Классики и их классические извращения законов общественных и естественных наук

Классики и их "классические" извращения законов естественных и общественных наук
Рябинин Н.С.

Беда, коль пироги печёт сапожник, а сапоги точает пирожник. И.А.Крылов.





Почему беда, всем понятно. Будешь всегда голоден и бос. А что будет, если наукой экономикой займётся политик?
К гадалке ходить не нужно, науку он превратит в инструмент своей политики. А вы, каким были, таким и останетесь. Голоден и бос. Не забывайте, всякая, неописуемо благородная политика, преследует всегда скрытую корыстную цель.
Посмотрим на это на конкретном примере творчества такого политика. Маркс махровый политик. Открываем его, отлично раскрученый труд, под названием Капитал, том 1, отдел 3, глава 5, параграф второй. Называется "Процесс увеличения стоимости" Читаем следующее:
"При продаже рабочей силы предполагалось, что её дневная стоимость равна 3 шилл., что в последних воплощено 6 рабочих часов и что, следовательно, это количество труда требуется для того, чтобы произвести среднюю сумму жизненных средств рабочего на один день. Если наш прядильщик в течение одного рабочего часа превращает 1 и 2/3 ф. хлопка в 1 и 2/3 ф. пряжи,то за 6 часов он превратит 10 ф. хлопка в 10 ф. пряжи. Следовательно, в процессе прядения хлопок впитывает 6 рабочих часов. Это же самое рабочее время выражается в количестве золота в 3 шиллинга. Итак, к хлопку самим прядением присоединена стоимость в 3 шиллинга.
Посмотрим теперь на общую стоимость продукта — этих 10 ф. пряжи. В них овеществлено 2 и 1/2 рабочих дня: 2 дня содержится в хлопке и в веретёнах,1/2 рабочего дня впитана в процессе прядения. Это же самое рабочее время выражается в количестве золота в 15 шиллингов. Следовательно, цена этих 10 ф. пряжи, соответствующая их стоимости, составляет 15 шилл., цена 1 ф. пряжи — 1 шилл. и 6 пенсов.
Наш капиталист смущён. Стоимость продукта равна стоимости авансированного капитала. Авансированная стоимость не возросла, не произвела прибавочной стоимости, следовательно, деньги не превратились в капитал. Цена этих 10 ф. пряжи равна 15 шилл., и 15 же шиллингов были израсходованы на товарном рынке на элементы созидания продукта, или, что то же самое, на факторы процесса труда: 10 шилл. на хлопок, 2 шилл. на потреблённое количество веретён и 3 шилл. на рабочую силу."
Для демонстрации образования прибавочного времени и прибавочной стоимости в это время трудом рабочего, на числовом примере, Маркс исходит, из ранее сделанного им вывода о том, что заработная плата рабочего, является всего лишь эквивалентом восстановления рабочей силы. И не более того. А в случае менее, будет вырождение рабочей силы.
Но, в примере, в условии, Маркс назначает стоимость рабочей силы равной 3м шилингам и утверждает что стоимость продуктов труда, жизненно необходимых на одни сутки для рабочего, т. е. стоимость средств восстановления рабочей силы, тоже равны 3м шилингам
Получается что для Маркса эквивалент означает равенство. Но ведь стоимость продуктов труда - не может быть равной стоимости труда, на производство, этого продукта, затраченного. Стоимость всех продуктов труда слагается из стоимости предмета труда, стоимости средств труда и стоимости самого труда. Например, в стоимости того же продукта труда - пряжи, в примере Маркса, равной 30 шилингам, стоимость труда прядильщика, равная всего 3 шилинга. Она слагается из стоимости предмета труда - хлопка 20 шилингов. стоимости веретён - средств труда 4 шилинга и стоимости 12 часового труда прядильщика, равной 3 шилинга.
Больше в 10 раз!(30/3)
Такое же соотношению стоимости продукта труда, к стоимости труда, на его производство затраченного, имеет место и во всех продуктах труда, восстанавливающих рабочую силу. Это же соотношение подтверждается исследованиями труда украинским учёным, современником К. Маркса, доктором медицины С.А. Подолинским. Он нашёл, что КПД организма человека находится в пределах 5 -10% Это означает, что, при зарплате 3 шилинга, стоимость труда перенесённого прядильщиком на продукт пряжа, будет не более 30 пенсов, за полный рабочий день.
Прокольчик у Маркса случился. Плохо жизнь знает. Заработная плата всегда в 10 раз, а то и больше, чем в 10 раз, больше стоимости труда, за который она оплачивается. Это знает каждый рабочий и каждый капиталист. Вот почему развитие производительных сил всегда преследует цель замены ручного труда человека, работой всевозможных механизмов, потребляющих для этого, не те продукты труда, доргостоящие, которые необходимы для восстановления рабочей силы, а более дешёвые продукты, потребляющие дешёвые энергоносители. Все знают, что рабочая сила очень затратна для производства. Затратность составляет 90-95% от стоимости восстановления рабочей силы. А Маркс её объявил источником прибавочной стоимости?! Читаем дальше :
"Но здесь перед нами меновая стоимость. Капиталист уплатил рабочему стоимость в 3 шиллинга. Рабочий возвратил ему точный эквивалент в виде стоимости в 3 шилл., присоединённой к хлопку, возвратил ему стоимость за стоимость"
Во первых ещё не уплатил, зарплату капиталист платит, только после реализации продукта труда. Но пока это не главное. Сейчас главное, как рабочий, у Маркса, умудрился к 6ти часовому продукту, 10 фунтам пряжи, присоединить стоимость труда равную 3м шилингам? Ведь это же дневная стоимость труда. Стоимость 12 часовой продукции, равной 20 ти фунтам? А стоимость 6ти часового труда прядильщика равна только 1,5 шилинга. Потому что 1 час труда прядильщика стоит 0,25 шилинга (3/12 - расценка) А норма выработки для этой расценки равна 1 и 2/3 фунта пряжи, в час. Чтобы свершить такое чудо, рабочий за пол дня должен переработать не 10 фунтов пряжи, а 20.Но для этого он должен свершить невозможное - удвоить произвоодительность труда.
Читаем ещё дальше : "То обстоятельство, что для поддержания жизни рабочего в течение 24 часов достаточно половины рабочего дня, нисколько не препятствует тому, чтобы рабочий работал целый день. Следовательно, стоимость рабочей силы и стоимость, создаваемая в процессе её потребления, суть две различные величины.И это ни для кого не секрет Капиталист, покупая рабочую силу, имел в виду это различие стоимости. Её полезное свойство, её способность производить пряжу или сапоги, было только conditio sine qua non [необходимым условием], потому что для создания стоимости необходимо затратить труд в полезной форме. Но решающее значение имела специфическая потребительная стоимость этого товара, его свойство быть источником стоимости, притом большей стоимости, чем имеет он сам"
Эта цитата, практически, считается доказательством "состоятельности" трудовой теории прибавочной стоимости Маркса, в дальнейшем получившей политическое название - экономическое учение марксизм
Но, какая ложь положена в основу этого последнего предложения цитаты.
Потребительная стоимость труда прядильщика - прядение.
Как оно может быть вдвое больше меновой (дневной) стоимости рабочей силы прядильщика, равной 3м шилингам?
Как прядение может быть больше 3х шилингов? Это же ложь!
Ради чего же Маркс пошёл на ложь в науке?
Во первых все политики, и Маркс не исключение, всегда готовы на любой "подвиг", ради достижения своей политической цели. Маркс полагает что он её достиг. У него получилось, что, как бы, стоимость рабочей силы, возмещается трудом рабочего за первую половину рабочего дня. Значит, работа во второй половине дня, для капиталиста, как бы бесплатна. И рабочий не ощущает к себе несправедливости. Он ведь получит свои 3 шилинга за полный рабочий день. И в то же время это сказачное появление стоимости, не весть откуда, больше не чем объяснить,кроме как "специфической особенностью потребительной стоимости товара рабочая сила. Его свойством быть источником стоимости, притом большей стоимости, чем имеет он сам"
Авось прокатит и пипл проглотит. И пипл действительно проглатывает эту ложь вот уж полтора века.
И при этом возмущается, когда ему на это указываешь. Понятно, кому приятно признавать себя одураченным? Но ведь и пора понять сколько ж можно оставаться одураченным? Не порали своими мозгами жить, а не навязанными какими то карлами, фридрихами, да адольфами.
Исходя из производительности труда прядильщика, Маркс приходит к выводу о том, что прядильщик, рабочая сила которого соответствует уровню общественно необходимого труда, за 6 часов может превратить 10 фунтов хлопка, в 10 фунтов пряжи. И этим трудом присоединить к хлопку стоимость равную 3м шилингам, потому что, по условию Маркса, 3 шилинга равны 6 часам общественно необходимого рабочего времени. Тоесть, у Маркса получается, что рабочий за 6 часов труда способен создавать эквивалент восстановления своей рабочей силы, он ведь тоже равен 3м шилингам.
Но при этом, расходуя её полный рабочий день (12 часов)
Ну а если прокол исправить, то 3 шилинга присоединить к хлопку прядильщик сможет только за полный рабочий день.И мечты Маркса становятся несбыточными. Рабочий не может создать эквивалент стоимости своей рабочей силы, за пол дня. И это означает, что прибавочное время не может образовываться. И прибавочная стоимость, не смотря на прокол Маркса, всегда имеющая место в производстве, образуется не трудом рабочего. Не труд её источник. И это означает, что трудовая теория стоимости, развитая Адамом Смитом не состоятельная теория.И то, что Маркс взял её за основу своего учения это его главный прокол.
