публикация №1103982444, версия для печати

Эдвард Хастингс Чемберлин - КОНКУРЕНЦИЯ И МОНОПОЛИЯ - В УСЛОВИЯХ РЫНОЧНОЙ И ПЕРЕХОДНОЙ ЭКОНОМИКИ - ГЛАВА VIII. МОНОПОЛИСТИЧЕСКАЯ КОНКУРЕНЦИЯ И ТЕОРИЯ РАСПРЕДЕЛЕНИЯ, ИСХОДЯЩАЯ ИЗ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТИ ФАКТОРОВ


Дата публикации: 25 декабря 2004
Публикатор: БЦБ LIBRARY.BY
Рубрика: ЭКОНОМИКА - Зарубежные экономисты


ГЛАВА VIII. МОНОПОЛИСТИЧЕСКАЯ КОНКУРЕНЦИЯ И ТЕОРИЯ РАСПРЕДЕЛЕНИЯ, ИСХОДЯЩАЯ ИЗ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТИ ФАКТОРОВ1
Не поднимая спорных вопросов о самой теории производительности, примем здесь в целях исследования, что она действительна в условиях чистой конкуренции, с которой ее (до недавнего времени) всегда явно или неявно связывали. Ее центральное положение, что факторы производства оплачиваются в соответствии с их "предельной производительностью", допускает самые различные толкования2. Для наших целей важны три возможных значения понятия "предельная производительность". Оно может относиться к любому из трех добавлений, вызванных наличием предельной единицы некоторого фактора: а) к натуральному продукту, b) к стоимости натурального продукта или с) к доходу.
Рассмотрим первое из этих значений. Вполне мыслимо, что даже в экономической системе, характеризующейся высокой степенью разделения труда, факторы производства могут оплачиваться в буквальном смысле своим натуральным продуктом. Сельскохозяйственные рабочие, служащие ресторанов и домашняя прислуга получают по крайней мере часть своей заработной платы в виде продукта, производству которого они содействовали: можно также упомянуть случай крупной винокуренной компании, недавно выплатившей своим акционерам дивиденд натурой (виски). Однако обычно получатели доходов потребляют лишь незначительную долю продукта того предприятия, с которым они связаны, или вообще не потребляют его. Реализация продукта может быть осуществлена значительно эффективнее самим предприятием, нежели отдельными лицами, - настолько эффективнее, что было бы явным абсурдом выплачивать доходы продуктами предприятия и возлагать бремя рыночного обмена на получателей дохода. Часто это вообще невозможно, как, например, в случае оплаты услуг. Вот почему, хотя под "предельным продуктом" обычно понимали натуральный продукт, положение, что факторы производства оплачиваются в соответствии с их "предельной производительностью", означало, что они оплачиваются не самим продуктом, а деньгами, вырученными от его продажи. Таким образом, второе значение термина "предельная производительность", относящееся к стоимости натурального продукта, просто учитывает факт обмена; это эквивалент натурального продукта в денежном выражении, натуральный продукт, помноженный на его продажную цену. Именно этого значения понятия "предельная производительность" мы будем придерживаться на всем протяжении главы.
С другой стороны, предельный доход продукта (marginal revenue product), или, по обычной терминологии, предельная стоимость продукта (marginal value product), - это, вообще говоря, нечто совершенно отличное от натурального продукта или его денежного эквивалента. Это понятие относится к добавочному доходу, а именно к разности между величиной суммарного дохода (равного цене единицы, помноженной на число единиц), получаемого, когда применяется последняя единица данного фактора, и величиной суммарного дохода, когда эта последняя единица не применяется. На рис. 31 при увеличении количества продукта от ОА до ОБ в силу добавления еще одного рабочего стоимость предельного продукта (the value of the marginal product) будет ABQH и предельный доход продукта будет равен разности OBQN - ОАРМ (или АВОН -NHPM).
Более точное определение предельного дохода продукта может быть дано с помощью кривой предельного дохода. Предельный доход продукта предстанет тогда как предельный натуральный продукт, помноженный на предельный доход3. Если RR' (на рис. 31) -кривая предельного дохода, то предельный доход продукта выразится площадью ABEF.
