Конец июня 1941 года. Дежурный поста подслушивания в Кранце настроил свой приемник для перехвата норвежских подпольных радиопередач. Однако вместо привычных позывных он услышал трижды повторившуюся неизвестную группу знаков: KLX-РТХ. За ними следовало шифрованное сообщение из нескольких фраз. После этого дежурным было составлено донесение о том, что появилась новая подпольная радиостанция. Мало кто в то время подозревал, что эта станция превратится в кошмар для начальников немецких секретных служб рейхсфюрера Гиммлера и адмирала Канариса. 17 мая 1941 года Адольф Гитлер сказал, что "большевики сильнее нас только в одном - в области шпионажа". Но тогда фюрер не знал и сотой доли дел, совершенных разветвленной резиденту рой, созданной Центром задолго до начала войны и названной впоследствии немцами "Красной капеллой". Во главе одной из разведгрупп этой организации был воен инженер 2 ранга Константин Лукич Ефремов, прошедший путь от малограмотного пастуха до талантливого разведчика.

Константин Ефремов родился 15 мая 1910 года в деревне Заводский Хутор Мценского уезда Орловской губернии в семье крестьянина- бедняка. Костю, его брата Ивана и сестру Марию жизнь не баловала. Ребята рано лишились отца, и им приходилось самим добывать свой хлеб насущный. Костя работал с 10 лет подпаском, потом стал батрачить на кулаков.

Из-за необходимости много и тяжело работать в начальной школе он мог учиться только урывками. В 1925 году Костя был зачислен на полное содержание в школу-интернат деревни Стрикино Арсеньевского района. Она была в то время единственным учебным заведением на многие десятки орловских и тульских деревень с обязательным четырехлетним обучением. В этой школе занимались ребята, желавшие получить большой объем знаний по различным предметам. Стрикинской школой заведовал чудесный педагог и организатор, необыкновенно деятельный человек Александр Яковлевич Шамшиков. Он преподавал историю, сельскохозяйственную практику, математику. Обучал ребят начальной грамоте. Жена его, Елизавета Петровна, преподавала русский язык и литературу. Она прививала своим ученикам любовь к книге, учила правильно писать и говорить на родном языке. Вечерами Елизавета Петровна проводила дополнительные занятия по своему предмету. Она читала вслух Пушкина, Толстого, Лермонтова... Благодарная аудитория засиживалась допоздна, обсуждая то или иное произведение. Спорили, перечитывали вновь и даже умудрялись под ее руководством издавать школьный журнал. Стрикинская школа имела свою любительскую театральную труппу. Здесь ставили пьесы Островского, Фонвизина, инсценировали Чехова, читали стихи Никольского, Кольцова о жизни крестьян. Недостаток декораций и грима дополнялся фантазией как "артистов", так и зрителей. Возможно, знание основ театрального мастерства впоследствии помогло Константину Ефремову в нелегкой работе разведчика. В 1927 году Костя отлично окончил стрикинскую семилетнюю школу. В 1928 году он и несколько его товарищей, в том числе и я, были отправлены по комсомольской путевке на тульский рабочий факультет. Здесь Константин принимал активное участие в общественной работе, был избран членом бюро ячейки ВЛКСМ и конфликтной комиссии. Во все вникал глубоко, усваивал быстро и прочно. Мы едва успевали по программе, а он на тульском оружейном заводе стал объясняться с работавшими там немцами и вскоре довольно свободно говорил на немецком языке. Когда мы заканчивали учебу, руководитель рабфака сказал нам: "Ребята, вы способные. Поезжайте в Москву. Продолжайте учиться. Специалисты Родине очень нужны".

В 1931 году Костя поступает на первый курс московского химико- технологического института. В 1932 году институт был реорганизован в Военную академию химической защиты, и Константина Ефремова зачислили слушателем ее инженерного факультета. Его характерными чертами были упорство, большая работоспособность и неукротимая жажда знаний. В равной мере легко Косте давались точные и гуманитарные науки: высшая математика и иностранные языки. В академии он отлично изучил немецкий и английский языки. Мог переводить с листа сложные технические и военно-политические тексты и делать доклады на языке. Костя отличался большой принципиальностью, сильно развитым чувством ответственности за порученное ему дело, нетерпимостью к недостаткам. В 1932 году он вступил в партию. В 1937 году Константин Ефремов с отличием окончил академию. Государственная экзаменационная комиссия отметила его особые способности к научной работе. Костя хотел стать ученым. Но успехи Константина Ефремова отметили не только советские ученые, но и советские разведчики. В то время у Советского Союза было много врагов. И Костя как истинный патриот принял предложение служить Отечеству. Он поступил в распоряжение Разведывательного управления РККА. Осенью 1939 года уже был готов к командировке в находящиеся в немецкой оккупации Бельгию и Голландию. Константину Лукичу предстояло руководить нелегальной резидентурой, состоящей из нескольких десятков человек. В задачи этой группы входили активная разведывательная работа против Германии и создание надежной базы для обеспечения связи разведывательных организаций с Центром на военное время. В апреле 1939 года Константин Ефремов, получив псевдоним Паскаль, под видом финского студента, изучающего фламандскую живопись в Брюссельской политехнической школе, приехал в Бельгию. Паспорт, по которому Паскаль должен был проживать в Бельгии, был просрочен, в нем отсутствовала бельгийская виза. Дело осложнялось еще и тем, что он не знал языка той страны, за гражданина которой себя выдавал. 13 сентября 1939 года, практически сразу по его прибытии в страну, бельгийская полиция потребовала от Паскаля удостоверение о благонадежности и поручительство родителей в том, что он располагает достаточными средствами для проживания в стране. С большим трудом Ефремову удалось уладить все эти формальности. Ему даже пришлось подписать требуемое полицией обязательство о выезде из Бельгии по истечении определенного срока.

