публикация №1581599631, версия для печати

Первый маршрут С. П. Крашенинникова по Камчатке


Дата публикации: 13 февраля 2020
Автор: В. Е. Быкасов
Публикатор: БЦБ LIBRARY.BY
Рубрика: ГЕОГРАФИЯ
Источник: (c) Вопросы истории, № 1, Январь 2013, C. 82-97


14 октября (здесь и далее - по старому стилю) 1737 г. студент Императорской Академии наук (так официально называлась его должность в табели о рангах Второй Камчатской экспедиции) СП. Крашенинников высадился на камчатскую землю. Спустя неделю, 22 октября вечером, он на батах прибыл в Большерецк. Уже на другой день у него началась напряженная, и в то же время очень продуктивная, работа по сбору самого разнообразного фактического материала.

 

В первый месяц пребывания в Большерецке он, наряду с описанием растений и животных окружающей местности, составил вокабулярий местного диалекта ительменского языка. 14 ноября Крашенинников написал свой очередной - пятый - рапорт И. Гмелину и Г. Миллеру, в котором со слов очевидцев досконально описал эффекты и последствия землетрясения 6 октября 1737 года. 17 ноября он попросил, чтобы к нему в Большерецк, для восстановления событий времен покорения Камчатки, прислали старожилов, а для описания обычаев и устоев жизни коренных жителей - "лучших" людей из числа ительменов. Во исполнение этой просьбы уже 18 ноября к нему прибыл 70-летний служивый Михайло Кобычев, затем с Авачи в Большерецк привезли ительменского тойона Тырылку, со слов которого Крашенинников сочинил записку об "иноземческой" вере, о праздниках ительменов, а также об их свадьбах и обрядах.

 

От Кобычева и других старожилов Большерецка Крашенинников получил первые сведения о том, кто из русских бывал на Камчатке, кем и как она была завоевана и отчего так называется, а также о приказчиках, которые в разное время побывали на полуострове, и о бунтах служивых людей и ительменов. Позднее, на основе этих данных и, отчасти, по имеющимся в Большерецке, Верхне-Камчатске и Нижне-Камчатске архивным документам, он составил подробную сводку на все эти темы по 1724 г. включительно.

 

Одновременно Крашенинников оборудовал метеорологический пост и начал проводить регулярные метеорологические наблюдения. При этом для того, чтобы в его отсутствие наблюдения не прерывались, он "затребовал" себе в помощь служивого. 27 ноября к нему от Большерецкой приказной

 

 

Быкасов Валерий Борисович - научный сотрудник Института вулканологии и сейсмологии ДВО РАН.

 
стр. 82

 

избы был прислан Иван Шангин. Однако поскольку Шангин "писать весьма худо умеет", Крашенинников "потребовал словесно от прикащика Болыиерецкого острога Андрея Шергина заменить его служивым, умеющим писать" 1. Таким человеком оказался Степан Шишкин, которого Крашенинников и обучил производству метеорологических обсерваций.

 

Крашенинников составил предварительный список горячих ключей и горелых сопок, а также наметил план рабочих экспедиций в глубь полуострова, которого он впоследствии придерживался практически полностью, лишь изредка, в силу обстоятельств, отклоняясь от него в некоторых деталях.

 

Сообразуясь с этим планом, в начале декабря Крашенинников направил в Большерецкую приказную избу рапорт, в котором сообщал, что в самом скором времени он намерен поехать из Большерецка к "теплым водам", расположенным на правом берегу реки Большой (то есть к Начикинским термальным источникам нынешней реки Плотникова), а оттуда - к Авачинскому вулкану, и что сразу же после возвращения он предполагает направиться к термальным источникам, расположенным в бассейне реки Паужетка, близ Курильского озера.

 

Он просил, чтобы в соответствии с выданным в канцелярии Охотского порта послушным указом ее императорского величества, ему выделили столько санок с собаками (собачьих нарт), чтобы на них можно было перевезти 20 пудов клади (вместе с ним самим), ибо, по камчатским меркам ("по объявлению здешних жителей"), ему для этих поездок требовались нарты для него самого и его вещей, для писаря, а также под инструменты и экспедиционное имущество и для двух служивых людей. Для оплаты предстоящей экспедиции он просил выделить "поверстные по плакату деньги" (проездные), в получении которых он выдаст расписку. Имелись в виду деньги, которые специально откладывались на счет Камчатской экспедиции из доходов камчатских питейных заведений.

 

17 января 1738 г. Крашенинников выехал из Большерецкого острога. "1738 году генваря 3 дня требовал я от Болыиерецкой приказной избы, чтоб ко мне прислана была ведомость, сколько имеется иноземческих острожков под ведением Большерецкого острога, на каких они реках построены. Сколько в каждом острожке ясашных иноземцов, и сколько в них -соболъников и лисичников, и сколько человек бобрами или кошлоками ясак платят, и как каждого острожка тоионы называются, понеже самому о сем никак уведомиться нельзя, а ежели б самому оное от иноземцов выспрашивать, то б надлежало со всех острожков тоионов в Большерецк собирать, потому что всякой тоион только о своем острожке и то с нуждою сказать может, для того, что щитать не очень умеют. Генваря 5 дня получил от Большерецкой приказной избы письменное известие, в котором написано, что де к моему поезду подводы от закащика отправлены будут, а прогонные де деньги отданы будут от Большерецкой приказной избы иноземцам по справке, а ныне де в Большерецкой избе известия не имеется, сколько где верст.

 

Генваря 17 дня в 5 час. по п(олудни) поехал я из Большерецкого острога к горячим ключам с пищиком, с толмачем да с двумя служивыми на пятерых санках, а имянно под себя взял трои санки, под пищика и под служивых одни санки, а чинение метеорологических обсерваций поручил служивому Шишкину. И того дня ночевал в Сикушкином острожке, которой имеется верстах в 5 от Большерецкого острога" 2.

 

Однако прежде, чем перейти к заявленной теме, следует сказать о Большерецком остроге, поскольку именно здесь начинались, и здесь же заканчивались все маршруты бывшего студента Академии наук. Кроме того, практически все исследователи неверно привязывают тогдашнюю "столицу" Кам-

 
стр. 83

 

чатки к пространству. Хотя бывший студент Академии наук местоположение Большерецка описывает предельно точно и однозначно. Вот что он говорит о реке Большой, на берегу которой стоял Большерецк. "Большая река, которая от природных тамошних жителей называется Кыкша, пала устьем в Пенжинское море в ширине 52°45'. Устье ее от усть Тигиля к югу почитается в 555 верстах по большей части мерных. Она течет из озера, которое от устья ее к востоку во 185 верстах. Большею для того называется, что из всех рек, впадающей в Ленжинское море, по ней одной от устья до самой вершины можно ходить батами, хотя и не без трудности: ибо она имеет течение быстрое не токмо от знатного наклонения места, по которому бежит, но и от островов, которых на ней такое множество, что с одного берегу на другой переехать трудно, особливо там, где она течет ровными местами. На устье она во время морского прилива весьма глубока, так что можно свободно входить во оную и большим судам: ибо морской прилив около полнолуния и новолуния без мала на 9 парижских футов, или на 4 аршина русских примечен" 3.

 

В настоящее время рекой Большой именуется водоток, который образуется в результате слияния в одном месте сразу трех рек - Быстрой, Гольцовки и Плотниковой.

