Д. С. ЛИХАЧЕВ, А. М. ПАНЧЕНКО. "СМЕХОВОЙ МИР" ДРЕВНЕЙ РУСИ

Юмористические рассказы, актуальные анекдоты, сатирические заметки и колкие фельетоны.

NEW ЮМОР

Все свежие публикации

Меню для авторов

ЮМОР: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему Д. С. ЛИХАЧЕВ, А. М. ПАНЧЕНКО. "СМЕХОВОЙ МИР" ДРЕВНЕЙ РУСИ. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Крутые видео из Беларуси HIT.BY - сенсации KAHANNE.COM Футбольная биржа FUT.BY Инстаграм Беларуси
Система Orphus

505 за 24 часа
Автор(ы): • Публикатор:


Л. Изд-во "Наука". ЛО. 1976. 204 стр. Тираж 10 000. Цена 1 руб.

Более 10 лет назад увидела свет книга, раскрывавшая древнейшие корни средневековой народной культуры и настойчиво призывавшая к продолжению изучения народной смеховой культуры в разных странах и в различные эпохи1 . Уже первые рецензенты книги М. М. Бахтина настаивали на необходимости расширения анализируемого материала, в частности на важности изучения фактов русской средневековой культуры2 . Эту задачу характеристики "смехового мира" Древней Руси и взяли на себя авторы рецензируемой книги, посвятившие ее памяти М. М. Бахтина.

Цель книги, говорится в предисловии, определить национальные и эпохальные особенности "смехового мира" Древней Руси (стр. 4). Своеобразие исследования заключается в том, что оно не просто повторяет работу М. М. Бахтина на новом материале, а идет дальше, особенно в трактовке народа как хранителя смеховой культуры. М. М. Бахтин полагал, что носителем последней были простолюдины, крестьяне, городские ремесленники, и отказывал в этой роли духовенству, городскому патрициату, дворянству и тем более царскому двору. На односторонность такой трактовки критика уже указывала 3 . Акад. Д. С. Лихачев и А. М. Панченко в этом плане зна-


1 М. М. Бахтин. Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса. М. 1965.

2 См., например, Л. М. Баткин. Смех Панурга и философия культуры. "Вопросы философии", 1967, N 12, стр. 123.

3 А. Гуревич. Смех в народной культуре средневековья. "Вопросы литературы", 1966, N 6, стр. 208.

стр. 167


чительно раздвинули рамки своего исследования. Д. С. Лихачев посвятил специальный очерк анализу "лицедейства" Ивана Грозного, смеховому стилю его произведений. В целом авторы дают широкую картину смеховой культуры Древней Руси - от курных изб до царских палат, от "Жития" протопопа Аввакума до "Слова Даниила Заточника", освещая и такие явления древнерусского быта, как юродство, занимающее промежуточное место между "смеховым миром" и миром церковной культуры.

Книга делится на два раздела: смех как "мировоззрение" (автор Д. С. Лихачев) и смех как зрелище (автор А. М. Панченко). В первом разделе приводится общая трактовка "смехового мира" Древней Руси как средневекового смеха со всеми его особенностями, в частности направленности смеха на личность самого смеющегося. Особое внимание Д. С. Лихачев уделяет балагурству - одной из русских национальных форм смеха, подчеркивая лингвистическую сторону балагурства (рифма, неверная этимология слов, внешняя схожесть слов по звучанию и т. д.). Он обращается к образцам народного языкового балагурства из произведений демократической посадской литературы и из рукописных сборников пословиц XVII века. Круг этих примеров может быть легко расширен, в первую очередь за счет распространенных в рукописных сборниках пословиц, в которых обыгрывалось звучание русских имен: "Лёвка - не поплёвка: иному он и в горле станет", "Зовут ево Фомою, а живет он собою: в люди не ходит, а к себе не зовет", "Наш Гришка не берет лишка", "Наш Ульян и з духу пьян", "Окул бабу обул, да и Окула баба обула" и многие другие4 .