Внимательный читатель уже должен определить, что Маркс здесь допустил, прямо скажем, детскую логическую ошибку. Есть основание считать, что это "ошибка" преднамеренная. Не нужно забывать что Маркс прежде всего политик. Он в науку пришёл не за истиной. И ложь в науке, для него всего лишь маленькая шалость. Он давно придумал политическую формулу степени эксплуатации человека человеком, как отношение прибавочной стоимости к стоимости рабочей силы Которое прсле исправления теряет не только экономический смысл, но и политический. И под эту формулу подгонял пример, "доказывающий" "состоятельность" теории прибавочной стоимости. Вот только не обдумал самую малость. Если его ложь обнаружится, то его теория автоматически обращается в теорию вырождения рабочей силы. Судите сами. 3 шилинга на сутки для обеспечения жизнеспособности 24 часа и трудоспособности 12 часов, способной выделить в производстве, в процессе труда, стоимость равную 3м шилингам. Рабочий поставлен перед выбором, потратить 3 шилинга на обеспечение трудоспособности, способной в производстве выделить стоимость труда равную 3м шилингам, чтобы на завтра заработать 3 шилинга, или потратить на это 2,5 шилинга, но на 0,5 шилинга дожить до утра.Ведь дожить до утра не остаётся же денег. Они израсходованы на трудоспособность. А утром, выйдя на работу, заработать, хотя бы 2,5 шилинга.Уже не до 3х шилингов, хотя бы 2,5 шилинга. Не до жиру -быть бы живу. Но ведь на следующий день, рабочий может мечтать о заработке только 2х шилингов. Налицо арифметическая прогрессия вырождения рабочей силы.
Кому не понятно, ещё раз о сути марксовской ошибки. Дневная стоимость рабочей силы 3 шилинга. Продолжительность рабочего дня во времена Маркса 12 часов. Из чего следует, что цена 1 часа работы прядитльщика стоит (3/12) 0,25 шилинга. А уж из этого следует, что 6 часов работы прядильщика (6*0,25) стоят 1,5 шилинга, а не 3 шилинга, которые получились у Маркса.Он спутал расход на восстановление рабочей силы со стоимостью выделяемого труда. Которые не могут быть равными.Они могут быть лишь эквмвалентными.Равенство и эквивалентность не одно и то же.
В сноске Маркс пишет, что числа в примере взяты произвольно, в чём есть основания усомниться. Ведь он точно попал на КПД прядильщика равный вычисленному КПД С.А Подолинским. Он взял реальный пример, в котором жизнь, а в ней законы рынка, установили соотношение стоимости труда прядильщика, в продукте труда - пряже, на производство которого он был затрачен, равным 1:10
Но в пряже у Маркса товар рабочая сила прядильщика не стал "источником стоимости большим, чем имеет он сам."Продукт труда возрос не от специфической особенности потребительной стоимости рабочей силы прядильщика. Он возрос от прибавления к стоимости труда стоимости хлопка. А труд вошёл в стоимость пряжи не меняя свою, заданную условием стоимость.
Прямо скажем, что ни какой специфической особенности у потребительной стоимости рабочей силы сам Маркс не обнаруживает, и придумывает ей удивительное объяснение. Свойство прошлого труда создавать вместе с текущим трудом прибавочную стоимость. Называет он это так -"сохранять стоимости прошлого труда и одновременно создавать новую стоимость" Но и это не объясняет почему новая стоимость получается больше стоимостей входящих в производство,прошлого труда, и стоимости живого, текущего труда. Логично - новая стоимость равна сумме этих стоимостей. И тут Маркс ссылается, забыв совсем о скромности, на, якобы, им, впервые доказанное "явление" двойственности труда в товарах. Видимо для этого возвращается в начало первого тома Капитала и пишет специальный праграф 2, первой главы первого отдела. с таким же названием
Давайте отвлечёмся на секунду и рассмотрим, может ли прошлый труд, входящий в производство в новом производстве создавать прибавочную стоимость? Например, хлобковод, у которого капиталист - прядильщик в марксовском примере, купил хлопок, для сева хлопка использовал сеялку. Потребительная стоимость сеялки, будучи частично потреблённой процессом сеяния, израсходовалась (потребилась), оставив в цене хлопка свою меновую стоимость в виде амортизационных отчислений. Капиталист - прядильщик в цене хлопка оплатил эту стоимость. Эта стоимость вошла в стоимость хлопка, а по мере прядения хлопка перейдёт в стоимость пряжи. Но это в стоимости пряжи будут расходы на производство, а не приход, который можно отнести к источнику прибавочной стоимости. Как ещё сеялка может повлиять на прибавочную стоимость в прядении, если её там невозможно применить, и во вторых она собственность хлопковода, а не прядильщика? Это ещё одно извращение житейской сути ради того, чтобы сочинить сказку о создании прибавочной стоимости трудом человека. Иной природы стоимости, кроме труда человека Маркс не признаёт. А он, источник прибавочной стоимости, в прядении, в примере Маркса лежит на поверхности. И Маркс его знает, но не хочет признавать. Почему?
Итак, чтобы протянуть в науку свою фантазию, Маркс не гнушается ни подлогами, ни извращениями того, что уже было в экономике наработано его предшественниками.
Но это будет действовать ведь только до тех пор, пока ошибки не обнаружатся. Не может человечество вечно жить с ошибкой, которую допустил, пусть даже самый талантливый человек. Не может человечество жить с такими ошибками.
======================
Из этих грубейших экономических ошибок Маркс делает вывод, что рабочая сила товар. Читаем у Маркса: ""Потребление рабочей силы — это сам труд. Покупатель рабочей силы потребляет её, заставляя работать её продавца."
Я люблю мороженое. С удовольствием его ем и не счёл бы не достойным торговать им. А особенно торговать так, как у Маркса рабочий торгует рабочей силой. Он её продаст, а потом вместо покупателя сам же и работает. Вот и мне бы так торговать мороженым. Продал и ем его за покупателя. Продал и ем. Продал и ем. А когда наелся, закрыл свою лавочку и повесил записочку, ушёл на склад. Буду чере 2 часа.Через два часа я точно опять захочу мороженого. Можно будет снова поторговать. Побольше бы в науку политиков. Вон какой прекрасный способ торговли изобрёл политик Маркс.
Политику не дано понять, что потреблять труд можно только если труд окончен.Можно потреблять только результат труда.
Всем политикам море по колено.
Что же, в вопросе продажи рабочей силы показалось по колено Марксу?
Он не счёл нужным согласовывать законы контактирующих наук. Экономики и хозяйственного права.Он игнорировал открытие юристов, суть которого в том, что товаром может быть только вещь, мысль, услуга, обладающаяя нужными человеку свойствами. Вещью, и только вещью товар должен быть потому, что юристы установили, что товар, при акте купли -продажи, должен быть, после оплаты, передан покупателю из рук в руки, в вечное пользование.И до поступления оплаты за товар, акт купли - продажи считается не совершённым. Со свойствами вещей произвести такое не возможно. Свойства не отделяются от вещей, которым они принадлежат. Нельзя продать запах колбасы, без колбасы. Нельзя продать рабочую силу без рабочего. Продавать рабочего запрещено давно. Какую же цель тогда преследовал политик Маркс, объявляя рабочую силу товаром?
Сущность гипотезы Маркса «трудовая теория прибавочной стоимости» состоит в том, что она, якобы, объясняет, как в трудовой гипотезе стоимости А. Смита происходит прирост стоимостей. И как капиталист присваивает этот прирост. И именно это присвоение Маркс объявляет механизмом эксплуатации человека человеком. Исключив искажения, допущеные Марксом в теории прибавочной стоимости, исчезает и марксовский механизм эксплуатации человека человеком. Белым пятном в экономике остаётся источник прибавочной стоимости.
В основу механизма эксплуатации человека человеком положен постулат о том, что рабочее время на производстве разделяется на основное и прибавочное. В основное время рабочий, якобы, возмещает капиталисту расходы на приобретение у него же, рабочего, «товара рабочая сила» В результате такого фокуса образуется оплаченное время рабочего дня, в которое рабочий поэтому, должен работать, создавая таким образом прибавочную стоимость, которую капиталисту остаётся только присвоить. Ведь из учёта это рабочее времчя автоматически исключается. При этом, рабочий в этих действиях капиталиста «не видит ни какой несправедливости», потому что не знает, что вторую половину дня работает на капиталиста, а думает, что весь день работает только на себя. Но это если бы на самом деле оно могло образовываться. А сердобольный Маркс «открывает ему глаза» и убеждает, что именно так капиталист эксплуатирует рабочего.
Цель гипотезы Маркса очевидна, обосновать «борьбу противоположностей», убедить в необходимости экспроприации средств производства у капиталистов, ибо без этого не возможно реализовать его утопию – коммунизм. Благо условия для образования «противоположностей» при капитализме более чем великолепны.
Рабочие действительно нищают, а капиталисты сказочно богатеют. Нет нужды объяснять, что происходить такое может только за счет присвоения капиталистами того, что должно принадлежать рабочему. Волрос лишь в том как он это делает.
Экономическая истина Маркса не интересует. Его не интересует, что же рабочему принадлежит в производстве. Рабочего как личность он исключает из участников производства. Превращает его в торговца «запрещённым товаром рабочая сила» Ведь такой товар можно продать только с его природным носителем человеком, который в таких случаях называется раб. Получается рабочий сам себя продаёт в рабство. Это нонсес. В оправдание сторонники марксизма могут говорить, что во временное рабство. Для раба по -моему всё равно рабство, временное оно, или постоянное. .
Если от стоимости 20 фунтов пряжи, равной 30 шилингам в примере Маркса, отнять 30 пенсов (10% от 3х шилингов) - эквивалент 3м шилингам дневной стоимости рабочей силы, или эквивалент её восстановления,которые прядильщик сможет перенести в пряжу, остаток будет равен 29,7 шилинга. 2,7 шилинга уйдут на покрытие затратности рабочей силы прядильщика, да отнять стоимость рабочей силы хлопковода, допустим она тоже равна 3 шилинга, да стоимость веретён, равную 4 шилинга, остаток будет 20 шилингов.Это и есть прибавочная стоимость созданная природой в веществе хлопок. Эта прибавочная стоимость затем, в торговом обороте распределится между хлопководом, прядильщиком, ткачём и портным, восполняя затратность труда в этих производствах, а остальное распределится как прибыль.Это природой созданная хлопку стоимость, который Маркс объявил не имеющим стоимости, потому что он не опосредован трудом. А стоимости не имеют только бесполезные вещи. Кто, кроме Маркса считает хлопок бесполезной вещью?
