Необычные постояльцы заполняют в эти дни отель "Грейт истерн" в лондонском Сити. Они явно не собираются сэкономить на проживании. Сжимая в руках блокноты или магнитофоны, они, словно кочевники, мигрируют между банкетным залом, где идут шахматные матчи претендентов, и комнатой для прессы. Когда время приближается к девяти часам вечера по Гринвичу, бросаются к телефонам, чтобы передать в редакцию последние новости.

Моя первая попытка выяснить у представителя этого племени журналистов мнение о ходе матчей едва не окончилась неудачей: собеседник отвечал на немыслимой смеси английского с немецким. К счастью, рядом оказался толстый бородатый американец по имени Эрик Шиллер, возглавляющий пресс-центр. Посвятив себя шахматам, он прекрасно освоил русский язык.

Здесь, в Лондоне, работы у Э. Шиллера хватает; что ни говори, а около трехсот корреспондентов аккредитовано. Сначала им предоставили комнатку, где и десятку людей было тесно. Шиллер "выбил" у организаторов помещение попросторнее. Там установлены мониторы, на которых всегда можно видеть положение фигур или получить данные о времени, затраченном на ход каждым претендентом.

Как освещает турнир здешняя пресса? Серьезные комментаторы, вроде гроссмейстера Г. Голомбека, по-деловому рассказывают о каждой партии. А репортеры из бульварных газет рыщут в кулуарах, выискивая материал для сенсаций. По этой части всех перещеголял "Мэйл он санди". Для начала автор репортажа, озаглавленного "Секрет русского гамбита", назвал Валентину Фоминых, хрупкую, изящную переводчицу нашей делегации, телохранителем Г. Каспарова. Затем стал расписывать "заговор Советов" с целью удержать господство над "символом чистой интеллектуальной мощи, каким являются шахматы". Репортаж был столь густо нашпигован выдумками, что оргкомитет соревнований счел необходимым выступить с официальным опровержением.

Впрочем, довольно о прессе, пора перейти в светло-зеленый зал, где играют гроссмейстеры. Анонс на стене, украшенной гипсовыми херувимами в стиле барокко, требует: "Не курить, не пить, не есть!". Предупреждение, наверное, излишнее. Секунданты наших шахматистов отмечают, что английские зрители ведут себя корректно.

И все же условия для игры отнюдь не идеальные. В старой гостинице нет кондиционеров, и поэтому в зале, а особенно на ярко освещенной сцене, бывает довольно душно. У претендентов нет комнаты отдыха. Приходится довольствоваться во время партии частью зала, огороженной ширмами.

Спрашиваю международного гроссмейстера Ю. Авербаха, как В. Смыслов проводит свободное время? "Немножко анализирует, немножко отдыхает. Он ведь умеет, когда нужно, расслабиться. К сожалению, по соседству нет ни одного парка. Кругом каменные коробки и автомашины. А свежий воздух необходим", - ответил Ю. Авербах.

На эту же трудность указал и Е. Владимиров, тренер Г. Каспарова. До начала состязаний Гарри совершал пробежки, а здесь бегать просто негде. Физическая подготовка сводится поэтому к обыкновенной зарядке. Настроение у Гарри ровное. Тренеры считают, что игра у их подопечного "пошла".

Кстати, такого же мнения придерживается большинство обозревателей. Английский гроссмейстер Дж. Спилмэн говорит, что Каспаров перехватил инициативу, хотя впереди трудные партии. Что касается В. Смыслова, то все отмечают его отличную форму. "Игра вашего ветерана стала подлинной сенсацией. Он единственный претендент, играющий с юношеской энергией", - сказал мне гроссмейстер Р. Бирн, который посылает отчеты в "Нью-Йорк таймс"...

Словом, недостатка в прогнозах здесь нет. Тем более что в обоих матчах были паузы. Не состоялась 9 декабря и очередная партия встречи В. Смыслов - 3. Рибли. Тайм-аут взял венгерский гроссмейстер.