный из squama aeris, шафрана и сподия [70], всяким другим. К коллириям можно прибавлять 
также щелочь, ибо, по свидетельству Плиния ("Естественная история", XXXI, 10)‚ "рабочие в селитроварнях 
никогда не страдают гноеточивостью глаз", что совпадает с наблюдением наших современников. Итак, более 
подходящие и более действительные средства для борьбы с болезнями, возникающими от влияния металлов, 
надо искать главным образом среди минералов, следуя мудрому предвидению природы: откуда зло, оттуда 
должно прийти и спасение.

От недугов, вызываемых металлами, страдают не только шахтеры, работающие в рудниках. Также многие 
другие ремесленники, работающие вблизи рудников, подвержены тяжелым вредностям. Таковы все металлурги, 
имеющие дело с добытой породой: занятые выплавкой металла, литьем и очисткой. Они страдают теми же 
заболеваниями, хотя и не в такой тяжёлой степени, так как работают на свежем воздухе. Но с течением 
времени, вследствие вдыхания паров металлов, они начинают страдать одышкой, увеличением селезенки, 
сонливостью, и в конце концов у них развивается сухотка. Гиппократ ("Эпидемии", кн. IV. п. 13) [71] 
кратко, но превосходно описывает нам внешний вид рудокопа: "У рудокопа,—— говорит он,— правое 
подреберье напряжено, селезёнка увеличена, живот напряжен, тверд; он задыхается, бледен; у него бывают 
возвраты болезни в левом колене". Вот сколько страданий вдохновленный богами старец усмотрел у рудокопа. 
Поэтому приходится удивляться, почему Валлес, тщательнейше составивший комментарий к другим местам 
сочинения "Эпидемии", так невнимательно отнёсся к этому месту; он не делает никакого замечания насчёт 
слов "vir metallicus", и ни один из других авторов, излагавших учение Гиппократа, не объясняет этих 
слов. Гален ("De diff. respir.", III, 12) [72] всё же разбирает это место, но ограничивается рассмотрением 
того, что Гиппократ хотел сказать словом "pneumatodes" - вздутие ли живота, или затруднённое дыхание. 
Конечно, можно думать, что вдохновлённый свыше учитель хотел одним словом указать на причину столь 
тяжелых поражений. И в самом деле, люди, добывающие и обрабатывающие металлы, в большинстве случаев 
страдают одышкой и увеличением селезенки; живот у них напряжен и они бледны. Фоэс [73] (Foës) nepeводит 
слова "ek metallon" так: "те, которые живут вблизи рудников". Таким образом, не только шахтеры, но и 
люди, пребывающие и работающие вблизи рудников, поражаются парами металлов, сгущающими жизненные и 
животные духи с их эфирной и прозрачной природой и нарушающими естественную экономию всего тела человека. 
Поэтому таким людям надо назначать те же лекарства, какие были предложены выше, но в меньших дозах.





Глава 24. 
О болезнях рабочих каменоломен

Заслуживают внимания также недуги, которыми страдают рабочие каменоломен, каменотёсы и им подобные 
мастера. Добывая в подземельях куски мрамора, отделяя их от скалы, рассекая их, обрабатывая мрамор 
резцом и изготовляя статуи и другие предметы, они часто втягивают в себя мелкие неровные, игольчатые 
острые осколки. Вследствие этого у них возникает кашель, иногда астма и даже общее истощение. Кроме того 
 на них действует металлический пар, выделяющийся из мрамора, из сростков камней и явно поражающий нос и 
головной мозг. Так, шахтёры, добывающие пробирный камень, в связи с вредным запахом, постоянно 
распространяющимся в месте добычи, страдают болями в голове и желудке; иногда у них даже наступает 
рвота. При вскрытии трупов таких рабочих в лёгких у них было обнаружено множество мелких осколков 
камня. Димербрэк ("Anat.", lib. II, c. 13) вскрывал трупы каменотёсов, умерших от астмы, и находил в 
лёгких скопления песка; он пишет, что ему, при рассечении лёгочных пузырьков казалось, что он разрезает 
песчаное образование. Хозяин скульптурной мастерской рассказал ему, что при обработке камней поднимается 
тончайшая пыль, проникающая в бычьи пузыри, висящие в мастерской, так что за год в пузыре собирается 
пригоршня такой пыли. Пыль эта, по его словам, малоопытных каменотёсов постепенно губит, приводя к 
смертельным заболеваниям [327].