 

Что же касается местоположения самого острожка, то в самом начале "Описания земли Камчатки" по этому поводу написано: "От устья реки Быстрой следуя верх по Большей реке первая знатная речка Гольцовка, которая пала в Большую реку с северной стороны версте в полуторе от Быстрой. Между сими реками стоит российский острог, Большерецким называемой. Верстах в 3 от Гольцовки, на южном берегу Большей реки есть Герасимова заимка, а в ней один двор, одна юрта: в версте от оной, на острову Большей реки камчатский острожек называемой Сикушкин, при котором есть и изба казачья" 4.

 

Таким образом, Большерецк стоял на островах между реками Гольцовкой и Быстрой. Однако комментаторы "Описания земли Камчатки" располагают бывший Большерецк и на месте современного Усть-Большерецка, расположенного в 10 км от морского побережья, и на месте нынешнего села Кавалерского - на северном берегу реки Быстрой, почти напротив прежнего расположения острога, куда он частично был перенесен в 1928 г., и даже на месте ныне нежилого Большерецка, некогда стоявшего на косе в 40 км от современного Усть-Большерецка.

 

Но вернемся к самой поездке, о начале которой Крашенинников сообщает:

 

"Гольцовка речка, от Большерецкого острога в 1 версте, вышла с правой стороны верстах в 90 из хребта и близ переезду в Большую реку впала. У устья сей речки спустились на Большую реку и ехали по ней до нижеозначенного острожка" 5. Сикушкин острожек располагался на одном из островов реки Большой (Плотниковой), близ ее левого берега. И для того, чтобы в него попасть, надо было сначала пересечь русло реки Гольцовки.

 

В Сикушкином острожке в те времена были две земляные юрты, в которых проживали камчадалы, и одно зимовье служивого человека Андрея Верхотурова. В острожек путники приехали около 7 час. вечера и здесь заночевали.

 

На следующий день, 18 января, путники направились к Каликину (Опачину) острожку, стоящему от Сикушкина острожка в 44 верстах. По пути они миновали сопку Ашипакучь (Лисью), расположенную от Сикушкина острожка в 20 верстах на правой стороне Большой реки. А за четыре версты до конца пути они спустились на Большую реку и по ней подъехали к Каликину острожку.

 

Во времена Крашенинникова этот острожек располагался в 6 верстах выше устья реки Карымчины на левой стороне Большой и Банной рек, в месте их слияния. Некоторые исследователи привязывали этот острожек к правому берегу реки Большой (Плотникова) - то есть к месту расположения

 
стр. 84

 

современного села Апача. Из строений в том острожке были 2 земляные юрты и 4 балагана, в которых проживало девять ясашных иноземцев.

 

В острожек путники приехали 18 января в 4 час. пополудни. Здесь они вынуждены были пробыть до 20 января, так как при следовании "по кочкам и колдобинам" разбился термометр, взятый Крашенинниковым с собою в дорогу. Он послал одного служивого назад в Большерецк с письмом к Степану Шишкину, в котором наказывал последнему переслать ему другой термометр, предварительно завернув его в хлопчатую бумагу и уложив в сумку. Вечером 19 января новый термометр был привезен в Каликин острожек.

 

На следующий день, около 8 час. утра, нартовый караван направился вверх по реке Бааню, впадающей в реку Большую возле Каликина острожка, к горячим ключам.

 

"Бааню речка, которая почитается за россошжу Большей реки, особливо достойна примечания потому, что вверху ее кипячие ключи находятся. Она пала в Большую реку с южно-восточной стороны в 44 верстах от Большерецка. На устье ее стоит Каликин или Опачин острожек, от которого до горячих ключей по моему счислению верст с 70. Оных ключей по обеим сторонам речки Бааню довольно, однако больше их на южном берегу, нежели на северном, для того, что там ровное место", - сообщает Крашенинников об этой речке в самом начале своей книги 6.

 

То же самое, но несколько более подробно, он пишет в своем шестом рапорте Гмелину и Миллеру:

 

"Из Каликина острожка поехал я 20 дня генваря вверх по впадающей в Большую реку немного повыше острожка Бааню речке, в которую текут горячие ключи, и следующего 21 дня генваря к означенным ключам приехал.

 

Будучи у горячих ключей сочинил я описание оным ключам на латынском языке и зделал план, а теплоту оных освидетельствовал термометром, которое описание и план при сем репорте прилагаются.

 

От горячих ключей того же дня под вечер возвратился, а ночевать у оных никоими мерами невозможно было, потому, что лесу близ их, кроме мелкого тальнику, не имеется, а сверх того мороз на ветре был, что с великою нуждою день промедлить могли и каюры все, не выключая ни одного, ознобилися, также и некоторые из служивых.

 

Генваря 22 дня ехали мы через хребты и выехали на Большую реку верстах в 7 ниже озера, из которого Большая река вышла. И ехали вниз по ней до Мыхшу острожка, в которой того же 22 дня приехали около полуночи" 7.

 

Данная выдержка предельно коротко и почти абсолютно точно описывает истинный путь Крашенинникова от Каликина острожка к острожку Мышху с заездом на Болыиебанные источники. Так что на этом вполне можно было бы остановиться и перейти ко второй части пути Крашенинникова. Однако, во-первых, многие исследователи прочерчивают эту часть пути по реке Большой (Плотниковой) - то есть без ответвления по реке Бааню к расположенным в ее верховьях "горячим водам". Во-вторых, сам путешественник и в уже упомянутом рапорте, и в "Описании пути от Большерецкого..." хотя и говорит о том, что он пересекал хребет между реками Бааню и Большой, но описания пути, которым он проехал от реки Бааню к острожку Мышху, не приводит. А потому возникает необходимость подробной реконструкции этой части дороги.

 

Переехав речку Бааню в самом ее устье, нартовый караван направился вверх по ее правой стороне. Поначалу они шли "чистыми местами" - то есть равнинной тундрой, на которой кое-где произрастал редкий березняк. Проехав 15 верст, путники пересекли устье Копиан протоки и, проехав еще около 2 верст по правому берегу реки Бааню, спустились к ее руслу. По руслу они ехали до речки Калкатыж (ныне река Купёнок), которая, начинаясь в 10

 
стр. 85

 

верстах справа от реки Бааню, впадает в последнюю в 14 верстах от начала Копиан протоки. Проехав далее некоторое расстояние тундрой, путники вновь спустились на речку Бааню и ехали по ней до устья реки Кадыдак.

 

"Кадыдак речка, от Калкакыжа речки верстах в 5, вышла с правой стороны верстах в 20 из хребта" 8, - пишет далее Крашенинников.

 

Следующая речка, о которой упоминает путешественник, - Пидака, длиной всего 3 версты - впадает в реку Бааню с левой стороны в 6 верстах выше устья реки Кадыдак. И удостоена она упоминания только потому, что против устья этой реки путники вновь спустились к руслу реки Бааню и, проехав по нему еще 3 версты вверх, остановились на ночлег.

 

На другой день, 21 января в 4 час. утра, путники отправились в дальнейший путь. Проехав протоку Чаажу, устье которой отстояло от места ночлега на 2 версты, они добрались до речки Кодыдугу. Далее до самых горячих ключей они шли по правой стороне Бааню речки "чистыми местами".

 

Через 8 верст нарты подъехали к речке Ангыя, а еще через 3 версты путники достигли Большебанных (так они называются сейчас) термальных источников.