Маркс не отрицает, что при капитализме рабочий и капиталист, равноправные юридически лица и отношения между ними договорные. Юридически капиталист с рабочим не может заключить договор купли -продажи рабочей силы, как бы убедительно не настаивал на этом Маркс, или кто -либо иной. Капиталист не может заключить с рабочим и договора аренды рабочей силы, «продажи её на время», по той же самой причине не возможности передачи права пользования предметом аренды из рук в руки на некоторое время. Потому что рабочая сила не вещь. Предметом аренды быть не может. Она свойство предмета, а свойства от предмета не отделяются. Для этого юристы создали специальный договор, договор найма рабочей силы.
Договор найма рабочей силы это разновидность договора сотрудничества, который заключают между собой капиталисты, когда нанимаются друг к другу для выполнения, каких то работ, или объединяют свои капиталы. Становятся компаньонами. И это не смотря на то, что капиталы это вещи и могут быть товаром.
При условии равенства всех прав, в том числе и экономических, у капиталиста и рабочего, отношения между ними могут иметь лишь форму сотрудничества, а не покупателя и продавца.
А сотрудничество предполагает распределение прибыли между всеми участниками её добычи в соответствии с величиной вклада в производство каждого. Маркс не желает видеть в коммунизме рабочего вкладчиком в производство и, по этой причине претендентом на долю от прибыли.Вот для чего старается вождь пролетариата.
Вот для чего он придумал товар рабочая сила. Для того, чтобы "научно" обосновать не признание вкладчиком в производство своего капитала рабочим.
А в жизни то происходит именно так. Рабочий ни чего капиталисту не продаёт. С одной стороны ему не чего продавать. Результат труда капиталист покупать не будет. Зачем он ему? Для этого нужно иметь средства, чтобы оплатить такую покупку. Но такая покупка, покупка способности к труду, для капиталиста всё равно что кот в мешке.За товар нужно отдать деньги. А сможет ли рабочий сделать то, что капиталисту нужно? Стоит ли труд тех денег, которые за него просит рабочий. В крайнем случае капиталист может купить результат оконченного процесса труда. Но и даже это капиталисту не нужно. Ему ещё хорошо бы было убедиться, что у него купят этот результат труда рабочего.Для этого капиталисту легче заставить рабочего ждать когда он продаст произведённую продукцию.И именно так в жизни каждый капиталист поступает. Расчёт ведёт с рабочим только после реализации продукта.Но ведь капиталисты так же расчитываются друг с другом, когда объединяют капиталы. Когда становятся компаньонами.
Товар не считается проданным, пока не получен за него расчёт.Значит, до расчёта капиталиста с рабочим, труд рабочего является фактически вкладом рабочего в производство капиталиста. Но, ведь когда его вклад капиталистом продан, то покупатель то уже не капиталист, а тот, кто купил продукцию капиталиста, в которой был вклад рабочего.Обыкновенный акт перепродажи. А заработная плата обыкновенный возврат долга. Возврат вклада. И вот чтобы вклад этот был беспроцентным, Маркс и объявил рабочую силу товаром. Чтобы лишить права рабочего стоимость его рабочей силы признавать капиталом, а потому и вкладом в производство. Невольно возникает вопрос, чей вождь и учитель Маркс? Пролетариата, или капиталистов? Ведь явно он защищает интересы капиталистов, а не рабочих.
====================
Если юридически научно обосновать рабство уже нельзя, то "научно" же, обосновать его, хотя бы экономически. Зачем вождю пролетариата понадобилось "научно" обосновывать рабство для своих соплеменников, пролетариев? А вот с такой наукой, в которой рабство продолжается, ему будет легче "научно" обосновать свою политическую амбицию под названием коммунизм. Не воспринимают её всерьёз. Все твердят коммунизм, как и социализм, тоже утопия.
Читаем дальше: "Труд есть прежде всего процесс, совершающийся между человеком и природой, процесс, в котором человек своей собственной деятельностью опосредствует, регулирует и контролирует обмен веществ между собой и природой. Веществу природы он сам противостоит как сила природы. Для того чтобы присвоить вещество природы в форме, пригодной для его собственной жизни, он приводит в движение принадлежащие его телу естественные силы: руки и ноги, голову и пальцы."
Если вещество природы, как утверждает Маркс, не имеет стоимости, потому что не опосредовано трудом человека, значит, оно бесполезная вещь. Зачем человеку его присваивать, и при этом вести на это присвоение расходы труда и средств, уже взятых у природы,и уже присвоенных? Расходы на вещество природы не имеющее стоимости, и, значит, не имеющее возможности окупить стоимость расходов на её добычу. Человек разумное существо. Разум помогает ему определить будет ли для него обнаруженное в природе вещество полезным, или оно бесполезно. Разум же помогает ему и решить, выгодно ли будет добывать у природы это вещество? Покроет ли его стоимость расходы труда и средств на его добычу? И если даже покроет, то не будет выгоды ни какой. Не будет прибыли к тому, что было до начала добычи найденного вещества природы. Человек всегда решает вопрос стоит, или не стоит. Вот в этом и кроется суть понятия стоимость.
Читаем дальше: "Продукт процесса труда есть потребительная стоимость, вещество природы, приспособленное к человеческим потребностям посредством изменения формы. Труд соединился с предметом труда. Труд овеществлён в предмете, а предмет обработан. То, что на стороне рабочего проявлялось в форме деятельности [Unruhe], теперь на стороне продукта выступает в форме покоящегося свойства [ruhende Eigenschaft], в форме бытия. Рабочий прял, и продукт есть пряжа."
У Маркса здесь по щучьему велению исчезает вещество природы хлопок, которому труд изменял форму. Была кипа ваты хлопка, стало несколко веретён, наполненных хлопковой нитью. Не шёлковой, не шерстяной, а хлопковой. При определении стоимости пряжи на первом плане у людей вещество пряжи, а на втором плане качество труда прядильщика.
Что может означать выражение применённое Марксом: "Труд овеществлён в предмете"? Труда в пряже нет. Потому что его потребительная стоимость потреблена. В пряжу перенесена лишь его меновая стоимость, присоединённая к меновой стоимости хлопка. А не наоборот, как у Маркса, хлопок присоединяется к труду.Если труд исчезает, то должно исчезнуть и то, что к нему присоединилось. Поэтому, не корректно говорить, что стоимость хлопка присоединилась к труду. К труду могут присоединиться лишь естественные отходы хлопка, например, хлопковая пыль, и исчезнуть вместе с трудом. И только форма хлопка нить, свидетельствуют о том, что к хлопку был приложен труд. Ни в вещь, ни в вещество, труд, при его расходовании, не превращается. Он убывает из оборота, туда, откуда прибыл. Прибыл из природы через организм человека, и убыл в природу. В окружающую среду.
Читаем дальше: "За исключением добывающей промышленности, которая находит свой предмет труда в природе, — как горное дело, охота, рыболовство и т. д. (земледелие лишь постольку, поскольку впервые обрабатывается девственная почва), — все отрасли промышленности имеют дело с таким предметом, который представляет собой сырой материал, т. е. предмет труда, уже профильтрованный процессом труда, и который сам уже является продуктом труда. Так, например, семена в земледелии. Животные и растения, которых обыкновенно считают продуктами природы, в действительности являются продуктами труда не только прошлого года, но в своих современных формах и продуктами видоизменений, совершавшихся на протяжении многих поколений под контролем человека, при посредстве человеческого труда. Что же касается собственно средств труда, то даже для самого поверхностного взгляда громадное большинство их обнаруживает следы прошлого труда."
Семена, да будет известно всем политикам, результат труда, но только не человека, а природы. Комуто странным покажется выражение - труд природы. А странного то ничего здесь нет. Труд человека есть труд природы. Человек то ведь часть природы. Семена это как раз то самое вещество природы, в котором человек видит ему полезность. Семена предмет труда природы, такой же как хлопок, который природа своим трудом создаёт из семени хлопка. И труд природы может быть тоже прошлым трудом. Коль является полезным, значит, имеет прежде всего потребительную стоимость. А коль имеет потребительную стоимость, то при обмене заимеет и меновую. И опосредование трудом человека для этого не обязательно
Животные и растения (сюда входит и сено для лошадей), а за одно уголь, и прочие полезные ископаемые, не спроста обыкновенно считают продуктами природы. Потому что люди видят в них стоимость, не взирая на то, что Маркс не признаёт в них наличие стоимости, по причине не опосредования трудом человека. Люди в быту, в житейской практике ощущают стоимость веществ, созданных трудом природы, признают их стоимости, но Маркс строит науку экономику так, чтобы стоимости, создаваемые и созданные природой исключить из поля зрения народов. Марксу нужно, чтобы продукты природы - животные, растения, полезные ископаемые, энергоносители, считались людьми бесстоимостными. Зачем вождю пролетариата это нужно? Выяснится эта цель Маркса попозже.
