Тишина

Капитана запаса, сержанта спецназа Иванова по прозвищу Пантера архитрудно взять на испуг. По-настоящему он боится только полной тишины. Стоит лишь потерять бдительность, и она подкрадывается, чтобы безжалостно отшвырнуть его в оглохший мир, где горы дрожат от взрывов, горячо вибрирует бесшумное оружие и раненые, корчась от боли, надрываются в беззвучном крике. Если убрать руки от ушей, то тишина становится вселенской. Значит, в его БТР снова попал снаряд безоткатного орудия. Нужно заставить себя проснуться.

По ночам он старательно занимает себя неотложными делами, до предупредительного сигнала смотрит в мерцающий экран телевизора. Сновидения неумолимо поджидают его в засаде, которую очень трудно обойти. На сумеречной стороне сознания ему снова девятнадцать. Здесь неизбежна встреча с его нестареющими друзьями. Они бредут по территории выжженного солнцем блокпоста, протягивают в приветствии руки. К своему несчастью, Игорь цепко помнит обстоятельства гибели каждого и приникает к их крепким соленым плечам, заставляя себя заглянуть в их распахнутые глаза.

Бойцы бесцеремонно встряхивают его, с укором смотрят пустыми глазницами. "Фишке" спать нельзя. Ему доверены жизни товарищей. Мгновенное забытье - и они никогда уже не проснутся. И тогда ничего не останется, как навеки уснуть вместе с ними, потому что пережить это изощренное изуверство - удостоиться помилования врага - невозможно.

"Рэксы" спецназа

Стандартная повестка из военкомата не оставляет семье Ивановых никаких шансов на благополучный вариант. Краснодипломнику, многопрофильному спортсмену гарантирована служба в самых элитных спецподразделениях. О том, что таковые в нашей доблестной армии непременно должны существовать, догадывается любой школьник. Адрес их применения ни для кого не секрет - Ограниченный контингент советских войск оказывает помощь дружественному народу Афганистана уже восьмой год.

Новая телогрейка, купленная Ксенией Маркеловной для сына в совершенно отчаянной надежде, что вдруг его пошлют на Север, бесполезна. Весна в узбекском городе Чирчик теплая. Она простодушно и недвусмысленно указывает призывникам с Урала место их будущей службы. Здесь готовят младших командиров - "рэксов" спецназа. Полгода интенсивного натаскивания. Сутки вмещают в себя 15 часов изматывающих тренировок. В выходные и праздничные дни - праздничные марш- броски с полной выкладкой. Командиры взводов беспощадны. Они не останутся готовить здесь очередную смену, а уйдут ТУДА вместе со своими воспитанниками.

- Ну что, бача, тяжело в учении? - с участием инквизиторов интересуются инструкторы у курсантов, забывая завершить знаменитую суворовскую фразу утешительным обещанием насчет облегчения. - ТАМ будет во сто крат хуже.

Очень важно научиться добиваться успеха с первой попытки. С первого удара вбить стальной гвоздь-костыль в горную породу - второй удар по его резиновой шляпке будет предательски звонок. С первого

стр. 31

выстрела поразить мишень из всех видов оружия - там трудные "мишени", они не дают шансов на второй выстрел. Маскировка на местности тоже одноразовая, ее огрехи искупаются собственной жизнью. Сапер ошибается... "Кому ТАМ нужны мертвые спецназовцы?"

Родителям, приезжающим проститься с сыновьями, в общении с ними за пределами комнаты посетителей категорически отказано. Исключение сделано для женщины с невыносимо пронзительными глазами.

Планета Афганистан

Чужая странная планета на одной долготе с родным домом. Война приходит знакомиться с выпускниками "учебки" в первую же ночь. Дневальный по эллингу, утомленный тупой тяжестью бронежилета, изумленно потирает гематому на месте вероятного пулевого отверстия. Настоящий бой не заставил томиться в ожидании. Он запомнился шрамом от первого ранения. Потом будут две контузии и другие раны, но первая пролитая собственная кровь незабываема. Как, впрочем, и кровь врага.