В сочинениях по медицине описывается много случаев нахождения камней в желудке и кишках таких рабочих; 
единственной материальной причиной этого можно считать постепенное накопление частиц каменной пыли, 
попадающей рабочим в рот, о чём следует справиться у Боррихия [328] ("De lapidum generatione in 
microcosmo"). Не следует думать, что камнеобразование происходит в нашем теле всегда от внутренних 
причин и из камнетворных соков; этот недуг иногда наступает от внешней причины при здоровых внутренних 
органах. Ведель [39] ("Pathol. dogm.", Sect. II, c. 4) описал образование камней от внешней причины: 
оно произошло в лёгких служанки торговца известью и, по мнению Веделя, было связано с попаданием 
частиц извести в рот этой женщины.

Мясники очень часто находили камни в желудке и кишках у быков. Это наблюдение опровергает мнение 
Аристотеля [329] (Sect. X, Probl. 40), утверждавшего, что, помимо человека, ни одно животное не 
страдает камнями; разве только Аристотель имел в виду лишь почечные камни. Такое же наблюдение сделал 
Скалигер [330] (Exerc. 123): он видел лошадь, выделявшую твёрдые камни, один из которых он сохранил. 
О камнях, наблюдаемых у лошадей и называемых ипполитами, а также об их свойствах писали многие авторы, 
заслуживающие доверия. Мне думается, мы не ошибёмся, предположив, что у лошадей и быков, летом 
высовывающих язык во время бега по пыльным и песчаным дорогам, камни образуются из пыли и осколков 
камней, попадающим животным в рот.

Рабочим каменоломен и каменотёсам полезно назначить очищения кишечника и рвотные средства; благодаря 
этому удаляются вредные частицы, которые застряли в желудке и кишках и вследствие прибавления новой 
материи могут образовывать крупные камни. Кроме того, рабочие должны соблюдать осторожность и следить 
за тем, чтобы мелкие осколки не попадали им в рот.


Примечания к главам 1 и 24

1. Мысль о том, что именно руки являются источником всех полезных в человеческом общежитии благ, 
высказана уже Цицероном ("Об обязанностях", II, 3, § 12-13).
2. Авл Персий Флакк (34-62 гг.), "Пролог", 8 слл. перев. В.О. Горенштейна.
3. Основы деления "искусств" на "механические" и "свободные" были заложены уже в античную эпоху. В 
средние века стало господствующим противопоставление семи "свободных искусств" — грамматика, риторика, 
"диалектика" (логика), арифметика, геометрия, музыка, астрономия — искусствам "механическим", т. е. 
ремёслам, к которым причислялись и такие искусства, как архитектура, живопись и др.
4. Надежда Рамаццини на то, что другие придут ему на помощь, и продолжат его труд, осуществилась очень 
нескоро. Луиджи Девото, руководитель клиники профессиональных болезней в Милане, писал о Рамаццини: 
"Ни одна книга в первой половине XVIII века не переводилась так часто; всё же ни один учёный не пошёл 
по его следам и не развил далее его наблюдений, и ни один князь не осуществил ничего из того, что 
говорилось в труде Рамаццини. Рамаццини обращался к врачам и публике XIX и XX столетий". (Wiener med. 
Wochenschrift, 1935, № 45-47).
5. Гиппократ род. 460, ум. около 377 до н. э.
