ЖЕМЧУЖИНА РАЗДОРА

Актуальные публикации по вопросам международного права и международных отношений.

NEW МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО


МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО: новые материалы (2024)

Меню для авторов

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему ЖЕМЧУЖИНА РАЗДОРА. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Беларусь - аэрофотосъемка HIT.BY! Звёздная жизнь


Автор(ы):
Публикатор:

Опубликовано в библиотеке: 2024-04-07

"Жемчужины изумрудного моря", - так поэтично китайская печать издавна именовала островки и атоллы, - как правило, кораллового происхождения, - расположенные в Южно-Китайском море. Путешественникам, посещавшим эти уединенные уголки земли т хорошую погоду, они действительно могли показаться воплощением идиллии.

Однако военно-политическую ситуацию, складывающуюся вокруг островов, спокойной никак не назовешь. Две группы этих островков, рифов и атоллов - Парасельские острова и острова Спратли - уже много лет являются объектом международного территориального спора; на владение ими претендуют КНР и Вьетнам, а Филиппины претендуют на островные группы и рифы соверши части островов Спратли, а Малайзия и Бруней - южной.

Название "острова Спратли", очевидно, правильнее было бы относить не к какой-то конкретной группе островков, а к огромному эллипсовидному району вблизи побережья Филиппин и Малайзии в юго-западной части Южно- Китайского моря, протянувшемуся с северо-востока на юго-запад более чем на тысячу километров. Раньше, до второй мировой войны, этот район, в котором разбросано свыше ста мелких островных объектов, именовался Коралловыми островами, а в Китае - Туаныпа цюньдао. Ныне в Китае его называют Наньша цюньдао, во Вьетнаме - Куандао Чыонгша, а на Филиппинах - Калаяана (имея в виду лишь северную часть района, где и расположена основная часть островных объектов). При всем множестве в районе островных объектов, островов, как их определяет международное морское право, здесь всего девять, и самый крупный из них - остров Иту-Аба - имеет площадь 0,42 квадратного километра.

Что же касается Парасельских островов, называемых в Китае Сиша цюньдао, а во Вьетнаме - Куандао Хоанша, расположенных в 200 - 300 километрах от побережья Вьетнама и от китайского острова Хайнань, то общая площадь всех входящих в них 15 островков составляет всего лишь три квадратных километра.

Ни на одном островке обеих этих групп никогда не было постоянного населения.

Южно-Китайское море играет большую роль в международной торговле и нормальном функционировании мирового хозяйства: вместе с Малаккским проливом и Андаманским морем на западе и Тайваньским проливом на востоке оно является главным судоходным путем, который связывает Тихий океан с Индийским. Именно в Южно-Китайском море сплетаются в своеобразный узел морские пути из Европы, Африки, Ближнего Востока, Южной Азии на Дальний Восток и в Америку. Эта международная судоходная трасса имеет огромное значение и для России, ибо пока остается далеким от обустройства Северный морской путь. Именно ею пользуются российские суда для транспортировки грузов из своих европейских портов в дальневосточные, которые не могут быть доставлены по железной дороге.

ПЕРВЫЕ РОСТКИ КОНФЛИКТА

Население Филиппинского и Зондского архипелагов, Индокитайского и Малайского полуостровов с давних пор занималось рыболовством и добычей морепродуктов на мелководье Южно-Китайского моря. Китайские рыбаки здесь не появлялись до конца XIX века: действовавший в стране "морской запрет" - запрет подданным Поднебесной империи удаляться от побережья страны, - полностью исключал такую возможность. Лишь изредка мимо островов проходили китайские корабли, получившие официальное разрешение на ведение заморских торговых операций или входившие в состав экспедиций, отправляемых по велению императорского двора. Естественно, вопрос о принадлежности безлюдных, бесхозных, заброшенных и затерянных в морских просторах клочков суши не вставал.

Первые ростки существующих ныне разногласий и споров по поводу их государственной принадлежности проявились лишь в 30 - 40-х годах XX века. Именно в то время французские колониальные власти Индокитая обратили внимание на необитаемые и бесхозные островки и предприняли шаги по обследованию их и утверждению своего контроля. И хотя французские власти уделяли больше внимания Парасельским островам, а в районе Спратли французские военные корабли появлялись лишь время от времени, именно они были первыми формально присоединены в 1933 году к территории Индокитайского Союза, как тогда именовался французский Индокитай 1 . В 1938 году было объявлено и об аннексии Парасельских островов 2 .