Среди метких наблюдений, сделанных Д С. Лихачевым, есть одно, которое заслуживает особого рассмотрения. Речь идет о смеховой стихии "Слова Даниила Заточника", о каламбурном смехе над собственной женой, "злообразной", некрасивой. О злой жене в древнерусской письменности писали многие ученые, начиная с Ф. И. Буслаева, и все эти исследователи отнюдь не сомневались в том, что древнерусские книжники и проповедники всерьез остерегали своих читателей и слушателей от происков злых жен. Д. С. Лихачев справедливо указывает, что вовсе не все эти филиппики должны приниматься за чистую монету, что смех над своей женой - это одна из разновидностей средневекового смеха над самим собой, обычного для Древней Руси балагурства. Злая (или "злообразная") жена - это свой мелкий, подручный, домашний "антимир", многим знакомый, а потому и очень действенный. Гневные (но бессильные!) проклятия по поводу злых жен в древнерусской книжности - это также зачастую своеобразное балагурство, желание рассмешить своих слушателей (или читателей) утрированным изображением фактов и людей, многим близких и понятных. Вообще глава, посвященная характеристике древнерусского смеха5 , принадлежит к числу лучших в книге и по глубине поставленных в ней проблем и по оригинальности их решения.

Первый раздел заканчивается убедительно аргументированным анализом юмора Аввакума. Д. С. Лихачев показывает своеобразие авторского стиля огнепального протопопа и заключает, что "смеховой мир" последнего тесно связан с его богословскими представлениями и достаточно полно может быть описан лишь тогда, когда будет изучено мировоззрение Аввакума в целом. Пока что, однако, можно указать лишь на первые шаги в этой области 6 . Заключая характеристику первого раздела книги, особо подчеркнем его методологический характер, перспективность применения выявленных автором приемов исследования к самым разнообразным фактам истории древнерусской культуры.

Второй раздел должен был бы, как нам представляется, рассказать в первую очередь о древнерусских скоморохах (изображение которых, кстати, вынесено на суперобложку книги!) - именно они в первую очередь воплощали зрелищную сторону древнерусского смеха. Однако скоморохи вообще выпали из поля зрения автора. О них упоминается, к сожалению, лишь походя, при анализе другого материала. Между тем именно исследование скоморошьих приемов в игре словом и жестом дало бы возможность подчеркнуть своеобразие смеха как зрелища. Недаром пословица XVII в. говорит: "Всяк спляшет, да не как скомо-


4 Примеры взяты из сборника XVII в. (см. П. К. Симони. Старинные сборники русских пословиц, поговорок, загадок и проч. XVII-XIX столетий. Вып. 1. СПБ. 1899, сб. 1, NN 1419, 1143, 1726, 1770, 1856).

5 Она была уже опубликована ранее (см. Д. С. Лихачев: Древнерусский смех. "Проблемы поэтики и истории литературы". Саранск. 1973).

6 См. А. И. Клибанов. Протопоп Аввакум как культурно-историческое явление. "История СССР", 1973, N 1.

стр. 168


pox!"7 . Затруднительно объяснить, почему авторы решили отказаться от анализа древнерусского скоморошества, а предпочли ему юродство - явление, лишь частично присущее "смеховому миру" Древней Руси, выходящее за рамки смеха как зрелища, явление скорее страшное, чем смешное. Конечно, авторы вольны сами ограничивать и определять предмет своего исследования. Однако во введении или в заключении можно было бы полнее и обоснованнее мотивировать свой выбор.

А. М. Панченко впервые в советской литературе охарактеризовал древнерусское юродство, привлек богатейший рукописный материал, полно и верно проанализировал как русскую, так и зарубежную литературу и создал оригинальное исследование об этом своеобразном и многоликом явлении русской духовной культуры. В приложении к работе опубликованы обнаруженные Н. В. Понырко письма юродивого XVII в. - памятник уникальный, многое объясняющий в самом возникновении юродства как психологического феномена. Юродство - сложное явление социально- психологического характера, в нем элементы зрелищности органически переплетаются с религиозной экзальтацией; юродство (а частично и кликушество) связано также и с определенным нарушением психического равновесия, что никак нельзя сбрасывать со счетов при анализе этого явления.

В целом автор успешно справился с нелегкими задачами. По сравнению со своими предшественниками, изучавшими юродство преимущественно с позиций церковно-исторических8 , А. М. Панченко рассматривает юродивых как своеобразных актеров, стремившихся воздействовать на публику и вызвать общественный протест; иными словами, в работе раскрыта общественная, социальная сторона юродства.