	На русский язык произведения Гиппократа частично переводились в прошлом М. Я. Мудровым (1813) 
и С. И. Вольским (1840), после Великой Октябрьской революции — В. М. Рудневым, под редакцией Карпова: 
Гиппократ, Избранные книги, М., 1936; т. II, М., 1944; т. III, М., 1941. Ссылки ниже — на эти издания.
	Рамаццини были хорошо известны труды гиппократовых комментаторов XVI-XVII веков — Валлеса, 
Фоэса, Меркуриале, Маринелли и др. Рамаццини преимущественно выбирает отдельные клинические случаи, 
а не общетеоретические положения. Показательны в этом отношении частые ссылки на сочинение "Эпидемии".
6. Консульство Аппия Клавдия Сабина и Публия Сервилия Приска относят к 258 г. до н. э.
7. См. Платон, Законы, 920 d.
8. Карло Сигонио (род. в 1520 или 1524 г., ум. в 1584 г.), автор книги "De antiquo jure civium 
Roimanrum …" ("О древнем праве римских граждан; о древнем праве Италии; о древнем праве провинций"), 
Венеция, 1560 (позднейшее издание: в "Thesaurus antiquitatum Romanarum" И.-Г. Грэвия, тт. I и II, 
Утрехт-Лейден, 1694; Галле, 1728).
9. Гвидо Панчироли (1523-1599), историк римского права, издал с комментариями памятник начала V века 
"Notitia dignitatum utriusque imperii" ("Табель о рангах западной и восточной  империи") "Thesarus 
antiqutatum Romanarum", Грэвия, т. VII, Утрехт-Лейден, 1698.
10. Пандикты и Дигесты - часть сборника римского права, составленного в VI в. н. э. по поручению 
византийского императора Юстиниана; свод решений древнеримских законоведов.
11. Ср. Светоний. "Жизнеописание Веспасиана", § 18.
12. То обстоятельство, что Рамаццини лично посещал различные мастерские и другие места работы, 
вызывало у современников особенно острые осуждения. Луиджи Девото (см. прим. 4) пишет: "Со стороны 
врачей его времени как в Модене, так и в её области он встречал иронию, сарказм и упрёки, ибо его 
винили в том, что он унижает науку и кафедру тем, что спускается в шахты и штольни и посещает всякие, 
даже совсем малые мастерские".
13. Передовой, наиболее развитой областью знания в XVI-XVII веках была механика (деятельность Галилея, 
Торричелли, Ньютона, Кеплера и др.). Направление этой науки было в основном материалистическим, хотя 
это был материализм ограниченный и непоследовательный.
	В медицине преобладание механической методологии — для того времени прогрессивной — сказалось 
преобладающей ролью ятромеханики. К последней примыкали многие виднейшие врачи — Везалий и Санторно в 
XVI веке, Борелли в XVII веке, друг Рамаццини Ф. Гофман в XVII-XVIII веках и др. См. История медицины, 
т. I, М., 1954, стр. 114-124. Дж. Бернал, Наука в истории общества. М., 1956, VII.
14. В речи в 1705 г. Рамаццини говорил: "Какой философ, после того как он достаточно изучил труды 
Аристотеля, не пожелает убедиться, в чём заключается учение философов нашего века? Какой математик 
скажет, что он довольствуется "Началами" одного лишь Евклида и не пожелает вкусить мудрость Борелли 
и Галилея?"
15. См. Гиппократ, "О страданиях", § 37 (русский перевод, II, 23).
16. Под causa occasionalis здесь, как и в других местах, Рамаццини подразумевает причину болезни, 
заключающуюся во внешних условиях (в данном случае — в условиях труда).
17. Публий Овидий Насон (43 г. до н. э. — 17 г. н. э.). "Послания с берегов Понта", III, 9, 55 сл. 
перевод В.О. Горенштейна.
18. Гарум — острый соус из мелкой рыбы, изготавливавшийся в древнем Риме.
19. Архиятр (греч.) — "главный врач". В подлиннике игра слов: iura - супы и права, наказы.