Единственной страной, заявившей Парижу протест против аннексии островков в районе Спратли в 1933 году, была Япония. Впоследствии, правда, китайские авторы утверждали, что нанкинское правительство будто бы тоже предприняло некий "демарш протеста" 3 .

Объявив об аннексии Парасельских островов и ряда остров-

стр. 11


ков района Спратли, французские власти предприняли шаги по их освоению. На острове Иту-Аба (район Спратли) и на острове Патл группы Круассан Парасельских островов (архипелаг состоит из двух островных групп - Круассан, или Кресент и Амфитрит) начали возводить маяки, строить метео- и радиотелеграфные станции. На острове Патл был учрежден пост франко- вьетнамской пограничной охраны.

Однако в 1939 году японские войска оккупировали все острова Южно- Китайского моря. На них были созданы опорные базы, действуя с которых военно-воздушные и военно-морские силы Японии нанесли в начальный период войны на Тихом океане ощутимый урон военному и торговому флоту союзников.

В середине 1945 года японцы эвакуировались с островов, а в 1946 году китайское правительство направило в район Спратли и Парасельских островов две военно-морские экспедиции. Китайцы уничтожили все ранее возведенные японскими войсками символы принадлежности островов Японии, заменив их китайской символикой. Но если экспедиция в район Спратли этим и завершилась, то на острове Буазе (Вуди) группы Амфитрит Парасельских островов был размещен китайский военный гарнизон, и началось строительство опорной базы. Поскольку на островах группы Круассан находилась франко- вьетнамская пограничная полиция, можно говорить о том, что фактически Парасельские острова оказались поделенными между Францией (Вьетнамом) и Китаем. При этом обе стороны утверждали, что они контролируют весь архипелаг.

В декабре 1947 года президент Китайской Республики Чан Кайши подписал указ, в соответствии с которым все острова Южно-Китайского моря включались в состав Хайнаньского особого административного района.

ОККУПАЦИЯ - ЭФФЕКТИВНАЯ И ФИКТИВНАЯ

Декретами французского генерал-губернатора Индокитая и императора Вьетнама Бао Дая 1933-го и 1938 годов все эти острова были включены в состав Вьетнама, а по указу президента Чан Кайши они же включались в состав Китая. Но при этом важно отметить, что ни власти Индокитая, ни китайское правительство не предприняли никаких практических шагов по действительному освоению островков, которые, - не считая военного присутствия Франции и Китая на Параселах, - продолжали оставаться необитаемыми, бесхозными и заброшенными. Это обстоятельство имеет принципиальное значение для оценки правомерности последующих претензий на владение островками Вьетнама, как правопреемника Франции, и Китая.

Дело в том, что в соответствии с международным правом государство может утвердить свой суверенитет над необитаемыми островами только путем осуществления их эффективной оккупации. Правовое содержание понятия "эффективная оккупация" необитаемой территории включает в себя такие действия, как завладение ею, освоение и организация управления. Важнейшим моментом при этом считается учреждение местных органов власти. Даже если государство официально объявило об оккупации и администрировании ранее необитаемой территории и на ней появилось постоянное население, но местные органы власти в течение разумного промежутка времени после этого не будут созданы, эффективная оккупация в правовом отношении трансформируется в оккупацию фиктивную, и государство теряет правооснования на владение этой территорией.

Что же касается деклараций о принадлежности необитаемой территории, возведения на ней каких-то символов, долженствовавших свидетельствовать о принадлежности ее соответствующему государству, поднятия флага и т.д., то она вообще не дает данному государству каких-либо правооснований на владение территорией и не может ограничивать третьи страны в их действиях в отношении данных территорий 4 .

Именно такая ситуация возникла после окончания второй мировой войны на островках группы Спратли.

Хотя позиции стран региона, например, Филиппин и Китая, относительно принадлежности островов Южно-Китайского моря в самых общих чертах излагались еще в 40-х годах 5 , международный спор по этому вопросу официально оформился только в самом начале 50-х годов.

