Михаил Эпштейн - ЗАПАД В РОССИИ

Актуальные публикации по вопросам культуры и искусства.

NEW КУЛЬТУРА И ИСКУССТВО


КУЛЬТУРА И ИСКУССТВО: новые материалы (2022)

Меню для авторов

КУЛЬТУРА И ИСКУССТВО: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему Михаил Эпштейн - ЗАПАД В РОССИИ. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Беларусь глазами птиц HIT.BY! Звёздная жизнь KAHANNE.COM Беларусь в Инстаграме


Автор(ы):
Публикатор:

Опубликовано в библиотеке: 2006-10-25
Источник: http://portalus.ru

Меня всегда поражало, что западная жизнь, какой она проникает в Россию, ничего общего не имеет с жизнью на самом Западе, хотя и резко отличается от обычного российского уклада. "Инофирмы", "иномарки", в какой бы области ни появлялись: экономика, быт, развлечения, - это вовсе не отраженный блеск, не второсортная имитация Запада, а какой-то особый, третий способ существования - шик, блеск, угар, которого не встретишь на Западе, даже среди самых состоятельных слоев. Это соединение русской тоски и порыва в никуда с западными материальными возможностями, - все эти клубы миллионеров, ночные киносеансы, таинственные ассоциации для богатых и знатных, "ананасы в шампанском", театральные шоу и ужины в компаниях известных артистов и артисток, буйные презентации с ослепительными вспышками юпитеров и пьяным лепетом сатурналий. Этот дух брожения, распада, это щекотание нервов возможны только в России, на фоне окружающего убожества и ватной тоски, - в рискованном уединении, чтобы кто-то хотел жадно подглядывать в щелочку, обреченный остаться вовне, на морозном крыльце, под пронизывающим ветром. Это как сладость греха в монастыре, в запретном месте.
Запад сам по себе многообразен, но довольно скучен и упорядочен, поскольку каждый действует в меру собственных возможностей, в своей профессиональной или социальной ячейке, которая достаточно широка, чтобы отнимать все силы для дальнейшего продвижения. В России ячейки узки, поэтому жадно хочется выбраться из них, перепробовать всего другого, разломать закрытое, приобщиться к спрятанному. Удовольствие жизни в России - раздирание завес, и конечно, последней и самой плотной завесы, отделяющей Россию от Запада. В этом смысле Россия всегда имеет при себе то утешение, которого лишен Запад, - попасть на Запад, что-то выискать, вывезти оттуда. Западу некуда рваться, он у себя дома, и единственное, чего может хотеться Западу, если не считать кратковременных и маловажных экзотических прелестей бедного Востока, - это откинуть небесную завесу, вкусить вечной жизни. То, что для России Запад, для Запада - потусторонний мир, оттого число верующих не уменьшается, а возрастает на Западе с ростом материального благополучия. Ведь единственное, чего им не хватает после испытанного на земле, - это запредельного.

Россиянину же очень многого еще не хватает, и прежде всего Запада, оттого и религиозная вера у него не такая, как на Западе: она, может быть, в какие-то моменты и сильнее, но как-то спазматичнее, дерганнее, раздирается между порывами атеизма и аскетики. Он рвется в небесное царство не потому, что уже все получил от земного, а потому, что не надеется никогда получить; оно ему взамен земных радостей, а всякая замена метафизически подозрительна и опасна. Потому что вдруг оказывается, что плевать он хотел на небесное царствие, раз в этой жизни ему не додано, и вообще - есть ли Бог, если здесь все так паскудно и мерзко? Так что русскому человеку трудно из своей позиции решить, что ему нужнее: отчаянная вера в Бога или столь же отчаянный бунт против Него. Он сильнее, чем западный человек, рвется на небо, - вне очереди и расписанья, потому что здесь, на земле, ему нечего терять, кроме ржавых цепей. Но поскольку источник этого порыва - неудавшаяся земная жизнь, то и цель этого порыва вполне может замещаться чем-то здешним, надеждой на удачу, на какое-то приближение к Западу - и тогда тайный мотив веры иссякает, сменяясь приступом очередного утопического жизнелюбия. Россиянин бунтует и смиряется, верует и искушается сомнением. На Западе нет этих перепадов - человек спокойно дожидается своей очереди на право отправиться в лучший мир, исполнив свой долг перед худшим миром, который и сам по себе достаточно хорош. Никакое правительство не в силах поставить берлинскую стену или железный занавес, чтобы помешать ему переправиться на тот свет, - поэтому он спокойно занимается улучшением здешнего мира, зная, что иной мир от него все равно не уйдет.