За гибкую поджарость, несмываемую густую смуглость и несвойственную серость чуть раскосых глаз Игоря в отряде имени Николая Кузнецова прозвали Черной пантерой. В качестве снайпера он участвует в рейдах по тылам моджахедов.

Какая все же странная планета... Однажды во время рейда в горном районе разведчики обнаружили поселение пигмеев, обитающих в глинобитных яйцеподобных хижинах, все убранство которых составляла циновка. Говорили эти маленькие люди на непонятном наречии, но пришельцы поняли, что аборигены не имеют никакого понятия о происходящем вокруг их крохотного мира.

Пацан, укрывшись в нише скалы, старательно целится "Стингером" в их "вертушку". "Эх, село!" - ухмыляются спецназовцы, когда бача или то, что от него осталось, размазывается по камню.

"Солдаты удачи"

Специальная таблетка делает сон невозможным. Пугающее передвижение по барханам бледных пятен при свете опрокинутой луны оказывается не чем иным, как игрой шакалов обглоданными костями. Но холодная афганская ночь не страшнее раскаленного дня. Нужно только подложить под язык камушек, и тогда во рту полностью не пересохнет. В сухпае самым ценным продуктом оказывается зеленый горошек, потому что можно выпить его сок.

Группа спецназа сталкивается с мальчишкой. Если бачу отпустить, то с засадой не разминуться. Брать с собой обузу бессмысленно. Кому с ним проститься - решит жребий.

Седобородый крепкий старик, убегая, отстреливается из английского карабина. Слабо взять его на кураж, без единого выстрела?

Караван всегда опасен своей непредсказуемостью. Предупредительный выстрел на остановку. Если караванщики задумали избежать "шурави-контрол", то обстрел накрывает их уже по полной схеме. От прямого попадания старенький грузовик спотыкается и начинает истошно выть. Его водитель уткнулся разбитой головой в клаксон. Видно, надеялся проскочить в свой кишлак до наступления ночи и рискнул нарушить комендантский час. Господи, когда же я проснусь? Разбуди меня, мама! Мне страшно!

Ксения Маркеловна за руку выводит сына из сновидений, когда ему угрожает явная и смертельная опасность. Там, где Игорь только что прикорнул, чернеет воронка. Это все, что она может сделать для сына за тысячи километров от него.

Захвачен караван с небывалым призом - рекордный по весу груз героина из Пакистана. Любительский снимок на память, сделанный кем-то в тот день, можно найти в апрельском номере журнала "Солдат удачи" за 1997 год. В материале рассказывается об этой уникальной боевой операции. Вряд ли парни считали себя везунчиками. Группа была представлена к высоким наградам, которыми решили удостоить себя штабные писари. Орденоносцами станут и генеральские сынки, которых предусмотрительные папаши прокручивают через "боевые действия". Хотя бывает, что даже самая безопасная "зачетная" вылазка заканчивается и для них трагично.

Риск все-таки должен быть гарантированно безопасным. Блокпост посещает легендарный телекомментатор Лещинский. Картинка, показанная им, впечатляет. По задумке столичного журналиста фоном для репортажа становится "свежеподбитый" БТР. Солдаты ведут понурого душмана. Отловленный неделю назад пленник с помощью переводчика что-то лопочет в раскаянии. "Только что здесь отгремел бой!" - жизнерадостно сообщает доверчивым согражданам репортер.

стр. 32

Короткие встречи

Сокурсник по лесотехническому техникуму имени Николая Кузнецова, да к тому же коллега по сборной биатлонистов района, Юра Исламов нереально прекрасен, как родительский дом на улице Комсомольской. Он только что прибыл в отряд и уже уходит на задание, но когда вернется, земляки обязательно поговорят.