Началась Великая Отечественная война. Для советских разведчиков, работавших на оккупированной противником территории, обстановка была очень сложной. Гитлеровцы вели борьбу против разведок союзных стран по многим каналам. Кроме своих сил они активно использовали контрразведки оккупированных стран. Тем не менее к началу войны разведгруппа Ефремова имела три самостоятельные линии радиосвязи с командованием в Москве. Одну - из Амстердама и две - из Брюсселя. Разведчики передавали информацию о передислокации немецких войск в Бельгии и Голландии, изыскивали источники информации. В Центр приходили радиограммы: "В кругах руководящих офицеров полагают, что в результате провала "молниеносной войны" на Востоке о победе не может быть и речи. Намечается тенденция побудить Гитлера к заключению мира с Англией...", "Боевые части ВВС, до настоящего времени дислоцировавшиеся на острове Крит, следуют на Восточный фронт. Основная часть направляется в Крым, остальные - на другие участки фронта". В ноябре 1941 года Паскаль возглавил разведывательную группу в Брюсселе. Разведчики в те критические дни работали с особым напряжением. Враг тоже не дремал. В Брюсселе появились специальные машины с радиопеленгаторами. Пеленгаторы устанавливались и в палатках на улицах города, рядом с которыми суетились "рабочие", "ремонтировавшие" водопровод, кабельные линии. Специально созданный для нейтрализации "Красной капеллы" отряд СД уже отслеживал передатчики Михаила Макарова и Баума - радистов, действовавших в группе Ефремова. 13 декабря 1941 года дом, в котором находился Макаров, окружил батальон СС. Фашисты ворвались в квартиру и схватили Макарова. Сразу же стали допрашивать хозяйку дома: "Кто приходил к постояльцу?" Все что смогла сказать хозяйка: "Только господин Эрнстрем". Несмотря на изощренные гестаповские методы устрашения, жестокие пытки, Макаров так и не выдал фашистам подлинного имени Эрнстрема, имени, под которым жил в Бельгии Ефремов, да и сам Макаров умер в лагере смерти, оставшись для врагов "уругвайцем Аламо, обыкновенным радиолюбителем", как было записано в протоколе допроса гестапо. А 12 ноября 1941 года "Красная капелла" передала из Брюсселя в Москву историческую радиограмму, сильно повлиявшую на ход битвы за Москву, да и на дальнейший ход войны, дав советским войскам возможность разрушить немецкий план блицкрига. В радиограмме говорилось: "Осуществление плана III, имеющего целью Кавказ: первоначально назначенное на ноябрь перенесено на весну 1942 года. Переброска частей должна быть закончена к 1 мая. Материально-техническое обеспечение операции начинается 1 февраля. Линия развертывания для наступления на Кавказ, Лозовая - Балаклея - Чугуев - Белгород - Ахтырка - Красноград, штаб-квартира - в Харькове. Подробности позднее". Эта радиограмма была одной из причин, позволивших командованию бросить огромные силы на защиту столицы Советского Союза, сняв, к примеру, часть свежих дивизий с Урала.

В июне 1942 года от Паскаля начали поступать сигналы о неблагополучии. В ночь с 29 на 30 июня 1942 года один его радист был арестован. Затем арестовали еще одного радиста группы, который пытался безуспешно бежать.

По поводу провала Паскаля существует две версии. По первой в "Красной капелле" был провокатор, перевербованный гестапо. 7 августа 1942 года он вызвал Паскаля на встречу якобы с целью передачи ему документов. На этой встрече Константин Лукич Ефремов был арестован.

По другой - после ареста Михаила Макарова, получив от хозяйки сведения о студенте Эрнстреме, гестаповцы прочесали в его поисках все улицы Брюсселя, но он как в воду канул - были усилены меры конспирации, изменены адреса, документы, псевдонимы. На прежней квартире остался только радист Баум, не подозревавший о ведущемся за ним наблюдении со стороны фашистских спецслужб. Гитлеровцы отложили на время его арест, надеясь поймать загадочного студента. Почти год Паскаль водил за нос немецкую контрразведку. Но 16 октября 1942 года, когда Константин Лукич находился в квартире Баума, неожиданно на пороге комнаты появились гестаповцы - они открыли замки отмычками и резаком перекусили стальную цепочку на дверях квартиры. Вскинули автоматы: "Не двигаться, стреляем!" Паскаль выхватил пистолет и выстрелил в фашиста. "Уходи!" - крикнул он Бауму. Радист кинулся на лестницу, ведущую на чердак. Константин Ефремов продолжал отстреливаться. Но силы были неравными. Ефремов был ранен в бедро, на него навалились гитлеровцы...

После ареста Константин Лукич Ефремов был заключен в крепость Бренду в Брюсселе, где подвергался жестоким пыткам. В 1943 году он был приговорен к смертной казни. В конце 1943 года военинженер 2 ранга Константин Лукич Ефремов и другие члены его организации были расстреляны.

О деятельности группы Ефремова гитлеровский прокурор говорил:

"Они причинили ущерб рейху больший, чем полевая армия противника". Глава военной разведки адмирал Канарис негодовал: "Красная капелла" стоила Германии 200 тысяч солдатских жизней!" А руководил одной из разведгрупп "Красной капеллы" скромный инженер Костя Ефремов.