Японцев выселяли с Курил и Южного Сахалина после войны, в конце сороковых. Судьбу островов решили державы-победительницы. На Ялтинской конференции руководителей СССР, США и Великобритании в их соглашение было внесено предложение о "восстановлении принадлежащих России прав, нарушенных вероломным нападением Японии в 1904 году" с возвращением Южного Сахалина и Курильских островов.

Спустя несколько месяцев, в ноябре 1945-го, появится рескрипт N 651 императора Японии, которым признавалось, что из ее состава "исключаются Сахалин, Окинава и Курильские острова". А в сентябре 1951 г. Япония подписала Сан-Францисский мирный договор, где черным по белому значится: "Япония отказывается от всех прав, правооснований и претензий на Курильские острова и ту часть Сахалина и прилегающих к нему островов, суверенитет над которыми Япония приобрела по Портсмутскому договору от 5 сентября 1905 года". Этот договор, подписанный сорока девятью государствами, расставил новые пограничные знаки, освещенные международным правом. Заявления же, что Сан-Францисский договор не имеет значения, поскольку не подписан Советским Союзом, безосновательны. Не подписан он был в знак протеста против антикитайской политики устроителей конференции. Но и соглашения Вашингтонской конференции 1921 г., на которую не допустили представителей Советской России, не подписаны и не признаны правительством Российской Федерации. Япония же, согласно им, закрепила за собой Курильские острова. Однако, захватив в 1931 г. Маньчжурию, сама нарушила Вашингтонские соглашения и потеряла всякие права на Курилы.

Кое-что о мирном договоре

Конечно, радует, что, обсуждая экономические отношения между Россией и Японией, Президент РФ предпочитает выносить за рамки поднимаемых проблем так называемый курильский вопрос. Однако японцы по-прежнему муссируют тему "северных территорий", беззастенчиво требуя передать если и не все, то хотя бы два южнокурильских острова, что послужит основой для заключения мирного договора.

Но, заметим, ведь не требует же Япония обратно и Тайвань, отобранный у нее по тем же итогам Второй мировой, тем же порядком и при тех же условиях. Почему? Из-за его политически "братского" режима? Отнюдь. Просто опасается куда более мощного встречного иска со стороны КНР - за все разрушения, ущерб и жертвы на протяжении почти семидесяти лет постоянных войн Японии с Китаем. При резком повороте событий японцам придется самое малое двадцать - тридцать лет жить на хлебе и воде, чтобы расплатиться с потомками уничтоженных ими ни в чем не повинных людей. У китайцев с памятью все в порядке. Японии же перед лицом очевидной силы, само собой, разумнее помолчать. Поэтому она не поторапливает Китай и с мирным договором. Дороже обойдется!

Мирный договор - вопрос вообще, как говорится, интересный. По идее. Полная и безоговорочная капитуляция Японии в 1945-м - это и есть мирный договор, являющийся юридическим свидетельством о прекращении войны как таковой раз и навсегда. И почему это вдруг появилась острая потребность в новом договоре? С Германией у России такового нет. И ничего - мирно живем, торгуем, взаимодействуем. При наличии даже такого

стр. 13

"трофея", как Калининградская область. А нужен Японии мирный договор как основание для "возвращения" Курильских островов.

Но, собственно, на основании чего и почему Япония ждет от нас такого подарка? Может, для начала нужно разобраться с исторической стороной вопроса?

Так чьи же Курилы?

Можно ответить: исконно айнов - коренных жителей Курил. И название острова Шикотан, который японцы требуют вернуть в первую очередь, переводится с языка айнов как "лучшее место". Но если говорить об исконности, то следует добавить, что и на своих основных островах (от Хоккайдо до Хонсю) японцы - пришельцы. А японской стороне придется повиниться перед айнами в почти поголовном их истреблении. Русский исследователь Японии Д. Н. Позднеев писал в начале XX века, что на Хонсю "путешественники настоящего времени могут еще видеть в северной части главного острова груды костей айну, избитых японскими армиями более чем тысячу лет тому назад". Также он упоминал "вал, содержащий в себе кости избитых айну" в провинции Рикуцю. По другому свидетельству, в Киото, древней столице Японии, еще после Второй мировой туристам показывали "холм ушей" - гигантский могильник, относящийся к концу XVI века, из десятков тысяч отрезанных у корейцев ушей и носов. Странные и страшные памятники. У русских таких не было и нет. А вот японцам опыта уничтожения других народов не занимать.

