ПОХИЩЕНИЕ СУНЬ ЯТ-СЕНА

Исторические романы и художественные рассказы на исторические темы.

NEW ИСТОРИЧЕСКИЕ РОМАНЫ

Все свежие публикации

Меню для авторов

ИСТОРИЧЕСКИЕ РОМАНЫ: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему ПОХИЩЕНИЕ СУНЬ ЯТ-СЕНА. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Беларусь глазами птиц HIT.BY! Звёздная жизнь KAHANNE.COM Мы в Инстаграме
Система Orphus

Автор(ы):
Публикатор:

Опубликовано в библиотеке: 2017-08-11
Источник: Вопросы истории, 1977-04-30

(ЛОНДОН, ОКТЯБРЬ 1896 г.)

1. Пролог

22 - 23 октября 1896 г. лондонская пресса разнесла по свету сообщение, что в столице Великобритании вот уже более 10 дней томится в заточении человек, похищенный среди бела дня в центре английской столицы. Тюрьмой служила китайская дипломатическая миссия на Портланд-Плэйс, 49; узником стал иностранный врач, тогда еще мало кому известный 30-летний китайский революционер-демократ Сунь Ят-сен (на родине его знали под именем Сунь Вэнь).

Сегодня имя Сунь Ят-сена стоит в истории рядом с именами многих других выдающихся лидеров национально-освободительной борьбы. В отсталой стране на рубеже XIX-XX вв., задавленной империализмом и феодализмом, Сунь Ят- сен стал одним из руководителей движения в Южном Китае, закончившегося неудачной попыткой поднять восстание в октябре 1895 года1 .

Первоначальная программа движения была весьма умеренной: свержение правившей в Китае маньчжурской династии Цин, введение конституции и парламента, осуществление буржуазных реформ; вопрос, будет ли освободившийся Китай республикой или монархией, даже не ставился. Революционеры, опасаясь иностранной интервенции, в то время избегали открыто провозглашать антиимпериалистические лозунги. Но объективно их борьба являлась антиимпериалистической, так как была направлена на упрочение независимости Китая.

После неудавшегося восстания Сунь Ят-сен оказался изгнанником, вынужденным жить сегодня в Японии, завтра - в США, послезавтра - в Англии. Следующее восстание, подготовленное им, также пришлось на октябрь (1900 г.). Позднее, в 1911 г., он выступил в качестве вождя Синьхайской революции, свергнувшей династию Цин, стал первым президентом Китайской республики, а после 1917 г., поняв ограниченность буржуазной революции, обратился за братской помощью к Советской России и полнее осознал историческую роль рабочего класса Китая. Этот человек, в лице которого прогрессивная часть китайского общества перешла в своем идейном развитии от полусредневековых представлений к передовым идеалам современного мира, в конце XIX в. только начинал свой путь.

Сунь Ят-сен приехал в Лондон 1 октября 1896 г. из Ливерпуля, куда его доставил из Нью-Йорка пароход "Маджестик". С самой его высадки в Ливерпуле за ним следили. Слежка началась еще в США. В Сан-Франциско он неосторожно сфотографировался. Снимок попал в руки наемных детективов, охотившихся за Сунь Ят-сеном по поручению китайского посланника в Вашингтоне. Тот сам был не прочь задержать "государственного преступника", каким Сунь Ят-сен был официально объявлен на родине, но удобного случая не представилось. И когда Сунь Ят-сен выехал в Англию, то посланник известил об этом своего коллегу в Лондоне, так что английские сыщики из частного агентства Слэйтера смогли в Ливерпуле перенять наблюдение за Сунь Ят- сеном. Деньги им платила китайская дипломатическая миссия.

Центральной фигурой, противостоявшей Сунь Ят-сену в той схватке, которая вскоре развернулась в Лондоне, был английский советник китайской миссии сэр Х. Макартней. Ярый защитник британского колониализма, он сражался во имя его в


1 См.: Л. Н. Борох. Союз возрождения Китая. М. 1971; В. Н. Никифоров. 26 октября 1895 г. Первая попытка восстания в Гуанчжоу под руководством Сунь Ят-сена. "Народы Азии и Африки", 1975., N 6,

стр. 127


разное время и в различных странах: в Китае, будучи на службе реакционного цинского правительства, подавлял народное восстание тайпинов; затем он (потомок того самого ирландско-шотландского рода, из которого в конце XVIII в. вышел глава первой британской миссии в Китае Дж. Макартней) стал членом постоянной китайской миссии в Англии. Посланник Гун Жао-цин тяжело болел, и ни для кого не было секретом, что настоящим хозяином в китайской миссии являлся Х. Макартней. Именно он планировал и организовал похищение Сунь Ят-сена. В ожидании его приезда Макартней посетил Форин Оффис и прозондировал почву относительно ареста "преступника" и выдачи его Китаю. Зондаж, однако, не дал результатов: в министерстве ссылались на традиционное право убежища, предоставляемое Англией политическим изгнанникам, а апелляция Макартнея к сложившейся практике выдачи Китаю преступников, бежавших в Гонконг или Бирму, была отклонена на том основании, что методы, узаконенные в колониях, не распространяются на территорию метрополии 2 .

О лондонских злоключениях Сунь Ят-сена написано немало. Интересны в этом плане мемуары самого Сунь Ят-сена. В 1899 г. были записаны свидетельства противной стороны - воспоминания сотрудника китайской миссии в Англии У Цзун-ляня. Позже появились мемуары Чэнь Шао-бо, друга Сунь Ят-сена, которому тот рассказывал о событиях в Лондоне, а также учителя Сунь Ят-сена, активного участника событий доктора Дж. Кэнтли3 . Однако эти материалы требуют осторожного подхода. Сунь Ят-сен в воспоминаниях ("Похищен в Лондоне"), изданных в Англии, не мог в то время быть вполне откровенным. Он несколько приукрашивал позицию британского правительства и затушевывал, насколько возможно, факты своей революционной деятельности4 . В этом отношении мемуары Чэнь Шао-бо, несмотря на то, что сведения о лондонском эпизоде приводятся в них из вторых рук и записаны много позже, служат полезным дополнением ив ряде случаев коррективом к книге Сунь Ят-сена, так как своему другу и единомышленнику тот представил весь эпизод в совершенно ином свете, чем лондонской публике.

Воспоминания цинского чиновника У Цзун-ляня были написаны с откровенной целью оправдать поведение китайской миссии. Несмотря на тенденциозность, они являются такой справкой, где приводимые факты сплошь и рядом опровергают неумело состряпанную автором концепцию. Книга Дж. Кэнтли, написанная в соавторстве с журналистом Ш. Джонсом, разочаровывает во многих отношениях. Как видно, учитель Сунь Ят-сена передал имевшиеся у него материалы соавтору, а тот, озабоченный включением большего количества фактов для мало знавших Китай рядовых англичан, очень увеличил объем работы за счет списанных отовсюду общих мест о Китае. Ценные крупицы сведений, нужные специалисту, с трудом отыскиваются в книге. Зато архивные материалы британского министерства иностранных дел позволяют восстановить картину событий. Здесь собраны в специальную папку документы о переговорах с китайской миссией, донесения полиции по делу Сунь Ят-сена и протоколы допросов. Многие из этих материалов тоже тенденциозны. Но встречаются и бесхитростные отчеты вроде показаний посольского слуги Дж, Коула.

2. Ловушка

Зачем Сунь Ят-сен приехал в Англию? В его воспоминаниях 1897 г. этот вопрос обойден молчанием. Создается впечатление, что он лишь "наслаждался лондонской жизнью и стал знакомиться с различными видами, музеями и историческими досто-


2 Фэн Цзы-ю. Записки цинского чиновника о задержании Сунь Ят-сена в лондонской миссии (в кн.: Фэн Цзы-ю. Гэмин и ши (Неофициальная история революции). Т. 2. Тайбэй. 1953, стр. 19 - 20 (на кит. яз.).