Основные выводы, к котором пришел автор, сомнения не вызывают. Выскажем лишь два замечания. Первое из них касается источников: А. М. Панченко наряду с житиями русских юродивых широко пользуется и житиями византийских (цареградских) юродивых. Это, конечно, мало оправдано. Автор справедливо говорит, что в XV-XVII вв. юродство стало русским национальным явлением (стр. 94), поэтому византийские жития мало что могут дать исследователю. Нельзя, например (с источниковедческой точки зрения), характеризовать отдельные стороны древнерусского юродства ссылками на житие византийского юродивого Андрея Цареградского (см. стр. 165 и др.). Второе замечание касается освещения вопроса о юродстве как общественном протесте. Автор привел много интересных и малоизвестных фактов, подтверждающих эту мысль, но среди них он упомянул и о юродстве царя Ивана Грозного, коломенского епископа Павла, патриарха Никона. Нет оснований отрицать наличие элементов юродства в их поведении, однако непонятно, почему этот материал помещен в главе "Юродство как общественный протест". Какой, например, общественный протест выражал Никон, демонстративно покидая патриарший престол? Автор недостаточно корректно подошел к отбору фактического материала и в результате, по- видимому, сам того не желая, смешал явления, носящие различный характер.

Каковы же перспективы изучения проблем, поставленных авторами в их талантливой, во многих отношениях новаторской книге? Достаточно ли полно и исчерпывающе охарактеризован древнерусский "смеховой мир"? Конечно, нет. Выше уже было сказано, что ждет еще своего исследователя русское скоморошество9 . Требует с этой точки зрения анализа и древнерусский театр, в частности рукописные интермедии XVIII века10 . Особое место должно занять рассмотрение лубка XVIII в., тесно связанного с древнерусской рукописной традицией и продолжающего развивать те же


7 П. К. Симони. Указ. соч. Сб. 1, N 488.

8 Исключение составляют лишь до сих пор недостаточно оцененные работы И. Г. Прыжова (см. И. Г. Прыжов. Двадцать шесть московских лжепророков, лжеюродивых, дур и дураков. М. 1864; его же. Житие Ивана Яковлевича, известного пророка в Москве. СПБ. 1860; см. также Я. Горицкий. Протест Ивана Яковлевича на господина Прыжова за название его лжепророком. М. 1861; "Сказание о кончине и погребении московских юродивых Семена Митрича и Ивана Яковлевича". М. 1862).

9 Вышедшая недавно книга А. А. Белкина "Русские скоморохи" (М. 1975) рассматривает вопросы происхождения скоморохов, их положения в русском обществе и дает в главных чертах обзор искусства скоморохов. Но характеристики смеха как зрелища в книге нет; автор ставил перед собой главным образом историко-театроведческие задачи.

10 В этом плане не утратила своего значения работа: Л. С. Шептаев. Русский раешник XVII века. "Ученые записки" ЛПТИ имени А. И. Герцена. Т. 87. Л. 1949; см. также важную для характеристики демократических интермедий XVIII в. работу: В. Д. Кузьмина. Русский демократический театр XVIII века. М. 1958.

стр. 169


идеи, но не в словесной, а в изобразительной форме. Более детального и пристального внимания требует и древнерусская иконопись, а также миниатюры и фрески, сохранившие образы скоморохов и юродивых. Анализ русской народной смеховой культуры не может быть ограничен исследованием только памятников древнерусской письменности и искусства. На очереди - изучение русского народного творчества под этим углом зрения. Авторы частично уже коснулись этой области русской культуры и привлекли для анализа сборники русских пословиц XVII в., однако этого, конечно, недостаточно. Долг советских фольклористов - показать своеобразие народного смеха во всей его полноте. Громадное количество смешливых сказок, шутливых песен, народных анекдотов, докучных побасенок, глумливых прибауток, задорных частушек, ироничных пословиц - благодатный материал для работы в этой области. Наконец, широкое изучение юродства в историко-культурном плане многое могло бы объяснить в поведении, побудительных импульсах и первопричинах поступков различых исторических деятелей.


Опубликовано 04 октября 2017 года




Нашли ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER!

© Л. Н. ПУШКАРЕВ • Публикатор (): БЦБ LIBRARY.BY

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

Выбор редактора LIBRARY.BY:

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

ЮМОР НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в вКонтакте, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.