Очевидно, что предприниматель всегда и повсюду, будь то при чистой или при монополистической конкуренции, заинтересован только в предельном доходе продукта тех факторов производства которые он применяет. Но при чистой конкуренции предприниматель в состоянии менять объем своей продукции без того чтобы это ощутимо сказалось на цене; поэтому предельный доход продукта идентичен со стоимостью предельного продукта Другими словами, так как при чистой конкуренции кривая спроса на продукт отдельного производителя есть горизонтальная линия то кривая предельного дохода этого производителя совпадает с нею Предельный доход всегда равен продажной цене. Стало быть, для отдельного конкурента предельный продукт и предельный доход продукта всегда тождественны. И, таким образом, предприниматель, будучи заинтересован только в предельном доходе продукта некоторого фактора, и выручая его, получает, однако, тем самым и оплату предельного продукта этого фактора.
Это графически показано на рис. 32, а и 32, б. Рис. 32, б - хорошо известная диаграмма, дающая кривые спроса md и издержек ее' для отдельного производителя при чистой конкуренции; рис. 32, а дает кривые спроса DD' и издержек МС, принимая издержки постоянными, для продукта всех производителей. На двух этих диаграммах одни и те же факторы показаны, следовательно, с двух разных точек зрения. Из рис. 32, б ясно, что (как я и доказывал), с точки зрения отдельного производителя, стоимость предельного продукта abqh равна предельному доходу продукта dbqm - oahm. Рис. же 32, а явно противоречит этому; здесь стоимость предельного продукта равна ABQH и предельный доход продукта меньше, а именно ABQH - MHPN (что равно OBQM - ОАРN). Но не следует забывать, что отдельного продавца интересует его собственный предельный доход продукта, а не тот, который складывается для всего рынка. Если принять эластичность кривой DD' (рис. 32, а) между точками Р и Q равной единице, то отдельный продавец, расширяя объем своей продукции на величину АВ, ничего не прибавляет к стоимости всей массы продуктов и поэтому ничего не прибавляет также к доходу, полученному всеми вместе взятыми производителями от продажи этой массы. Но, как показывает рис. 32, б, отдельный продавец, расширяя объем своей продукции, получает соответственное добавление к ее стоимости; это происходит потому, что потеря на цене распространяется на большое число производителей, а увеличением объема продаж пользуется он один. Вот почему цена установится на уровне BQ (см. рис. 32, а), а не АР или каком-либо другом уровне, при котором может остаться неизменной стоимость общей массы продукта. И именно по этой причине при чистой конкуренции каждый фактор получит стоимость его предельного продукта.

Обратимся теперь к монополистической конкуренции. Прежде всего вспомним, что при этом число переменных в нашей задаче увеличивается. Объем продукции в этом случае лишь частично обусловлен ценой. Теперь он является функцией также "продукта" (в его различных аспектах) и издержек сбыта4. Отношение, в котором варьирование продукта стоит к теории производительности, мы не будем здесь брать в расчет. Примем, что изменения в пропорциях между факторами производства имеют результатом изменение количества того же самого продукта, а не изменения в характере продукта. (Если угодно, можно предположить, что оптимальный "продукт" уже найден и что в соответствии с этим сузились возможности варьирования решений. ) Что же касается издержек сбыта, то мы лишь временно оставим их в стороне. Проблемы, возникающие в связи с ними, сложны, и мы вкратце укажем на них позднее.