17 мая 1951 года президент Филиппин Э. Кирино заявил, что острова северной части района Спратли расположены вблизи побережья Филиппин, тесно связаны с ними географически и, несомненно, должны принадлежать им 6 . Немедленно на это выступление отреагировало правительство КНР, расценившее его в своем протесте как покушение на китайскую территорию 7 . 15 августа 1951 года министр иностранных дел КНР Чжоу Эньлай выступил с заявлением относительно американо-английского проекта мирного договора с Японией и конференции в Сан-Франциско. Среди прочего в документе утверждалось, что все острова Южно-Китайского моря "всегда являлись территорией Китая" 8 . Этот документ носил общий и предварительный характер, он не содержал обоснования выдвинутых претензий. Однако такая аргументация не содержалась ни в комментариях к этому документу в китайской печати, ни в официальных документах китайской стороны в поддержку выдвинутых претензий в последующие годы.

А 7 сентября 1951 года, выступая на мирной конференции в Сан-Франциско, премьер-министр и министр иностранных дел сайгонского правительства Чан Ван Хыу, заявил о претензиях своей страны на острова Спратли и Парасельские, подчеркнув, что они "всегда принадлежали Вьетнаму" 9 .

КНР на Сан-Францисскую конференцию не приглашалась. В подписанном 8 сентября 1951 года Сан-Францисском мирном договоре содержался пункт об отказе Японии от всяких притязаний на Спратли и Парасельские острова, однако вопрос об их принадлежности был обойден.

Таким образом, две континентальные страны региона - Китай и Вьетнам - выдвинули притязания на все острова Юж-

стр. 12


но-Китайского моря, тогда как Филиппины - лишь на островки северной части района Спратли. В последующем к ним присоединились Малайзия и Бруней, претендующие на владение рифами и атоллами в примыкающей к их побережью юго-западной части района.

Следует заметить, что имеется в виду не только КНР, но и Тайвань. По целому ряду вопросов международных отношений позиция обоих китайских государств совпадает или близка. Это и неудивительно, поскольку основа нынешних подходов Пекина по многим международным вопросам была первоначально разработана еще гоминьдановским правительством и позаимствована позднее правительством КНР. Одним из них является вопрос об островах Южно- Китайского моря.

Претендуя на владение островками района Спратли, на протяжении многих лет китайская сторона обосновывала их только общими ссылками на заявление Чжоу Эньлая от 15 августа 1951 года. Тезис о том, что островки испокон веков были частью китайской территории, никогда, ничем и никак не подтверждался ни в официальных документах, ни в публикациях КНР и Тайваня, ни в китаеязычной прессе Азии. Лишь 24 ноября 1975 года газета "Гуанмин жибао" опубликовала большую статью, в которой утверждалось - и опять же бездоказательно, - что китайцы будто бы первыми открыли эти острова, а китайское правительство "непрерывно" осуществляло над ними свою юрисдикцию и суверенитет.

В этой связи следует заметить, что ни один исследователь, посетивший островки района Спратли, не нашел на них никаких следов жизнедеятельности человека в прошлом, исключая остатки сооружений, возведенных там японскими войсками в 1939 - 1945 годах. Признаков того, что китайцы, как утверждала "Гуанмин жибао", "непрерывно осваивали и эксплуатировали" островки - обнаружено не было. В этих условиях утверждение о "юрисдикции и суверенитете" Китая над совершенно безлюдными и заброшенными островками представляются неубедительными.

По своему содержанию аналогична китайской и позиция Вьетнама. Он также строит свои притязания на островки на основе принципа "исконного владения" ими.

Что касается позиции Филиппин, то она неоднократно излагалась Э. Кирино, Ф. Марко-сом, К. Гарсиа и другими политиками страны и сводится к трем основным положениям: островки необитаемы, - заброшены и бесхозны, следовательно, они будут принадлежать тому, кто первым осуществит эффективную оккупацию их; островки расположены в непосредственной близости от берегов Филиппин, географически связаны с ними; островки имеют большое значение для обеспечения национальной безопасности Филиппин.