Практически по всем Курильским островам разбросаны многочисленные японские военные укрепления. Многие из них, начиная с подземных крепостей и заканчивая бетонными ангарами- укрытиями для самолетов, расположенными по краям огромного аэродрома на Парамушире, поражают воображение. Все они воздвигнуты в считанные годы. Учитывая ограниченность во времени и огромный объем сделанного, можно предположить, что японские Освенцим и Майданек перемололи чрезвычайное множество человеческих жизней. Этими безымянными творцами уникальных сооружений были в основном корейцы и китайцы. О них непроизвольно думаешь, когда пробираешься по бесконечным галереям и залам подземного госпиталя подле Северо-Курильска. В свете фонарика - повсюду следы лома и кирки. Какой титанический труд - вырубить такое огромное полое пространство в здешнем крепком камне! О "курильских рабах" сегодня известно крайне мало: по окончании строительства их поголовно уничтожали. Вся информация скрыта в военных архивах Японии. На поверхности - лишь отдельные свидетельства. Прежде всего самих японских очевидцев. Старый водолаз из Северо- Курильска рассказывал мне историю, подобную которой позже приходилось слышать и на других островах. Со слов японца-военнопленного, с которым он вместе работал на водолазном боте, водолаз поведал, что всех этих бедолаг заталкивали в земснарядные баржи с открывающимся дном, рейс за рейсом вывозили в море и топили. Их останки покоятся на дне у входа во второй Курильский пролив. Для японской военно-государственной машины их жизни вовсе ничего не значили...

Что на весах?

Однако отнесемся к натиску нынешних японских политиков с пониманием. Здесь все хорошо просчитано, и не случайно проблема брошена на весы судьбы. По оценке экономистов, общая стоимость природных ресурсов только Южных Курил с их морскими окрестностями - более 2,5 триллиона долларов. Цифра официальная - из утвержденной Правительством РФ федеральной целевой программы экономического и социального развития Дальнего Востока и

стр. 14

Забайкалья до 2005 г. Есть за что бороться.

Это только лишь самая очевидная экономическая выгода. Между тем в международных делах всегда кроется и политическая выгода. За которой вновь следует экономическая, размером на несколько порядков выше. Итак, что же переменится в международных масштабах, если мы вдруг возьмем и передадим Южные Курилы Японии? Давайте загибать пальцы.

Япония, безусловно, прибогатеет. Это раз.

Покрепче встанет на ноги перед лицом растущей мощи Китая, который более полувека громила и грабила как колонию и с которым ныне уже вынуждена, как это ни коробит японских политиков, оспаривать азиатско-тихоокеанское лидерство. Это два.

Охотское море перестанет числиться за Россией и широко распахнется для японских промышленников и браконьеров. Стало быть, три.

Япония получит надежнейший плацдарм для дальнейшего давления на Россию и расширения "северных территорий". Для начала - за счет Северных Курил. Планы такие уже есть. Это четыре.

С потерей Южных, а тем более Северных Курил Россия будет ограничена с выходом в Тихий океан, и ей в любое время можно будет продиктовать ту или иную волю в своих всевозможных интересах. Уже пять.

За все это Японию так или иначе отблагодарят удовлетворенные Соединенные Штаты, которым давно хочется руками Японии захлопнуть охотскую мышеловку для России, чтобы лишить ее азиатско-тихоокеанского будущего, а попутно разрушить и наш курильский вал обороны, который еще худо-бедно позволяет контролировать военно-стратегическую обстановку в Тихом океане. А это и шесть, и семь, и восемь сразу.

В повестку дня XXI века будет поставлен вопрос о существовании российского Дальнего Востока как российского, и ему замаячит судьба протектората. Желающие "протектировать" нас, т.е., как бы опекать, уже есть, выстроились в очередь и даже договорились о сферах разделения территории. Проекты опубликованы. Это девять.