 

"Горячие ключи от Ангыя речки верстах в 3, текут с обеих сторон в Бааню речку ручьями, из которых иные из утёсу, а иные из ровного места вышли. Во всех ключах кипячая вода, в которой мясо очень скоро варится. Ключей здесь великое множество, из которых иные большие, а иные малые. У больших ямы, из которых (ключи. - В. Б.) бьют, в длину аршина по два и по сажени, а в ширину аршина полтора", - пишет Крашенинников 9.

 

В своем шестом рапорте он сообщает, что, прибыв к ключам около 8 час. утра, до 5 час. вечера производил их описание, составлял план и замерял температуру воды. Однако на ночлег здесь путники не остались ввиду сильного мороза с ветром и отсутствия хороших дров для костра. Закончив описание, они отправились в обратный путь и остановились в месте своей прежней ночевки.

 

На следующий день, 22 января около 7 час. утра, Крашенинников со своими спутниками поехал вниз по реке Бааню той же дорогой, а затем они проследовали вдоль реки Ачкуж вплоть до реки Кадыдак (речки Сарайной), мимо устья которой они проехали двумя днями ранее.

 

Тут начинаются некоторые разночтения в исходных текстах самого Крашенинникова. Например, в "Описании пути от Большерецкого острога..." он пишет: "Со стану (на реке Банной. - Б. В.) поднялись генваря 22 дня поутру около 7 часов и ехали до Ачкужи речки тою же дорогою, которою и вперед, а оттуда вверх по Ачкажу до ее вершины, которая прилегла к Кадыдаку речке. От вершины ее ехали верст с 5 вверх по Кадыдаку до устья нижеописанной речки.

 

Сингуда речка вышла с правой стороны верстах в 8 из хребта и впала в Кадыдак речку пониже устья сей речки. Через Кадыдак переехав, поехали вверх по речке Сингуде. И ехали по ней до самой вершины.

 

Кадыдак речка (другой Кадыдак. - Б. В.) вышла из одного хребта с рекою Сингудою и от вершины верстах в 5 в Большую реку впала. По ней до самого ее устья ехали, а от устья сей речки озеро, из которого Большая река вышла верстах в 7. Оное озеро длиною вёрст на 10, а шириною вёрст на 5. Немного пониже устья Кадыдака речки чрез Большую реку переежжали..." 10.

 

Во фразе "От вершины ее ехали верст с 5 вверх по Кадыдаку до устья нижеописанной речки" Крашенинников оговорился, написав вместо "вниз" по Кадыдаку - "вверх", поскольку, следуя вдоль небольшой реки Ачкуж, можно выехать, через невысокий и пологий увал, только к реке Кадыдак (современной Сарайной), в которую, примерно в 4 верстах ниже, а не выше, от места выезда к ней, впадает река Сингуда (нынешний Халзан).

 
стр. 86

 

О том, что Крашенинников действительно оговорился, можно судить по другим данным, приведенным в основном тексте его книги:

 

"Сречки Бааню на Большую реку переезду через хребет не более 15 верст. А дорога оная лежит с Бааню по речке Ачкаж, которая в 25 верстах ниже горячих ключей, до ее вершины, а оттуда вниз по речке Кадыдаку, которая пала в Большую реку верстах в 7 ниже озера, откуда Большая река вышла, до ее устья" ".

 

Что же касается самой реки Сингуды (ныне - Халзана), то именно по ее долине испокон веков пролегала ительменская тропа от острожка Опачина (Каликина) к острожку Мышху. Об этом, в частности, свидетельствует другой известный знаток природы и быта Камчатки Карл Дитмар 12, а также В. Л. Комаров, который во главе ботанического отряда Камчатской академической экспедиции Ф. П. Рябушинского 28 августа 1908 г. проследовал по этой тропе от Апачинских горячих ключей к селению Начики. От себя добавлю (а мне не единожды доводилось проходить описываемыми местами во время полевых работ), что перевал этот, несмотря на свою относительно большую высоту (668 м над уровнем моря), вполне доступен для собачьих упряжек.

 

Таким образом, нартовый обоз, действительно, не доезжая истока речки Ачкаж, длина которой не превышает 5 верст, переехал в долину реки Кадыдак (Сарайной), проехал вниз по ней 4 версты до устья реки Сингуды (Халзана) и уже по долине этой реки выехал к перевалу Халзан и к верховью того второго Кадыдака, который впадал в реку Большую в 7 верстах ниже Начикинского озера.

 

В этом последнем случае Крашенинников, во-первых, ровно вдвое занизил расстояние между реками Бааню и Большой напрямую через горы, о чем можно судить не только по карте, но и по другому его высказыванию по этому же поводу: "21 января. От горячих ключей обратно до речки Ачкужа - 32 версты. 22 января, Мышху или Начикин острог - 34 1/2 версты" 13. И, во-вторых, он ошибочно написал, что по реке Ачкуж доехал до того самого перевала, с обратной стороны которого берет начало река, впадающая в реку Большу (Плотникова), названная им Кадыдаком.

 

То есть, в силу каких-то причин, Крашенинников запутался с названиями перечисленных рек и путями следования по ним. Так, он именует Кадыдаком ту реку (современная река Сарайная), которая начинается неподалеку от озера Начикинского и впадает в реку Банную, и ту, которая течет от перевала между реками Бааню и Большой в противоположную сторону и впадает в реку Большую в 7 (на самом деле - в 11) верстах ниже Начикинского озера. Причем эта последняя река именовалась им то Уждачем, то Кадыдаком. Так что Крашенинников действительно оговорился, назвав реку Уждачь рекой Кадыдаком, что и подтверждается следующими словами:

 

"Уждачь речка от Тукшама в версте, вышла с левой стороны, верстах в 7 из хребта и от переезду в полуверсте в Большую реку впала.

 

Горячая речка, от Уждача в полуверсте, вышла с правой стороны в полуверсте из болот и впала в протоку Большой реки" 14.

 

Второй Кадыдак и Уждачь - это одна и та же речка. А это, в свою очередь, означает, что именно по рекам Халзану (Сингуде) и Уздачу путники выехали в долину реки Большой в 7(11) верстах ниже Начикинского озера, из которого вытекает река Плотникова (Большая).

 

Правда, само озеро Начикинское по длине и по ширине ровно в два раза меньше, чем указывает Крашенинников. Но эта ошибка бывшего студента простительна, так как сам он на озере никогда не был, а увидеть его с перевала Халзан или из узкой межгорной долины реки Уздач просто невозможно. Так что в данном случае он всего лишь воспользовался данными местных жителей, которые не очень-то хорошо разбирались в верстах и саженях.

 
стр. 87

 

Таким образом, Крашенинников при описании этой части своего пути действительно допустил несколько ошибок. Но для того, чтобы их обнаружить, надо было конкретные выдержки из его текста привязать к соответствующей ландшафтной обстановке, чего, к сожалению, в силу разных причин, не сделали мои предшественники. Впрочем, продолжу анализ дальнейшего пути бывшего студента.

 

Выехав к реке Большой в полуверсте ниже устья реки Уздач, путники тут же переехали на ее правый берег, хотя, отмечу, левым берегом ехать было и ближе и легче. И, надо полагать, сделано это было лишь потому, что любознательному студенту не терпелось увидеть реку Горячую. Чуть выше устья реки Ибшакыгыжик путники вновь перебрались на левый берег реки Большой и тут же въехали в острожек Мышху.