ПРЕТЕНДЕНТЫ ПЕРЕХОДЯТ К ДЕЙСТВИЯМ

С конца 60-х годов претенденты на острова предпринимают практические шаги, направленные на утверждение своего реального контроля над ними.

В конце 60-х - начале 70-х годов были созданы филиппинские военные гарнизоны, а затем и хозяйственные предприятия на ряде островков и крупных атоллах; в 1988 году филиппинское правительство учредило на них административную единицу и провело выборы общинной администрации 10 .

Со своей стороны проявило активность в утверждении своего контроля над некоторыми островками, атоллами, рифами района Спратли правительство Южного Вьетнама. В 1975 году южновьетнамские гарнизоны на них были заменены подразделениями Вооруженных сил освобождения Южного Вьетнама, в дальнейшем Социалистическая Республика Вьетнам создала на Спратли местную администрацию, управляющую всеми островными объектами, находящимися под вьетнамским контролем.

Тайваньская печать отмечала позднее, что еще в 1947 году китайские власти создали свой гарнизон и приступили к строительству опорной базы на острове Иту-Аба, на котором в годы войны на Тихом океане японцы построили взлетно- посадочную полосу, порт для гидросамолетов и базу подводных лодок 11 . Однако достоверные сведения о существовании на острове тайваньской военной базы относятся лишь к середине 50-х годов 12 .

стр. 13


Основное внимание КНР было обращено на Парасельские острова, которые, как указывалось, были фактически поделены между китайской и франко- вьетнамской (позднее - вьетнамской) сторонами. В январе 1974 года, воспользовавшись уходом из Вьетнама вооруженных сил США, китайские войска провели военную операцию по захвату островной группы Круассан Парасельских островов, которые с тех пор полностью находятся под китайским контролем. Считая вопрос о принадлежности архипелага решенным, Пекин отказывается от каких бы то ни было переговоров с Вьетнамом на эту тему.

Если говорить о соответствии такого метода "решения вопроса" нормам международного права, следует вспомнить Декларацию о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Организации - Объединенных Наций, принятую в 1970 году XXV сессией Генеральной Ассамблеи ООН. В ней, в частности, сказано: "Каждое государство обязано воздерживаться от угрозы силой или ее применения с целью нарушения существующих международных границ другого государства или в качестве разрешения международных споров и вопросов, касающихся государственных границ". И далее: "Никакие территориальные приобретения, являющиеся результатом угрозы силой или ее применения, не должны признаваться законными" 13 .

В районе Спратли флаг КНР появился лишь в конце 80-х годов. При этом китайская сторона воздержалась от использования здесь силы. Поскольку наиболее важные и крупные островные объекты уже контролировались Вьетнамом и Филиппинами, Пекин пошел на установление своего контроля над мелкими рифами и атоллами, стремясь, как представляется, прежде всего "обозначить" свое физическое присутствие в районе. При этом КНР предприняла совершенно неординарный шаг: она начала возводить искусственный - намывной - остров на основе атолла Файери Кросс.

Помимо всего прочего, эта акция Пекина поставила ряд правовых вопросов, ибо в мировой практике подобный случай встречается впервые, и правовые последствия его никак не отражены в Конвенции ООН 1982 года по морскому праву.

В СПОРЕ ПОЯВЛЯЕТСЯ НЕФТЯНОЙ УКЛОН

В течение долгого времени споры касались лишь самих островов в Южно- Китайском море. Они и сегодня сохраняют формально тот же характер. Однако сейчас вопрос принадлежности островков связан, прежде всего, с правами на континентальный шельф района, недра которого содержат углеводородное сырье в объемах, как считают некоторые исследователи, сопоставимых с запасами на Ближнем Востоке 14 . Особенно это важно для Китая, который расположен более чем в тысяче километров от мелководья района Спратли.

Однако возникает вопрос: а дает ли с точки зрения международного права владение островными объектами района какие-либо правооснования для получения суверенных прав на континентальном шельфе государству, лежащему на значительном удалении как от шельфа, так и от расположенных на нем островных объектов?

Континентальный шельф, или материковая отмель представляет собой мелководную выровненную часть подводной окраины материка, примыкающую к суше, и имеет общее с ней геологическое строение. Геологическая наука считает, что в далеком прошлом континентальный шельф был частью материка, которая затем оказалась затопленной морем.