20. Орк — владыка подземного мира (Плутон), в переносном значении — смерть.
21. Овидий "Метаморфозы", I, 138 сл. Перевод С.В. Шервинского, как и ниже.
22. Причиной высокой смертности, о которой говорит Рамаццини, видимо, был пневмокониоз, 
часто в сочетании с туберкулёзом.
	Многообразие отмеченных явлений может быть связано с воздействием ряда других факторов 
внешней среды в рудниках (взрывные газы) или же со спецификой действия пыли некоторых металлов 
(свинца, марганца) и паров их (ртути при добыче самородной ртути), а также особых метеорологических 
условий.
23. В этом месте Рамаццини в объяснении возникновения заболевания следует учению Фридриха Гофмана 
(1660-1742), профессора в Галле.
24. Тит Лукреций Кар (ум. в 55 г. до н. э.), "О природе вещей", VI, 813 слл. Перевод Ф. А. 
Петровского, как и ниже.
25. Антонио Галлони (род. в сер. XVI в., ум. в 1605 г.), автор сочинения "О казнях мучеников", 
вышедшего на итальянском языке (1591) и переведённого на латинский (1594, 1612, 1659). В книге 
подробно описаны все виды пыток, которым подвергались христианские мученики.
26. Киприан Карфагенский (III в. н. э.) в "Книге о славе мучеников" (гл. 16, Migne, Patrologia, 
series latina, t. IV, col. 795-796) уподоблял страдания мучеников золоту.
27. Пиньорта Лорнецо (Пигнорий, 1571-1631), падуанский учёный, автор книги "De servis …" 
("О рабах и их обязанностях у древних"), Аугсбург, 1613; Амстердам, 1674.
28. Агрикола Георг, подлинное имя Бауэр (1494-1631), родился и умер в Саксонии. Врач, химик, 
минералог, геолог, автор крупных работ в области горного дела. Главные труды Агриколы с 
прекрасно выполненными иллюстрациями  являются классическими в истории минералогии и металлургии: 
"De re metallica" ("О горном деле и металлургии в двенадцати книгах/главах"), Базель, 1556, в 
более кратком виде, как диалог "Берманус" вышел в 1530 г.; "De ortu et causis subterraneorum" 
("О происхождении ископаемых и причинах их образования"); "De natura fossilium" ("О природе 
ископаемых") и другие труды в сборнике 1546 г. (Базель).
	В своих трудах по горнорудному делу Агрикола подробно описывал заболевания рабочих, 
стараясь установить их причины, лечение и меры предупреждения (в том числе определённое 
питание). Много места у него занимают вопросы вентиляции, удаления шахтных вод, крепления 
и т. п. Он много времени проводил в шахтах, знакомясь с условиями работы горняков. На работы 
Агриколы, говоря о вентиляции шахт, ссылался М. В. Ломоносов (Полное собрание сочинений, т. V, 
1954, стр. 461).
	См. Georgius Agricola, Ausgewähtle Werke, Bd. I, Berlin, 1955. Шухардин С.В. Георгий 
Агрикола, Изд. АН СССР, М., 1955.
29. Чезио Бернардо (1581-1630), или Чези, автор книги "Mineralogia …" ("Минералогия, или 
сокровищницы натуральной философии, в которых содержатся ископаемые рудные и медицинские"), 
Лион, 1636.
30. Кирхер Афанасий (1601-1680), учёный-богослов, иезуит, профессор математики, философии и 
восточных языков в Вюрцбурге и Риме, занимался археологией, физикой, астрономией. Уделял 
внимание также физиологии и медицине, проводил исследования, представляющие значительный интерес. 
Кирхер одним из первых применил микроскоп в медицине; рассматривая под микроскопом кровь чумных 
больных, пытался найти в ней вызывающих болезнь мельчайших червей ("Scrutinium physico-medicum 
contagiosae luis quae dicitur pestis" — "Физико-медицинское исследование контагиозной болезни, 
именуемой чумой", Рим, 1658). Труды Кирхера наряду с плодотворными догадками содержат много 
спекулятивных и непроверенных домыслов.