А пока продолжаем читать дальше: "Сырой материал может образовать главную субстанцию продукта или же принять участие в его образовании только как вспомогательный материал. Вспомогательный материал или потребляется средствами труда, как, например, уголь паровой машиной, смазка колёсами, сено рабочей лошадью, или присоединяется к сырому материалу, чтобы произвести в нём вещественное изменение, — как, например, хлор к небелёному холсту, уголь к железу, краска к шерсти, — или же способствует осуществлению самого труда, как, например, материалы, употребляемые для освещения и отопления рабочего помещения. В собственно химическом производстве различие между главным материалом и вспомогательным материалом исчезает, потому что ни один из применяемых сырых материалов не появляется вновь в качестве субстанции продукта "
Вот уже у Маркса уголь, обесцененый до стоимости труда его добычи, сено для лошади, обесцененное до стоимости кошения трав на лугах, исключаются из числа средств, являющихся природными источниками стоимости, расходуемой на повышение производительности труда. Уголь и сено приравнены к смазке колёс, которая не вносит дополнительной стоимости природы в производство, а служит всего лишь для экономии тех стоимостей, которые вносит в производство труд человека, лошади и труд паровой машины. Лошадь для своего труда потребляет дешёвое сено по сравнению со стоимостью продуктов питания человека, а заменяет труд не одного, а целого десятка рабочих. Паровая машина, портебляя обесценненый уголь, позволяет паровой машине заменять труд нескольких десятков лошадей. Отнесение угля и сена к вспомогательным средствам производства это ещё один способ сокрытия от людей стоимостей, создаваемых природой. Маркс это называет "опорой" людей на силы природы в процессе производства. Опорой не имеющей стоимости.
Продолжаем читать : "Труд потребляет свои вещественные элементы, свой предмет и свои средства, пожирает их, а потому является процессом потребления. Это производственное потребление тем отличается от индивидуального потребления, что в последнем продукты потребляются как жизненные средства живого индивидуума, в первом — как жизненные средства труда, т. е. действующей рабочей силы этого индивидуума. Поэтому продукт индивидуального потребления есть сам потребитель, результат же производственного потребления — продукт, отличный от потребителя."
"...продукт индивидуального потребления есть сам потребитель,"
Не знаю как вам, уважаемый читатель, а мне эта фраза кажется пропагандой самоканнибализма. Возможно Маркс хотел высказать такую мысль : "потребителем продукта индивидуального потребления может быть сам производитель этого продукта"
Читаем дальше : "Итак, наш капиталист приступает к потреблению купленного им товара, рабочей силы, т. е. заставляет носителя рабочей силы, рабочего, потреблять посредством своего труда средства производства."
Жаль, что покупатель мороженого не заставляет есть купленное мороженое продавца. Ему плевать на Маркса. Он ест сам. Продолжаем читать дальше : "Капиталист оплачивает, например, дневную стоимость рабочей силы. Следовательно, потребление её, как и всякого другого товара, — например лошади, которую он нанимает на один день, — в продолжение дня принадлежит ему"
Здесь Маркса полагается поздравить с очередным открытием. К открытому Марксом товару рабочая сила наёмного работника он открывает ранее не известный товар рабочая сила наёмной лошади. Уравнивает их права и обязанности. Но не исключено и другое, что в момент написания этого предложения у Маркса поехала крыша. Лошадь не нанимают. Лошадь арендуют у её хозяина. Лошадь вещь. А человек давно не вещь.Лошадь хозяин может передать арендатору во временное пользование. А человека нельзя. Запрещено законом. И очень давно. Отмена рабства подразумевает всякое рабство, постоянное и временное.
Идём по тексту дальше : "Покупателю товара принадлежит потребление товара, и владелец рабочей силы, отдавая свой труд, фактически отдаёт лишь проданную им потребительную стоимость."
Оказывается марксовский товар рабочая сила обладает странным свойством. Он после акта купли -продажи, остаётся собственностью продавца. Рабочий остаётся "владельцем рабочей" силы. Проданного товара. Ну и как тут снова не вспомнить про крышу? Но вот дальше он опомнился, пришёл в себя, и пытается поправить, только что выданную на гора глупость. Уже товар у него не рабочая сила, а лишь потребительная стоимость труда. Только её рабочий может отдать. Только потребительную стоимость труда, а не носителя труда организм человека. А возможен ли такой акт купли -продажи? Возможен ли такой товар - потребительная стоимость труда?
Потребительная стоимость труда наёмного работника и есть потребительная стоимость товара рабочая сила. От перемены наименования суть не меняется. Что рабочая сила остаётся собственностью продавца рабочей силы, что потребительная стоимость труда остаётся собственностью продавца этой потребительной стоимости. В любом случае у рабочего не чего продавать до тех пор, пока его труд не превратится в результат труда. В вещь.В вещь, собственником которой становится капиталист, по праву большего вклада в производство. Только она может быть товаром. С другой стороны, зачем капиталисту способность к труду прядильщика? Он прясть не собирается. Но если ему нужна пряжа, он её может купить. Пряжа уже бесспорный товар.
Вот на этом месте сталкиваются интересы рабочего и капиталиста. Рабочий без предмета труда и средств труда не может превратить свою способность к труду в товар. А капиталист, имея и предметы труда, и средства труда, не может без приложения труда (своего труда для масштаба его затеи не достаточно) превратить их в новый товар. Взаимная потребность должна объединить рабочего и капиталиста. И в жизни они находят друг друга и объединяются. Логично предположить, что они люди, и будут объединяться на такой основе, какая не ущемляет интерес другой стороны. Взаимным интересом может быть только прибыль. Ибо каждый из них знает, что в производстве образуется прирост стоимости, ради которого люди и перешли к производству благ, вместо поиска их в природе, в готовом для потребления виде.
Далее Маркс пишет: "Потребительная стоимость при товарном производстве вообще не представляет собой вещи"
Маркс прозрел. Он не видит вещи в потребительной стоимости труда, что соответствует отсутствию вещи в понятии рабочая сила. Чему соответствует отсутствие товара рабочая сила. Маркс опровергает сам себя. Читаем дальше : "Мы знаем, что стоимость каждого товара определяется количеством труда, материализованного в потребительной стоимости товара, рабочим временем, общественно необходимым для его производства"
Вот уже чувствуется прогресс в логическом мышлении Маркса. Труд прекращает овеществляться, начинает материализоваться. Уже не природа, не её энергия, как утверждают физики, создаёт материю, а труд человека. Если политик игнорирует юридические законы, то почему он законам физики будет делать исключение? Политик всегда политик. Цель он достигает любыми средствами. И извращение естественных или общественных законов это для политиков всего лишь маленькая шалость.
Читаем дальше : "Если бы капиталисту пришло в голову применять золотые веретёна вместо железных, то в стоимость пряжи входил бы, тем не менее, лишь общественно необходимый труд, т. е. рабочее время, необходимое для производства железных веретён."
Что мы здесь видим? Количества труда общественно необходимого для производства веретён из золота и из железа равны"? Но стоимость веретён различна? Почему? Неужто потому, что стоимость прошлого труда, труда добычи золота и труда добычи железа различны? Неужто стоимость труда добычи золота больше стоимости труда добычи железа?
А может быть всё же само золото дороже самого железа. Свойства то их сильно разнятся и не в пользу железа. Не в этом ли причина дороговизны золотых веретён, в сравнении с железными? Разве можно в таком случае объявлять вещество природы железо, и вещество природы золото, не имеющими стоимости? Ведь это равносильно объявлению их равностоимостными. С чем, я уверен, ни один читатель не согласится.
Маркс свою теорию назвал теорией прибавочной стоимости. Он утверждает этой теорией, что прибавочную стоимость, которую капиталист затем присваивает, создаёт тот же рабочий и при тех же условиях вырождения рабочей силы. И хотя мы уже установили, что в примере Маркса с пряжей ни о какой прибавочной стоимости речи быть не может. Это теория вырождения рабочей силы не более. Поэтому продолжаем читать, чтобы узнать как же по Марксу в производстве образуется прибавочное время и прибавочная стоимость в это время.
Читаем дальше : "Если мы сравним теперь процесс образования стоимости и процесс увеличения стоимости, то окажется, что процесс увеличения стоимости есть не что иное, как процесс образования стоимости, продолженный далее известного пункта. Если процесс образования стоимости продолжается лишь до того пункта, когда уплаченная капиталом стоимость рабочей силы будет возмещена новым эквивалентом, то это будет простой процесс образования стоимости.Если же процесс образования стоимости продолжается далее этого пункта, то он становится процессом увеличения стоимости." Если мы учтём ошибку Маркса и исправим её, то марксовский "известный момент" наступит только в конце дня, а не в первой половине дня, как это получилось, благодаря ошибке, у Маркса. И тут снова возникает вопрос :" А не сознательно ли допущена эта ошибка Марксом."
Вот уже нет ни каких сомнений, ошибка заложена сознательно, потому как преследует цель, любой ценой показать источником прибавочной стоимости труд. Хотя ни что не мешало Марксу показать истинный источник прибавочной стоимости - стоимость хлопка, за минусом стоимости труда хлопковода.Она оплачена прядильщиком - капиталистом, но продана хлопководом, который за хлопок ни кому, ни чего не платил, а по сему имел возможность продать его дешевле его истинной стоимости, что и принесло прядильщику прибыль в 3 шилинга.Но конечная цель Маркса уже ясна как день. Он понимает, что истинная эксплуатация человека человеком состоит в отчуждении рабочих от распределения стоимости благ, добываемых в природе. Они и есть источник прибавочной стоимости в производстве. И не мешает этот способ эксплуатации ещё глубже запрятать от рабочих, чтобы сохранить его для будущей своей политической амбиции - коммунизм.Он уже придумал альтернативный вариант объяснения эксплуатации человека человеком.
Вообще то рабочий на работу приходит с восстановленной работоспособностью за свои, ранее заработанные средства. Ни какого акта купли - продажи рабочей силы в этот момент не происходит, потому что акт купли - продажи считается совершённым, только после оплаты денег за товар. А оплату капиталист производит только после продажи своей продукции. Получив деньги за продукцию, капиталисту остаётся передать вклад рабочего в его производство в денежной форме. Капиталист результат труда рабочего продаёт вместе со своим товаром. Рабочий фактически делает вклад капитала в производство капиталиста в натуральной форме в виде результата действия труда,расходующего стоимость восстановления его рабочей сил. а капиталист его возвращает из торгового оборота в денежной форме, называя это действие заработной платой.При таких обстоятельствах вести речь об авансировании капиталистом капитала на покупку рабочей силы не корректное рассуждение.