Итак, взглянем сейчас на соотношения между ценой и количеством продукта при монополистической конкуренции. Из того, что кривая спроса на продукт отдельного производителя имеет наклон, сразу же явствует, что для этого производителя предельный доход продукта какого-либо фактора неизбежно меньше стоимости предельного продукта этого фактора. Если DD' (рис. 31) есть кривая спроса на продукт одного продавца при монополистической конкуренции и дополнительный рабочий увеличивает продукт с ОА до ОБ, то стоимость его предельного продукта будет ABQH, а его предельный доход продукта будет ABQH - NHPM. Применяя дополнительное количество труда, предприниматель сообразуется скорее с последним, нежели с первой, а отсюда следует, что он никогда не сочтет прибыльным и часто будет считать для себя невозможным оплатить факторам (любому из них) стоимость их предельных продуктов. Это становится невозможным, когда конкуренция смещает его кривую спроса влево до точки, где исключается всякая сверхприбыль, как мы это видим на рис. 31. Если кривая спроса лежит правее , то вырученной сверхприбыли может быть либо достаточно, либо недостаточно, чтобы позволить выплатить каждому наемному фактору его предельный продукт. Однако если мы примем, что предприниматели стремятся довести свои прибыли до максимума, они во всяком случае не станут так оплачивать ни один из этих (наемных) факторов; что же касается прочих факторов, то в их положении никаких изменений не произойдет. Нельзя не прийти к заключению, что даже самый незначительный элемент монополии с необходимостью низводит оплату всех факторов, занятых в той или иной фирме, ниже стоимости их предельных продуктов5.
Следует подчеркнуть, что та доля, которая выплачивается каждому фактору при распределении, отклоняется от предельного продукта фактора всегда в одну сторону - она всегда меньше. Это усиливает вывод, на который мы обратили особое внимание при изложении общей теории монополистической конкуренции, а именно - что чистая конкуренция не норма, а скорее крайний, предельный случай. Вообще говоря, фактические цены, доли в распределении и условия производства не имеют тенденции устанавливаться на уровне, который они занимали бы при чистой конкуренции, или колебаться около этого уровня. Скорее они стремятся к нормам, которые невозможно определить, если в полной мере не признать роли элементов монополии. За исключением тех случаев, когда фактически имеются условия чистой конкуренции, теория, исходящая из конкуренции, представляет собой скорее искажение действительности, чем приближение к ней.
Заметим, что все факторы (не только один какой-либо из них, скажем труд) оплачиваются суммой, которая ниже стоимости их предельных продуктов; и все же из диаграммы явствует, что это совместимо с тем, что общая сумма, выплаченная им всем, в точности равна всему суммарному продукту, оцененному по его продажной цене. В кривую издержек включена лишь минимальная прибыль; не существует такого избытка, который мог бы быть приписан "эксплуатации6. Здесь необходимо разобраться. Дело выглядит так, что каждый фактор производит больше, чем получает, и при этом, однако, не остается ничего лишнего после того, как все они получили свою оплату.
Ответ мы находим в том обстоятельстве, что сумма доходов, исчисленных на основе предельных продуктов, больше суммарного продукта. Эти две величины будут равны лишь в том случае, если функция производительности есть однородная функция первой степени, т. е. если малое пропорциональное изменение всех факторов, вместе взятых, приводит к пропорциональному изменению продукта. Это возможно только тогда, когда средние издержки и средний доход (цена) остаются при таком изменении постоянными. Другими словами, это справедливо только при чистой конкуренции, когда для малых отклонений от равновесия (от точки минимума на кривой издержек) как кривая спроса, так и кривая издержек приблизительно горизонтальны. Здесь стоимость предельного продукта и предельный доход продукта равны; и вся сумма, выплаченная факторам (в соответствии ли с первой или в соответствии со вторым), будет в точности равна всему суммарному доходу; который подлежит распределению. В условиях монополистической конкуренции, по мере того как кривая спроса все больше и больше отклоняется от горизонтали, так что точка ее касания с кривой издержек перемещается все дальше и дальше влево от точки минимума последней, расхождение между предельными продуктами и предельными доходами продукта возрастает. Сумма последних по-прежнему укладывается в суммарный продукт; сумма первых все больше и больше превышает его. Конечно, если кривые спроса на продукты какой-либо фирмы лежат выше кривых издержек, то такая фирма получает монопольную прибыль, и это говорит о возможности несколько поднять доходы наемных факторов, быть может, даже до уровня стоимости их предельных продуктов. Однако даже здесь невозможно, чтобы все факторы были оплачены в размере своих предельных продуктов: наемные факторы выиграли бы за счет доли, образующей прибыль, фактор "предпринимательство" получил бы теперь не только меньше своего предельного продукта (как было прежде), но даже меньше предельного дохода продукта. (Разумеется, сумма, получаемая предпринимательством или любым другим фактором, может быть меньше, чем предельный доход продукта, и при этом все же больше цены предложения этого фактора. ) К тому же кажется очевидным, что если в таких фирмах какой-нибудь особый фактор, например труд, оплачивается в большей мере, чем в других, то это означает установление неравных норм оплаты за одну и ту же работу на разных предприятиях. Ясно, что исправлять это надо скорее устранением монопольных прибылей посредством регулирования цен в пользу потребителя, нежели передачей части этих прибылей рабочим.