 

Итак, первый проезд Крашенинникова от острожка Каликина к острожку Мышху был совершен через горный хребет (массив правулкана Шапочка). Подчеркивать это приходится потому, что многие исследователи привязывают эту часть пути студента Академии наук к долине реки Большой (Плотниковой), которая огибает указанный массив с запада и с севера. Причем прорисовывают они этот путь без ответвления к Большебанным термальным источникам, хотя и отмечают, что бывший студент эти источники посещал.

 

На следующий день, 23 января, Крашенинников съездил к "горячей речке", расположенной выше по течению реки Большой, в 5 верстах от острожка Мышху. То есть в том месте, где в настоящее время располагается поселок бывшего Начикинского санатория. Здесь он произвел описание источников, составил чертеж самих ключей и вытекающей из них "горячей речки", а также замерил температуру их вод.

 

24 января Крашенинников отослал с нарочным термометр в Большерецк, а сам поехал "...к горящей горе, имеющейся на реке Аваче против Паратуна острожка". Но прежде, чем перейти к описанию этой части маршрута Крашенинникова, необходимо привести описание двух притоков реки Большой.

 

"От устья речки Бааню хотя и есть много рек, текущих в Большую реку с обеих сторон, однако примечания достойны токмо две, а имянно: Сутунгучу и Сугачь. Первая течет в 22 верстах от устья Бааню, и знатна потому, что по ней есть на Камчатку летняя дорога, ибо вершины ее прилегли к рассошинам Быстрой реки: а Сугачь речка от Сутунгучу верстах в 60 находится (на самом деле - вдвое меньше. - В. Б.), и потому известна каждому из тамошних жителей, что по ней выежжают на реку Авачу, о которой ниже будет объявлено. Не доежжая за 7 1/2 верст до речки Сугача, есть камчатский острожек Мышху, он же Начикин, которой стоит на южном берегу Большой реки над устьем ручья Идшакыгыжика, а в 5 верстах выше острожка горячая речка, которая также как и вышеобъявленные Сутунгучу и Сугачь реки течение имеет к северу, а до вершины ее от устья не более полуверсты 15.

 

Историки и краеведы путь Крашенинникова от острожка Мышху к Паратунострожку обычно прорисовывают не по рекам Сугачу, Коонам и Аваче, как написано в данном отрывке, а по реке Плотникова, вдоль озера Начикинского и далее к перевалу Быстринского хребта, а от него к ручью Начикинскому - одному из истоков реки Левой Быстрой, и, наконец, по этой реке к реке Паратунке. И, скорее всего, прорисовывают так потому, что на картах этот путь выглядит гораздо более прямым.

 

Однако на мелкомасштабных картах подлинный рельеф местности представлен настолько обобщенно, что позволяет выдавать желаемое за достоверное. Достоверным же в данном случае является то, что частые снежные лавины, сходившие с крутых склонов гор, окаймляющих узкие долины ручья Начикинского и реки Левой Быстрой, представляют большую опасность и

 
стр. 88

 

потому местные жители этим путем если и пользовались, то крайне редко и только в исключительных случаях.

 

Но самое удивительное и непонятное во всем этом заключается в том, что исследователи полностью игнорируют данные Крашенинникова, который, следуя из бассейна реки Большой в бассейн реки Авачи и обратно по рекам Коонам и Аваче, всякий раз сопровождал свой отчет об очередном переезде (а таких переездов было 6) если не описанием, то, по крайней мере, упоминанием посещаемых мест и острожков.

 

Вот к самому первому и наиболее полному изо всех отчетов стоит обратиться в целях восстановления пути бывшего студента от реки Большой до реки Паратунки, ибо установление идентичности описываемых мест и событий просто невозможно без первоисточника.

 

Утром 24 января караван подъехал к реке Сугачю, вдоль которой пролегал путь к перевалу между бассейнами рек Большой и Авачи. "Сугачю речка, впала в Большую реку, немного выше Начикина острожка; переехав чрез Большую реку ехали вверх по ней до самой ее вершины, которая от устья верстах в 7" 16.На самом деле Сугачю - это скорее большой ручей, который впадает в реку Плотникова (Большую - по Крашенинникову) справа и чуть ниже современного моста, хотя его длина действительно близка к 7 километрам.

 

"Сугачю речка, вышла из одного хребта с вышеописанной Сугачю речкою и от ее вершины верстах в 4 в речку Коонам впала. Мы вниз по ней до ее устья ехали" 17.В настоящее время эта река именуется Корякской. Что же касается ее первичного названия, то следует заметить, что эта (вторая) Сугачю речка, текущая с Начикинского перевала в противоположную от первой сторону, является еще одним примером наличия у двух, рядом расположенных рек, общего названия.

 

"Коонам речка, вышла с правой стороны верстах в 15 из хребта и от устья Сугачю речки верстах в 35 в реку Авачю впала", - пишет далее Крашенинников 18. А в самой книге уточняет: "Коонам речка течет в Авачу с южно-западной стороны, а до вершины ее от устья верст с 50 полагается. По сей речке обыкновенно ездят с Большой реки к Петропавловской гавани, а дорога проложена от острожка Мышху вверх по реке Сугачю до ее вершины, и оттуда вниз по другой речке Сугачю ж, которая пала в Коонам, до ее устья, а от устья вниз по реке Коонам до реки Авачи. Переезду с Большой реки на Коонам не более 12 верст будет, а устье Сугачу речки до вершины Коонам верстах в 15 19.

 

Всем этим описаниям соответствует современная река Поперечная. Правда в настоящее время она считается притоком, а не главным истоком реки Корякской. Но исходя из ее длины и, главное, водности, именно она является основным истоком реки Корякской. Впрочем, эти гидрологические подробности имеют второстепенный интерес, поскольку главным является то, что именно по реке Коонам Крашенинников выехал к реке Аваче. На этом пути студент Академии наук пересек несколько речек, первой из которых была река Сынышкуй (или река Ольховая). "Сынышкуй речка, от переезду Коонам речки верстах в 4, вышла с правой стороны из хребта, и близ переезду в речку Коонам впала" 20.

 

Далее перед ним оказались речки Таакоачь, Хункуомкам и Учкоякачина:

 

" Таакоачь речка, от Сыкышкуй верстах в 5, вышла с той же стороны из хребта, и близ переезду в речку Коонам впала". "Хункуомкам речка, от речки Таакоачя верстах в 3, вышла с правой стороны из хребта и близ переезду в речку Коонам впала". "Учкоякачина речка, от Хункуомкама верстах в 6, впала в Коонам речку с правой стороны близ переезду" 21.

 

Из всех этих рек и речушек только последняя заслуживает особого внимания, так как именно вдоль нее проходят старая и современная дороги,

 
стр. 89

 

отклоняясь от имеющейся в этом месте теснины долины реки Коонам (Корякской) вправо в гору, к невысокому перевалу, а затем - к расположенной за ним реке Машта-кига.

 

"Машта-кига речка, от Учкоякачина речки верстах в 4, вышла с правой стороны верстах в 7 из хребта, и от того места, где к ней приехали, верстах в 3 в речку Коонам впала. Немного повыше того места, где мы к ней приехали, впала в Маштукигу с правой стороны Шиякокулъ речка. Вниз по Маштукиге речки ехали до ее устья, и немного повыше устья через речку Коонам в другой раз переежжали" 22.