Посмотрим на теорию прибавочной стоимости Маркса с другой точки. Не с точки зрения логики, не с точки зрения экономики. Посмотрим с точки зрения биологии человека и обыкновенной арифметики.
========================
Так ли уж ни что и не мешает рабочему работать 12 часов, если стоимость его рабочей силы равна 6 часам общественно необходимого времени?
Уверенность Маркса в такой категоричной форме заявления зиждется на том, что теоретически, да и практически, действительно, ни что не мешает рабочей силе работать не только 12 часов, но и 16. Только после 16 часов, теоретическим, да и практическим препятствием этому становится физиологическая потребность человека в 8 часовом сне.
Практически рабочая сила способна работать и все 24 часа в сутки. И двое, и трое суток подряд, правда, с резко угасающей интенсивностью. Но это практически. Не следует забывать, Маркс решает теоретические вопросы восстановления и потребления рабочей силы.
Следует отметить, что временной промежуток для исследований - одни сутки, 24 часа, он избрал сам. И следует заметить, что рабочий день всегда начинается утром. Теперь он не имеет права выходить за рамки этого временного промежутка, ни при каких обстоятельствах.
Из условия, предложенного самим Марксом,дневная стоимость рабочей силы равна 6 часам рабочего, общественно необходимого времени, следует, что время на расходование и восстановление рабочей силы он распределил так: 6 часов - расходование, 18 восстановление. И это время следует тоже считать общественно необходимым. Непрерывность этих, временных, отрезков, естественно не обязательна. А одновременность расходования и восстановления не возможна. Вот это-то условие, поставленное самим Марксом, и помешает рабочей силе работать не только 6, не предусмотренных условием часов, но и 1час, а, коль вопрос решается теоретический, то и 1 минуту. Теоретическим препятствием этому будет то обстоятельство, что рабочая сила к началу следующего рабочего дня не будет готова к работе. Ей на восстановление не хватит, теоретически, 6 часов, если она отработает сегодня 12 часов:

24 - 12 = 12

18 - 12 = 6

1го часа, если она отработает сегодня 7 часов:

24 – 7 = 17

18 – 17 = 1

и по такой же арифметике 1 минуты, если она отработает сегодня 6 часов и 1 минуту. Завтра рабочая сила либо опоздает на работу на 6 часов, на 1 час, на 1 минуту, или не сможет доработать до конца рабочего дня 6 часов, 1 час, или 1 минуту, из-за теоретического отсутствия в организме человека - рабочего признаков рабочей силы. Из-за не полного её восстановления.
Если бы условием стоимость рабочей силы была предусмотрена равной 12, (6 шиллингов), часам рабочего общественно необходимого времени, то, общественно необходимое время на её восстановление было бы равно, соответственно, 12 часам. В этом случае, действительно рабочей силе ни что не помешало бы работать 12 часов. Но не более.
Если бы стоимость рабочей силы была предусмотрена 16 часов, (6 и 2/3 шиллинга) время восстановления её было бы 8 часов. И, в этом случае рабочей силе ни что не помешало бы работать, не только 12, а все 16 часов. Таким образом, у капиталиста нет теоретической возможности заставить рабочего работать большее количество часов общественно необходимого времени, чем это предусмотрено ценой стоимости рабочей силы, выраженной, или измеренной общественно необходимым временем и не только временем. Такое действие капиталиста лишает рабочую силу времени на её восстановление.
Так что, дорогие мои, ни какого «прибавочного времени» в природе нет и быть не может. И, «прибавочную стоимость», всегда имеющую место в любом производстве, в производстве любого товара, создаёт что-то другое, только не рабочая сила.
Предложенный Марксом способ присвоения капиталистом «прибавочной стоимости» далёк от истины и при этом преследует корыстную политическую цель лично Маркса, цель - любой ценой представить «научно обоснованной» свою политическую идею - коммунизм.
Как видите Маркс, как и полагается политику, не только на баррикадах, но и в науке добивается цели любой ценой. Ценой пренебрежения достижениями других наук.
Рассмотрим теперь пренебрежение Марксом законов естественных наук. Коль Марксу дозволено измерять стоимость шиллингами, так же как и «рабочим, общественно необходимым временем», то нам действительно ни что не мешает придумать свою меру для стоимости. Например, что стоимость рабочей силы, равная 3 шиллингам соответствует не 6 часам рабочего времени, а 6 киловаттам!!!
При такой мере стоимости рабочей силы, заявление о том, что рабочей силе, при стоимости равной 6 киловаттам, ни что не мешает выдать 6 киловатт при её потреблении, уже будет объявлением рабочей силы вечным двигателем. Ведь рабочая сила это выходящая энергия природного энергии преобразователя, которым является человеческий организм и рабочего, и капиталиста тоже.
Электрический двигатель, преобразователь энергии, созданный человеком, имеющий наивысший КПД, не смотря на это, всё равно меньше единицы. Утверждая, что рабочий в процессе расходования рабочей силы возмещает её стоимость, т.е. стоимость её восстановления, или входящую в преобразование энергию, то получается, что на восстановление рабочей силы нужно столько же энергии, сколько она может выделить при её потреблении???
Следуя утверждению Маркса, рабочая сила стоимостью в 6 киловатт способна выделить при её потреблении в производстве, не только 6, но и все 12 киловатт, (“ей ни что не мешает”), то есть, в два раза больше, чем она может потребить её!!! Это, дорогие мои что-то гораздо большее, чем вечный двигатель. Вечный двигатель это уже когда при стоимости 6 киловатт сила выделяет 6 киловатт. Закон сохранения энергии ни кому не позволит этого. А уж тем более выделить в два раза больше энергии, чем потребить. Вместо 6 потреблённых киловатт, выделить - 12!!!
Где расход энергии на процесс преобразования? Куда подевалась у Маркса энергия на круглосуточное биение сердца и непрерывные действия лёгких и желудка человека? Продуктом, какой работы являются человеческие отходы: пот, кал, моча? Что в организме является их источником?
Но Маркс знает закон сохранения энергии и понимает, что его теория прибавочной стоимости противоречит ему. Он действует на упреждение.
Нет, он не заявляет о том, что его теория прибавочной стоимости противоречит закону сохранения энергии. Он делает вид, что закон сохранения энергии для общественных наук не закон. И предлагает, на его взгляд, «чисто экономическое» объяснение этому исключению из общих правил. Он пишет: «Дневная стоимость рабочей силы составляла 3 шиллинга, потому что в ней самой овеществлена половина рабочего дня, т. е. потому что жизненные средства, ежедневно необходимые для производства рабочей силы, стоят половину рабочего дня. «Но прошлый труд, который заключается в рабочей силе, и тот живой труд, который она может выполнить, ежедневные издержки по её сохранению и ежедневная затрата - это две совершенно различные величины. Первая определяет её меновую стоимость, вторая составляет её потребительную стоимость».
Этой выдержкой из «Капитала» Маркс объясняет противоречие его теории прибавочной стоимости закону сохранения энергии. Дело оказывается, по его мнению, не в законе сохранения энергии, а в разнице между меновой и потребительной стоимостью одного и того же товара.
Когда очень нужно, то у Маркса между меновой стоимостью и потребительной появляется разница. Когда она Марксу не нужна, тогда её нет. Читайте в отделе первом первого тома «Капитала» глава «Товар»: «Как потребительные стоимости товары различаются, прежде всего, качественно, как меновые стоимости они могут иметь лишь количественные различия, следовательно, не заключают в себе ни одного атома потребительной стоимости»
Так чему же верить? Тому ли, что потребительная стоимость товара выше меновой стоимости в два раза. Или что для образования разницы между ними не существует ни одного атома потребительной стоимости, в её, меновой?
В примере образования стоимости пряжи, предложенном Марксом (во втором отделе, главы пятой, второго параграфа, первого тома «Капитала»), капиталист покупает рабочую силу по меновой стоимости, а продаёт её по потребительной. В то время как все люди, как люди, покупают и продают товары только по меновой стоимости, но ради их потребительной.
Если товар не рабочая сила, то к продаже может быть предложен только прошлый, овеществлённый труд, заключённый в товаре. Покупая средства производства, кроме рабочей силы, пряжу и веретена, капиталист оплачивает в стоимости этих товаров прошлый овеществлённый труд по 6 шиллингов за полный рабочий день. В своём товаре - пряже, продаёт рабочую силу, заключённую в его стоимости тоже за 6 шиллингов за полный рабочий день, а купил за 3 шиллинга. Значит, прирост принёс ему не труд, а торговый оборот. А в нём, разница между разными видами стоимости труда - рабочей силы, а не «прибавочное время» И если быть точнее, то разница между прошлым, овеществлённым и живым текущим трудом. Разница между меновой и потребительной стоимостью «товара рабочая сила»
Маркс, называя действие рабочей силы выделением живого текущего труда опускает тот факт, что рабочая сила результат превращения прошлого, овеществлённого труда и потому ни чем не отличается, ни от товара шерсть, ни от товара пряжа. Их стоимости образуются по одному и тому же принципу, но только не для Маркса.
А специфическая особенность товара рабочая сила не в «специфической особенности её потребительной стоимости», а в специфической особенности продажи товара рабочая сила в представлении Маркса. Она состоит, по его мнению, в том, что живой, текущий труд вдвое дешевле прошлого, овеществлённого. Но это не мешает Марксу заявить, что в его примере капиталист всё необходимое для производства пряжи приобрёл по стоимости, подразумевая и «товар» рабочая сила прядильщика, который глупый рабочий продаёт не как капиталист, по потребительной стоимости, а по меньшей, меновой стоимости.