Пигу определил эксплуатацию как положение, при котором заработная плата меньше, чем предельный натуральный продукт труда, оцененный по его продажной цене7. Очевидно, что такое определение подходит только к условиям чистой конкуренции. В обстановке чистой конкуренции соотношение между предельными продуктами и суммарным продуктом таково, что существует возможность оплатить труд и все факторы в размере полной стоимости их предельных продуктов и при этом не превысить сумму, подлежащую распределению. В этих условиях, если труд получает меньше стоимости его предельного продукта, наниматели действительно кладут в свой карман часть дохода, приносимого предельным рабочим. Но такое определение эксплуатации не подходит для монополистической конкуренции, где такие условия не соблюдаются. Здесь все факторы по необходимости "эксплуатируются" в указанном смысле, без этого невозможно уложить всю массу платежей в пределы суммы, предназначенной для производства этих платежей. Чтобы избежать обвинения в "эксплуатации", нанимателям пришлось бы пойти на банкротство. Тем не менее г-жа Робинсон принимает такое конкурентное определение для монополистической сферы и даже рассматривает вопрос о том, как можно было бы здесь устранить "эксплуатацию". Вполне естественно, она обнаруживает, что, вообще говоря, добиться этого невозможно, если только не ввести условий "совершенной" конкуренции!8
Перехожу теперь к другой стороне проблемы. До сих пор мы молчаливо принимали, что продукт, добавляемый новым рабочим, занятым у любой фирмы, представляет собой чистое добавление к общественному продукту, т. е. что это добавление не сводится на нет уменьшением продукта где-либо в другом пункте системы. И вполне возможно, что так оно и будет. Но рассмотрим кратко по крайней мере один случай, когда это не так. Существует ряд причин, по которым цены могут постоянно и привычно оставаться на некотором уровне, превышающем тот, к которому привела бы их ничем не сдерживаемая конкуренция при помощи цен.
Такое положение может встретиться повсюду, где какой-либо отдельный продавец находится в непосредственной конкуренции лишь с немногими другими продавцами, как это имеет место в значительной части промышленности. Оно может возникнуть также и там, где на ценовую конкуренцию наложены ограничения в силу фактических или молчаливых соглашений, деловой или профессиональной "этики", осуждающей тех, кто "сбивает цены", вследствие порядка, при котором розничные цены устанавливаются фабрикантом или определены традицией или обычаем, и вообще в условиях, когда энергия, которую предприниматели тратят на борьбу с конкурентами, направляется ими на внеценовую конкуренцию. Если цены поддерживаются этими факторами на высоком уровне, может происходить общее увеличение инвестирования ресурсов без уменьшения прибыли, выручаемой каждой фирмой. Когда для новых фирм появляется возможность внедриться на данном рынке и обеспечить за собой его часть, они эту возможность используют. В меру реализации этой возможности будет возникать состояние общего избытка мощностей, замаскированное тем фактом, что, вообще говоря, прибыли стоят не выше конкурентного уровня. Как складывается при таких обстоятельствах стоимость предельного продукта любого фактора производства по мере роста массы применяемых ресурсов?
С точки зрения всего общества, под производительностью любого фактора или любой группы факторов, составляющих предприятие, следует понимать суммарный продукт, который им создается, минус тот продукт, созданию которого другими предприятиями помешало наличие данного предприятия. Предположим, что при существующих ценах три бензиновые колонки в достаточной степени удовлетворяют спрос на бензин на каком-то перекрестке и что появляется колонка четвертой компании. Каков будет объем продукта, добавляемого новой колонкой?