3 Sun Yat Sen. Kidnapped in London. Being the Story of My Capture by, Detention at, and Release from the Chinese Legation, London. Bristol. 1897 (русский перевод: Сунь Ят-сен. Записки о лондонских злоключениях (1897 г.). В кн.: Сунь Ят-сен. Избранные произведения. М. 1964); см. также Фэн Цзы-ю. Указ. соч., стр. 19 - 22; Чэнь Шао-бо. Краткая история Союза возрождения Китая. "Синьхай гэмин". Т. 1. Пекин. 1956 (на кит. яз.); T. Cantlie, C. S. Jones. Sun Yat Sen and Awakening of China. L. 1912.

4 В 1918 г. Сунь Ят-сен признал, что в книге 1897 г. ему приходилось о многом умалчивать (Сунь Ят-сен. Избранные произведения, стр..257).

стр. 128


примечательностями этого центра мира"5 . Лишь в 1918 г. Сунь Ят-сен откровенно сказал, что цель его тогдашней поездки по разным странам заключалась в вербовке китайских эмигрантов для тайной революционной организации "Союз возрождения Китая". Так, разъезжая по США, Сунь Ят-сен "везде говорил об опасности, нависшей над нашей страной, о гнилости маньчжурского монархического строя, о том, что без национальной революции спасти Родину от грозящей ей гибели невозможно, что принять участие в этом преобразовании - долг каждого китайца"6 . Не добившись успеха в Новом Свете, Сунь Ят-сен переехал в Англию, но вскоре убедился, что совершил ошибку: там жило в то время мало китайцев. Он был разочарован и уже через неделю после приезда стал думать о возвращении на Дальний Восток7 . Однако вместо отъезда в воскресенье, 11 октября, он оказался в китайской миссии.

Каким же образом Сунь Ят-сен попал туда? Существуют две версии. Одна была выдвинута им самим в дни, когда он сидел в заключении на Портланд-Плэйс и просил о помощи (то же самое он повторил в воспоминаниях 1897 г.). Согласно этой версии, Сунь Ят-сен договорился со своим учителем по Гонконгскому медицинскому колледжу Дж. Кэнтли, проживавшим в Лондоне, что в воскресенье утром навестит его и пойдет с его семьей в церковь. За ту неделю, что Сунь Ят-сен жил в Лондоне, он не раз уже бывал в доме Кэнтли. Сходя с омнибуса на остановке Оксфорд-сёртсэс, он шел обычно по Портланд-Плэйс до поворота с надписью "Дэвоншир-стрит", сворачивал налево по узкой улочке, а там находился дом Кэнтли. Перед поворотом доводилось проходить мимо дома, в котором находилась дипломатическая миссия Китая. Но Сунь Ят-сен якобы не имел о том ни малейшего представления.

Когда 11 октября он следовал мимо здания миссии, к нему, по его словам, подошли два незнакомых китайца (потом появился третий) и стали настойчиво приглашать его зайти в дом и быть гостем. Подкрепляя уговоры "дружескими подталкиваниями, полушутя, полунастойчиво", они втолкнули его в дом. Дверь захлопнулась, и Сунь Ят-сен оказался в ловушке8 . В этом рассказе, при всей его внешней правдоподобности, есть маловероятные места. Довольно наивным выглядит в нем сам Сунь Ят-сен, не раз проходивший мимо миссии и будто бы так и не знавший о ее местонахождении. Он не был каким-то провинциальным простачком, жил в разных странах, не раз попадал в сложные ситуации, являлся опытным конспиратором. Уже в Лондоне, подозревая, что за ним следят, Сунь Ят-сен научился так ориентироваться в огромном городе, что постоянно ускользал из поля зрения детективов Слэйтера9 . Настораживает в рассказе и другая деталь: желание Сунь Ят-сена пойти в тот день в церковь. Семья Кэнтли, правда, была религиозной, да и Сунь Ят-сен официально являлся христианином. Ню миссионеры в Гонконге сомневались в истинности его веры. Его никогда и никто не видел в церкви. Неожиданное желание посетить храм именно в тот день, когда совершилось похищение, - слишком странное совпадение. Кстати, Кэнтли, заявив об исчезновении Сунь Ят-сена, вообще не упоминал о том, что в воскресенье они договаривались встретиться.

Напротив, имеются документальные свидетельства того, что в дни, предшествовавшие похищению, Сунь Ят-сена не покидала мысль: не посетить ли ему китайскую миссию? Эту тему он обсуждал и с супругами Кэнтли, и с другим своим учителем по Гонконгу, доктором П. Мэнсоном, который жил в Лондоне и которого он тоже навещал10 . Правдоподобнее поэтому предположить, что Сунь Ят-сен, не находя в Лондоне китайских эмигрантов и томясь вынужденным бездействием, решил посе-


5 Там же, стр. 76.

6 Там же, стр. 260.

7 Сунь Ят-сен говорил это своей квартирной хозяйке Л, Поллард (ее показания - в Foreign Office (F. О.). 17/1718, pp. 122 - 123).

8 Сунь Ят-сен. Избранные произведения, стр. 77 - 78.

9 Казалось бы, какие могут быть споры о том, пришел ли Сунь Ят-сен в дом на Портланд-Плэйс, 49, сам или его втолкнули туда, если каждый шаг его фиксировался сыщиками? Но агенты Слэйтера прозевали этот момент: китайский историк Ло Цзя-лунь, изучавший в архиве донесения агентов, установил, что они не видели, каким образом Сунь Ят-сен попал в здание миссии (см. H. Z. Schiffrin. Sun Yat Sen and the Origins of the Chinese Revolution. Berkeley and Los Angeles. 1968, p. 113).

10 F. O. 17/1718, pp. 121 - 122.

стр. 129


тить под вымышленным именем китайскую миссию, чтобы расспросить там о земляках. Дерзкая отвага вполне была в его характере. Чэнь Шао-бо вспоминал, что Сунь Ят-сен рассказывал ему об обстоятельствах похищения иначе, чем написал в своей книге: "Сунь Ят-сен говорил мне, что он давно знал, где находится миссия, и намеренно, изменив свое имя, не раз посещал ее с целью революционной пропаганды"11 . Сунь Ят-сен, видимо, беседовал об этом с Чэнь Шао-бо после их встречи в Японии осенью 1897 г., но мог сообщить ему обо всем и ранее, ибо был связан постоянной перепиской с рядом революционных деятелей.

Версия Чэнь Шао-бо находит подтверждение в материалах гонконгской газеты "China Mail", органа тех кругов британской буржуазии в Китае, которые были кровно заинтересованы в китайском рынке. Будучи крайними экспансионистами, обвинявшими английскую политику в Китае, и без того насквозь империалистическую, в мягкости и нерешительности, они относились к пекинскому императорскому правительству как к злейшему врагу, а в китайских буржуазных революционерах видели временных союзников, ослаблявших центральную власть. Издатель газеты Т. Рид был близок к обществу "Союз возрождения Китая" и посвящен в его тайные планы. В период подготовки восстания 1895 г. он предоставлял страницы газеты для пропаганды программы Союза. 3 декабря 1896 г. "China Mail" откликнулась на события, происшедшие в Лондоне с Сунь Ят-сеном, специальной статьей. Редакция газеты, как оказалось, имела собственную информацию о подоплеке лондонского дела. В статье (после описания разгрома движения 1895 г.) шли о Сунь Ят-сене такие строки: "Было опубликовано сообщение, что 40 или 50 его предполагаемых сообщников были казнены и назначена награда за его арест, но он бежал в Гонолулу, а оттуда в Америку. Рассказывают, что этот неукротимый патриот незамедлительно приступил к обработке китайцев в посольстве в Вашингтоне с целью привлечения их на сторону реформ и что впоследствии он пытался то же самое делать в Лондоне"12 .