В полном соответствии с этим подходом современное международное право рассматривает континентальный шельф как продолжение сухопутной территории прибрежного государства, в связи с чем оно обладает на примыкающем к его побережью шельфе рядом суверенных прав.

Внешние пределы континентального шельфа были впервые определены на I Конференции ООН по морскому праву в Женеве в 1958 году и проходили в принципе по 200-метровой изобате. Новая Конвенция ООН по морскому праву, принятая в 1982 году, расширила содержание правового понятия "континентальный шельф", включив в него не только шельф как таковой, но и подводную окраину материка, и определив его пределы в 200 морских миль от побережья 15 .

Суверенные права прибрежных государств на континентальном шельфе ограничены лишь разведкой и разработкой его природных ресурсов. Эти права носят характер исключительных и сохраняются за прибрежным государством независимо от того, ведется им разведка и разработка шельфа или нет. При этом поверхность покрывающих вод сохраняет статус открытого моря.

Права прибрежного государства в отношении его шельфа, как неоднократно подчеркивал Международный суд ООН, рассматривавший имевшие место в этой связи споры, возникают "в силу самого факта и по природе" шельфа, поскольку он представляет собой естественное продолжение сухопутной территории 16 .

Что же касается островков Южно-Китайского моря, то их важная особенность заключается в том, что они никак не связаны геологически с сухопутной территорией прибрежных государств. Они имеют коралловое происхождение и сформировались в результате жизнедеятельности коралловых полипов. Прикрепляясь к донной поверхности, колонии кораллов образуют известковый скелет, составляющий основу островка или атолла. По сути своей они являются своеобразными инородными наростами на донной поверхности.

Тем не менее, если подобные острова расположены на шельфе, принадлежащем одному государству, но контролируются другим государством, в соответствии с нормами права они должны иметь собственные территориальные воды и прилежащую зону. Но ни о каком собственном шельфе или исключительной экономической зоне речь в таком случае идти не может.

стр. 14


На первом этапе спора позиция Пекина в отношении островов Южно- Китайского моря строилась на завышенных оценках их военно-стратегической значимости и преследовала цель утверждения контроля КНР в регионе, прежде всего над судоходством через район островов. Как подчеркивалось в статье "Гуанмин жибао" от 24 ноября 1975 года, "острова Южно-Китайского моря лежат вдоль дугообразной судоходной линии Гуанчжоу - Сянган - Аомэнь - Манила - Сингапур, чем и определяется огромная важность географического положения этих островов".

Выявление богатых месторождений углеводородного сырья на шельфе Филиппинского и Зондского архипелагов заставило китайскую сторону пойти впоследствии на модификацию своих претензий. Ныне, продолжая настаивать на принадлежности островов КНР, она строит свой подход на весьма своеобразном толковании ряда положений международно-правовых документов. Речь идет прежде всего о пункте "б" статьи I Женевской конвенции 1958 года о континентальном шельфе и пункте 2 статьи 121 Конвенции ООН 1982 года по морскому праву, в которых указывается, что острова располагают своим территориальным морем, прилежащей зоной, континентальным шельфом и исключительной экономической зоной. При этом, перенося эти положения на конкретную ситуацию в районе Спратли, Китай полностью игнорирует имеющие принципиальное значение положения пункта "а" статьи I Женевской конвенции и пункт 1 статьи 76 Конвенции 1982 года, которые четко определяют, что само понятие "континентальный шельф" относится, прежде всего, к поверхности и недрам дна, примыкающего к территории прибрежного государства 17 .

Претензии на контроль над всем шельфом района выдвигаются Китаем, исходя из не соответствующей фактическому положению дел посылки, что сами островки района безусловно принадлежат Китаю.

Островные страны района в принципе с пониманием относятся к желанию прибрежных континентальных государств бассейна Южно-Китайского моря, то есть КНР и Вьетнама, участвовать в разведке и разработке ресурсов дна его мелководной части. Они неоднократно выдвигали различные проекты такого участия континентальных стран и сотрудничества с ними в этом вопросе. Однако каждый раз такие инициативы наталкивались на жесткую позицию Китая, желающего обеспечить себе исключительный контроль практически над всем шельфом. Еще в 1977 году, выступая на одном из закрытых совещаний, тогдашний министр иностранных дел КНР Хуан Хуа однозначно заявил, что "любая разведка ресурсов островов Наньша (Спратли. -Е. С.) и примыкающих вод может быть законной только с согласия Китая. Вы можете вести разведку, если хотите, но когда придет время, мы все это полностью реквизируем" 18 .