Если произойдет просто разделение существующего сбыта между этими четырьмя колонками при сохранении старых цен, что весьма возможно, то вообще трудно увидеть какое-либо ощутимое добавление. Разность между стоимостью услуг, доставляемых новой колонкой, и тех услуг, которые уже больше не доставляются тремя старыми колонками, приблизительно равна здесь нулю. Несомненно, те потребители, для которых новая колонка расположена более выгодно, могут получить некоторые дополнительные Удобства. Добавочный продукт в этом случае уже не будет равен нулю, но он будет значительно меньше, чем если бы мы рассматривали новую фирму изолированно. И здесь появляется дальнейшее Усложнение. Так как объем продаж каждой фирмы уменьшается, то средние издержки на единицу возрастают. Возможно, что при быль первых трех фирм до того, как к ним присоединилась четвертая, была достаточно велика, так что все четыре могут теперь покрыть свои издержки (включающие минимальную прибыль), не прибегая к изменению цены. Но может получиться и так, что, столкнувшись с возросшими издержками, все они сочтут необходимым повысить цены. Каждый найдет возможным сделать это, не очень опасаясь, что выступит конкурент с более низкой ценой: ведь каждая фирма теперь настоятельно заинтересована в том, чтобы избежать такого понижения цены, которое, в случае если она будет пользоваться своей нормальной долей имеющегося сбыта, не помешало бы покрыть издержки этих обстоятельствах появление четвертого продавца фактически уменьшает (в силу роста цен) продукцию всей группы. Поскольку продукт, получаемый в результате применения ресурсов этого продавца, есть отрицательная величина, их стоимость в текущих ценах будет также величиной отрицательной.
Во всех случаях, когда ценовая конкуренция не в состоянии функционировать эффективно, возникают подобные осложнения, и они должны быть приняты в расчет при определении чистого продукта, добавляемого новой фирмой, или предельной единицей любого применяемого ею фактора. В таких случаях оказывается, что стоимость чистого общественного предельного продукта какого-либо фактора может быть даже отрицательной и, во всяком случае, что она будет значительно меньше его предельного продукта для отдельной фирмы. Ясно, что стоимость чистого общественного предельного продукта этого фактора не находится ни в каком отношении с предельным доходом продукта, который он создает для фирмы, а стало быть, и с размером получаемого им дохода.
Но, быть может, самый сокрушительный удар, который монополистическая конкуренция наносит теории производительности, исходит от рекламы и издержек сбыта. Такого рода издержки, как сейчас общепризнано, совершенно несовместимы с чистой конкуренцией; с другой стороны, теория производительности совместима только с чистой конкуренцией. Не удивительно поэтому, что доходы факторов, занятых в сфере сбытовой деятельности, не находят в этой теории вообще никакого объяснения.
Хотя затраты на сбыт, как мы помним, имеют целью скорее изменение спроса, чем производство товаров для его удовлетворения, они могут косвенно оказывать влияние на производительность. В качестве первого результата таких затрат, сделаны ли они отдельной фирмой, группой фирм какой-либо "отрасли" или же всеми фирмами, складывается новая система кривых спроса. Разумеется, производители, действующие в противоположных направлениях, в какой-то мере нейтрализуют друг друга, так что эти их действия не изменят спроса на производимые ими продукты, а лишь добавят к издержкам сумму расходов на рекламу9. Однако, вообще говоря, одни расходуют большие суммы, другие поменьше, а третьи вовсе ничего не расходуют; эффективность результатов будет различной, они обязательно будут неодинаковыми. Таким образом, хотя, с одной стороны, согласно определению, затраты по сбыту ничего не вносят для удовлетворения нового спроса, ими созданного, они, с другой стороны, могут быть косвенной причиной перераспределения производственных ресурсов, за которым последует увеличение или уменьшение совокупного продукта.
Чтобы определить такого рода косвенную производительность, приписываемую издержкам сбыта, необходимо, очевидно, прежде всего вычесть издержки производства рассматриваемых товаров. После того как это проделано, предельный продукт дополнительных затрат на факторы, занятые сбытом, измеряется стоимостью продукта, добавленного благодаря этим затратам, минус стоимость тех товаров, которые теперь больше не производятся вследствие того, что на них исчез спрос10. Если принять весь суммарный денежный доход постоянным, дело будет выглядеть так, как будто бы положительные и отрицательные элементы в точности погашают друг друга и чистый предельный продукт равен нулю.