Россия всем этим будет настолько унижена, раздавлена, что потеряет лицо, и не считаться с нею войдет в международную норму, а вдоль ее границ тут же покатится вал отрыва все новых и новых земель, коль уж прецедент создан. Десять. Но счет не окончится, потому что японские стратеги молчат о самом главном из доходов. В классическом, очень болезненном и памятливом сознании японцев закроется самая черная глава всей ее многовековой истории: капитуляция! Былой позор. По стране прокатится волна ликования. Всплеск национального духа, униженного разгромом 45-го, после стольких десятилетий блистательных завоеваний и непрерывных успехов. Победа укрепит власть Японии, и кто-то навек будет прописан в истории Страны восходящего солнца в качестве ярких национальных героев.

Навык умолчания

Вообразим: да, подписали мы мирный договор и, как того требует Япония, передали ей Курилы. Так ведь дикость получается! Уступка территории за мирный договор бывает только с воевавшей и проигравшей страной. Как это было с Россией в 1905 г. За милую душу, под Портсмутский мир, потеряли Южный Сахалин. На японских картах он, кстати, и поныне не российский. Как бы спорная территория. Но вот парадокс: даже с отдачей территорий мира и безопасности Россия не получала. Вопрос совершенно правомерный: кто и кого должен опасаться? Ведь это японские корабли во время русско-японской войны упорно обстреливали русское побережье, включая Владивосток. И японские войска высаживались на сугубо российскую землю - на Сахалин и Камчатку. Что ж, подписали мы Портсмутский мир, а затем, в 1916 г., и того больше - Союзный договор с Японией. Не просто мир, а сотрудничество и дружба! Но получили вместо этого четырехлетнюю, с 1918 по 1922 г., оккупацию японскими войсками. До Восточной Сибири, до Иркутска. С колоссальнейшим разбоем. За японской армией оставались уничтоженные вместе с жителями села, разграбленное и перед уходом намеренно разрушенное хозяйство. Могилы с тысячами расстрелянных людей в Забайкалье, Приамурье и Приморье. Бессмысленный и предельно жестокий путч 4 - 5 апреля 1920 г. с разрушенными артиллерийским и пулеметным огнем десятками домов в Хабаровске, с сотнями убитых горожан на его улицах. Хоть бы раз где-нибудь повинились перед хабаровчанами...

Нанесенный японскими милитаристами колоссальнейший ущерб был подсчитан и документально подтвержден: в нынешнем исчислении переваливает за триллион долларов. Однако выставленные в 20-е годы претензии по нему были оставлены Японией без внимания. Между тем на современных переговорах межправительственного характера японская сторона не забывает о долге России по счетам советско-японской торговли.

Советский Союз в середине 20-х вынужден был вновь

стр. 15

вернуться к рамкам Портсмутского мира. Прибавило ли это безопасности? Нисколько. С момента захвата Японией в 30-е годы Маньчжурии на нашей границе постоянно гремели выстрелы. И прокатывались так называемые приграничные конфликты с большими и малыми боями. Это японские же войска устремились сначала к Хасану, а позже к Халкин-Голу, где сражения шли аж несколько месяцев. И это японские подводные лодки и корабли останавливали или топили советские торговые суда. Топили до подписания пакта о нейтралитете. Топили и после. Тем, кто запамятовал или не знал, полезно посетить во Владивостоке мемориал погибшим судам и морякам. С названиями кораблей и фамилиями. С датами и местом гибели.

Япония вообще легко подписывала договоры, ни одного из них, начиная с самого первого, Симодского трактата 1855 г., не соблюдая. Одной рукой подписывали договор, другой - стреляли. Психология и право "бусидо" - самураю все можно! И если уж Японии заботиться о мирном договоре, то первее всего таковые ей нужно заключать с обеими Кореями и Вьетнамом. Ибо косвенно, во втором эшелоне у американцев, японцы поучаствовали и в Корейской, и во Вьетнамской войнах. Кто-то в Японии все это прекрасно знает, но абсолютное большинство моих японских собеседников об этих фактах даже никогда не слышали. Тут-то и кроется двойной стандарт, который начинается с того, что об одном говорится очень громко и эмоционально, а другое замалчивается.