Но зато западный человек лишен того острого чувства - ноющего, сверлящего, сладостно-неприступного - которое россиянину дано испытывать по отношению к Западу. Это чувство потустороннего здесь, на этой земле, всего-навсего за какой-то географической границей. Быть может, только в смертной агонии, когда уже является первый призрак освобождения, когда что-то чистое, сладко веющее подступает к изголовью, дано пережить это щемящее чувство, который россиянин испытывает к Западу. Ведь это место, где потустороннее уже приблизилось: вот оно, в каких-нибудь исчислимых перегонах, часах, километрах, - мир, где люди витают спокойно и достойно, ничем не потревоженные, как души, уже взлетевшие над слизью болящих и смердящих тел. Чистые города, уважительные нравы, сияющие улыбки, уютная тишина, простор магазинов, изобилие товаров, свобода передвижений - таковы эти знаки царствия Божьего здесь, на Земле.

Для самого Запада потустороннее так и остается "по ту сторону", не смешиваясь с земным благополучием, размеренным, скучноватым, добропорядочным, беспорывным, исполненным спокойного ожидания смерти и посмертия. В России же любые признаки Запада - привезенные оттуда автомобили, джинсы или хотя бы только ремешки и пуговицы - пронизываются трансцендентной радостью и одновременно тоской, как все зовущее и недостижимое. Все это "оттуда", и потому любая вещица начинает обрастать гаммой каких-то почти религиозных переживаний. Она в России и блестит как-то ярче, чем в обычном своем западном свете, где ее трудно отличить от столь же стереотипно яркого фона. Никогда на Западе я не видел столь дорогих, изысканных, изящных, чудесно скроенных, завораживающих вещей, как те западные костюмы, автомобили, бумажники, телефонные аппараты, которые изредка попадались мне в России. Такого Запада на Западе нет, он есть только в России, и этот российский "квазизапад" есть уникальная, единственная в истории форма существования, когда имитация другой страны становится способом духовной трансценденции.

И потому все эти миллионерские забавы, тайные увеселения, озера шампанского и горки устриц, публичная полунагота и зависимость знаменитых актрис, неутоленная жажда царить и обладать, проснувшаяся в моментальных выдвиженцах большого бизнеса, - все это действительно похоже на смертную агонию тела, ищущего веяний какого-то иного, высшего, свободного духа. Не было бы этого пряно-смердящего запаха вокруг "квазизападных" затей, если бы не совершался в них какой-то действительно духовный процесс. По угару можно угадать горение. На Западе подобные бездуховные вещи и делаются бездуховно, не источая дурного запаха, потому что они лежат в области чисто экономической или чисто физиологической - служат обогащению одних и разлечению других в рамках прибыли и закона. Конкурс красоты - чисто деловое мероприятие для одних и приятный способ досуга для других. К нему подходят критерии рекламной эффективности или эстетической зрелищности. В России такой конкурс - это взрыв страстей, наконец-то дарованное право на беззаконность, грандиозная борьба влияний и самолюбий - между богатыми мужчинами и красивыми женщинами, друг за друга и друг против друга. В России происходит самоосвобождение духа, распечатывание тайны, которое облекается в форму "как на Западе", в гонки красивых автомобилей, в конкурсы женской красоты. Но подлинный смысл этих мероприятий - безумие, преступление, готовность сойти с ума или уйти из этой жизни, потому что острый эффект раз достигнутой свободы, преодоленного барьера требует идти дальше, освобождаться до конца, умирать вплоть до самой смерти.

Нет на свете другой цивилизации более пьянящей, порочной, прелестной, гибельной, чем архипелаг Запад на территории России.

Август 1993
--------------------------------------------------------------------------------
Из книги "НА ГРАНИЦАХ КУЛЬТУР. Российское-американское-советское", Нью-Йорк, Слово/Word, 1995. В КИТЕЖЕ воспроизводится с позволения автора.

Новые статьи на library.by:
КУЛЬТУРА И ИСКУССТВО:
Комментируем публикацию: Михаил Эпштейн - ЗАПАД В РОССИИ

© Михаил Эпштейн () Источник: http://portalus.ru

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

КУЛЬТУРА И ИСКУССТВО НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в VK, в FB, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.