 

Река Машта-кига - это современная река Тополевая и от места выхода к ней нартовая дорога резко поворачивала влево к реке Коонам и затем выходила на левый берег реки Коонам, где было гораздо больше "чистых мест" (мокрых тундр и лугов), чем на правом, заросшем березняком берегу, и где было легче ехать на нартах.

 

Сейчас река Тополовая сливается с протокой реки Корякской и далее они под общим именем (Тополовая) впадают в реку Корякскую. Однако, как представляется, во времена Крашенинникова именно эта протока была основным руслом реки Коонам. Проехав немного по левой стороне реки, путники вновь переехали на ее правый берег, чтобы остановиться на ночлег в нежилом острожке Шиякокуль. "Не доежжая верст за 8 до устья Коонам речки есть над нею Шиякокулъ острожек, в котором камчадалы живут временем для промыслу рыбы", - сообщает об этом Крашенинников 23. И дополняет: "Шиякокуль острожек на правом берегу речки Коонам. Строения в нем юрта да 4 балагана. Живут в нем временем иноземцы для промыслу кормов, а дальше он пуст бывает. Здесь ночевали. А приехали в него около 3 часов п[ополудни]. Под сим острожком чрез речку Коонам переежжали" 24.

 

То есть, острожек Шиякокуль относился к разряду временных летних поселений ительменов ("летников"), в которых местные жители проживали только во время промысла лосося. Это позволяло отдельным семьям ловить рыбу, не мешая друг другу.

 

Что же касается самого летника Шиякокуль, то он располагался возле устья нынешней реки Тополовой, на правом берегу реки Коонам (Корякской). Причем следует отметить, что во время всех своих остальных поездок на восточное побережье и обратно этим путем Крашенинников постоянно проезжал мимо острожка Шиякокуль, но на ночлег в нем больше никогда не останавливался. Очевидно, в первый раз он посетил его лишь для того, чтобы описать сам острожек, что входило, согласно полученной им от Гмелина и Миллера инструкции, в его прямые обязанности. Впрочем, не стоит сбрасывать со счетов и природную любознательность самого Крашенинникова.

 

Из острожка путники выехали 25 января утром, около 9 часов.

 

"Тыжил речка впала в Коонам с левой стороны близ переезду, а вышла она верстах в 5 из болот" 25. Поскольку от острожка Шиякокуль путники вновь возвратились на левый берег реки Корякской, то речка Тыжил - это нынешняя речка Горелая.

 

"Аагычь речка, от речки Тыжил в версте, вышла с левой стороны верстах в 3 из болот и близ переезду в речку Коонам впала близ сей речки. Коомахышта речка, впала в Коонам с левой стороны близ переезду. Тыга-Кигаречка, от речки Аагыча в версте, вышла с левой стороны верстах в 4 из болот, и близ переезду в речку Коонам впала. Шашхаум речка, от Тыга в одной версте, вышла с левой стороны верстах в 4 из болот, и близ переезду в реку Коонам впала. Немного повыше сей речки впала с той же стороны в Коонам Ашхоашчь речка, которая вышла верстах в 3 из болот" 26. Все эти речки, после проведения мелиоративных работ в данном районе, практически исчезли с лица земли, а потому приводить их последние по времени названия необходимости нет.

 
стр. 90

 

"Кумш речка, от Ашхоашчя версте в полуторе, вышла с левой стороны верстах в 5 из болот и близ переезду в речку Коонам впала" 27. По всей видимости река Кумш - это современная река Вахталка.

 

"Авача (Суаачю) река, недалеко от Кумша речки вышла верстах в 150 из хребта, и от переезду верстах в 35 впала в губу Восточного моря, которая по ней Авачинской называется. Немного пониже переезду Авачи реки вышеописанная речка Коонам впала в Авачю реку, а против переезду Авачи впала в Коонам с правой стороны речка Аалгачь, на которой стоит Шаман острожек пустой. В нем жили ясачные иноземцы, а у них тоион был Каначь, которой в 1731 году со своими родниками 6 человек казаков убил, а потом и сам убит от русских, посланных на авачинских изменников в поход. Во оном острожке строения было 2 юрты да 25 балаганов. А ясашных иноземцов было около 50 человек" 28.

 

То есть, как можно видеть, острожек Шаман был довольно многолюдным (во всех перечисляемых ранее острожках число "ясашных иноземцов" не превышало десятка человек), а потому у его жителей и возникла необходимость во время путины расселяться по "летникам".

 

Поскольку Крашенинников под иноземцами (если он специально не оговаривал, кого он конкретно - курильцев, коряков или ительменов - имеет в виду) обычно понимал ительменов, то к сказанному о жителях острожка Шаман следует добавить еще несколько слов.

 

Дело в том, что некоторое время спустя после первой поездки Крашенинникова, на месте нежилого острожка Шаман возник новый острожек, получивший название Коряки. И потому историки и краеведы единодушно считали, что именно в этом острожке проживали те самые коряки, о которых упоминал Крашенинников. Однако, во-первых, в его первый проезд острожек Шаман был пуст, а, во-вторых, сам Крашенинников место жительства описываемых им коряков привязывал не к реке Коонам (Корякской), а к реке Имашху (Пиначевской): "Верстах в 8 ниже устья Коонам пала в Авачу с северу Имашху речка, над которую живут коряки. Они прежде были оленные, но по отогнании оленей их неприятелъми учинились сидячими, и поселились на объявленном месте: впрочем не потеряли они ни обрядов своих, ни чистоты языка по сие время, что может быть наипаче от того происходит, что они в родство не вступают с соседями, но женятся и замуж выдают все в своем роду (Об оленных коряках в районе Авачи нет никаких сведений в более поздней литературе; по-видимому, они ассимилировались с ительменами. Доказательством их обитания в этих местах остались лишь некоторые топонимические данные: река Коряцкая - приток Авачи, Коряцкая сопка - Коряцкий хребет. - В. Б.)" 29. Так что, скорее всего, острожек Шаман получил свое новое название от тех коряков, которые в окрестностях этого селения выпасали стадо оленей, закупленных для нужд Второй Камчатской экспедиции.

 

Все сказанное об острожке Шаман еще раз показывает обидную невнимательность историков и краеведов, которые, не желая вникать в ландшафтную составляющую материалов Крашенинникова, допускают искажения его исторических и этнологических данных.

 

Но последуем за путешественником далее.

 

"Кыиштам речка, от переезду Авачи реки в 1 версте, впала с правой стороны в Имашху речку у нижеописанного Имашхи острожка. От вершины до ее устья по левому ее берегу ехали". В настоящее время река Кыиштам является, по сути дела, протокой реки Авачи.

 

" Сакайгачь речка, от вершины Кыиштама верстах в 5, вышла с левой стороны верстах в 7 из хребта и близ переезду в речку Кыиштам впала. Против переезду впала в нее с левой стороны Гаттагачь речка, которая вышла верстах в 3 из болот. Чрез нее близ устья ее, где впала в Сакайгачь, переежжали" 30.

 
стр. 91

 

Сакайгачь речка - это нынешняя река Колокольникова, впадающая слева в протоку Кыиштам в 4 км от реки Пиначевской.

 

"Чагыш речка, впала в Имашху речку с левой стороны немного повыше нижеописанного острожка, а вышла из болот близ переезду" 31. Чагыш - большой ручей, впадающий в реку Пиначевскую с левой стороны, напротив устья реки (протоки) Кыиштам, повыше острожка Имашху.

