Е. В. КОВАЛЕВА, кандидат филологических наук

Хотя нас отделяет от Н. С. Лескова чуть более ста лет, мы уже просто не знаем тех реалий, которые были присущи XIX веку, и потому не понимаем специфики употребления некоторых слов и выражений. По этой причине, читая русских классиков, мы только приблизительно (и в первую очередь со своих позиций!) понимаем то, о чем повествуется.

В первом романе Н. С. Лескова "Некуда" (1864) один из главных героев - врач, поэтому эпизоды, в той или иной мере связанные с лечением, возникают на протяжении всего романа.

На страницах романа встречаются как народные, так и рекомендованные официальной медициной средства. Во второй книге романа один из персонажей, Дарья Афанасьевна пытается лечить дочкин животик бобковою мазью: "...У меня что-то маленькая куксится; натерла ей животик бабковою мазью, все не помогает, опять куксится. Вставайте, посмотрите ее, пожалуйства: может быть, лекарства какого- нибудь нужно".

На первый взгляд кажется, что это мазь, которую Дарье Афанасьевне дала какая-нибудь бабка, тем более что в словаре В. И. Даля отмечено слово бобковый со значением "до бабки, в значении вещи, стойки, костыги и пр. относящийся". Однако родились и сомнения, ибо в слова-

стр. 116

рях неоднократно встретилось выражение бобковая мазь, правда, без объяснения способа ее применения.

Описание бобковой мази как медицинского препарата есть в энциклопедическом словаре Ф. А. Брокгауза и И. А. Ефрона и кажется гораздо более к контексту, чем мазь какой- то мифической бабки: "Бобковое или лавровое масло или мазь (Oleum Lauri s. laurinum) - получается посредством кипячения с водою и выжимания свежих плодов лавра. б.м. зернисто, зеленого цвета, густо, как коровье масло, ароматного запаха. б.м. есть чисто народное средство. Внутрь оно совсем не употребляется; его употребление ограничивается наружным употреблением в виде мазей, пластырей и т.д. Употребляется как средство для заживления пуповины, при болях в животе (в детской практике)" (СПб., 1891. Т. 7. Курсив наш. - Е. К .) .

Однако предположение, что бобковая мазь - это на самом деле бобковая мазь, так и осталось бы предположением, если б не знание особенностей орфографии XIX века: в текстах не было редкостью в безударном положении увидеть О на месте А и наоборот. По этой причине на страницах романа мы читаем волкамерия вместо волкамерия, охаботье вместо охоботье. И именно данные факты позволяют утверждать, что бобковая мазь, встретившаяся в романе, есть не что иное, как бобковая мазь.

На страницах романа "Некуда" есть эпизоды, посвященные и "официальной" медицине. Правда, иногда она так тесно соприкасается с народной, что между ними трудно провести границу.

Доктор Розанов, герой романа "Некуда", случайно попадает на именины к Канунниковым, людям "древлего благочестия". Гостья Агафья Ивановна и хозяйка дома навеяли скуку на Розанова надоедливым разговором о своих мнимых болезнях и о "прекрасных" лекарствах. Кажется, что на протяжении разговора возникают абсолютно нереальные названия лекарств: иерусалимский бальзам, "бальзан" Кир Аншид, "гаромские" капли, а Н. С. Лесков, выбирая такие наименования, просто подсмеивается над дамской манией самолечения.

Но если внимательно вчитаться в рецепт иерусалимского бальзама, который сейчас кажется полной абракадаброй, и сравнить его текст с описанием восточного бальзама в медицинской литературе XIX века, то невольно поразишься их общности, что видно даже неспециалисту в области медицины: "Сей балсам пользует салмово оному Стомахе помогает ему к варению укрепляет сердце утоляет запор чрева полезный противо утеснения персей и старого кашля. Исцеляет внутренныя раны персей и лехна то (то суть велия нитгаины) дипзоет и прогоняет месячныя тови женски нанесонныя раны коликии стары толикие новыя например с ударениями меча или ножа и иные сечения употребляется с травом завомо лануонит исцеляет всякую фистулу и вся смрадния нужда киисти достиго долны чудно полезный есть и за текущею ухо капляучи у тодленаи три капли с гукно вином омодойною полагается и на ра-

стр. 117

нения зубныя десны и иснедает ю утверждает и колсыушияся и испасти хотяща зубы сохраняет от умори т.е. куги и помогает от всех скорбей душевных и вкупе телесных, внутреннее ево употребление (...) до 15 капаиума а вина или воды вечер и заутра кто его употребит и самиам искуством чудное богодействие разумети Будет" (Н. Лесков. Некуда).