Откуда гонконгская газета могла добыть сведения, что Сунь Ят-сен не был схвачен на улице, а сам вошел в здание китайской миссии? Очевидно, только от него самого или от других доверенных лиц. Еще одна характерная деталь: статья из "China Mail" так понравилась Сунь Ят-сену, что тот поместил ее в приложении к своей книге "Похищен в Лондоне". Вряд ли автор стал бы так делать, если бы в статье содержалась заведомая ложь. Скорее наоборот: перепечатывая статью, Сунь Ят-сен как; бы намекал читателю на подлинные факты, которые сам он не имел возможности правильно осветить в книге. Что касается китайской миссии, то она с того самого момента, когда весть о заключенном на Портланд-Плэйс разнеслась по Лондону, настаивала на том, что Сунь Ят-сен лично явился в миссию13 . Источники, вышедшие из лагеря революционеров, по существу, подтверждают это. Однако из факта добровольного прихода Сунь Ят-сена Макартней и его штат делали необоснованный вывод, будто они вправе задержать лицо, находящееся в миссии, как на "китайской территории". Между тем ни с правовой, ни с моральной точек зрения нет принципиальной разницы, втащили ли человека в дом силой либо заперли в этом доме после того, как он неосторожно вошел туда сам. Лишение свободы в обоих случаях налицо. Сотрудники миссии, зная, что Сунь Ят-сен посетит ее, могли даже заранее спланировать похищение.

Согласно версии миссии, Сун Ят-сен пришел к ним впервые в субботу 10 октября и спросил, нет ли здесь уроженцев провинции Гуандун. Его познакомили с единственным гуандунцем, переводчиком миссии Дэн Цинь- чжаем (Дэн Тин-кэном). Сунь Ят-сен интересовался, где еще в Лондоне можно найти китайцев. Дэн объяснил, что много китайцев-торговцев живет в Восточном Лондоне, в районе доков, и пообещал на другой день побывать с ним в этой отдаленной части города. Сунь Ят-сен, в соответствии со своим рассказом, должен был, естественно, отрицать факт субботнего посещения миссии. Уже после его освобождения из плена на Портланд-Плэйс следователь задал ему вопрос: что делал он в субботу 10 октября? Сунь Ят-сен отве-


11 Чэнь Шао-бо. Указ. соч., стр. 35; Н. Z. Schiffrin. Op. cii, pp. 112 - 113.

12 "The Supposed Chinese Revolutionist" (from the "China Mail", Hongkong, 3.XII. 1896). Цит. по: Sun Yat Sen. Kidnapped in London. Appendix, p. 119.

13 Фэн Цзы-ю. Указ соч., стр. 20.

стр. 130


тил, что около 11 или 12 часов дня он пошел погулять в Риджентс-парк, где оставался до 3 часов, потом к 4 часам пешком вернулся домой14 . Ответ производит впечатление хорошо продуманной легенды: Риджентс-парк расположен к северу от Портланд-Плэйс, почти сразу же за китайской миссией, так что при таком объяснении всегда легко оправдаться в случае, если кто- нибудь (например, детективы, следившие за Сунь Ят-сеном) видел его в субботу в районе миссии.

Между тем факт прихода в миссию Сунь Ят-сена в субботу соответствует свидетельству Чэнь Шао-бо о том, что тот посещал миссию не раз, и хорошо объясняет воскресные события. По версии китайской миссии, во время беседы с Сунь Ят-сеном в субботу переводчик Дэн, увидев у гостя золотые часы, попросил посмотреть на них и заметил выгравированную внутри латинскими буквами фамилию "Сунь". Это удивило Дэна, так как гость представился ему как Чэнь Цзай-чжи. Тотчас Дэн вспомнил про разыскиваемого Сунь Ят-сена. К тому же он начал узнавать гостя: когда-то на родине, когда тот работал врачом, Дэн уже встречал его. Не показав виду, что узнал Сунь Ят-сена, Дэн обо всем доложил начальству15 .

На следующий день, 11 октября, Сунь Ят-сена поджидали в миссии. Он появился внезапно, так что ни сыщики, следовавшие за ним по пятам, ни персонал миссии не заметили момента, когда он вошел в дом. Хотя можно было подозревать, что за ним следят, внутри миссии Сунь Ят-сен считал себя не узнанным и потому в безопасности. Когда он предстал перед Дэн Цинь-чжаем, последний провел гостя в одну из комнат второго этажа и занял его разговором. Тем временем служащие под руководством явившихся Макартнея и Гуна (племянника посланника) приступили к подготовке арестантского помещения. Вначале они хотели оборудовать под камеру комнату одного из служащих и принялись выносить из нее мебель. В разгар работы Гун выглянул в окно и увидел, что из этой комнаты легко перебраться на крышу. Тогда решили приспособить для пленника каморку другого служащего, единственное окно которой, заделанное решеткой, выходило на узкую улочку Вэймаутс-стрит. Тем временем Дэн Цинь-чжай уже два часа занимал гостя беседой. Наконец дверь чуть приоткрылась, кто-то сделал Дэну знак, и тот на полуслове прервал рассказ.

- Да, простите! - проговорил он как можно естественнее. - Не угодно ли, я провожу вас этажом выше и покажу свое скромное жилье?

- Буду очень рад, - ответил гость.

Они прошли на третий этаж и, продолжая беседовать, подошли к двери, которая открылась: в ней стоял Макартней, жестом приглашавший войти16 .

- Ловушка!- мелькнуло в голове Сунь Ят-сена. В то же мгновение он почувствовал толчок в спину и очутился в комнате. Дверь захлопнулась. Макартней объя вил Сунь Ят-сену, что он арестован как государственный преступник, после чего вышел и повернул ключ в замке. Через некоторое время в комнате появилась экономка миссии г-жа Хау, приготовила постель и вышла. За дверью слышались возня и постукивание: там прилаживали второй замок 17 .

3. Узник

Китайская миссия запросила Пекин о выделении ей средств, чтобы нанять пароход, который должен отвезти Сунь Ят-сена в Китай. Там его ждали пытки и казнь, состоявшая в том, что человеку сначала отрезали веки и постепенно всего разрезали на части. Это должно было устрашить всех, кто впредь посмел бы помышлять о свержении цинского режима. Нарушение международного права, выразившееся в незаконном аресте человека в столице чужого государства и в составлении планов тайного провоза узника по его территории, а затем на иностранном пароходе, не смущало цинских дипломатов, а охоту за китайскими революционерами они на рубеже XIX-XX вв. считали одной из своих важнейших задач. Так, вскоре после истории с Сунь Ят-сеном, в начале 1901 г., в Гонконге был убит один из лидеров "Союза


14 F. O. 17/1718, р. 119.

15 Фэн Цзы-ю. Указ. соч., стр. 20.

16 F. O. 17/1718, pp. 116 - 119, 139 - 142.

17 Сунь Ят-сен. Избранные произведения, стр. 79.

стр. 131


возрождения Китая", Ян Цюй-юнь. Убийца, подосланный цинскими властями, застрелил Яна в классе на глазах детей, которым он преподавал английский язык. Пули пробили учебник, которым Ян пытался закрыться. Тогда же при загадочных обстоятельствах умер в Гонконге непосредственный руководитель восстания 1900 г. в Южном Китае Чжэн Ши-лян. Вероятнее всего, он был отравлен цинскими агентами. Особенно много шума наделал случай в 1903 г., когда наемники китайских властей, стремясь уничтожить бежавшего в Гонконг повстанческого лидера Хун Цюань-фу, убили похожего на него человека, тайно доставили труп на территорию континентального Китая и получили вознаграждение.