Самый очевидный пример - "проблема" японских военнопленных. Японские патриоты не любят слово "военнопленные", заменяя его на "несправедливо интернированных", "незаконно перемещенных". И замалчивают, что впервые такое "перемещение" было сделано Японией. В 1905 г. из Маньчжурии перегнали в Японию русских военнопленных. Их кладбища до сих пор раскиданы на чужбине. Для информации: Япония тогда потребовала и получила от России 20 миллионов американских долларов в качестве платы за содержание русских пленных. Скрытая форма контрибуции. Советский Союз после Второй мировой подобного ответного счета не предъявлял. А был бы он раз в двадцать - тридцать больше - лишь исходя из количества пленных.

К разуму в политике

Однажды выпало мне поучаствовать в конференции по российско-японскому сотрудничеству и взаимобезопасности. Интересная нам предлагалась база для сотрудничества: отдайте Курилы!.. С японцев взять нечего. С ними все ясно. А вот столичные представители, "спецы", так сказать, кто прилетел на переговоры, - эти просто завораживали. Что, к примеру, всеобъемлющий Бовин, что бывший зам. бывшего министра иностранных дел Козырева господин Кунадзе. С последним я лично виделся осенью 1991 г. на Курилах, куда он прилетал объяснить местным жителям, как важно России избавиться от Курил вместе с курильчанами. А ведь еще не было возлюбленной японской стороной Токийской декларации, подписанной самим Б. Ельциным от имени всей России в 93-м.

"Занимательных" экспертов прислали в Хабаровск из столицы. Ни одного отчетливого движения, конкретного возражения японским претензиям. Со странной заботой о японских интересах. Будто вовсе не знают, что любые переговоры - это обмен не только любезностями, но и встречными требованиями. И что у нас давно выстроены, документированы и готовы к использованию в переговорных процессах иски о возмещении Дальнему Востоку ущерба за четыре года интервенции. И требования наших сограждан равноправны с требованиями граждан японских. И что на Курильские острова уже повалили по безвизовому обмену не только былые жители, которых запечатлела когда-то кинохроника. И что курильчанам обещают напрямую каждому по цветному телевизору для начала, а затем пароходы для вывоза их со всеми чадами и домочадцами на Сахалин. И что на Хоккайдо наращиваются военные мускулы. И что Япония уже давно располагает не столько силами самообороны, сколько мощнейшими возможностями в любой момент прикрыть своих "обижаемых" соотечественников (на провокации они мастера - не дальневосточникам об этом рассказывать!) на тех же Курилах.

И что без выхода в XXI веке в азиатско- тихоокеанский регион у России останется только один путь - на задворки сразу двух миров: Старого Света, европейско-атлантического, и Новейшего, азиатско-тихоокеанского. При полнейшей-то возможности стать между ними мостом!

Да знают они все это! Не такие уж простачки. И все равно задабривают, заверяют не так, так эдак японцев. Почему? И припомнились мне слова другого, более серьезного российского специалиста, бывшего начальника советской внешней разведки Л. Шебаршина, которые он произнес той же осенью 1993 г.: "Кто в российском правительстве давал такие заверения, я говорить не буду, но я знаю конкретно, кто продавал японцам Южные Курилы и говорил, что все будет в порядке".

Разумностью порядком повыше стало бы понимание, чем возможный выигрыш Японии сегодня обернется в будущем. Однозначно вопрос о Курилах будет поднят вновь. Только уже Россией. Наша страна, не раз восстававшая из пепла, непременно снова накопит силы. И рано или поздно опротестует любое соглашение, заключенное вопреки не только международному праву, но и собственной Конституции.

Подлинная же политическая разумность - в движении к безоговорочному и вечному добрососедству, в обеспечении ныне живущим людям и их потомкам мирной жизни, защищенной от голода и бедствий, от идиотизма и чьих-либо корыстных интересов.

Российско-японские отношения многим видятся сегодня непреодолимым игольным ушком. Когда в него проталкивают верблюда, т.е. требование "северных территорий", - оно так и есть. Если же в это ушко вдевать прочную нить взаимных экономических и межгосударственных интересов, хорошо испытанную в шестидесятые - семидесятые в виде прибрежных отношений, вовсе нет. И тоже безусловно.

Юрий ЕФИМЕНКО, экономический советник дирекции Межрегиональной ассоциации экономического взаимодействия "Дальний Восток и Забайкалье"

стр. 16