31. Лана Франческо (1631-1687), автор сочинения "Magisterium naturae et artis" ("Великие 
дела природы и искусства"), т. I-II, Брешиа, 1684-1686; т. III, Парма, 1692. Труд посвящён 
преимущественно вопросам физики и техники и содержит описание ряда приборов.
32. Речь идёт, по-видимому, о взрывных газах (смесь окиси углерода и окислов азота), образующихся в шахтах.
33. Фаллопио Габриэле (1523-1562), профессор анатомии в Ферраре, Пизе и Падуе. Известен своими 
тщательными описаниями костной системы, женских половых органов и утробного развития; способствовал 
возникновению эмбриологии и усовершенствованию акушерства. Его именем названы яйцеводы. При жизни 
Фаллопио вышел только один его труд — "Observationes anatomicae" (Венеция, 1561). Другие работы, 
в частности описание сифилиса ("De morto gallico") и книга о добывании руды и обработке металла 
("De metallis et fossilibus"), цитируемая Рамаццини, вышли после его смерти. Полное собрание 
сочинений Фаллопио издано в Венеции в 1584 г.
	Упоминаемая Рамаццини книга Фаллопио была издана в Венеции в 1564 г. вместе с сочинением 
его же о горячих источниках: "De termalibus aquis libri septem; de metallis et fossilibus liber".
34. Эттмюллер (Ettmüller) Михаэль (1644-1683), профессор медицинской ботаники, затем хирургии в 
Лейпциге. Сторонник ятрофизики, последователь голландского клинициста-ятрохимика де Боэ Сильвия. 
Создал большую медицинскую школу.  Диссертация его (1668) была посвящена экспериментальному 
внутривенному вливанию животным лекарственных средств. Учебник Эттмюллерра по химии и фармации — 
"Chemia experimentalis atque rationalis" (1684) имел большое распространение в конце XVII и в 
начале XVIII века. Собрание сочинений Эттмюллера в трёх томах было издано в 1708 г. во Франкфурте.
	Полное собрание сочинений Эттмюллера издавалось неоднократно: Франкфурт, 1676, 1688, 
1696-1697; Лион, 1690. В дальнейших примечаниях указаны страницы по франкфуртовскому изданию 
1696-1697 гг. ("Opera medica theoretico-practica").
	В данном случае имеется в виду "Минералогия", составляющая часть первого тома указанных 
произведений.
35. Британское королевское общество для содействия успехам естествознания (Royal Society) 
существует с 1660 г. Первыми председателями его были Роберт Бойль и Исаак Ньютон. Издаёт (с 
1665 г.) "Философские труды" по естествознанию — "Acta philosophica" (Philosophical Transactions).
36. Ван Гельмонт Иоганн Баптист (1577-1644), голландский учёный, фламандец, один из виднейших 
представителей ятрохимии. Ему принадлежит открытие углекислоты. Ввёл понятие о ферментах в 
организме. Изучил и описал целебные минеральные воды (курорт Спа и др.). Отдавал в своих теоретических 
взглядах — в учении об "археях", особых регулирующих духовных принципах организма в целом и отдельных 
органов — большую дань мистике. В то же время ван Гельмонт имел большие заслуги как химик и клиницист. 
Им описаны плеврит, пневмония, бронхиальная астма. На последнюю работу и ссылается здесь Рамаццини.
37. Речь идёт о парах металлов, образующихся при плавлении металлов и конденсирующихся в дымы окислов 
металлов.
38. Термин "gas" был введен ван Гельмонтом для обозначения всякого рода "парообразных" веществ, не 
видимых глазу и не поддающихся обращению в жидкое или твёрдое состояние. Так, открытый им углекислый 
газ но называл gas sylvestre, "диким" газом или "не поддающимся обузданию" (incoercibile), неспособным 
быть обращённым в "видимое тело" (corpus visibile).