Можно было не сомневаться, что Пекин одобрит действия Макартнея. На его сообщение об аресте Сунь Ят-сена пришел из Пекина ответ Главного управления по связям с иностранцами: "Предлагаем действовать с крайней осмотрительностью, чтобы английская сторона ни о чем не догадывалась и не имела повода тявкать. Конкретный образ действий - на ваше усмотрение" 18 . С получением этой телеграммы похищение превращалось из частной акции китайского посланника и Макартнея в исполнение официальных инструкций цинского правительства. Однако денег Пекин не слал. ,

В ожидании, пока решится этот вопрос, Сунь Ят-сена стерегли денно и нощно. Обычно перед его дверью дежурили двое - китаец и европейский слуга, причем китаец был вооружен мечом. Сунь Ят-сен почти не спал. С первого же утра, встреченного в заключении, он повел с тюремщиками неутомимую борьбу за жизнь и свободу. Используя обрывки газет, визитные карточки, кусочки носового платка, он писал на них обращения к Кэнтли и Мэнсону, сообщая о похищении и взывая о помощи. Эти письма он почти насильно всовывал слугам, умоляя отнести их по указанному адресу, но слуги, предупрежденные Макартнеем, сдавали последнему все записки. Их уверили, что задержанный - сумасшедший. Сунь Ят-сен пытался передать вести на волю и другим путем. В его заднем кармане остались деньги. Он заворачивал монеты в записки и выбрасывал на улицу сквозь отверстия в решетке. Много лет спустя историки отыскали некоего Э. Уэллса, который проходил мимо здания китайской миссии 12 октября 1896 г. и подобрал одну из таких записок. Прохожий отдал ее полисмену, но тот, видимо, не счел нужным передать записку дальше19 . К несчастью, одна из записок упала на крышу соседнего дома, и слуга Чжоу заметил ее. Записка была доставлена Макартнею. Последовал приказ: забить окно в комнате узника.

Среда 14 октября стала для Сунь Ят-сена самым черным днем. Сначала он в своей импровизированной камере "принимал" Дэн Цинь-чжая. Не всякий решится беседовать с собственной жертвой. Но переводчик Дэн не смутился, сел рядом с заключенным и повел такую беседу.

- Я посоветовал бы искренне вам, господин Сунь, покаяться, и чем скорее, тем это больше в ваших интересах. Поймите, запираться бессмысленно, вас знают слишком хорошо. Будете упорствовать - это примут лишь как отягощающее вину обстоятельство, когда вам придется держать ответ эа все перед властями на родине.

- На родине? Но разве вы осмелитесь вывезти меня из этого здания, находящегося на английской территории? Англия не выдает политических эмигрантов!

- А мы не будем требовать формальной выдачи. Вы не знаете, что все давно сделано: пароход нанят и отходит во вторник, вас свяжут, рот вам заткнут и препроводят без всякого шума.

- Вам не удастся осуществить ваш план!

- Если так, то это для вас еще хуже. Тогда нам пришлось бы убить вас здесь: ведь у нас - территория Китая, и никто не имеет права вмешиваться. В крайнем случае мы могли бы послать на родину ваш труп или даже одну голову 20 .

Едва ушел Дэн, как появился английский слуга в сопровождении китайца. В руках у них были молотки и гвозди. Выполняя распоряжение Макартнея, они забили окно. Заключенный оказался отрезанным от внешнего мира. На следующий день


18 Фэн Цзы-ю. Указ. соч., стр. 21.

19 Н. Z. Schiffrin. Op. cit., p. 115.

20 См. Сунь Ят-сен. Избранные произведения, стр. 81 - 82.

стр. 132


вновь пришел Дэн и уговаривал Сунь Ят-сена подать прошение о помиловании. Он объявил ему, что ни одна из записок не попала на волю, а все до одной якобы находятся у Макартнея. Не видя выхода, Сунь Ят-сен подумал, что, если написать прошение, это, может быть, даст хотя бы выигрыш во времени. В конце концов признание, к которому его вынудили в заключении и под страхом смерти, не будет иметь законной силы. Дэн тотчас позаботился, чтобы доставили перо, чернила, бумагу, и Сунь Ят-сен написал, будто он ложно обвинен в заговоре, оклеветан китайскими чиновниками и приходил в китайскую миссию (сначала в Вашингтоне, потом в Лондоне) добровольно, чтобы снять с себя обвинение. Теперь он просил освободить его. Дэн взял написанное и ушел21 .

Узник снова лег. Вдруг его поразила мысль: Дэн нарочно выманил заявление, чтобы иметь доказательство "добровольного" прихода в миссию. Сунь Ят-сен мог бы требовать освобождения, ссылаясь на то, что его завлекли сюда силой или обманом, но теперь этому не поверят. Неужели ни одна его записка не вышла из этого логова? Вначале его охватило смятение, но, поразмыслив, он опять готов был к борьбе, веря, что сможет добиться своего. За эти дни он пригляделся к слугам, и ему показалось, что одного из них, англичанина Коула22 , возможно, удастся уговорить вынести наружу письмо. С утра, когда Коул пришел, как обычно, зажечь камин, узник стал страстно взывать к его помощи. Но прошли еще сутки, прежде чем Коул наконец решился спросить, кто он. Как объяснить этому человеку, что такое китайская революция? Какие найти слова? (Он, конечно, христианин. Может быть, сравнить передовых людей Китая с христианами в Турции? В Турции как раз тогда развернулись массовые армянские погромы, и английская печать была полна сообщений о них.)

- Я политический эмигрант, - начал Сунь Ят-сен, внимательно наблюдая за реакцией слушателя; но тот, кажется, даже не понял, о чем идет речь. - Вы, наверное, читали, что в Турции султан хочет сейчас убить всех христиан? У меня на родине, в Китае, тоже преследуют христиан, а я христианин. Понимаете? - Увы, Коул, видимо, не понимал. Но узник верил, что рано или поздно добьется своего.

- Вот вы рабочий, - терпеливо начал он снова, - у вас существует здесь, в Лондоне, социалистическая партия. Похожая партия существует и в Китае. Я лидер этой партии. Правительство Китая хочет меня погубить, меня собираются связать, доставить на борт корабля, отослать в Китай, а там казнить.

На этот раз его слова дошли23 . Несколько помявшись, Коул произнес:

- Я очень занят сегодня, сэр, мне просто подумать некогда. Давайте так: завтра утром я отвечу, согласен я вам помочь или нет. - Впервые он подал заключенному какую-то надежду.

- Моя жизнь в ваших руках, - торопился узник закрепить достигнутое, - стоит вам вынести мое письмо из миссии, и я спасен; если не сделаете этого, то меня казнят. Совершите доброе дело, не бойтесь, это не направлено против британского правительства. Ваше правительство освободит меня. Сейчас оно ни о чем не подозревает. Не бойтесь также потерять работу, я отблагодарю вас. Сейчас, правда, у меня ничего нет, но, когда я выйду отсюда, я достану 500 фунтов и дам вам.

Коул много передумал за эти два дня. Он уже не верил, что человек, заключенный в миссии, сумасшедший; напротив, стал подозревать, что руководство миссии


21 Там же, стр. 84.

22 Дж. Коул числился в штате китайской миссии швейцаром. Но, поскольку функции швейцара у входа исполнял дворецкий Райт, Коул фактически был просто рабочим.

23 Содержание разговора, который подробно приводится в показаниях Дж. Коула, не вызывает сомнений. Сунь Ят-сен, верный тактике затушевывать, насколько возможно, перед английскими властями и публикой радикально- революционные черты в своем облике, не воспроизвел фразу о "социалистической партии" ни в своих показаниях, ни в мемуарах. Следователь Кафф, усмотревший в этом пункте противоречие между показаниями Коула и Сунь Ят-сена, запросил у последнего письменное объяснение, и Сунь поспешил написать: "Я сравнивал свое положение с судьбой армян и не заикался о социалистах" (F. O. 17/1718, р. 120). Несомненно, в беседах с Коулом Сунь Ят- сен сравнивал себя и с армянами (об этом говорится также в воспоминаниях Чэнь Шао-бо), но характерно, что о данном-то сравнении Коул как раз и не вспомнил.

