СИСТЕМАТИЧЕСКАЯ ПСИХОТРАВМА

ПОНЯТНО, что крупномасштабная авария на Чернобыльской атомной станции в 1986 г. занимает ум и сердце очень многих людей и сегодня. Какие же последствия для населения принесла авария на ЧАЭС?

В первые три месяца из примерно 600 человек, находившихся на промплощадке в ночь на 26 апреля и утром 26-го, у 134 человек возникла и была подтверждена острая лучевая болезнь. Почти у одной трети - общие тяжелые поражения осложнялись лучевыми ожогами кожи. Двадцать восемь человек с наиболее тяжелыми проявлениями ушли из жизни в первые три месяца, несмотря на все усилия врачей, располагавших необходимыми для лечения пострадавших современными средствами и опытом их применения.

Мировое научное сообщество высоко оценило полученные результаты лечения. Итоги медицинских наблюдений широко публиковались, начиная с первого весьма полного доклада в Вене (июль 1986 г.).

Из указанной группы больных за прошедшее десятилетие от различных причин умерло еще 9 человек. У 10 человек остаточные явления тяжелого лучевого поражения кожи требуют и ныне повторного, в том числе оперативного лечения. У больных с дозой более 2,6 Гр возможны и уже возникли лучевые катаракты, в двух случаях потребовавшие операции с успешной пересадкой искусственного хрусталика. Все перенесшие лучевую болезнь лица систематически наблюдаются в специализированных клиниках Москвы и Киева. При обследовании у них выявлены обычные для людей их возраста заболевания и проводится необходимое лечение. Единичные случаи выявления опухолей на самых начальных стадиях успешно прооперированы.

Поэтому устрашающие некомпетентного читателя цифры в "Комсомольской правде" (N 7/98) за 10 лет "10 миллионов людей, пострадавших от чернобыльской катастрофы, 126 000 погибших от радиации", даже если считать их реальными, на самом деле находятся в соответствии или даже чуть ниже естественной частоты смертности населения страны (1-2% в год).

Одним из источников ошибок в оценке здоровья участников аварии ЧАЭС (медико-дозиметрический регистр в г. Обнинске) является избирательный характер его пополнения в различные годы, а также отсутствие достоверных сведений о состоянии здоровья этих людей в доаварийный период.

Другим элементом, утяжеляющим оценку здоровья "аварийных групп", является введение в практику диспансерного наблюдения приемов исследования, не применявшихся ранее. К таковым относятся развернутые анализы крови, выявляющие скрытое малокровие; УЗИ-диагностика, обнаруживающая небольшое изменение объема и структуры внутренних органов, в том числе щитовидной железы; некоторые врожденные аномалии. Но лишь в редких случаях это действительно начальные признаки каких-то (не лучевых!) обычных болезней.

О первой группе пациентов, отдельных группах лиц "из аварии ЧАЭС", мы уже говорили выше. При дозе облучения свыше 2,5 Гр они нуждаются в более частом и тщательном наблюдении окулиста для своевременного распознавания и лечебно-профилактических мер по поводу лучевой катаракты. Особого внимания, профилактики и лечения требует у них состояние кожи с весьма возможными ее изменениями у лиц, перенесших общие и местные лучевые поражения 2-й и более тяжелой степени. Для них важно и наблюдение эндокринолога.

2-я группа участников ликвидации последствий аварии (УЛПА) в 1986 г. и особенно в первые два месяца (в т. ч. и в "йодный период" 1986 г.) отличается от остальных не только возможностью облучения (внешнего) сверх декретированной величины (0,25 Гр, но не более 1,0 Гр), но и наиболее неблагоприятными условиями организации противоаварийных работ в этот начальный период.

Возможность выявления у них непосредственных, обусловленных действием радиации изменений в состоянии здоровья прямых эффектов радиации - лучевой болезни, - исключается. Социальная активность и простые оздоровительные меры, принимаемые ими самими, - залог их долгого трудового долголетия.

3-я группа УЛПА более поздних сроков работы на ЧАЭС, после 1988 г. (за исключением очень ограниченной группы ученых-исследователей саркофага), по уровню воздействия радиационных факторов может считаться контрольным контингентом (не более 5-10 сЗв суммарно за длительные сроки работы). Этим лицам присущи более длительные периоды пребывания на АЭС, иногда вахтовый режим работы, а также особая значимость поставарийных стрессогенных влияний. К ним относятся неадекватное возможной тяжести последствий законодательство 1990 г., систематическая психотравма, наносимая СМИ, сложности трудоустройства, экономические трудности, поиск и неудовлетворенность социальных притязаний. Эти факторы являются ведущими, они сказываются на нервно-психическом здоровье пациента.

4-я группа - население регионов, с опозданием отселенное из 30-километровой зоны или даже оставшееся в зонах повышенного облучения. Эти люди зачастую были лишены своевременной информации о рациональных мерах предотвращения избыточного облучения. Доля таких лиц в общей численности "пострадавшего" населения относительно невелика (не более 5-I0%). Регионы четко локализованы (Брянская область России, Гомельская - Белоруссии - особенно). Им также необходимо терпеливое рациональное просвещение и воспитание с адекватным ранжированием всех неблагоприятных влияний на здоровье и мероприятиями по их минимизации.

У остальной части населения (5-я группа) с минимальным уровнем радиационного воздействия, имевшего место и прогнозируемого (даже без изменения места проживания после 1989-1990 гг.), поставарийный информационный хронический стресс должен быть признан ведущим неблагоприятным фактором для их здоровья, отличающим их от остального населения.

Таким образом, очень важно учесть необходимость очерченной выше дифференцировки контингентов. Всегда весьма ограниченные ресурсы общества следует направить на помощь по профилю, наиболее адекватному совокупности факторов риска у каждой из этих групп. Нужно помочь им, пока еще не поздно вернуть этих людей семье, обществу, продлить их трудовое долголетие.