публикация №1467537186, версия для печати

Э. ДОННЕРТ. ЛИВОНСКОЕ ОРДЕНСКОЕ ГОСУДАРСТВО И РОССИЯ. ЛИВОНСКАЯ ВОЙНА И БАЛТИЙСКИЙ ВОПРОС В ЕВРОПЕЙСКОЙ ПОЛИТИКЕ 1558-1583 ГОДОВ


Дата публикации: 03 июля 2016
Автор: Х. Х. КРУУС
Публикатор: Basmach
Рубрика: ИСТОРИЯ
Источник: (c) Вопросы истории, № 1, Январь 1965, C. 174-177


E. DONNERT. Der livlandische Ordensritterslaat and Russtand. Der Livlandische Krieg and die baltische Frage in der europaischen Politik 1558 - 1583. Berlin. "Riitten und Loening". 1963. 316 S.

 

Подзаголовок ядами мог бы явиться, пожалуй, наиболее подходящим заглавием этого в общем удачного исследования историка ГДР Эриха Доннерта, ибо значительная часть книги посвящена именно рассмотрению роли Ливонской войны и балтийского вопроса в международных отношениях европейских государств в 1558 - 1583 годах. При этом русско-ливонские отношения рассматриваются преимущественно в рамках первого этапа Ливонской войтш (1558 - 1561 гг.).

 

Ливонское государство, ставшее на несколько веков основным политическим орудием классового господства водворившихся в Восточной Прибалтике захватчиков, сошло с исторической сцены уже на первом этапе войты. Этому этапу Ливонской войны и посвящена первая глава исследования. Хотя автор и считает, что Ливонская война в исторической литературе изучена недостаточно (стр. 43), однако сам он не дал новой трактовки рассматриваемого им этапа и ограничился сравнительно беглым обзором хода войны.

 

В качестве первоочередной проблемы пря изучении истории Ливонской войны всегда встает вопрос об ее истоках. Так как война была развязана Русским централизованным государством, то на первый план, как правило, выдвигается "русский аспект". В исторической литературе уже давно господствует взгляд, согласно которому основным стимулом нападения. на орденское государство являлось стремление России создать себе доступ к берегам Балтийского моря, обеспечить жизненно необходимые морские пути для осуществления экономических и политических сношений с западными странами. При этом, с одной стороны, подчеркивается роль враждебного России ливонского барьера под верховенством тамошних немецких феодалов и верхушечных слоев местных ганзейских городов, а также политическое разложение доживавшей свой век колониальной Ливонской конфедерации. С другой стороны, учитывается значимость политических и военных успехов, достигнутых Московским государством на восточных границах и ознаменованных покорением Казани и Астрахани.

 

Однако в последние годы больше внимания было уделено исследованию экономических, политических и социальных изменений, а также идеологических сдвигов в Русском государстве первой половины XVI веха. Наибольший вклад в этом отношении внесли работы советских историков. Так создалась довольно устойчивая научная концепция о причинах Ливонской войны, учитывающая ее предысторию и предшествовавшую дипломатическую борьбу. Работа известного историка ГДР Эриха Доннерта в общем не выходит за рамки этой концепции. Но нам представляется, что автор мог бы поставить некоторые новые вопросы. Укажем на два из них.

 

Ливонской войне предшествовала русско-шведская война 1554 - 1557 гг. - своего рода генеральная репетиция большой схватки в Восточной Прибалтике. Поэтому изучение связи этих двух войн представляет несомненный научный интерес. В связи с этим было бы целесообразно, если бы автор остановил свое внимание на этом вопросе, который почти совсем не освещен в исторической литературе. Для подхода к нему, конечно, недостаточно короткой статьи Г. А. Новиц-

 
стр. 174

 

кого1 , которая приведена Э. Доннертом в сгшске использованной литературы. Имеется, например, капитальное, исследование А. Вильянти, не упомянутое Э. Доннертом2 .

 

Вторым вопросом, на который хотелось бы получить ответ, является вопрос о "вотчинной" концепции обоснования верховных прав царя на суверенитет в Ливонии. Впервые эта претензия была предъявлена русской стороной с полной определенностью во время русско-ливонских переговоров 1554 года. Ограниченная вначале требованием подданнической дани с Тартуского епископства, она вскоре в разработке московской дипломатии разрослась в главный аргумент для обоснования претензий царя на всю Ливонию. В основу его была положена концепция "исторических прав", возникших у русских властителей из факта временного захвата Тартуского края еще Древнерусским, государством.