В действительности, однако, дело еще сложнее. Например, реклама может изменять эластичность кривых спроса и, несомненно, делает это. Когда создаются или усиливаются предпочтения, оказываемые покупателями специально тем, а не иным продуктам, спрос делается менее эластичным, число фирм умножается и условия производства становятся, вообще говоря, менее эффективными. Когда информация о продуктах, ценах и состоянии рынка распространяется более эффективно, спрос может стать более эластичным, число фирм может уменьшиться и выпуск продукции на одну фирму может возрасти, сопровождаясь появлением экономии11. Определяя предельную производительность факторов, применяемых в сбытовой деятельности, необходимо учесть всю подобную информацию и суммировать все элементы; лишь таким путем можно прийти к представлению о чистом продукте, порожденном затратами по сбыту и оцененном по рыночным ценам (за вычетом издержек производства, отличных от издержек сбыта). При этом безразлично, выражается ли чистый продукт положительной или отрицательной величиной. Таким образом, представляется вполне возможным сформулировать понятие предельного продукта для факторов, запятых в сфере сбыта, проводя строгую параллель с определением, взятым из сферы производства. Вся трудность лишь в том, чтобы выявить и измерить участвующие здесь элементы. Однако для той задачи, которую мы себе здесь ставим, важно следующее: даже если допустить, что их можно было бы выявить, не существовало бы абсолютно никакой связи между определенным таким способом предельным продуктом и тем предельным продуктом, который получает фирма от фактора, используемого ею в целях изменения спроса в свою пользу. Считать, что факторы, используемые в сфере сбытовой деятельности, оплачиваются в соответствии со стоимостью их предельных продуктов, было бы явным абсурдом.
Наше главное положение, что наклонная кривая спроса для отдельной фирмы приводит к тому, что фактор оплачивается ниже стоимости его предельного продукта, ныне (в 1936 г. ) стало в известной мере общепринятым. Ввиду того что это положение так легко доказывается и что, насколько мне известно, его никто не оспаривал, мы вправе, по-видимому, сказать, что его принимают все те, чье внимание в последние годы было привлечено к проблемам монополистической и несовершенной конкуренции12. В самом деле, с тех пор как Робинсон дала такое определение предельной производительности13, которое совпадает с тем, что я здесь назвал предельным доходом продукта, и за нею последовали другие, возникла опасность, что оно будет принято со слишком большой легкостью. Я хочу этим сказать, что многими оно будет принято без какого-либо понимания той метаморфозы, которая здесь произошла. Обычно считалось, что факторы оплачиваются согласно их "предельной производительности" при чистой конкуренции; теперь считается, что они оплачиваются согласно их "предельной производительности" при монополистической конкуренции, и выходит как будто, что принцип, действующий в обоих случаях, по крайней мере по своему существу, один и тот же. Между тем ясно, что это вовсе не один и тот же принцип. Правда, правило, действительное для монополистической конкуренции, применимо и к чистой конкуренции, так как оно универсально14. Оно универсально, потому что представляет собой (это ясно после минутного размышления) немногим больше чем пересказ на языке приращений той аксиомы, из которой обычно исходит экономическая теория, а именно, что производители стремятся к максимальной прибыли. Но другое правило, действительное для конкуренции, - что факторы оплачиваются согласно стоимости их предельных продуктов, - приложимо только к условиям конкуренции. Выше было показано, что если налицо элементы монополии, то не существует решительно никаких тенденций к тому, чтобы факторы оплачивались таким именно образом. , И все же здесь, в области теории распределения, в точности повторилось то, что произошло с теорией стоимости, которую построили в категориях конкуренции; теория распределения, основанная на производительности, понималась обычно в том смысле, что доходы каждого фактора равны стоимости его предельного продукта15.