39. Ведель Вольфганг (1645-1721), профессор в Иене, сторонник ятрохимии, основатель крупной клинической 
школы. Его учениками были Эрнест Шталь, известный химик (автор учения о флогистоне), создатель 
идеалистической системы анимизма, а также популярный клиницист Фридрих Гофман. Книга Веделя 
"Pathologia medica dogmatica" вышла в Иене в 1692 г.
40. Штокгаузен (Стокгаузен) Самюэль (XVI век), горный врач в Госларе, где работал одно время вместе 
с Агриколой. Известна одна его опубликованная работа "De lithargyrii fumo noxio …" ("О вредном 
болезнетворном испарении от окиси свинца и вызываемом им весьма часто заболевании добывающих металлы, 
с добавлением об астматическом поражении при добывании в горах металла"), Гослар, 1556.
41. Горная астма — пневмокониоз горнорабочих, вызываемый вдыханием пыли горных пород, в которых 
залегают руды.
42. Сеннерт Даниэль (1572-1637), профессор в Виттенберге.
	Вскрывая трупы шахтёров, установил отложение в их лёгких разнообразных минеральных частиц 
(пневмокониоз). Эклектически сочетая учения Парацельса и Галена, старался не рвать с последним. 
Примером является цитируемое Рамаццини его сочинение "О согласии и расхождении химических средств 
с галеновскими" (Виттенберг, 1619, с переизданиями).
	Здесь и в дальнейших примечаниях ссылки даются по 4-му лионскому изданию "Opera" Сеннерта 
(1956).
43. Поэт Публий Папиний Стаций жил в I в. н. э. Ахеронт (античная мифология) — пограничная река, 
омывающая страну умерших — царство Аида (Плутон — римск.).
44. Гален Клавдий из Пергама (род. около 130 г., ум. около 200 г. н. э.), врач, естествоиспытатель, 
философ. Литературное наследство Галена, частично утраченное, охватывает обширный круг вопросов. Из 
изданий Галена наибольшей тщательностью отличается лейпцигское издание, подготовленное К.Г. Кюном 
[CI. Galeni Opera omnia. Editio curavit C.-G. Kühn, v. I (1821) — XX (1833)].
45. Термином "cadmia" древние авторы обозначали налёты на стенках печей при выплавке самых различных 
металлов — железа, бронзы, серебра и т. д. Сходное значение имело слово "pompholyx", прилагавшееся к 
естественным налётам, встречающимся в рудниках.
46. Подобный синдром может наблюдаться при попадании вдыхательные пути паров или высокодисперсной пыли 
других металлов — цинка, никеля, железа, бериллия.
47. См. Гален, "De simplicium medicamentorum temperamentis et facultatibus" ("О смешении и свойствах 
простых лекарств"), IX, 34 (Kühn, XII, 239-240).
48. Истокам ключей близ Модены посвящено специальное сочинение Рамаццини "De fontium Mutinensium 
admuranda scaturigine" ("О достойных удивления источниках близ Модены"), Модена, 1691; "Opera omnia", 
Genevae, 1716, pp. 242-319. См. дальше, дополнение, гл. 9.
49. Описываемые поражения верхних и нижних конечностей вызывались воздействием кислых шахтных вод, 
так как преобладающее число металлов залегает в земной коре в виде сернистых соединений.
50. Приводимые высказывания Агриколы содержатся в шестой книге его основного труда "De re metallica" 
("О горном деле и металлургии в двенадцати книгах/главах"). Здесь Агрикола описывал помфоликс — "чёрную 
рудничную пыль, ядовитую для всего живого" и вызывающую ржавчину на железе. В немецком переводе помфоликс 
именовался им "Hüttenrauch" - шахтный газ. Для предохранения от него Агрикола рекомендовал рудокопам 
носить защитные маски.