стр. 133


втягивает его, Коула, в нехорошее дело, и посоветовался с единственным человеком, которому доверял, - экономкой Хау. Она подтвердила его опасения24 . На Хау внешний вид Сунь Ят-сена, приличного, интеллигентного человека, произвел впечатление. В последующие дни она, не принимая участия в разговорах, внимательно прислушивалась к разговорам китайских слуг о том, что человек, запертый в отдельной комнате, рассердил императора и что император нетерпеливо ждет его теперь, чтобы отрубить ему голову. Хау еще определеннее, чем Коул, почувствовала, что в миссии творится что-то неладное. Узнав от Коула о записке к Кэнтли, она не стала ждать, пока Коул решится предпринять что-нибудь, и сама сделала первый шаг. Не желая лишиться места, она действовала с величайшей осторожностью: лишь после 11 часов вечера вышла на улицу и, оглядевшись, нет ли кого поблизости, свернула за угол, на безлюдную Девоншир-стрит.

Был субботний вечер 17 октября. В доме Кэнтли уже легли спать. Последние дни здесь беспокоились, не имея никаких сведений о Сунь Ят-сене, и объясняли сначала его исчезновение какими-то неизвестными им революционными делами. Но в четверг Кэнтли встретил квартирную хозяйку Сунь Ят-сена, которая сказала, что она шла к Кэнтли, чтобы выяснить, куда делся ее жилец: вещи лежат, а самого его нет с воскресенья. Внезапный звонок поднял доктора с постели. Он открыл дверь, но за ней никого не было. Кэнтли наклонился и поднял листок бумаги. На нем было написано: "Ваш друг с воскресенья заключен здесь, в китайской миссии; его хотят отослать в Китай, где, наверное, повесят. Положение этого бедняги очень грустное, и если немедленно не будет что-то предпринято, то его увезут, и ни одна душа не узнает об этом. Не смею подписать свое имя, но все это правда, поэтому верьте моему сообщению. Что бы вы ни предприняли, делайте это безотлагательно, а то будет поздно. Имя его, я полагаю, Линь Инь Сен"25 .

4. Освобождение

18 октября обстановка изменилась. Целую неделю никто не подозревал о существовании узника на Портланд-Плэйс, и Сунь Ят-сен должен был сражаться против могущественных врагов в одиночку. С того момента, как записка Хау очутилась в руках Кэнтли, пришли в движение силы за стенами миссии, роль которых в борьбе за освобождение Сунь Ят-сена теперь становится основной. В этой борьбе, занявшей еще шесть дней, четко различаются такие грани: воскресенье - понедельник (18 - 19 октября), когда о спасении Сунь Ят-сена хлопотали только его учителя Кэнтли и Мэнсон, нигде не встречая поддержки; вторник - среда (20 - 21 октября), когда в дело вмешалось английское правительство, правда, действовавшее медленно и не предпринявшее за два дня решительных мер для освобождения Сунь Ят-сена; четверг - пятница (22 - 23 октября): в эти дни в его защиту выступила пресса.

Получив записку в полночь, Кэнтли поспешил в полицейский участок на улице Мэрилебон, откуда его направили в Скотленд-Ярд. Здесь дежурный инспектор со скептическим видом выслушал его и посоветовал доктору "пойти домой и успокоиться". Позже инспектор признавался, что не мог определить, был ли человек, ворвавшийся к нему во втором часу ночи с жалобой на китайскую миссию, пьяным или лунатиком26 . На докладе инспектора его начальник .суперинтендант Д. Свэнсон наложил резолюцию: "Дело не является уголовным, так как дипломатическая миссия не подчинена британским законам. Доктор мог бы сам навести справки, нет ли в лондонском порту китайского парохода. Данных для доклада министерству внутренних дел недостаточно" 27 . Днем продолжалось то же. Миссис Кэнтли в своем дневнике 18 октября записала: "День надежд и страха. Хэймиш (шотландское имя д-ра Кэнтли) первым делом отправился навестить судью А., затем мистера Х. из китай-


24 F. O. 17/1718, pp. 116 - 119.

25 T. Cantlie, C. S. Jones. Op. cit, pp. 42 - 43; N. Cantlie, G. Seaver. Sir Tames Cantlie. A Romance in Medicine. L. 1939, p. 103. В различных источниках, приводящих текст записки Хау, имя Сунь Ят-сена воспроизводится по-разному: "Линь Инь Сен", "Синь Инь Сен", "Лон Ван Сон".

26 T. Cantlie, C. S. Jones. Op. cit., p. 43.

27 F. O. 17/1718, pp. 45 - 48.

стр. 134


ских морских таможен, но не добился в вопросе о Сунь Ят-сене ничего удовлетворительного. Пришли домой из церкви, и Хэймиш поспешил к Мэнсону узнать, не сможет ли тот отыскать сэра Х. Макартнея. Мэнсон стал на нашу сторону и негодовал по поводу действий китайской миссии"28 .

На Портланд-Плэйс, 49, к этому времени начался рабочий день. Еоул пришел сообщить Хау, что принял наконец решение отнести записку "друзьям этого бедняги"29 . Экономка одобрила этот шаг и посоветовала поспешить. Через некоторое время Коул, накладывая угли в камин в комнате узника, молча показал ему, что в угольном ящике оставлено нечто важное. Сунь Ят-сен взял спрятанную слугой бумажку и прочел: "Попробую снести письмо к вашему другу. Не пишите его у стола, так как там вас можно увидеть через замочную скважину, а караульные постоянно наблюдают за вами. Пишите на кровати" 30 . В тот же день Коул отыскал Кэнтли и Мэнсона и передал им две визитные карточки, исписанные рукой Сунь Ят-сена. На обороте первой было начертано: "Я был похищен в воскресенье китайской миссией и буду тайно вывезен из Англии в Китай на смерть. Умоляю, скорее выручайте меня". На другой стороне, там, где на карточке стояло отпечатанное имя "Сунь Ят-сен", он сделал приписку: "Пожалуйста, позаботьтесь о человеке, принесшем мое послание, он очень беден и лишится места за то, что помогает мне". Вторая карточка содержала продолжение основного текста: "Корабль уже нанят китайской миссией, чтобы везти меня в Китай, и на всем пути я буду в заключении, изолированным от людей. О, горе мне!" На обеих карточках был написан адрес Кэнтли31 . С этого момента Коул превратился в постоянного почтальона, доставлявшего письма Сунь Ят-сена на волю и письма друзей ему.

В Форин Оффисе записали со слов Кэнтли всю историю, но пока ничего не пообещали. В редакции "Times", куда затем обратился доктор, его сообщение тоже зафиксировали, но положили сенсационный материал в долгий ящик. Позже выяснилось, что это было сделано по рекомендации английского правительства. Единственным достижением первых двух дней явилось то, что Кэнтли организовал постоянное наблюдение за зданием китайской миссии с тем, чтобы знать о местонахождении Сунь Ят-сена. Сначала он поручил это отставному частному сыщику, поместив его в кэбе на темной улице Вэймаутс- стрит, откуда хорошо просматривался вход в здание миссии. Утром в понедельник, когда открылось частное сыскное агентство Слэйтера, Кэнтли передал ему слежку за домом на Портланд-Плэйс. По иронии судьбы это было то самое агентство, люди которого согласно поручению китайской миссии следили за Сунь Ят-сеном. А 19 октября агентство Слэйтера получило очередное задание Макартнея: установить слежку за Кэнтли, пытавшимся освободить Сунь Ят-сена. Создавалось двусмысленное положение: когда одно и то же агентство следило за китайской миссией, выполняя волю Кэнтли, и за самим Кэнтли - по поручению китайской миссии. День еще не кончился, когда Макартней получил от детективов первое донесение: "Есть свежие инструкции от доктора, касающиеся планов спасения, просим дальнейших указаний" 32 .