Но тому, кто осознал значение элементов монополии, уже невозможно дольше интерпретировать понятие предельной производительности в плане некоего денежного эквивалента натурального продукта; и, чтобы устранить возникающие здесь неясности, я ввел термин "предельный доход", который г-жа Робинсон так искусно использовала в другой связи. Следует, разумеется, избегать легкомысленного отождествления разнородных понятий, которое становится возможным, когда им дают одно и то же название. Если бы термины "стоимость предельного продукта" (value of marginal product) (для конкурентного принципа) и "предельная стоимость продукта" (marginal value product) (для более общего принципа, охватывающего и чистую и монополистическую конкуренцию) применялись достаточно строго, мы бы далеко продвинулись в направлении желанной цели. Но дело в том, что этих терминов не желают строго придерживаться. У различных авторов слово "стоимость" неизбежно выпадает то из одного, то из другого термина16, и сокращенные термины "предельный продукт" и "предельная производительность" приобретают скользкий, неустойчивый смысл. Но если и употреблять всегда слово "стоимость" и всегда ставить его на нужное место, все же своим сходным звучанием два указанных выражения могут ввести в заблуждение, так как составлены они из одних и тех же слов, взятых в разной последовательности.
Обозначая добавление к денежному доходу фирмы словами "предельный доход продукта", мы сообщаем нашим двум понятиям необходимый строгий контраст. Термин "предельный доход" применим как к единице фактора производства, так и к единице продукта, - он имеет вполне установившийся смысл, когда речь идет о последней, и этот смысл может быть легко перенесен и на первую. В интересующей нас здесь связи слово "доход" имеет еще и то преимущество перед словом "стоимость", что доход есть понятие, тесно связанное с отдельной фирмой; оно подчеркивает поэтому как раз то обстоятельство, которое можно легко упустить, а именно, что действие нашего принципа сразу же прекращается, как только мы выходим за пределы отдельной фирмы. Тем самым теория лишь утверждает, что доход любого фактора имеет тенденцию сравняться с его предельным взносом в доход (может быть, позволено будет сказать в "прибыль"?) той фирмы, которая этот фактор применяет. Она абсолютно ничего не говорит по поводу его взноса в какую-либо совокупность вне этой фирмы - в совокупность социального, а не индивидуального значения, например в такую, как суммарный продукт или стоимость продукта, находящегося в распоряжении экономического сообщества. Вообще, лишь постулируя чистую конкуренцию, можно связать доходы факторов с такого рода понятиями. Во всяком случае, так выглядит дело в настоящее время. Возможно, что следующим шагом в исследованиях будет предложение новых критериев для суждения о результатах, к которым приводит теория монополистической конкуренции, - иных критериев, чем те, что вытекают из теории чистой конкуренции17.
--------------------------------------------------------------------------------

ПРИМЕЧАНИЯ
1 Переработка доклада, прочитанного в собрании Американской экономической ассоциации в Филадельфии в декабре 1933 г. и частично резюмированного в "American Economic Review" (Vol. XXIV. 1934. P. 23). Перепечатано с разрешения издателя из Explorations in Economics" (New York, 1936).
2 Ср. Machlup F. On the Meaning of the Marginal Product // Explorations in Economics. P. 250
3 Строго говоря, каждая единица предельного продукта должна быть помножена на свой предельный доход и затем взята сумма полученных произведений.
4 Эти вопросы более полно рассмотрены в главе 5
5 Следует мимоходом отметить, что кривая издержек, относящаяся к изменениям одного какого-либо фактора при постоянстве других, - это не та долговременная кривая, которая обычно рассматривается нами в настоящем исследовании, исходящем из того что ресурсы организованы наиболее эффективно для каждого объема выпускаемой продукции. Если принять, что они наиболее эффективно организованы для объема продукции ОB, то точка Q будет лежать на этой долговременной кривой. Отклонение какого-либо одного фактора от этой точки при неизменности остальных факторов привело бы, вообще говоря, к условиям производства, несколько менее эффективным в сравнении с условиями, которые являются оптимальными для получающихся теперь объемов продукции. Поэтому относящаяся сюда кривая лежала бы выше той кривой, которая определяется наиболее эффективной организацией факторов для каждого объема выпускаемой продукции во всех точках, за исключением точки Q, в которой эти две кривые касались бы одна другой. По поводу соотношения между этими двумя рядами кривых издержек см. Приложение В.
6 Другого взгляда придерживается Робинсон (Pobinson J. The Economics of Imperfect Competition. P. 283 ff).
7 Pigou A. C. Economics of Welfare. P. 549.
8 Дальнейшее рассмотрение этих вопросов приводится ниже.