 

Во время Ливонской войны этот тезис выдвигался московской дипломатией с особой настойчивостью и использовался весьма искусно. Отмечая ряд случаев его применения, Э. Доннерт, однако, ограничился только констатацией самого факта и не раскрыл политической значимости его в феодальном правосознании тогдашней эпох". А возможности для этого имеются немалые и в научном отношении весьма интересные. Даже в привлеченных автором первоисточниках содержатся сведения, иллюстрирующие применение принципа "исторических прав" в дипломатии не только России, но и Швеции, Польши-Литвы, Дании " немецких ганзейских городов для обоснования их прав на Ливонию. Все эти случаи являются типичным выражением одной и той же концепции, заходившей самое широкое применение у господствующих классов феодального общества для обоснования любых своих претензий на чужую территорию.

 

Эта концепция, возникшая из факта завоевания, живет и поныне. Она дала обильную пищу германскому реваншизму во время первой мировой войны и позднее. Ома продолжала бытовать в идеологии немецкого фашизма, не сошла со сцены и после крушения гитлеровского рейха, а ныне свила себе гнездо в ФРГ. Поэтому сопоставление этой концепции в ее средневековом облачении с ее современным применением представляет не только научный, но и значительный политический интерес. Автор, однако, оставил данную возможность неиспользованной.

 

Среди главных причин распада и крушения орденского государства Э. Доннерт особенно тщательно исследует непримиримые классовые и национальные противоречия между немецкой феодальной верхушкой, с одной стороны, и эстонско-латышскими крестьянскими массами и городскими низами - с другой. Наличие этого антагонизма нашло сравнительно широкое отражение в источниках и не осталось, конечно, не замеченным специалистами. Заслуга Э. Доннерта состоит в том, что он более четко выдвигает этот антагонизм в качестве одной из основных причин окончательного заката орденского государства. При этом наиболее подробно автор останавливается на восстании эстонских крестьян 1560 г., характеризуя его как решающий толчок, побудивший местную феодальную верхушку в интересах сохранения своих классовых позиций запросить помощи у антирусских держав.

 

Придавая особое значение восстанию 1560 г., Э. Доннерт попытался расширить источниковедческую базу для его изучения и с этой целью познакомился с архивными материалами, вывезенными из Эстонии в период фашистской оккупации и находящимися ныне в западногерманском государственном архивном лагере (г. Геттинген). К сожалению, попытка автора привлечь новые материалы оказалась безрезультатной.

 

Относительно самого восстания Э. Доннерт делает вполне обоснованные выводы, за исключением одного, касающегося оценки роли низших и средних слоев Таллина в восстании. Автор поддерживает версию, бытующую и в послевоенной советской историографии, о якобы существовавших между крестьянскими повстанцами и таллинскими обывателями связях. Х. Лиги, однако, в своем новом исследовании отрицает наличие таких связей3 . Нам кажется, что аргументация последнего является более убедительной.

 

При рассмотрении событий после ликвидации Ливонского ордена в 1561 г. предмет исследования в монографии коренным образом меняется. Русско- ливонские отношения уступают место ожесточенной "борьбе за ли-

 

 

1 Г. А. Новицкий. Русско-шведские отношения в середине XVI века и война 1554 - 1557. "Вестник" Московского университета, 1956, N 2, стр. 49 - 61.

 

2 A. Viljanti. Gustav Vasas ryska krlg 1554 - 1557. I-II. Stockholm. 1957.

 

3 H. Ligi. Eesti talurahva olukord ja klassivoitlus Liivi soja algul (1558 - 1561). Tallinn. 1961.

 
стр. 175

 

вонское наследство" между державами Европы. Э. Доннерт рассматривает участие и роль каждой из них раздельно. Возможен-, впрочем, и синхронный принцип изложения событий. Наиболее подробно освещает автор отношения в связи с ливонским вопросом между Россией и Священной Римской империей, габсбургской династией, немецкими князьями и ганзейскими городами. Считая, что русско-ливонский вопрос в аспекте немецкой политики второй половины XVI в. изучен недостаточно, Э. Доннерт постарался внести в него большую ясность. Он сызнова просмотрел литературу и источники на немецком и некоторых других языках, привлек опубликованные материалы на русском языке и результаты исследований советских историков. Хотя полученные им выводы не всегда отличаются новизной, главным здесь является целостная, снабженная дополнительными аргументами картина русско-немецких отношений. Автору удалось дать убедительный ответ на вопрос, почему феодально раздробленная Германия с ее дряблыми имперскими учреждениями, разнобойной ориентацией властителей отдельных княжеств и жизненно заинтересованными в русской торговле имперскими городами оказалась не в состоянии эффективно выступить в защиту Ливонского орденского государства, а впоследствии начать борьбу за его восстановление.