Остается загадкой, почему административная машина Великобритании во вторник с утра вдруг пришла в движение и стала предпринимать какие-то шаги в пользу Сунь Ят-сена. В воспоминаниях Кэнтли глухо упоминается о каком-то сотруднике


28 N. Сantlie, G. Seaver. Op. cit, pp. 103 - 104.

29 Возмущение английских слуг миссии преступными действиями начальства было, видимо, всеобщим или почти всеобщим, так что если бы на помощь Сунь Ят-сену не пришли Хау и Коул, то это сделали бы другие. Так, некто Дж. Аллен, работавший на кухне китайской миссии, посетил Мэнсона с целью сообщить ему о "его друге в китайском посольстве". Доктор записал его слова, но других последствий этот визит не имел, потому что Аллен, во-первых, не сообщил, по сравнению с Коулом, ничего нового, а Мэнсон, как он потом объяснял, не хотел делать его "конкурентом Коула"; во-вторых, Мэнсону не понравилось, что Аллен сразу запросил за свою услугу денег. "Я сказал, - пишет в своих показаниях Мэнсон, - так вот в чем ваша цель? Ваша филантропия сводится к фунтам, шиллингам и пенсам". Он сказал: "У меня жена и ребенок" (F. О. 17/17L8, р. 122).

30 Сунь Ят-сен. Избранные произведения, стр. 86.

31 F. O. 17/1718, pp. 30, А, В.

32 Ibid., р. 115.

стр. 135


Форин Оффиса, которого Кэнтли посетил в 11 часов вечера в понедельник и который якобы дал ход делу33 . Более значительным выглядит сообщение биографов Мэнсона: ему удалось (скорее всего еще в понедельник) попасть к премьер-министру и министру иностранных дел Р. Солсбери, будто бы пообещавшему помочь в освобождении Сунь Ят-сена34 . Сообщение кажется правдоподобным: Мэнсон был известнейшим врачом, вхожим в самые верхи (в Китае, например, он лечил всесильного временщика Ли Хун-чжана). Не исключено, что премьер-министр действительно согласился содействовать ему в этом деле. Но в случае, если эта версия верна, Солсбери, видимо, поставил условием, чтобы его имя не упоминалось в связи с делом Сунь Ят-сена. У главы правительства могли быть свои причины оставаться в тени. Все остальные источники молчат о роли Солсбери.

Как бы там ни было, во вторник и среду английские власти стали предпринимать кое-какие действия. Это выразилось в том, что частных сыщиков вокруг миссии заменили детективами Скотленд-Ярда; были допрошены Коул и один из владельцев пароходной компании "Гленн", Макгрегор. Последний подтвердил, что Макартней вел с ним переговоры о найме парохода, чтобы доставить в Китай из Англии какого-то "лунатика" 35 . Прошло еще два дня, а положение дел существенно не изменилось. 22 октября Кэнтли и Мэнсон, не выдержав ожидания, направились в лондонский городской уголовный суд на улице Олд Бэйли, чтобы предъявить китайской дипломатической миссии обвинение в нарушении "Habeas corpus Act", гарантирующего неприкосновенность личности в Англии36 . Судья Райт, однако, заключил, что оснований для предъявления судебного иска недостаточно и что могут предприниматься только дипломатические меры 37 .

Посещение судьи имело тот положительный результат, что содействовало мобилизации прессы. По Лондону уже ходили слухи о каком-то загадочном случае с заключенным в некоем иностранном посольстве. Едва Кэнтли и Мэнсон ушли с Олд Бэйли, как их показания в суде стали достоянием репортера лондонской вечерней газеты "Globe". Репортер поспешил к Кэнтли и попросил его разрешения на публикацию сенсационного материала. Доктор некоторое время колебался. Ему казалось неудобным обращаться к другой газете, поскольку он уже имел дело с "Times". К тому лее он считал себя лояльным по отношению к правительству, a "Globe" была известна как газета, находящаяся в оппозиции кабинету Солсбери. Вместе с тем, размышлял Кэнтли, не предпринимается никаких действий и Сунь Ят-сен по-прежнему томится в неволе. Пусть факты появятся в "Globe", решил он38 .

Еще не зная, что в очередном выпуске "Globe" набирается заметка под кричащим заголовком "Поразительное происшествие! Заговорщик тайно схвачен в Лондоне! Заключен в китайском посольстве!", английское правительство все же понимало, что факт похищения Сунь Ят-сена в любой момент может стать достоянием гласности. Оно решило вызвать Макартнея, и около 7 часов вечера 22 октября главный виновник похищения находился в кабинете исполнявшего обязанности заместителя министра иностранных дел Т. Сэндерсона. Макартней не скрывал факта задержания Сунь Ят-сена, но настаивал на законности действий китайской миссии. Сэндерсон поставил его в известность, что английское правительство относит казус к числу явных злоупотреблений дипломатическими привилегиями и требует освобождения заключенного. "Учтите, - предупредил Макартнея Сэндерсон, - что материал об этом событии уже лежит в "Times" и задержан лишь по нашей просьбе. Если в такой форме это дело выйдет наружу, скандал будет грандиозным"39 . Макартней покинул министерст-


33 T. Cantlie, G. S. Jonеs. Op. cii, p. 44.

34 P. H. Manson-Bahr, A. Alcock. The Life and Work of Sir P. Manson, L. 1927, p. 115; P. H. Manson-Bahr. Patrik Manson: the Father of Tpropical Medicine. L. 1962, pp. 73 - 74.

35 F. O. 17/1718, pp. 94 - 95.

36 В воспоминаниях Сунь Ят-сена ошибочно говорится, что с обвинением китайской миссии в суд обратилось английское правительство (Сунь Ят-сен. Избранные произведения, стр. 96).

37 F. O. 17/1718, р. 32.

38 Основываюсь на беседе с К. Кэнтли, сыном Дж. Кэнтли (февраль 1971 г.).

39 F. O. 17/1718, pp. 54-60.

стр. 136


во с твердым намерением не уступать и затягивать дело, насколько будет возможно. Тем временем, однако, вышел выпуск "Globe" с сообщением о событиях в китайской миссии.

Памятный для Сунь Ят-сена вечер 22 октября! Коул, растопляя камин, подал ему ставший уже обычным для обоих знак, означавший, что в ящике для угля есть что-то достойное внимания. Это была вырезка из "Globe". Сунь Ят-сен читал ее и перечитывал. Пресса заговорила! Главная опасность позади. Он чувствовал себя как человек, приготовившийся к казни и вдруг узнавший, что она внезапно отложена40 .

Новость быстро распространилась. Активно восприняли ее многочисленные репортеры, которые увидели, что на этот раз их обошли коллеги из "Globe", и теперь с удвоенной энергией бросились разрабатывать "золотую жилу". Двое нагрянули на Портланд-Плэйс. Принявший их Дэн Цинь-чжай, еще не знавший о визите своего шефа в министерство иностранных дел, твердил одно: никакого заключенного в миссии не было и нет. Когда ему показали пахнущий свежей краской номер газеты, Дэн безмятежно рассмеялся и сказал, что никогда не сталкивался с более забавной газетной "уткой". "Вольно вам смеяться, - ответил корреспондент агентства "Central News". - Учтите, если это лицо не будет освобождено, завтра здесь появятся 10 тысяч человек, которые разнесут здание вашей миссии по кирпичику, и вам, почтеннейший, тоже несдобровать" 41 .

Английское правительство оценило обстановку и стало действовать более энергично. Была оформлена с рекордной быстротой нота китайскому посланнику за подписью Солсбери, требовавшая освобождения Сунь Ят-сена. Сообщение министерства об отправке ноты было немедленно опубликовано. Утром 23 октября о похищении писали все газеты. И либеральные и консервативные органы возмущались действиями китайской миссии и требовали освобождения Сунь Ят-сена. У здания миссии собралась возбужденная толпа. Английская общественность показала себя в деле Сунь Ят- сена с лучшей стороны.