Его, трудовика, ни сколько не смущает, что он «начал за здравие, а закончил за упокой». Ведь он начал доказывать свою усовершенствованную трудовую теорию, а закончил «доказательством» меркантилизма. Ведь в таком случае источник стоимости торговый оборот.
«Марксизм» принято называть - «вечное учение». Как видите, для перевода учения из статуса «вечного» в статус учения, созданного воображением воспалённого (или с большого бодуна) мозга, достаточным оказалось всего две странички текста. А ведь оно объявлено классикой и лежит в основе нынешней экономики.
Как вы думаете наука ли она?
====================

Смит и его взгляды на источник стоимости, прибыль, меру стоимость и дары природы

Один ли Маркс виновен в том, что человечество по сей день не имеет основ экономических знаний.А , значит и не имеет науки экономики. То что имеет, является лженаукой и грош цена бывшему институту марксизма -ленинизма и современному комитету по лженакам. Даром хлеб ели одни и продолжают есть другие. По сей день не замечают прямо скажем глупейших ошибок Маркса.
Адам Смит, в науке экономике, не преследовал ни каких политических целей.Он преследовал меркантильный интерес. Он выполнял заказ шотландских банкиров.
Он сознательно игнорировал наказ потомкам, общепризнанного основателя науки экономики Уильяма Пети.Из "Трактата о налогах и сборах" он взял не ту цитату за основу. Он взял : "Труд отец богатства, а земля мать его" Маркс, как попугай повторяет это. И даже из этого завета он предпочтение отдал отцу, а не матери, хотя нормальные люди на равных почитают обоих родителей. И отца и мать.
У. Пети общепризнанный родоначальник науки политэкономии. Но странным кажется почему его иногда считают автором трудовой теории стоимости? При этом все ссылаются на его работу «Трактат о налогах и сборах»
Само название работы говорит о том, что тема очень далека от теоретических основ экономики. Однако что то же навело людей на мысль о том, что Пети основатель трудовой теории стоимости.
Я проштудировал всю работу У. Пети с целью найти ту мысль в его работе, которая послужила поводом присвоить У. Пети авторство трудовой теории стоимости. И нашёл эту цитату. Вот она из главы 4, параграф 19:
«оценку всех предметов следовало бы привести к двум естественным знаменателям — к земле и труду; т.е. нам следовало бы говорить: стоимость корабля или сюртука равна стоимости такого-то и такого-то количества земли, такого-то и такого-то количества труда, потому что ведь оба — и корабль, и сюртук - произведены землей и человеческим трудом. А раз это так, то нам очень желательно бы найти естественное уравнение между землей и трудом, чтобы быть в состоянии так же хорошо или даже лучше выражать стоимость при помощи одного из двух факторов, как и при помощи обоих, и чтобы быть в состоянии так же легко сводить один к другому, как пенсы к фунту.»
Я здесь вижу, если уж авторство, то принадлежащее Пети авторство и трудовой теории стоимости, и физиократической. Но авторство физиократической теории стоимости оказалось закреплённым за французом Франсуа Кене. А авторство трудовой теории стоимости правильно будет приписывать не Пети, а Адаму Смиту.
Если уж определять роль Пети в науке экономике как родоначальника науки экономики, то следует в этой цитате признать постановку и формулировку У. Пети основополагающей задачи науки экономики. Он видит два источника стоимости — земля и труд. Под землёй он понимает создание ею стоимостей в сельскохозяйственном производстве. А другого производства в бытность Пети и не было. Сельскохозяйственному производству сопутствовали ремёсла, которые в дальнейшем стали основой капиталистического товарного производства.
В наше время наивно видеть стоимости создаваемые только землёй. Стоимости создаёт и, вода, и воздух.Богатства морей и океанов это уже работа воды, а не земли. Всё что у нас горит с пользой для человека, этому способствует кислород воздуха. Так что слово земля в цитате У. Пети следует заменить словом природа. А вот это слово приблизит нас к решению его основополагающей задачи науки экономики. Оно поможет нам две части деятельности природы объединить в одну. Человек часть природы. Значит, его труд это результат действия силы, а она тоже сила природы. Рабочая сила одна из множества разнообразных сил природы. И вот уже действие сил природы, всех сил природы без исключения, имеют один общий источник стоимости — энергию природы. Вот мы и привели для Пети его два разных фактора к одному.Разве этот превод энергии труда человека в энергию природы, не подобен переводу фута в пенсы?
Самая приемлемая величина характеризующая силы природы, которая позволяет нам различать их величины, это мощность. Мощность это количество энергии, выделяемой, или потребляемой, в единицу времени.
Мощность выделяемая землёй в сельскохозяйственном производстве не велика, по сравнению с землёй, под которой залегают пласты угля, нефть, или газ.
Определяя мощность как мерило стоимости, как параллелная мера денежной меры стоимость, мы тем самым находим условие, при котором денежная мера становится устойчивой навсегда. Правда это условие лишает прочности стулья, на которых сидят сегодня те, кто руководит экономикой государств. Неустойчивость денег оправдывает их неумение работать. Неустойчивость денег делает устойчивой власть даже тем, кто ни по уму, ни по знаниям не достойны управлять государствами. Устойчивость денег гарантирует константное соответствие денежной меры (например,рубля) метрической мере энергии (мощность)
При таких условиях человечество может иметь мировую денежную еденицу, не подверженную ни когда колебаниям её обеспечения (энергии природы) Энергия в природе не колеблется. Она лишь преобразуется. Преобразуется из одного состояния в другое. Из кинетического в потенциальное и наоборот из потенциального в кинетическое. Разновидность энергий не помеха для их учёта, так как все меры разных видов энергий легко переводятся из одной меры в другую. Их так же легко сводить одно к другому, «как пенсы к фунту», о чём мечтал великий мыслитель средневековья.
Тот способ, который использовал Пети для приведения денежной меры стоимости земли к метрической мере её стоимости, путём сложения рент, даваемых землёй, а затем нахождения их средней величины, за несколько лет, ни чем не лучше и не проще, чем измерение мощностей земли, под сельхоз угодьями. И уж тем более сравнение рент с земли с рентой от добычи серебра. Мощность, выделенная природой при создании унции серебра, значительно превосходит мощность, выделенную проиродой при создании урожая зерна в один бушель. А может быть и наоборот. Правильный результат теперь могут показать только замеры фактических результатов. Для этого нужно замерять потенциальную энергию бушеля зерна и унции серебра. Для современной физики это не проблема. И время, за которое то и другое добыто у природы. Сравнение полученных мощностей и будет стоимостью зерна и серебра. А разница покажет разницу рент в этих производствах, при переводе её из метрической меры мощность в денежную меру стоимости рубли, при условии наличия общепринятого коэффициента прервода.И если Адам Смит пришёл к выводу что труд мерило всему, то точнее будет мощьность мерило всех богатств природы, освоенных человеком и не освоенных, залегающих в природе и ждущих своих освоителей.
Теперь нам следует вникнуть в мышление средневекового мыслителя с учётом достижений наук нашего времени. Следует вникнуть глубже в суть следущей мысли У.Пети: «стоимость корабля или сюртука равна стоимости такого -то и такого -то количества земли, такого -то и такого -то количества труда, потому что ведь оба — и корабль, и сюртук - произведены землей и человеческим трудом.»
Исходя из нашего нового представления о природе и источнике стоимости мы можем утверждать, что и корабль, и сюртук произвела природа. Стоимость корабля и стоимость сюртука равны столько то и столько то ( например киловаттам) израсходованной природой мощности, включая сюда и выделенную трудом людей мощность. Выделенную природой энергию и израсходованную на строительство корабля и изготовление сюртука.
Выделяемая человеком мощность в процессе производства всегда является расходом., а потому источником создания труд быть не может. Это великая ошибка У Пети. Труд не создаёт стоимости. Он лишь расходуется на их добычу у природы. Ради этой добычи человек ведёт и расходы средств труда. В результате чего средства труда и сам труд следует считать средствами производста. А источником стоимости всегда является предмет труда. Его создала природа. Не зависимо от того был предмет труда уже опосредован трудом человека, или ещё нет. Из него мы стремимся создать благо нам полезное. Для этого мы к предмету труда либо что то добавляем, например удобрения для выращивания зерна, либо что то удаляем, например очищаем серебряную руду.
В наше время было бы наивно утверждать, что: «стоимость корабля или сюртука равна стоимости такого -то и такого -то количества земли, такого -то и такого -то количества труда, потому что ведь оба — и корабль, и сюртук - произведены землей и человеческим трудом»
Нам теперь известно, что и строительство корабля принесло строителям прибыль, и изготовление сюртука принесло изготовителям прибыль. А то что в этой цитате Пети называет стоимостью корабля, и стоимостью сюртука является не стоимостью, а себестоимостью. Тоесть является величиной расхода на добывание прибыли при строительстве корабля и расхода на добывание прибыли при изготовлении сюртука.
Каждый человек, в том числе и соотечественник и современник У.Пети Ньютон, при падении на него яблока вполне мог спросить себя : «поднять, или не стоит?» Человек в таком случае формулирует основополагающую задачу экономики, сформулированную У.Пети. Каждый человек в таком случае должен решить что дороже само яблоко, или труд по его поднятию с земли. Тоесть, определить прибыльна ли эта работа человека. Если яблоко дороже стоимости труда по его поднятию с земли, то затея прибыльна, поднимать стоит, а источник прибыли труд природы, вернее мощности её энергии по созданию яблока, включая сюда и приходящиеся на одно яблоко расходы природой энергии на приращение самого дерева яблони. Как видите, Ньютон был близок к открытию закона стоимости. Который я бы сформулировал так: «Стоимость, это разница между расходами мощностей, израсходованных природой на создание блага и расходом мощностей, в том числе и собственного труда, человека на присвоение блага, созданного природой.»
На практике нет нужды стоимости всегда измерять мощностью. Так же, как не всегда измерялась стоимость земли по методу У.Пети, или средним общественно необходимым трудом, предложенным впоследствии К. Марксом.