 

"Имашху острожек, от переезду Чагыша речки верстах в 2, стоит на левом берегу Имашхи речки, которая вышла верстах в 30 от острожка и впала в Авачу реку верстах в 3 от нижеописанного Кыттынана острожка. В помянутом острожке ясашных коряк 8 человек, из которых 2 собольников, а 6 человек лисишников. Тоион называется Вельля. Сей острожек платежа Верхнего Камчатского острога" 32.

 

Как можно видеть из этого описания, во время пребывания Крашенинникова на Камчатке небольшой род коряков действительно жил в острожке Имашху, который располагался в 5, примерно, верстах выше устья реки Имашхи (Пиначевой), вблизи устья нынешней реки Кирилкиной, о чем можно судить по следующему описанию: "Кумхычажин ключ, от речки Имашхи в 1 версте, вышел верстах в 2 из болот и впал в Имашху версте в полуторе выше нижеописанного (Кыттынана. - В. Б.) острожка. Вниз по ней, с версту отъехавши, на нее спустились и, отъехав с версты по ней, в сторону от нее поехали". Кыттынан речка, от Кумхычажина в 1 версте, вышла версте в полуторе из болот. И от того места, где к ней приехали, в полуверсте в речку Имашху впала" 33.

 

В самом деле, на левой стороне реки Пиначевской имеется ключ, который, описав большой полукруг, впадает в реку повыше устья речки Мутная-2. А еще километром ниже от последней располагается речка Мутная-1, которая, как представляется, и соответствует указанной речке Кыттынан. Правда, речка Мутная-1 гораздо длиннее, чем считал Крашенинников. Но, учитывая то, что ее истоки приурочиваются к болоту, и что течет она по ровной заболоченной местности, разглядеть ее начало, да еще зимой, когда русло засыпано снегом, просто невозможно. Впрочем, в данном случае для нас важна не подлинная протяженность реки Мутная-1, а то, что, судя по свидетельству Крашенинникова, именно возле ее устья на левом берегу стоял острожек Кыттынан.

 

"Кыттынан острожек стоит близ устья Кыттынана речки, на левом ее берегу. Строения в нем 2 юрты да 11 балаганов. Ясашных иноземцев платежу Болъшерецкого острога 7 человек, один собольник да 6 лисичников. Тоион называется Намакша. Здесь ночевали, а приехали в сей острожек пополудни около 4 часов" 34.

 

На следующий день Крашенинников проследовал, не останавливаясь, до Паратун острожка - конечного пункта своего первого маршрута. Но в тексте "Описания земли Камчатки" не приводилось упоминания еще об одном острожке - острожке Намакшин.

 

"Ниже речки Имашху верстах в 6 течет в Авачу с той же стороны Кокуива речка, от которой неподалеку стоит Намакшин острожек", - пишет по этому поводу сам Крашенинников 35.

 

Суть дела тут заключается в том, что автор примечания к этому свидетельству (В. В. Антропова) отождествила, следуя обычаю тех далеких лет, когда название тому или иному острожку давалось по имени его тойона, острожек Намакшин с острожком Кыттынан. Однако при этом Антропова явно не придала значения тому, что Крашенинников, перечисляя острожки, с которых брали ясак, упоминает лишь об одном острожке (Кыттынан) на реке Аваче, жители которого платили ясак в Большерецкий присуд (жители острожка Имашху, напомню, ясак платили Верхне-Камчатскому присуду). Причем тойоном этого острожка он в этот раз называет Пиничем, а не Намак-

 
стр. 92

 

шей. И ничего не говорит о том, что жители острожка Намакшин также платили ясак.

 

Но это означает, что либо не было самого острожка под именем Намакшин, либо в этом острожке не было жителей, и потому не с кого было брать ясак. Логичным выходом из этой ситуации будет признание того, что несколько выше устья реки Кокуивы на левом берегу реки Авачи стоял острожек Намакшин, служивший для жителей острожка Кыттынана летним жилищем. То есть "летником", наподобие острожка Шиякокуль, в который аборигены переселялись лишь на время ловли рыбы.

 

Предположение это подтверждается тем, что во время других посещений этих мест (а их было еще пять, и все в зимнее время), Крашенинников всегда проезжал и останавливался на ночлег только в острожке Кыттынан, причем он ни разу при этом не назвал острожек Кыттынан Намакшиным. Как, кстати, ни разу он больше не упоминал и о летнике Намакшин. Так что в 1738 г. в районе устья реки Имашху (Пиначевской) существовал один ительменский острожек - Кыттынан, и имелся один летник - Намакшин.

 

Стоит обратить внимание и на то, что вскоре после первого посещения Крашенинниковым этих острожков, их новым тойном стал ительмен Пинич, отчего река Имашху (названная так по имени корякского острожка) после того, как его жители в скором времени либо вымерли, либо были ассимилированы ительменами, получила свое новое имя - река Пиначевская.

 

Таким образом, Крашенинников от острожка Кыттынан проехал до летника Намакшин, стоявшего на левом берегу большой и рыбной реки Авачи. От него он поднялся вверх, к переезду, располагавшемуся напротив впадения в Авачу реки Тонш (Половинки), так как там пролегала набитая дорога от острожка Кыттынан к Паратунскому. И, наконец, перебравшись на правый берег Авачи, пересек современную реку Хуторскую, о которой он пишет: "Уаава-куя речка, от Тонша речки верстах в 3 вышла с правой стороны верстах в 7 из хребта и близ переезду в реку Авачю впала. Немного отъехав от сей речки спустились на Авачю реку" 36.

 

А вот далее Крашенинников приводит описание, на которое никто не обратил внимания: "Отъехавши от сей речки (Коаннажик-шхачу. - В. Б.) по Аваче версты с 2, поднялись на правую сторону Авачи реки и, отъехав от нее верст с 8, приехали к нижеописанной речке.

 

Паратун речка (ныне река Тихая. - Б. В.) вышла с левой стороны верстах в 10 из болот и в том месте, где к ней приехали, в Купху реку впала.

 

Купха река, шириною сажен 30 вышла верстах во 100 из хребта (к югу от указанной Крашенинниковым реки Паратунки. - Б. В.) и от переезду верстах в 5 в Авачинскую губу тремя устьями впала. Против переезду сей реки, на правом берегу есть иноземческой острожек Паратун называемой. Строения в нем 3 избы, из которых две новокрещенных иноземцов, а одна служивого человека, одна юрта жилая, две пустых. Ясашных иноземцов 16 человек, из которых 5 человек собольников, 10 лисишников, 1 тоион кошлока платит. Тоион называется Пётр, а прежде крещения назывался Карымча. Немного повыше сего острожка был на острову Купкиной реки иноземческой острожек, длинною сажен 15, а шириною сажен 13. Кругом острожка были 3 стены стоячие. Сверх того огорожен был редкими кольями вместо рогаток. Строения в нем было 2 юрты большие, да 5 малых, а балаганов с 30. Оной острожек укреплен от Авачинских изменников, которые в 1721 году казаков побили и опасаяся русских, во ином острожке засели. И он в 1732 году от русских людей разорен, а сидело в острожке иноземцов со 150, а русских было 60 человек" 37.

 

Эта цитата подтверждает уже высказанную мысль о невнимательном прочтении исследователями первичного текста, проигнорировавшими выс-

 
стр. 93

 

называние Крашенинникова, о том, что описываемая им река Паратунка берет свое начало не в хребтах, а в ключе - "... по местному "куржачин", который имеет сажен 5 - 7 в ширину и 20 - 25 в длину, с крутыми стенками и стоком в реку Тихую" - расположенному в 10 верстах к югу от современной реки Паратунки 38. То есть, современная река Паратунка во времена Крашенинникова именовалась рекой Купхой.