Официально Пекин воздерживается от объявления масштабов своих претензий, ограничиваясь лишь изображением на публикуемых в КНР картах ее "морских границ" в Южно-Китайском море, которые по существу включают большую его часть в состав китайской территории. Но в 1995 году Институт мирового конфликта и сотрудничества Калифорнийского университета (США) опубликовал доклад одного из ведущих специалистов КНР в области морского права профессора Цзи Госина, в котором был затронут и этот вопрос. По его мнению, коралловые островки района Спратли обладают преимущественным правом на континентальный шельф, на котором они расположены и который является естественным продолжением их сухопутной территории. Поэтому и пределы зоны их национальной юрисдикции, как и островных государств, должны быть "скорректированы" и определяться не статьей 76 Конвенции ООН 1982 года, а исключительно с учетом китайских претензий и исходя из того, что вопрос о принадлежности самих островов якобы уже решен в пользу Китая.

Зона национальной юрисдикции островных государств не охватывает всего мелководья района Спратли. Их исключительная экономическая зона не может быть больше 200, а континентальный шельф - 200, максимум 350 морских миль. Таковы постановления Конвенции ООН 1982 года по морскому праву, которую КНР ратифицировала в 1996 году. За пределами зоны национальной юрисдикции лежит Международный морской район (в Конвенции 1982 года - "Район"), открытый для разведки и разработки его ресурсов всеми странами мира. Разработка этих ресурсов может вестись по соглашению с Международным органом по морскому дну на условиях, регламентированных Конвенцией.

Такой подход способствовал бы ликвидации источника напряженности в Южно-Китайском море и стабилизации обстановки в регионе и создал бы нормальные условия для осуществления работ по освоению ресурсов его мелководных районов.

1 "Journal officiel de la Republique Francaise", 26 juillet 1933.

2 "Nam Truen Quoc Ngu Cong Bao", 1938, N 8.

3 "People's China", 1956, N 13.

4 См. Оппенгейм Л. Международное право, т. 1 п/т. 2. М., 1949, с. 128 - 134.

Heinzig D. Disputed Islands in the South China Sea. Wiesbaden, 1976, s. 38 - 39; Guoxin Ji. Maritime Jurisdiction in the Three China Seas. Institute on Global Conflict and Cooperation. University of California. Policy Paper 19. October 1995, p. 15.

6 "Tap San Su Dia" (Saigon), 1975, N 29.

7 "People's China", 1951, vol. IV, N 5.

8 Сборник документов внешней политики КНР, вып. 2. Пекин, 1958, с. 32 (на кит. яз.).

9 " France-Asie Revue", 1951, N 66 - 67.

10 "Chine-actuelle". Juillet 1988.

11 "Чжунъян жибао", 19.01.1974.

12 Heinzig D., op. cit., p.42.

13 Организация Объединенных Наций. Сборник документов. М., 1981, с. 463.

14 "The China Business Review", 1977, vol. 4, N 7.

15 Морское право в документах. М., 1969, с. 139; Морское право. Официальный текст Конвенции ООН по морскому праву. Нью-Йорк, 1984, с, 40.

16 North Sea Continental Shelf. International Court of Justice Report 1969.

17 Морское право в документах, с. 139; Морское право, с. 40, 59.

18 "Background on China". B77 - 012. 26.12.1977.


Новые статьи на library.by:
МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО:
Комментируем публикацию: ЖЕМЧУЖИНА РАЗДОРА

© Е. СТЕПАНОВ, доктор исторических наук ()

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle
подняться наверх ↑

ПАРТНЁРЫ БИБЛИОТЕКИ рекомендуем!

подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ?

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО НА LIBRARY.BY

Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY в VKновости, VKтрансляция и Одноклассниках, чтобы быстро узнавать о событиях онлайн библиотеки.