51. У Солина ("Полигистор", гл. 4) они называются не "люцифугвми", (бегущими от света), а "солифугами" 
(бегущими от солнца).
52. Имеются в виду сочинения Агриколы: шестая книга (6 глава в) "De re metallica" {О горном деле и 
металлургии в двенадцати книгах (главах)} и изданная с этим трудом "Книга о подземных одушевлённых 
существах" ("De animantibus subterraneis liber").
53. Большинство описаний Рамаццини отличается конкретностью. Исключение представляют ссылки на "соки" 
(см. прим. 89) и ещё в большей мере на "духи" (spiritus). Последний термин употребляется у Рамаццини в 
двух значениях: в химическом значении "спирта" (см. прим. 283) и в физиологическом. У физиологов XVI-XVIII 
веков термин "spiritus" служил для объяснения процессов дыхания, кровообращения, нервного возбуждения и 
мускульного сокращения. По Рамаццини духи — наиболее тонкая летучая часть крови, или, как он иногда 
выражался, "более духовная" (spirituosior) её часть (гл. 32; дополнение, гл. 9). Они обладают "эфирной 
природой", назначение их — поддерживать жизнь человека. Их движением он объясняет и такие явления, как 
гнев, эрекцию и т. д. (гл. 40).
54. См. "Ономастикон" Юлия Поллукса (II в. н. э.) — слова phylakophorein (VII, 100) и phylakos (X, 172).
55. См. Плиний, XXXIII, 8, 40. Аналогичные сведения имеются у Диоскорида и Орибасия.
56. Кольхотар или колькотар — красная окись железа, мумия.
57. Юнгкен Иоганн Гельфрих (1648-1726), работал должностным врачом в различных городах Германии. 
Его труды: "Chymia experimentalis curiosa" (1681), упоминаемый Рамаццини, комментарий к произведениям 
Агриколы о болезнях рудокопов (1686) и др.
58. Spiritus salis dulcis — раствор хлористого этила в спирте.
59. Рамаццини уже знал о благоприятном действии молока в случаях поступления в организм "едких 
частиц". Сейчас, как известно, на советских предприятиях рабочие ряда профессий снабжаются 
молоком как средством, ослабляющим неблагоприятные действия некоторых токсических веществ. 
Представление о полезности выдачи масла свинцовым рабочим сохранялось до недавнего времени. 
Однако следует считать, что масло не только не снижает токсичности свинца, но даже способно 
содействовать его резорбции в организме (т. е. попаданию в организм).
60. Ср. Плиний, XXXIV, 13, 33 и XXXVI, 17, 27-28. В первом из этих мест речь идёт о pompholyx 
— цвете гальмейного камня, во втором — о камне, добываемом в городе Ассе, в Троаде (Малая Азия).
61. Чезальпино Андреа (Цезальпин, 1519-1603), профессор ботаники и медицины в Пизе и Риме. Один 
из первых описал в ряде работ во второй половине XVI века кровообращение, малый и большой круг, 
клапаны сердца. Возражая Галену, он считал центром сосудистой системы не печень, а сердце. Но 
последний, опубликовав ценные наблюдения, не сделал из них сам обобщающих выводов и не дал 
экспериментального обоснования описанного им кровообращения. Эта задача была выполнена позднее 
Гарвеем в его книге, вышедшей в 1628 г.
62. Сладкая ртуть — старинное название каломели (однохлористой ртути). Другие названия — усмирённый 
дракон (draco mitigatus), panchumagogum Quercitani (пантимагог Кверцитана, т. е. медика XVII века 
Никола Шено, Chesneau), манна металлов.
63. Термином "турпет" объединялись различные вещества, в том числе ртутные соли серной и азотной кислоты.
64. Antimonium diaphoreticum — окись сурьмы, иногда также называвшаяся минеральным безоаром.
65. Безоар — персидское слово, означающее противоядие. Безоаром называли отложения, образующиеся 
в кишечном канале жвачных животных. Минеральный безоар — окись сурьмы. Bezoatrica — группа 
лекарств из растёртых минералов, а также из костей и рогов животных; употреблялась в виде 
порошков.