Почему же развитие науки экономики после У.Пети пошло в двух самостоятельных направлениях. Смит развил трудовую теорию стоимости, а Кене и его сторонники физиократическую теорию стоимости?
Вот ещё интересные мысли Уильяма Пети: "Теперь мы были бы очень довольны, если бы могли определить естественную стоимость свободной продажной земли, хотя бы и не лучше, чем мы определили вышеупомянутый usus fructus [доход арендуемого владения]. Попытаемся сделать это следующим образом.
После того как найдена рента или стоимость usus fructus за год, возникает вопрос, какой сумме годичных рент естественно равноценна свободная земля? Если мы скажем — бесконечному числу, то стоимость одного акра земли будет равна стоимости тысячи акров такой же почвы, что нелепо: бесконечность единиц равна бесконечности тысяч. Следовательно, мы должны принять более ограниченное число лет, и я думаю, что это такое их число, которое могут рассчитывать прожить одновременно живущие: человек пятидесяти лет, другой — двадцати восьми и ребенок семи лет, т.е. дед, отец и сын. Немногие имеют основание заботиться о более отдаленном потомстве: когда человек становится прадедом, он совсем близок к концу своей жизни. Почти всегда одновременно живут только три члена непрерывного ряда нисходящих потомков; и если некоторые становятся дедами в сорок лет, то зато другие только в возрасте свыше шестидесяти; сказанное имеет силу и в других соответственных случаях.
20. Поэтому я принимаю, что сумма годичных рент, составляющая стоимость данного участка земли, равна естественной продолжительности жизни трех таких лиц. У нас в Англии эта продолжительность считается равной двадцати одному году. Поэтому и стоимость земли равна приблизительно такой же сумме годичных рент. Возможно, если бы они думали, что ошиблись в одном числе (как полагает автор "Замечаний о бюллетенях смертности"), то они изменили бы и второе, если бы им не помешали соображение о силе народных заблуждений и зависимость от вещей, скрепленных уже взаимной связью.»
Я полагал, что достаточно будет показать несостоятельность идей завершителя классики политэкономии, чтобы понять, что политэкономия на трудовой основе псевдо наука.
Своё "Исследование о природе и причинах богатства народов" Смит начинает так:"Величайший прогресс в развитии производительной силы труда и значительная доля искусства, умения и сообразительности, с какими он направляется и прилагается, явились, по-видимому, следствием разделения труда"
Далее Смит объясняет своим современникам как уяснить значение влияния разделения труда на его производительность практически. Но нам этого объяснять не нужно. Смит не знал конвейерного производства. Мы знаем, и оно лучший пример уяснения значения разделения труда в увеличении его производительности против кустарного производства, хотя и в нём в наше время стремятся к разделению труда.
Обобщая свои примеры увеличения производительности труда за счёт его разделения, Смит делает следующий вывод: "Такое значительное увеличение количества работы, которое может выполнить в результате разделения труда одно и то же число рабочих, зависит от трех различных условий: во -первых, от увеличения ловкости каждого отдельного рабочего; во -вторых, от экономии времени, которое обыкновенно теряется на переход от одного вида труда к другому; и, наконец, от изобретения большого количества машин, облегчающих и сокращающих труд и позволяющих одному человеку выполнять работу нескольких"
Первые два пункта очевидные аксиомы. Но третий пункт не аксиома.
Смит начинает объяснение этого пункта так: "Наконец, всем должно быть понятно, как облегчается и сокращается труд благодаря применению надлежащих машин. Нет необходимости приводить примеры. Должен только заметить, что изобретение всех машин, облегчающих и сокращающих труд, следует, по -видимому, приписывать разделению труда"
Я согласен с тем, что машины облегчают труд. Но не могу согласиться с тем, что они его сокращают. Машины труд видоизменяют. Например, бывший землекоп теперь экскаваторщик. Результат его труда такой же как и у землекопа, канава, или котлован. Но труд экскаваторщика отличается от труда землекопа как небо от земли.
Машины действительно облегчают труд. Экономится физическая сила экскаваторщика, но эта экономия расходуется на его умственные силы. Землекопом может работать и глупый человек. А чтобы выучиться на экскаваторщика и работать экскаваторщиком, нужен ум.
Ум нужен и для создания самого экскаватора. И этот ум расходуется на создание такого экскаватора, который заменил бы сотню землекопов. Подчёркиваю экскаватор, который заменил бы сотню землекопов, а не экскаваторщик, который мог бы "выполнять работу нескольких" землекопов. Это значит, что вот в этом предложении Смита:"...от изобретения большого количества машин, облегчающих и сокращающих труд и позволяющих одному человеку выполнять работу нескольких" заключается очень досадная ошибка.
Ошибка состоит в том, что труд нескольких человек заменяет машина, а не человек ею управляющий. Вот инструмент действительно и облегчает, и сокращает работу рабочего, но он не может заменить работу нескольких рабочих и тем более заменить самого рабочего, использующего инструмент, так как это сделал сообразительный подросток в примере Смита с паровой машиной.
И в чём же тут дело?
Инструмент приводит в действие человек. А машину приводит в действии её двигатель. Двигатель в свою очередь приводит в движение энергоноситель. Энергоноситель это либо вещество природы, либо электричество, либо ветер, либо падающая вода. А всё вместе это энергия природы.
Сделай такой вывод Смит, ходивший в друзьях у главных в ту пору физиократов Кэнэ и Тюрго, мы бы давно имели настоящую, естественную науку экономику. Естественную потому, что в её основе был бы физиократический вариант решения основополагающей задачи науки экономики. И этих мудрых для своего времени людей было бы уже трое.
Смит решил бы для Кэнэ, так и не решённую им задачу, поставленную перед ним его противниками, как условие признания его физиократической основы экономики - привести пример создания стоимости энергией природы в промышленном производстве.
Смит, по сути дела, нашёл этот пример. Это пример о сообразительном подростке, превратившем паровую машину в автомат, чтобы избавиться от труда управления машиной. Мальчик играл с друзьями, а машина и без него продолжала создавать стоимости. Но Смит этого в своём примере не увидел. Видимо не судьба физиократам, во время решить свою задачу.
Но не следует думать, что эта задача не решена, по сей день. Она решена человечеством давно. Ибо, зачем бы оно открывало и добывало энергоносители? Она решена была и Марксом. Но для его цели в экономике она не подходила. И чтобы усложнить её решение для потомков, он эту ошибку "усовершенствовал" Он заявил, что люди в своей работе на силы природы лишь "опираются". Силы эти он назвал "дарами природы" Объявил их не имеющими стоимости, потому что "не опосредованы трудом", не обращая внимания на то, что сам же утверждал, что вещь не имеющая стоимости является бесполезной вещью. Из чего следует, по Марксу, что дары природы бесполезные вещи. В общем, проголосовал двумя руками, одной "за", другой "против" На такое способны только политики.
Итак, Смит, допустив в самом начале одну серьёзную ошибку, продолжает на её основе делать следующие.
Но позвольте прежде спросить, если бы экономика была объявлена не общественной наукой, а естественной, можно ли было бы в ней применить такое выражение как люди в своей работе на силы природы лишь опираются, а тем более дары объявить не имеющими стоимости, но полезными? Кто бы эту чушь для естественной науки Марксу позволил? А коль экономика наука общественная, то нет препятствий назвать её политической, как в любой политике или религии требовать от всех слепой веры во всякую чушь, которая помогает стать над людьми. В общественных и оккультных науках истина выпроваживается на задворки. В таких науках всего одна истина - любой ценой получить власть над толпой.
Исследуя земельную ренту, Смит находит что: "Солянка — вид морской травы, будучи сожжена, дает щелочную соль, употребляемую при выделке стекла, мыла и для других целей. Она растет в некоторых местах Великобритании, в особенности в Шотландии, только на таких скалах, которые расположены в полосе прилива и дважды в день покрываются водой; труд человека, таким образом, ничего не сделал для увеличения производительности этих скал. А между тем землевладелец, в состав имения которого входит береговая полоса с такого рода травой, требует за нее такую же ренту, как и за свои хлебные поля. Около Шотландских островов море особенно изобилует рыбой, ловля которой доставляет значительную часть средств существования обитателям этих островов. Но для того чтобы пользоваться водными богатствами, они должны иметь жилище на прилегающей земле. И рента, получаемая в данном случае землевладельцем, соответствует не тому, что фермер может получить с земли, а тому, что он может получить одновременно от земли и от моря. Рента выплачивается отчасти рыбою; именно здесь мы встречаем один из немногих примеров того, когда рента входит как составная часть в цену рыбы"
Из этого отрывка следствие более важное не то, что рента входит в цену рыбы, а то, что рыба, трава солянка и пшеница на хлебном поле землевладельца, дары природы.
И для землевладельца, и для арендатора, и для финансиста арендатора, мерилом стоимости этих даров является не труд. А самая банальная мера стоимости - деньги. И для них эти дары природы и есть прибыль. Может ли быть прибыль без стоимостной, что одно и то же бесполезной? Если бы они не могли видеть стоимости в не выловленной рыбе, в несобранной траве солянке, в не засеянном пшеницей поле, землевладельцу не зачем было бы иметь землю в собственности, а арендатору лезть в долги к финансисту.
Жизнедеятельность всех людей на планете преследует цель получения прибыли, или даров природы. Рабочий тоже ходит на работу с этой целью. И только рабочая лошадь работает за меру овса, ведро воды, охапку сена и стойло в конюшне. А нынешняя наука экономика преследует одну цель уравнять экономические права рабочего с правами рабочей лошади. Только в таком случае человек будет подчиняться политику, как раб рабовладельцу - вот скрытая цель отнесения науки экономики к общественным наукам, а не естественным, не взирая на то, что она изучает как естество прибыль получается из солянки, рыбы и веснусчатых шотландских голышей самых естественных естеств природы.