 

Далее Э. Доннерт рассматривает политику активных участников антирусской коалиции Дании, Швеции и Польши-Литвы. Автор показывает, что, хотя все они преследовали в качестве основной цели урвать себе долю из ливонского наследства, имела место и специфика. Дания и Швеция, обладавшие морскими берегами большой протяженности, стремились путем захвата в Восточной Прибалтике заморских владений обеспечить себе контроль над русской торговлей. Польша-Литва же присоединением придаугавских земель хотела облегчить доступ к морю восточным областям своего государства и одновременно укрепить свой северный стратегический барьер против России и Швеции.

 

Поскольку Ливонская война сильно затронула интересы таких государств, как Англия, Франция и Испания, Э. Доннерт рассматривает также влияние войны на политику этих государств во второй половине XVI века. Автор рисует следующую картину. Центральным стремлением властителей Испании стало обуздать восставшие Нидерланды. Чтобы сломить, их революционное сопротивление, оказалось необходимым сокрушить их морское могущество. Так как это могущество было неразрывно связано с торговлей на Балтике, перед Испанией встала задача укрепить свои позиции в Прибалтике и помешать развитию контактов между голландцами и Россией. Поэтому испанские Габсбурги при поддержке римской курии попытались через Швецию, Польшу и Германию перерезать торговлю Нидерландов с балтийскими странами. Франция и Англия, выступая как активные противники Испании, действовали в обратном направлении. Франция развивала программу непосредственного вмешательства, нацеленную на установление над Ливонией верховенства королей династии Валуа. Англия вела в основном экспансионистскую торговую политику. Для освещения деталей этой картины автор привлек большой материал на разных языках. В результате данная глава приобретает особую ценность в историографическом отношении. Полезны указания автора на недостаточную изученность ряда проблем. Среди них история англо-русских отношений той поры, опубликование малоизвестных архивных материалов, в том числе переписки царя Ивана IV и английской королевы Елизаветы (см. стр. 257 сл.).

 

Э. Доннерт подверг изучению и пересмотру ряд первостепенных проблем политики европейских государств. Для этого ему пришлось привлечь источниковедческую базу и историческую литературу, имеющуюся в колоссальных размерах на разных языках и разбросанную по многим странам. Однако автор справился со своей задачей вполне удовлетворительно. Приходится сожалеть лишь о том, что в список использованной литературы и источников не включена значительная часть названий, данных в подстрочниках. Следовало также включить в именной указатель авторов упоминаемых книг. Что касается неучтенных советских изданий, которые могли бы быть полезны, то укажем на монографию А. А. Новосельского о русско-татарских отношениях4 ; в первой главе которой рассматриваются московско- крымские отношения в период Ливонской войны, и "Описи Царского архива XVI века и архива Посольского приказа 1614 года"5 ."

 

В целом работа Э. Доннерта является

 

 

4 А. А. Новосельский. Борьба Московского государства с татарами в первой половине XVII века. М. -Л. 1948.. .

 

5 Издание под редакцией С. О. Шмидта. М. 1960.

 
стр. 176

 

значительным достижением в области изучения балтийского вопроса. Следует отметить также, что это исследование представляет собой первую на немецком языке выдержанную с марксистско-ленинских позиций фундаментальную работу, посвященную изучению истории Ливонской войны.

 

Выход в свет данного труда важен в связи с еще одним обстоятельством. Как известно, в ФРГ на поприще исследования русско-прибалтийских отношений все еще стараются хозяйничать, как в своем доминионе, историки прибалтийско-немецкого происхождения разных мастей с их устаревшими и реакционными концепциями, поставленными на службу западногерманскому реваншизму. Ходким товарам является здесь и лженаучная продукция о различных вопросах истории Ливонской войны. Подобные концепции перепеваются на разные лады и преподносятся в целях антисоветской пропаганды многими латышскими и эстонскими буржуазными историками- эмигрантами. Можно надеяться поэтому, что исследование Э. Доннерта внесет свою полезную лепту и в борьбу с современной реакцией и реваншизмом.

 

Член-корреспондент АН СССР Х. Х. Круус

Опубликовано 03 июля 2016 года


Главное изображение:


Полная версия публикации №1467537186 + комментарии, рецензии

LIBRARY.BY ИСТОРИЯ Э. ДОННЕРТ. ЛИВОНСКОЕ ОРДЕНСКОЕ ГОСУДАРСТВО И РОССИЯ. ЛИВОНСКАЯ ВОЙНА И БАЛТИЙСКИЙ ВОПРОС В ЕВРОПЕЙСКОЙ ПОЛИТИКЕ 1558-1583 ГОДОВ

При перепечатке индексируемая активная ссылка на LIBRARY.BY обязательна!

Библиотека для взрослых, 18+ International Library Network