66. Имеются в виду заболевания глаз, возникающие от воздействия различных пылей, металлов, 
газов.
67. Горст Григорий (1578-1636), немецкий медик, автор сочинения "Observationum medicarum 
singularium libri quatuor" ("Четыре книги отдельных медицинских наблюдений"), Ульм, 1845, 
Нюрнберг, 1652.
68. Макробий — латинский автор V в. н. э. На тот же текст Рамаццини ссылается дальше 
(дополнение, гл. 4). Макробий говорил о некоем "воздушном истечении" (aura), исходящем из меди.
69. Цельс Корнелий (I в. до н. э. — I в. н. э.), автор сочинения "О медицине" в 8 книгах 
("De medicina libri octo"). В издании II Московского медицинского института в 1959 г. вышел 
первый на русском языке перевод этого труда Цельса.
70. Squama aeris — продукт окисления меди. Сподий — туция, окись цинка.
71. См. Гиппократ. "Эпидемии", IV, 25 (р. п. II, 194).
72. См. Гален "De difficultate respirations" ("О затруднённом дыхании"), III, 12 (Kŭhn, 
VII, 951).
73. Фоэс Анюс - французский врач XVI века (ум. 1595). Ученик Фернеля в Париже (см. прим. 
75); под руководством Фернеля начал свои работы по толкованию Гиппократа, на которые ссылается 
Рамаццини.

75. Фернель Жан (1505-1558), профессор в Париже с 1534 г. Выделялся в составе профессоров 
медицинского факультета своим отрицательным отношением к схоластическим традициям. Особое 
внимание он уделял сифилису и другим венерическим болезням, ошибочно трактуя их как одну 
болезнь (так называемый унитаризм). В 1542 г. вышел крупный труд Фернеля по физиологии 
"De naturali parte medicinae" ("О естественнонаучной части медицины").
	Рамаццини цитирует следующие труды Фернеля: много раз переиздававшееся сочинение 
"De abditus rerum causis …" ("Две книги о сокровенных причинах вещей"), Париж, 1548; "De 
luis venereae curatione …" ("Книга о совершеннейшем лечении венерической болезни"), Антверпен, 
1579.
77. Борих (латинизированное имя Боррихиус) Оле или Олуф (1626-1690), датский учёный. Кроме 
медицины, занимался химией, ботаникой, а также филологией. Занимал несколько кафедр в 
Копенгагенском унеиверситете на разных факультетах. Как анатом открыл слёзные канальцы. 
Им основана существующая и доныне коллегия Бориха — научное учреждение, оказавшее поддержку 
ряду нуждавшихся молодых учёных. Медицинские наблюдения Бориха также связаны преимущественно 
с действием различных химических соединений, в частности ртути. На них ссылается Рамаццини.


327. И патологическая картина, и некоторые указания на проявления болезни говорят в пользу 
того, что Рамаццини выделял заболевания лёгких у каменотёсов, у которых, как известно, может 
развиваться силикоз.
328. Сочинения Боррихия (см. о нём примечание 77) помещено в "Acta" Бартолина, т. V (за 
1677-1679 гг.), стр. 184-196. Его полное заглавие "De genoratione lapidum in macro- et 
microcosmo" ("О возникновении камней в макро- и микрокосме", т. е. в природе и в человеке).
329. См. приписывавшиеся Аристотелю "Проблемы", отд. X, пробл. 43.
330. Цитируемое сочинение Ю.Ц. Скалигера носит заглавие "Exotericarum exercitationum liber XV. 
De subtilitate — ad Hieronymum Cardanum" ("Пятнадцатая книга эксотерических этюдов. О тонких 
материях — к Иерониму Кардану", Париж, 1557; Базель, 1560; Франкфурт, 1576, 1592; Ганау, 1634).