 

Перейдем к пребыванию Крашенинникова в самом Паратун острожке. "В острожек приехали около полудни (26 января. - В. Б.) и пробыли в нем по 30 числа сего месяца, понеже посыпан был от меня на другой день по приезде сюда служивой для проведывания пути к горелой сопке, которой возвратился генваря 29 поутру и объявил, что, ради весьма глубоких снегов и частого кедровника, на санках никоими мерами и на подножье горы въехать невозможно. И того ради я из оного острожка в Большерецкий острог возвратился", - пишет Крашенинников по этому поводу.

 

Вопреки этому мнению историки и краеведы упорно прочерчивают путь Крашенинникова к вулкану Аваче. Некоторые из них и само начало этого пути привязывают не к Паратун острожку, а к Ниакиной бухте, которую Крашенинников в первую свою поездку не посещал.

 

Не мог побывать Крашенинников и "... на горячем озерке у острожка тойона Паратуна, т. е. на знаменитой современной Паратунке", как считал историк Б. П. Полевой 39. Не мог, так как, во-первых, источники (ключи) эти располагались не на реке Паратунке времен Крашенинникова, а на реке Купхе, в 12 км выше острожка Паратун, а, во-вторых, известны они русским стали только более полувека спустя после пребывания путешественника на полуострове.

 

Впрочем, это далеко не последний случай невнимательного прочтения оригинала. Например, говоря о возвращении Крашенинникова в Большерецк, Полевой пишет: "Обратно возвращался (Крашенинников. - В. Б.) с заездом на р. Быструю на термальные источники у острожка Мылши (современные Малки)"40. То есть, Полевой считал, что подъехав к реке Сутунгучю, Крашенинников со своими спутниками повернул направо и, преодолев невысокий перевал между долинами рек Большой и Быстрой, доехал до Малкинских термальных источников.

 

Однако он никогда не был на Малкинских горячих источниках, ибо, как он сам пишет: "Горячие ключи в шести местах мною примечены, 1) на реке Озерной, которая течет из Курильского озера, 2) на речке Паудже, которая в Озерную пала, 3) на речке Бааню, которая за россошину Большой реки почитается, 4) близ Начикина острогу, 5) около Шемякинского устья, 6) на ее вершинах" 41. Да и в своем "Описании дорог..." он также ничего не говорит об этом немалом (около 35 км туда и столько же обратно) крюке, как и о Паратунских ключах. Возможно Полевой перепутал (по созвучию имен) острожек Мылши с острожком Мышху, и не более того.

 

Но вернемся к горящей горе и острожку Паратун с тем, чтобы лишний раз прояснить ситуацию и уточнить первоначальные планы первого маршрута Крашенинникова.

 

"Горящая гора очень крута, востроверхая. Из середины самой ее верхушки беспрестанно дым идет, оная гора вышиною всех около лежащих гор превосходит, кроме одной горы (Корякской сопки. - В. Б), подле нее находящейся, вышиною ей подобной, из которой сказывают, что в давные годы дым шол. Подножье горящей горы состоит до половины из гор, на которых лес ростет кедровник, а с половины оная гора голая. От подножья до вышины ... ее, по объявлению бывалых на ней за промыслом баранов русских людей, можно взойтить летним днем, а выше идти невозможно, потому что очень круто. Они же сказывали, что в той вышине, до которой они доходили, никакого особливого духу не чувствовали.

 
стр. 94

 

1737 году летом помянутая гора огонь выметывала, и в то время она очень гремела. А по громе поднялась от нее черная туча, из которой пало на землю пеплу так много, что им около лежащие места на вершок или больше покрыло. Она ж по отбытии моем с Авачи сего 1738 году в марте месяце, а в котором числе того бывшие там служивые, за неумением грамоты, не знают, очень жестоко гремела, а по громе вскоре и земля тряслась, только не весьма сильно, а из горы в то время ничего не выметывывало. А понеже на сию гору взойтить было невозможно ради глубоких снегов, того ради я к другой горящей горе, на Жупановой реке находящейся, не поехал потому что нынешним временем ради глубоких снегов, и на нее взъехать нельзя, но весною на обе вышеописанные горы 1739 году ехать отведаю, как возвратно из верхнего острога в Большерецкий поеду" 42.

 

Поняв, что зимой подняться на вулкан не получится, Крашенинников утром 30 января, около 5 час. утра, отправился в обратный путь. В тот же день путники доехали до острожка Кыттынан, в котором и заночевали. На следующий день, 31 января, путешественники проехали по той же дороге, минуя острожек Шиякокуль, до острожка Мышху, в который они приехали около полуночи. И, наконец, рано утром 1 февраля поехали вниз по реке Большой (Плотниковой) к Большерецку - то есть не через хребет, как это было в начале маршрута, а вдоль русла реки Большой.

 

"Из острожка Мышху поднялись февраля 1 дня поутру часах в 4 и ехали вниз по Большой реке.

 

Кохагычь речка, от острожка Мышху в полуверсте, вышла с левой стороны в верстах 3 из болот и близ переезду в Большую реку впала.

 

Ипокыя речка (река Ипукик. - В. Б.) от речки Кохатыга (Кохагычя? - В. Б.) в полуверсте, вышла с левой стороны верстах в 30 из хребта (на самом деле - вдвое меньше. - В. Б.) и близ переезду в Большую реку впала.

 

Кугунгучю речка от речки Ипокыя верстах в 4, вышла с левой стороны верстах в 5 из болот, и близ переезду в Большую реку впала.

 

Итуин речка (река Комсомольская. - В. Б.) от речки Кугунгучи в полуверсте, вышла с левой стороны верстах в 10 из болот, и близ переезду в Большую реку впала. Против нее впала в Большую реку с правой стороны Махшта речка (река Китажинец. - В. Б.), которая вышла верстах в 5 из хребта. Отъехав от сей речки с версту, спустились на Большую речку, и ехали по ней до устья нижеописанной речки. Идуянган (Итуин. - Б. В.) речка, от того места, где на реку спустились, в версте вышла с правой стороны верстах в 5 из болот, и впала в Большую реку. Против устья сей речки поднялись на левой берег к речке, Амгатунган называемой (ныне река Зиазова. - В. Б), и поехали вверх по ней в сторону от Большой реки. От взъему в версте видно было устье.

 

Сутукунгучю речка, которая впала в Большую реку, с правой стороны. А вершина ее из одного хребта вышла с Быстрою рекою, которая впала у Большерецкого острога в Большую реку. По оной речке летом ходят на реку Камчатку" 43.

 

Так мы вновь вернулись к реке Сутунгучю (Сутукунгучу), о которой уже упоминалось ранее. Примечательна эта речка, помимо того, что по ней летом ходили к реке Быстрой, еще и тем, что зимой, когда над внутренними районами Камчатки устанавливается устойчивый антициклональный режим атмосферной циркуляции, по ее долине дуют постоянные сильные и очень холодные ветры.