Сунь Ят-сен выражал потом свою благодарность "особенно английской прессе" за ее помощь и поддержку42 . Конечно, буржуазная пресса в основе своей не могла быть ни хуже, ни лучше, чем она есть. Недаром в ней проскальзывали нотки шовинизма и презрительного отношения к китайцам. О руководителях китайской миссии писали, что они слишком вольно толкуют в свою пользу право экстерриториальности потому, что, "будучи китайцами, они упрямы". Некий обыватель, опубликовавший по поводу всего происшедшего стихи в "The Daily Chronicle", именовал Сунь Ят-сена "китаеза" и глупо острил по поводу фамилии приезжего43 . Несколько особую позицию заняла "Times". Она перепечатала заметку "Globe" и присоединила к хору газетных голосов свои слова: "Форин Оффис, несомненно, даст понять правителям Небесной империи, что они зашли слишком далеко". Но можно было заметить, что "Times" делает акцент на существование в этом деле "двух версий": Сунь Ят-сен утверждает, будто его схватили на улице; Макартней стоит на том, что в миссию Сунь Ят-сен вошел добровольно, и последнее звучит правдоподобнее. Может быть, осторожно подавала газета руку спасения похитителям, китайскому посланнику нельзя запретить держать Сунь Ят-сена взаперти, пока тот в здании миссии? Вот пусть попытаются вывести его наружу, на британскую территорию, тогда полиция сразу должна освободить его 44 . Специалисты по международному праву разъясняли в газетах, в том числе на столбцах "Times", что экстерриториальность иностранных представительств означает неприкосновенность дипломатов, но не дает им права нарушать на территории миссии законы принявшей их страны45 .

Несмотря на осторожную позицию "Times", именно она вызвала особое раздражение Макартнея, который, видимо, ожидал от нее безусловной поддержки. Чтобы успокоить его, редакция опубликовала письмо в газету, в котором Макартней защищал свою оценку событий. В том же номере была помещена пространная рецензия


40 Сунь Ят-сен. Избранные произведения, стр. 100.

41 Там же, стр. 97.

42 Sun Yat Sen. Kidnapped in London. Appendix, p. 133.

43 "The Daily Chronicle", 24.X.1896.

44 "The Times", 24.X.1896.

45 "The Times", 27.X.1896.

стр. 137


на книгу одного из тогдашних английских авторов, писавших на темы китайской истории, Д. Булджера "Жизнь генерала Гордона". В рецензии подчеркивалось, что Гордон и Макартней - это "два англичанина, которые сослужили Китаю наибольшую службу из всех когда-либо служивших ему иностранцев"46 . В принципе в деле Сунь Ят-сена "Times" проводила ту же линию, что и правительство Солсбери.

23 октября, в 13 часов 30 минут, Макартней вновь был у Сэндерсона. О состоявшемся разговоре между ними Сэндерсон подробно сообщает в своем меморандуме. Макартней начал с того, что здоровье посланника препятствует- де миссии принять немедленное решение об освобождении Сунь Ят-сена. Никак не реагируя на эту увертку, Сэндерсон прямо спросил: знает ли Макартней, что посланнику вручена нота по данному вопросу? Макартней подтвердил получение ноты, но продолжал свое: надо запросить Пекин, дело специфическое, не могло бы английское правительство дать Китаю заверения, что Сунь Ят-сен, если он вернется в Гонконг, будет находиться там под наблюдением? Последовало официальное заверение Сэндерсона, что, "конечно, британское правительство не хотело бы, чтобы Гонконг использовался" как база революционного движения, так что "любая просьба китайского правительства об установлении наблюдения за какими-либо подозрительными лицами" будет рассмотрена благожелательно. Не довольствуясь столь общим заверением, Макартней настаивал на том, что сначала должны быть обеспечены формальные гарантии, а потом может идти речь об освобождении Сунь Ят-сена. Тогда Сэндерсон изменил тон: "Основание, на котором правительство ее величества требует выдачи задержанного, состоит в том, что задержание незаконно и явилось следствием злоупотребления дипломатическими привилегиями. Если посланник не выполнит наше требование полностью, мы принуждены будем поставить вопрос о его немедленном отзыве и о лишении дипломатических привилегий любого британского подданного, состоящего на службе китайской миссии и связанного с рассматриваемым делом". Яснее он не мог бы сказать. "Я добавил, - сообщает далее Сэндерсон, - что эта история пропечатана уже во всех газетах, и нельзя допустить, ...чтобы она оставалась предметом такого внимания"47 . Он дал Макартнею время для размышлений до 4 часов дня. Около четырех Макартней появился снова с официальным согласием посланника освободить Сунь Ят-сена.

В половине пятого на Портланд-Плэйс прибыла официальная делегация в составе представителя министерства иностранных дел Мэйнарда, инспектора Джэрвиса (от Скотленд-Ярда) и д-ра Кэнтли для опознания освобождаемого лица. В кармане Мэйнарда лежал документ, по которому должны были выдать задержанного. Сунь Ят-сен лежал на постели. Открылась дверь в его комнату; оба сторожа, китаец и англичанин, заглядывали внутрь: "Вас желает видеть господин Макартней. Наденьте пальто". Неужели освобождение? Сунь Ят-сен так верил в него, а сейчас остерегался новой ловушки: возможно, британская полиция пришла обыскать здание, и его хотят спрятать в подвал?48 . Но на первом этаже его встретил радостной улыбкой Кэнтли. Сунь Ят-сену вернули вещи. Макартней пожал на прощание руку своей жертве. Через минуту Сунь Ят-сен выходил из здания миссии под шумные приветствия людей, столпившихся на Портланд-Плэйс и Вэймауте-стрит. А через несколько часов, после официального визита в Скотленд-Ярд, Сунь Ят-сен уже был в гостеприимном доме Кэнтли.

24 октября, когда лондонская пресса еще продолжала муссировать слухи о Сунь Ят-сене, в китайскую миссию пришла телеграмма из Пекина. Главное управление по связям с иностранцами отвечало: "Полностью одобряем идею нанять пароход для доставки в Гуанчжоу известного лица. Переводим вам для этого телеграфом 6000 фунтов стерлингов, можете немедленно получить в банке". Приводя в своих воспоминаниях текст этой телеграммы, сотрудник китайской миссии У Цзун-лянь меланхолически добавляет: "К сожалению, в это время Сунь Ят-сен был уже передан английским властям, и получить его обратно было невозможно"49 .


46 "The Times", 26.X.1896.

47 F. О. 17/1718, pp. 69 - 75.

48 Сунь Ят-сен. Избранные произведения, стр. 100 - 101.

49 Фэн Цзы-ю. Указ. соч., стр. 21.

стр. 138


5. Эпилог

Сунь Ят-сен, которому при освобождении полицейский инспектор Джэрвис посоветовал впредь не иметь дела ни с какими революциями, не внял его совету. Нет нужды напоминать здесь о дальнейшей биографии Сунь Ят-сена. Но, вероятно, интересно узнать, что случилось потом с некоторыми из тех лиц, с кем жизнь столкнула его в октябрьские дни 1896 года. В день освобождения Сунь Ят-сена Коул не был на работе. Когда на следующий день он явился, все валилось у него из рук. На вопрос, что с ним, он ответил, что не знает, наверное, простудился за те дни, что сторожил арестованного. Его отправили домой, и он более не вернулся в миссию. У Коула была особая форма совестливости: являясь стражем заключенного, он чувствовал себя виноватым перед ним; посодействовав же его освобождению, чувствовал себя теперь виноватым перед миссией, как будто предал хозяев. Кроме того, он боялся, что все всплывет наружу и с ним жестоко расправятся. 26 октября он послал письмо экономке, заявив об уходе с работы и прося известить хозяев, что это он носил письма пленника50 .