Если землевладелец претендует на долю от даров его земли, пропорциональную величине его вклада в производство, равного стоимости земли. Фермер претендует на долю от даров земли землевладельца, пропорциональную величине вложенного им в производство капитала. То очевидно же, что и рабочий имеет право претендовать на долю от даров земли, землевладельца, пропорциональную величине стоимости его вклада в производство. Этим вкладом является стоимость израсходованной рабочей силы. Ведь рабочий приходит на работу с восстановленной, за свои средства, рабочей силой, как бы не усердствовали Маркс и Смит приписать, эти расходы капиталисту.
Но, увы, Смит приходит к выводу, что всеобщим мерилом стоимости является труд. И эта ошибка Смита в дальнейшем эксплуатируется всеми, кому не хочется делиться с рабочим прибылью.
Смит в капитализме видит рабочего свободным рабом. Он не преследует в этом, ни какой политической цели. Он лишь констатирует факт. Вот как он пишет об этом: "Продукт труда составляет естественное вознаграждение за труд, или его заработную плату.
В том первобытном состоянии общества, которое предшествует присвоению земли в частную собственность и накоплению капитала, весь продукт труда принадлежит работнику. Ему не приходится делиться ни с землевладельцем, ни с хозяином. Если бы такое состояние сохранилось, заработная плата за труд возрастала бы вместе с увеличением производительной силы труда, порождаемой разделением труда. Все предметы постепенно становились бы более дешевыми"
Не эта ли мысль Смита натолкнула Маркса на коммунистическую идею?
В самом деле, у первобытных людей собственность была общей. Имело место разделение труда. Не было только товарно-денежных отношений. Вот они то и не позволили построить коммунизм практически. Из -за них разделение труда углублялось, но товары дешевле не становились, потому что у товарно -денежных отношений есть серьёзный недостаток. При товарно -денежных отношениях легко добывать прибыль, не пачкая рук. Ни чего не производя.
Если работнику не нужно делиться ни с хозяином, ни с землевладельцем, это значит, что работник он же и землевладелец, он же и хозяин. Результатом его труда являются дары природы, часть стоимости которых возмещает ему затраты труда и материалов, остальное является его чистая прибыль, которую Смит называет заработной платой.
Но это мелкая ошибка. А серьёзная ошибка состоит в том, что первобытным состоянием экономики Смит считает такое, при котором работнику не нужно ни с кем делиться. А цивилизованным состоянием он считает когда : "...труд самого простого рабочего не может стоить меньше труда сильного раба" То есть когда работник ни землевладелец, ни хозяин капитала, и даже не хозяин своей рабочей силы, а раб! Но свободный раб. И это даже лучше, чем не свободный.
Вот что по этому поводу пишет Смит:"В соответствии с этим, как мне кажется, опыт всех веков и народов говорит за то, что труд свободных людей обходится в конечном счете дешевле труда рабов" Вот такое положение дел Смит считает цивилизованным. И эту причину стоит считать основой зарождения капитализма и отказа от рабства.
Смит не понимает, что если отменено рабство, то должны быть отменены и экономические его признаки. И главный из них тот, что рабочий природный хозяин своей рабочей силы, и только он ведёт свои расходы на её восстановление. И если он её продаст как товар, по всем правилам продажи товара, то есть передаст покупателю в собственность в вечное пользование, то значит лишит себя источника существования навсегда, и будет обречён на смерть.
Однако Смит не видит, и потому не признаёт природной собственности рабочего, рабочей силы. Вот у него какое представление о рабочей силе: "Таким образом, спрос на людей, как и спрос на всякий иной товар, необходимо регулирует производство людей"
Смит видит не рабочую силу товаром, а самого рабочего. Маркс эту "ошибку" "совершенствует" под свои нужды. Он громогласно объявляет товаром рабочую силу, а не рабочего как это делает Смит, потом присваивает ей величины и меновой и прибавочной стоимости, используя для этого ещё одну ошибку Смита.
Вот как Смит представляет себе меновую и прибавочную стоимости:"Надо заметить, что слово стоимость имеет два различных значения: иногда оно обозначает полезность какого-нибудь предмета, а иногда возможность приобретения других предметов, которую дает обладание данным предметом. Первую можно назвать потребительной стоимостью, вторую — меновой стоимостью. Предметы, обладающие весьма большой потребительной стоимостью, часто имеют совсем небольшую меновую стоимость или даже совсем ее не имеют; напротив, предметы, имеющие очень большую меновую стоимость, часто имеют совсем небольшую потребительную или совсем ее не имеют. Нет ничего полезнее воды, но на нее почти ничего нельзя купить, почти ничего нельзя получить в обмен на нее. Напротив, алмаз почти не имеет никакой потребительной стоимости, но часто в обмен на него можно получить очень большое количество других товаров"
У Смита здесь проявляется явно не соответствующее истине представление о потребительной стоимости. Это следует из следующего предложения текста Смита:"..предметы, имеющие очень большую меновую стоимость, часто имеют совсем небольшую потребительную или совсем ее не имеют"
Вещь, не имеющая ни какой стоимости является бесполезной вещью. Она не предмет экономики. Вещь может долго не иметь меновой стоимости, до тех пор, пока в ней не появится, у кого нибудь, потребность. Но для этого нужно, чтобы она имела потребительную стоимость, полезность, или признак блага, так я предлагаю переименовать потребительную стоимость, чтобы она не усложняла понятие стоимость. Без признака блага, или наличия потребительной стоимости вещь ни когда не заимеет меновой стоимости. В то же время потребительная стоимость не может быть больше, или меньше, потому что полезность, или благостность не имеют меры.
В отличие от Смита, я не вижу разницы в величине потребительной стоимости воды, воздуха, пищи или алмаза. Меновой стоимостью этих полезностей может стать жизнь человека. Какая разница человеку от чего умирать? От удушья, жажды, голода, или от руки разбойника, способного из-за алмаза убить себе подобного. Как можно в этом случае утверждать, что потребительная стоимость воды больше потребительной стоимости алмаза?
В пустыне высокая меновая стоимость алмаза упадёт, а меновая стоимость воды возрастёт до такой степени, что алмаз с великим трудом может быть обменян на каплю воды и только потому, что в нём есть потребительная стоимость, полезность, благостность. А не потому, что его потребительная стоимость уменьшилась и повлекла за собой снижение меновой стоимости почти до ноля. Просто потребность воды возросла, а потребность алмаза уменьшилась. И это не противоречит ни чему, так как потребность всегда имеет меру. Выходит Смит смешивает понятие полезность с понятием потребность. И эту ошибку ухватили неоклассики и с успехом и давно её эксплуатируют в своих корыстных интересах в науке экономике.
На основе этой ошибки Смита неоклассиками создана "теория предельной полезности", которая по сути является теорией предельной потребности, великолепно отводящая мысль о существовании даров природы, естественного и единственного источника стоимости и причины прироста стоимостей в производстве - энергии природы. Марксовская теория прибавочной стоимости, созданная для этой же цели, теории предельной полезности в подмётки не годится. Из неё вытекает, хотя и утопическая коммунистическая теория, но практически показавшая свою непредсказуемость последствий при попытке реализации.
Теория же предельной полезности великолепно решает главную задачу, отвести взгляды рабочего от истинного источника стоимости, чтобы у него не возникало требование доли от даров природы. Рабочий далёк от полезности вещи, которую он делает. И эта отдалённость не наводит его на мысли о переустройстве общества с более справедливым распределением произведённых благ.
Полезность самой теории предельной полезности, если только она есть, не для науки экономики, а для политиков в ней. Для основ науки экономики у этой теории нет потребительной стоимости. Нет полезности. Истинная её полезность для науки, если и есть, то она не для основ экономических знаний, а для основ товароведения. Потому то эта теория, не успев появиться, оказалась на задворках науки.
Вот что о теории полезности пишет О. Бем -Беварк: "...мы принимаем за мерило ценности наименьшую пользу, ради получения которой представляется ещё выгодным с хозяйственной точки зрения употреблять данную вещь"
Как видите, О.Бем -Беварк между определением потребительной стоимости и теорией предельной полезности не видит разницы. И только потому, что не видит меры полезности. Он не находит возможности для полезности быть наибольшей, или средней. Он считает, что она может быть только наименьшей. Что не противоречит определению потребительной стоимости"
Далее О.Бем -Беварк пишет:...дуалистическое объяснение явлений ценности и цены двумя различными принципами "пользы" и "издержек производства" представляется и ненужным, и неудовлетворительным" То есть вообще ценообразование должно проходить мимо рабочего.
Здесь уместно будет поговорить и о том, чем же предлагает О. Бем -Беварк заменить теорию предельной полезности. Он предлагает заменить её, "теорией ожидания"
Что ж это за теория?
Его теория основана на логике спекулянта. Её ещё можно назвать теорией создания дефицита. В основу положено время производства и время реализации. Чем больше это время тем выше может оказаться цена продукта производства, или товара на рынке. Чем выше цена, естественно, тем больше прибыль.
Эта теория, прямо скажем, бредовая, но неоклассикам приглянулась тем, что в ней роль рабочего в ценообразовании, а, следовательно, и в получении прибыли, совершенно отсутствует. И это не "беда", что в этой теории, как и в теории полезности, источником стоимости является рынок, а не добытые в производстве дары природы. Не беда что это теория деления шкуры не убитого медведя. То есть обе эти теории чистой воды меркантилизм, не состоятельность которого великолепно доказана Смитом, а затем и Марксом.
Думается мне зря мои читатели неоклассики возмущались тем, что я сначала в этой статье предпочёл Смиту Маркса. Смит на деле оказался близок к физиократии, а это мне только на пользу, и очень далёк от будущего для него неоклассицизма. Всё что могли неоклассики взять из Смита - либерализм, невмешательство государства в управлении рынком, "невидимая рука","экономический человек" Ни какого отношения к неоклассике не имеют, без старательного их изуродования. Подгонки под неоклассический бред.