 

Причина их возникновения заключается в том, что и без того холодный зимний воздух, вследствие проявления закона вертикальной температурной инверсии, выстывает в межгорных долинах и котловинах до минус 30 - 35°, а иногда и до минус 45° и ниже. Причем, под воздействием преобладающего в зимнее время для этой части полуострова северо-западного и северного пе-

 
стр. 95

 

реноса воздушных масс этот воздух медленно смещается в южном направлении. И достигнув узкого, но невысокого и пологого перевала, отделяющего межгорную долину реки Быстрой от долины реки Большой (Плотниковой), скатывается с него в виде бора, что превращает продвижение навстречу ветру в крайне неприятное, если не сказать опасное, предприятие.

 

Вот почему местные жители зимой предпочитали переезжать от Каликина острожка не по самой реке Большой навстречу холодному ветру, а через горный массив Шапочка по рекам Банной, Халзан и Уздач. Вот отчего от реки Бааню к острожку Мышху зимой ездили не по реке Сарайной через очень пологий перевал, высотой чуть более 400 м, а по реке Халзан, где перевал хотя и выше почти на 300 м, однако бора как таковая там отсутствует. Поэтому на обратном пути каюры повезли Крашенинникова на описываемом далее участке не вдоль русла реки Большой, а иным путем, который хотя и не был короче, однако помогал избежать на этом крутом изгибе реки лобового столкновения с холодным ветром. Наконец, уже в наше время, до введения в строй автомобильной дороги на Усть-Большерецк, проходящей по долине реки Плотниковой (Большой), где проезжал Крашенинников, проходила гужевая дорога и была проложена линия электропередач.

 

Но вернемся к нашим путникам. По речке Амгагунган они ехали вверх чуть более 4 верст. А затем, через очень пологий перевал Чирельчик подъехали к речке Катсакужиначь и следовали по ней до ее впадения в речку Кутангу (ныне Чирельчик). Проехав вниз по левому берегу реки около 8 верст, нартовый обоз спустился на Большую реку и, проехав по ее руслу 2 версты, поднялся на правый берег реки Большой.

 

"Кыйгульхкычю речка (Тойонская), от взъему верстах в 2, впала в Большую реку с левой стороны, а вышла из одного хребта с вышеописанною Кутангою речкою. Кажчка речка, от речки Кыйгульхкычю в 1 версте, вышла с правой стороны верстах в 15 из хребта, и близ переезду в Большую реку впала. От устья сей речки спустились на Большую реку.

 

Кыйпканган речка от речки Кажчки верстах в 3, вышла с левой стороны верстах в 7 из болот, и впала в Большую реку. У устья сей речки поднялись на левой берег Большой реки.

 

Кужижакшкын речка, немного пониже устья вышеописанной речки вышла с правой стороны верстах в 10 из хребта и впала в Большую реку. Отъехавши с версту от речки Кыйпкангана переежжали чрез Большую реку. И немного отъехав по правому ее берегу, опять на левый берег переежжали.

 

Шияшанган речка от Кужижакшкына речки верстах в 3, вышла с левой стороны верстах в 3 из болот, и близ переезду в Большую реку впала. Кушхчю речка, от Шияшангана речки около версты, вышла верстах в 7 из хребта и впала в Большую реку с правой стороны.

 

Ушангын речка (Ушаган. - В. Б.), от Кушхчи верстах в 3, вышла с левой стороны верстах в 40 (на самом деле в 20. - В. Б.) из хребта и близ переезду в Большую реку впала.

 

Каликин острог, от Ушангана речки верстах в 2. Приехали в него часах в 8 ввечеру.

 

От Каликина острожка поехали февраля 2 дня часах в 9 поутру и ехали до Большерецкого острога по той же дороге, по которой и вперед.

 

В Болъшерецкий острог приехали того ж 2 дня часах в 3 пополудни" 44.

 

Так завершился первый маршрут студента Академии наук. Не стану утверждать, что удалось с абсолютной достоверностью разобраться во всех деталях этой поездки. Но, во-первых, сделать это можно только при тщательном анализе всех рукописей Крашенинникова, для чего у меня нет никаких возможностей. Во-вторых, надеюсь, что установив самые основные

 
стр. 96

 

несоответствия между комментариями к "Описанию земли Камчатки" других авторов (проезд от Апачи до Начик по долине реки Плотниковой, а не через хребет; проезд к реке Паратунке по рекам Плотниковой и Левой Быстрой, а не по рекам Корякской и Аваче; подъезд к Паратунскому острожку по реке Паратунке, а не по реке Тихой) и первичными данными, удалось обратить внимание на проблему неверного прочтения подлинных материалов Крашенинникова. Целых 250 лет историки, географы и краеведы повторяют одни и те же ошибки при интерпретации данных "Описания земли Камчатки" - этой основополагающей сводки по истории и географии полуострова времен его открытия и освоения.

 

Примечания

 

1. КРАШЕНИННИКОВ СП. Шестой рапорт Гмелину и Миллеру от 29 августа 1738 г. Описание земли Камчатки. С приложением рапортов, донесений и других неопубликованных материалов. М. -Л. 1949, с. 560.

 

2. Там же, с. 562 - 563.

 

3. Там же, с. 114.

 

4. Там же, с. 118.

 

5. Там же, с. 649.

 

6. Там же, с. 118.

 

7. Там же, с. 563.

 

8. Там же, с. 648.

 

9. Там же.

 

10. Там же.

 

11. Там же, с. 118 - 119.

 

12. ДИТМАР К. Поездки и пребывание в Камчатке в 1852 - 1855 гг. 4.1. Петропавловск-Камчатский. 2009.

 

13. КРАШЕНИННИКОВ СП. Описание дороги студента Крашенинникова. СП. Крашенинников в Сибири. Неопубликованные материалы. М. -Л. 1966, с. 202.

 

14. ЕГО ЖЕ. Описание земли Камчатки, с. 648 - 649.

 

15. Там же, с. ПО.

 

16. Там же, с. 649.

 

17. Там же.

 

18. Там же.

 

19. Там же, с. 122.

 

20. Там же, с. 649.

 

21. Там же.

 

22. Там же.

 

23. Там же, с. 122.

 

24. Там же, с. 649.

 

25. Там же.

 

26. Там же, с. 649 - 650.

 

27. Там же, с. 650.

 

28. Там же.

 

29. Там же, с. 122.

 

30. Там же, с. 650.

 

31. Там же.

 

32. Там же.

 

33. Там же.

 

34. Там же.

 

35. Там же, с. 122.

 

36. Там же, с. 652.

 

37. Там же.

 

38. КОМАРОВ В. Л. Путешествие по Камчатке в 1908 - 1909 гг. Петропавловск-Камчатский. 2008, с. 79.

 

39. ПОЛЕВОЙ Б. П. Предисловие. Описание земли Камчатки. Т. I. СПб. -Петропавловск-Камчатский. 1994, с. 7; ЕГО ЖЕ. Крашенинников Степан Петрович. Петропавловск-Камчатский. М. -Л. 1949, с. 6 - 7.

 

40. ЕГО ЖЕ. Предисловие, с. 7.

 

41. КРАШЕНИННИКОВ СП. Описание земли Камчатки, с. 212.

 

42. Там же, с. 563 - 564.

 

43. Там же, с. 654.

 

44. Там же.

Опубликовано 13 февраля 2020 года


Главное изображение:


Полная версия публикации №1581599631 + комментарии, рецензии

LIBRARY.BY ГЕОГРАФИЯ Первый маршрут С. П. Крашенинникова по Камчатке

При перепечатке индексируемая активная ссылка на LIBRARY.BY обязательна!

Библиотека для взрослых, 18+ International Library Network