Потерять работу и не иметь рекомендаций - дело серьезное. Коул долго бедствовал. Сунь Ят-сен напоследок отдал ему все свои деньги - две 10- фунтовые бумажки и, оставшись на несколько месяцев в Англии, писал теперь книгу о своем похищении, надеясь гонорар послать Коулу. Но последний не стал ждать. Накануне 1897 г. следователь Кафф, разбиравший задним числом по просьбе Сэндерсона некоторые подробности дела Сунь Ят-сена, получил на него жалобу: Коул требовал обещанные ему 500 фунтов. Сунь Ят-сен был вызван к следователю. "Вы обещали слуге 500 фунтов стерлингов?" - прозвучал строгий вопрос. Несмотря на официальность обстановки, Сунь Ят-сен расхохотался: "Запишите себе, что я в то время обещал ему не 500, а тысячу фунтов! И больше на эту тему я не желаю разговаривать! Лучше ответьте на такой вопрос: какие меры предприняты за это время судом в отношении китайской миссии?" Следователь, более всего заботившийся о том (как он сам признавался), чтобы вывести из затруднительного положения Макартнея, увидел, что разговор принимает опасный оборот, и постарался поскорее закончить его51 .

В 1897 г. вышла книга Сунь Ят-сена. На обложке сияло белое солнце на синем фоне - первый символ китайской революции. Книга повествовала о борьбе лучших людей далекой страны за свободу. В ней было написано и про Коула, но тот оставался безразличным к славе, а свои 500 фунтов он получил. В последний раз имя Коула всплыло в конце 1920-х годов, когда Лондон посетил сын Сунь Ят-сена Сунь Фо, руководящий деятель тогдашнего китайского правительства. Разыскав Коула, он назначил ему пенсию от Китая52 .

Семья Кэнтли осталась близка Сунь Ят-сену. Во время своих визитов в Лондон он всегда бывал у них, причем с неизбежным "хвостом" из сыщиков; следить стали не только за гостем, но и за Кэнтли. В ноябре 1911 г. супруги Кэнтли ждали к себе Сунь Ят-сена, когда из Китая пришла телеграмма на его имя. Хотя адрес был неопределенным ("Лондон, Сунь Вэню"), китайская миссия в Лондоне, расшифровав телеграмму, уверенно переслала ее Кэнтли. Дома находилась одна миссис Кэнтли. Увидев на бланке иероглифы, она не решилась признаться, что они ждут Сунь Ят-сена: а вдруг она тем самым выдаст китайской миссии местонахождение Сунь Ят-сена? Хозяйка дома не взяла телеграмму, но на всякий случай срисовала иероглифы. Через два часа он приехал сам, прочел телеграмму (миссис Кэнтли, не зная языка, перерисовала текст тем не менее верно) и сунул в карман. Только на следующий день миссис Кэнтли спросила: не было ли в телеграмме чего-либо секретного? Сунь Ят-сен ответил: "О, нет! Разве я не сказал вам? Меня приглашают на пост президента новой республики"53 .

А менее чем через два года правительства Англии и других буржуазных стран клеймили первого президента Китайской республики как "вредного мечтателя" и дали


50 F.O. 17/1718, р. 142.

51 Ibid., pp. 151 - 152.

52 Основываюсь на беседе с К. Кэнтли (февраль 1971 г.).

53 T. Cantlie, C. S. Jones. Op. cit, pp. 59 - 61.

стр. 139


сотни тысяч фунтов стерлингов генералу Юань Ши-каю на подавление Синь- хайской революции. Кэнтли выдержали моральное испытание после того, как миссис Кэнтли напечатала открытое письмо в "Globe". Она призывала соотечественников молиться за Сунь Ят-сена и его партию, "потому что деньги никогда не могут быть важнее, чем репутация"54 . Многие знакомые отвернулись от Кэнтли, возмущенные их "китаефильством". Та же газета через два дня опубликовала контрписьмо, автора которого рекомендовала как большого знатока китайских дел. "Знаток" издевался над призывом Кэнтли, в котором, по его словам, "добрые чувства берут верх над всеми фактами и точной информацией". Китайский народ, утверждал автор письма, нуждается не в молитвах, а "в том, чтобы банкиры и их правительства дали Юань Ши-каю всю финансовую, моральную и материальную помощь, какую только смогут", в противном случае произойдет народное восстание55 .

Мэнсон, благородный человек и большой ученый, умер в 1922 году. Имя его можно найти в энциклопедиях; его работы переиздавались еще и в 1960-е годы. Так и осталась в тени роль Хау, смелой и умной женщины, которая привела в движение машину освобождения Сунь Ят-сена. А репортер "Globe", тоже сыгравший в судьбе китайского революционера немалую роль, вообще остался безымянным. Люди, помогавшие Сунь Ят-сену в октябре 1896 г., были разными, поэтому различны и их судьбы. Но в тот памятный октябрь одни больше, другие, может быть, меньше, - все они продемонстрировали то, что делает человека человеком.

А враги? Что сталось с ними? Конечно, на положении Макартнея эти события никак не отразились. Он продолжал служить в китайской миссии. Булджер написал пухлую книгу "Жизнь Холлидэя Макартнея". Есть в этой работе и специальная глава- "Некоторые мелкие дипломатические инциденты", посвященная "казусу Сунь Ят-сена". Имя переводчика Дэна встретилось еще раз Сунь Ят-сену при удивительных обстоятельствах. В 1912 г. в Нанкине помощник президента как-то доложил Сунь Ят-сену, что на прием просится Дэн Цинь-чжай, который, ссылаясь на старое знакомство, собирается просить о каком-нибудь выгодном местечке. Поистине бесстыдство этого человека было феноменальным. Помощник, установивший, что это тот самый Дэн Цинь-чжай, который служил в китайской миссии в Лондоне, предложил арестовать его и судить как государственного преступника. Президент возразил: "В народе говорят: "Собака Цзе лает на Яо", - каждый служит своему хозяину"56 .

Итак, подведем итоги: каково было положение Сунь Ят-сена в октябре 1896 г., вскоре после освобождения? Газетная буря стихает. Статьи специалистов- юристов еще трактуют прецедент с похищением человека иностранной миссией, который отныне войдет в учебники международного права. Сунь Ят- сен, принявший решение задержаться на несколько месяцев в Лондоне, устанавливает знакомства с передовыми людьми Англии и революционными эмигрантами (один из его друзей того времени - русский народник и поэт Ф. В. Волховской, бежавший из Сибири за границу и организовывавший в Лондоне "Фонд вольной русской прессы"). Сунь Ят-сен читает в библиотеке Британского музея книги лучших умов XIX в., в то время еще не известные почти никому в Китае. А телеграф между тем выстукивает один за другим приказы лондонского правительства губернатору Гонконга, направленные на то, чтобы Сунь Ят-сен, если он высадится на этом отторгнутом Британией от Китая острове, был тотчас арестован. Тот самый Солсбери, который требовал от цинского посланника освобождения Сунь Ят-сена, готовил теперь для него английскую тюрьму на китайской земле.


54 "The Globe", 19.VIII.1913.

55 "The Globe", 21.VIII.1913.

56 См. Фэн Цзы-ю. Указ. соч., стр. 22.


Комментируем публикацию: ПОХИЩЕНИЕ СУНЬ ЯТ-СЕНА


© В. Н. НИКИФОРОВ • Публикатор (): БЦБ LIBRARY.BY Источник: Вопросы истории, 1977-04-30

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

подняться наверх ↑

Новые поступления

Выбор редактора LIBRARY.BY:

Популярные материалы:

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

ИСТОРИЧЕСКИЕ РОМАНЫ НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в VK, в FB, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.