Ночью проводник вывел их группу в условленное место. На рассвете парни обнаружили, что они расположились перед мощным укрепрайоном душманов. Исход был предрешен. Выжил только радист, вызывавший подмогу со скалы неподалеку. Он видел все, но его показания оказались бесполезны. Он видел все и поэтому потерял рассудок.

Помощь безнадежно опоздала. Игорь опознал останки своего земляка по маркировке на тельняшке десантника - "Исламов". Скромный Талицкий техникум в тот день потерял еще одного студента. Юра подорвал себя гранатой, унося с собой жизни головорезов... Зачем его матери вместо сына звездочка Героя Советского Союза?

Чумазый паренек, сидящий на броне обогнавшего их БТРа, оказывается всамделишным земляком. Через несколько минут за перевалом его обгорелый труп извлекут из-под дымящихся обломков машины.

Операция завершена. Потерь нет. "Вертушка" отрывается от земли. Сидящий рядом дембель, напросившийся на "аккордную" вылазку, доволен благополучным исходом и что-то кричит Игорю в ухо. Потом неожиданно замолкает и валится набок. Из его разорванного бронебойной пулей горла толчками бьет кровь. Разбуди меня, мама! Сделай что-нибудь!

Искупление

Телеграмма, извещающая Иванова Игоря Михайловича о кончине отца, пришла с опозданием на несколько дней. Ее смысл долго не доходил до сознания человека, который был твердо уверен, что дом Смерти находится исключительно здесь. Потом появилось странное понимание: "ИСКУПЛЕН". Отец, истерзанный тревогами за сына, сделал для него то последнее, на что был способен.

Отпуску по семейным обстоятельствам никто не завидует. Только почему в глазах друзей застыла тоска и так тянет на них обернуться?

"Вертушками" добирался до Кабула. Родина начинается с бдительной Ташкентской таможни. И ничего с собой служивый не привезет. Разве что заморскую жевательную резинку за щекой. Февраль на Урале лют всегда, но в том, в 1988-м, он был лют в особенности. Страна по почину "почетного немца" уже который год безуспешно сражается с "зеленым змием". Хмурая продавщица неумолима. Смуглому солдатику с зимними застывшими глазами, не достигшему двадцати одного года, водка никак не положена.

"А людей убивать мне положено, а меня убивать положено?" - страшно хрипит ненормальный солдатик и пинает ни в чем неповинный прилавок. Испуганный патруль почтительно провожает "афганца" до автобуса.

Гречка

Ксения Маркеловна отстояла на морозе за гречкой целый день. Крупа закончилась перед ней. "Мне для сына..." - только и могла прошептать вдова. Кто-то отдал ей свой кулек.

Игорь с покорной благодарностью ел ненавистную кашу, но потом стал давиться. Мать зачем-то стучала его по спине, а потом прижала к себе и долго раскачивала, как когда-то в детстве: "Ты ведь любил гречку, сынок".

До законного увольнения в запас - каких-то три месяца, и никто не осудит, если...

"Вернулся?" - удивились в штабе отряда. Кругом незнакомые молодые лица, и некуда приткнуться. Разве что к непривычно аккуратным койкам друзей. Они не вернулись с того задания, полегли всей группой, нарвавшись на засаду. Спасибо, папа...

Придуманная, выстраданная ТАМ вся последующая мирная жизнь почти удалась, но порой она предательски осыпается, как афганский песок под ногами. Он может увернуться от одиночного выстрела, обезвредить мину, спрятаться от врага - преодолеть массу вещей, на которые способен сержант спецназа. Но он не в силах уйти от собственных сновидений про ТУ войну. Врачи не разрешают ему смотреть любые фильмы о ней, терпеливо объясняя пациенту, что они якобы провоцируют нервные срывы. Да разве в них дело? Главное - вовремя проснуться. Разбуди меня, мама!