9 Это увеличение издержек означает, конечно, повышение цен, изменение суммарных расходов потребителей на весь класс рассматриваемых товаров и, стало быть, Косвенно изменение кривых спроса на другие товары.
10 В число этих благ, производство которых прекратилось, должен быть включен Досуг, если реклама побудила людей жертвовать досугом ради производства большей Массы товаров.
11 Именно этого рода влияние чаще всего выдвигает в свою защиту индустрия рекламы. Ясно, однако, что если бы социальное оправдание рекламы строилось на этом, то необходимо было бы сопоставить приращение продукта, косвенно получившееся в результате использования ресурсов для увеличения эластичности рынка, с тем приращением продукта, которое получилось бы, если бы те же ресурсы были применены непосредственно в производстве.
12 Помимо г-жи Робинсон, больше кого-либо другого сделавшей для исследования тех проблем распределения, которые возникают под воздействием "несовершенной конкуренции, можно упомянуть: Н. Калдора (Econornica. Vol. I. August 1934. P. 337): Р. Ф. Кана (Economic Journal. Vol. XLV. March 1935. P. 3); Ф. Махлупа (Exploration of Economics. P. 250) и, вероятно, других.
13 Robinson J. The Economics of Imperfect Competition. P. 237.
14 За исключением случаев монопсонии. [Монопсония - термин, введенный в политическую экономию Дж. Робинсон для характеристики положения, когда на рынке какого-либо товара имеется только один покупатель. - Прим. науч. ред.]
15 Объем книги не позволяет привести многочисленные цитаты из сочинений авторов, стоящих за такое толкование теории "производительности". Маршалл, правда, формулирует этот принцип в более общих категориях некоего чистого добавления к стоимости суммарного продукта фирмы (Principles of Economics. P. 406, 521), но делает он это, по-видимому, полагая, что натуральный продукт обычно не поддается строгому разделению на определенные единицы. Он явно стоит за конкурентную формулировку рассматриваемых нами проблем (Mathematical Appendix. Note XIV). См. также Лигу (Pigou А. С. Economics of Welfare. P. 119) и Хикса (Hicks J. R. Theory of Wages. P. 8). Интерпретация Найта свидетельствует о его колебаниях. Хотя он защищает в качестве производительных факторов и монополистическое ограничение объема продукции (Knight. Rysk, Uncertainty and Profit. P. 186) и издержки сбыта. Мы находим у него также ясно выраженную конкурентную формулировку. Много примеров можно найти в учебниках (Garver and Hansen. Principles.
16 Так мы говорим о теории распределения, основанной на "предельной производительности", Маршалл пользуется термином "чистый продукт", Робинсон употребляет выражение "предельная производительность" в смысле предельной стоимости продукта, и так далее. Кап (Economic Journal. Vol. XLV. March 1935. P. 3) употребляет слово "производительность" в обоих смыслах. Его "предельная частная производительность" определяется им как стоимость продукта, а несколькими строками дальше, в сноске, он говорит, что "в последующем изложении. . . (общественная?) "производительность" - это "стоимость продукта".
17 Дальнейшее исследование элементов монополии в области распределения и особенно в области заработной платы см. в моей статье (см. Chamberin E. H. The Monopoly Power of Labor // The Impact of the Union. New Jork, 1951).

Опубликовано 25 декабря 2004 года


Главное изображение:


Полная версия публикации №1103982444 + комментарии, рецензии

LIBRARY.BY ЭКОНОМИКА Эдвард Хастингс Чемберлин - КОНКУРЕНЦИЯ И МОНОПОЛИЯ - В УСЛОВИЯХ РЫНОЧНОЙ И ПЕРЕХОДНОЙ ЭКОНОМИКИ - ГЛАВА VIII. МОНОПОЛИСТИЧЕСКАЯ КОНКУРЕНЦИЯ И ТЕОРИЯ РАСПРЕДЕЛЕНИЯ, ИСХОДЯЩАЯ ИЗ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТИ ФАКТОРОВ

При перепечатке индексируемая активная ссылка на LIBRARY.BY обязательна!

Библиотека для взрослых, 18+ International Library Network