"...предпочитается он [восточный бальзам] всем прочим в таких внутренних болезненных припадках, когда почки, мочевой пузырь и другие внутренности бывают поражены язвами. Сверх того он похваляется в долговременных перемежающихся лихорадках и против тяжелой одышки, исцеляет не только внутренние, но и внешние язвы и раны, гонит месячную кровь и мочу, производит испарину, пользует от бели, завалов, простуды, ломоты и боли в суставах и костях; наконец, по мнению некоторых, сопротивляется яду, гнилости, заразе и полезен от укушения ядовитой или бешеной скотиной. (...) Восточный бальзам употребляется внутрь от 10 до 20 гран на один прием: для этого смешивают его с различными другими веществами, напр., с разными тинктурами, эссенциями, или с яичным желтком, сахаром, похлебкою, сиропом или делают из него пилюли" (Горецкий В., Вильк. Русский народный лечебный травник и цветник. В 2 ч, М., 1892. Ч. 1).

Название бальзама в романе - иерусалимский - также обосновано: "Бальзам восточный есть многолетнее растение, самородно прозябающее на холмах в теплых странах, на земле каменистой и песчаной, особенно в счастливой Аравии и провинции Йемене, откуда перенесено в Египет и Иудею, и названо потом именами, заимствованными от тех стран (...) (balsamum Arabicum, Asiaticum, Aegiptiacum, Gileadense, Jerichonticum, Indicum, Judacum, Messae, Memphiticum, Orientale, Syriacum album)" (Горецкий. Там же).

И даже такой незначительный факт, что упоминаемый в романе бальзам Кир Аншид (который, если судить по его названию, также по происхождению с Востока) поддельный: "Только настоящего этого бальзана нет, а все поддельный делают", имеет реальную основу: "В самом Константинополе не без труда достают настоящий бальзам, потому что последний и там случается редко. По свидетельству очевидцев, он бывает смешан с различными маслами, но и в этом смешении сохраняет свой природный запах. Такой фальсифицированный бальзам рассылается с востока во все европейские государства" (Горецкий. Там же).

И читая лесковские страницы, невольно поражаешься, с какой скрупулезностью автор подмечает мельчайшие детали и как точно подбирает слова.

На страницах "Некуда" встретились и гаарлемские капли. Интересно, что народом они называются гааремские капли: "- Нет, вот, говорят, гаремские капли на ночь хорошо принимать.

- Вам не годятся гаарлемские капли: вы полны очень".

Спустя несколько лет в повести "Воительница" (1866) Н. С. Лесков

стр. 118

снова вспоминает о гаарлемских каплях и использует их опять-таки в сочетании с гаремскими каплями (при этом слово гаарлемские имеет несколько иную орфографию - в первом слоге наблюдается стяженное А ): "Домна Платоновна очень любила прибегать к медицинским советам и в подробности описывать свои немощи, но лекарств не принимала и верила в одни только гарлемские капли, которые называла "гаремскими каплями" и пузыречек с которыми постоянно носила в правом кармане своего шелкового капота".

В собрании сочинений Н. С. Лескова 1956 года о гаарлемских каплях в примечаниях ничего не сказано. В издании 1993 года гарлемские капли поясняются только применительно к повести "Воительница": "лекарство (от названия голландского города Гарлема)" (Ранчин А. Примечания // Лесков Н. С. Собрание сочинений. В 6 т. М., Экран. 1993. Т. 5). Вообще-то информацию, что гарлемские (гаарлемские) капли - это лекарство и что оно по происхождению, вероятно, из города Гарлема, можно получить, и не обращаясь к комментариям, а только прочитав текст повести "Воительница" или романа "Некуда". На более серьезные вопросы "Почему эти капли пользовались такой популярностью?", "С какой целью их принимали?" ответов в комментарии нет.

В отличие от названия гофманские капли, которое неоднократно фигурирует на страницах произведений Н. Лескова и которое считает необходимым истолковать практически любой современный словарь или справочник, словосочетание гаарлемские капли встретилось только в "Энциклопедическом лексиконе" (СПб. 1858. Т. 13): "Гарлемские капли, Oleum Haarlemense. Это лекарство, как название его показывает, изобретено в Гарлеме, в Голландии, в 1698 году, лаборантом Клаусом Тилли (Claus Tilly). Оно состоит из раствору очищенной серы в дистиллированном (перегнанном) мозжевеловом масле. Гарлемские капли Гродницкого, которые продаются у нас в России, существенно отличаются от настоящих Гарлемских капель тем, что в них сера распускается в льняном масле, и к смеси прибавляется самое малое количество анисового масла. Это лекарство - мочегонительное, и употребляется в болезнях мочевых путей. Прием его различный, но должен быть назначаем врачом смотря по свойству болезни".

Дополнительные сведения об этих каплях удалось получить и в словарной статье данного же лексикона, посвященной городу Гаарлему или Гарлему (Haerlem, Haarlem): "Старинный дом Тилли, изобретателя Гарлемских капель (см. это) и теперь еще пользуется своею привилегиею: наследники его отправляют капли свои на значительные суммы, не только в разные места Европы, но и во все Голландские колонии. Ост- Индийские моряки называют эти капли дорожною аптекою путешествующего Голландца".

Надеюсь, что данные заметки помогут по-новому взглянуть на тексты такого близкого и такого далекого XIX века.

Курган