публикация №1698346710, версия для печати

ИБРАГИМ ЭЛЬ-САЛАХИ И ЕГО ДЕРЕВЬЯ


Дата публикации: 26 октября 2023
Автор: Т. М. ГАВРИСТОВА
Публикатор: Алексей Петров (номер депонирования: BY-1698346710)
Рубрика: КУЛЬТУРА И ИСКУССТВО
Источник: (c) Азия и Африка сегодня, № 2, 28 февраля 2014 Страницы 71-74


Т. М. ГАВРИСТОВА, Доктор исторических наук Ярославский государственный университет им. П. Г. Демидова

Ключевые слова: Ибрагим эль-Салахи, африканский модернизм, каллиграфия, дерево, суфизм

Ибрагим эль-Салахи (Судан) - представитель африканского модернизма - одного из самых ангажированных направлений в изобразительном искусстве XXI века. С 1998 г. он живет в Оксфорде (Великобритания). Его персональная выставка проходила в лондонской галерее Tate Modern с 3 июля по 22 сентября 2013 г. На ней было представлено более 100 принадлежащих ему полотен - из частных и музейных коллекций. В их числе - его знаменитые "деревья".

Художник и ученый совершенствуются до конца дней своих...

И. Шишкин

Ибрагим эль-Салахи родился в 1930 г. в Омдур-мане (Судан); впервые начал рисовать в коранической школе, где преподавал его отец. В 1950-х гг. он учился в школах изобразительного и прикладного искусства в Хартуме и Слэйда -при Лондонском университете; рано обрел репутацию отличного рисовальщика, экспериментировал, изучал всемирное художественное наследие (произведения античных авторов, Уильяма Шекспира, работы Поля Сезанна, Джотто, Сальвадора Дали и др.) и фольклор.

В 1956 г. Судан освободился от колониальной зависимости, и в 1957 г. эль-Салахи вернулся домой. Поиск собственного стиля побудил его заняться каллиграфией и абстракцией, экспериментами в области цвета. В какие-то периоды всем оттенкам он предпочитал цвета песка, пыли, земли; в другие - белый и черный. В 1961 г. в Нигерии Ибрагим познакомился с Уче Океке - основателем "улизма"* и в значительной степени под влиянием его идей1 утвердился в мысли о главенстве синтеза в развитии искусства.

В Судане эль-Салахи пробовал себя как художник, писатель, поэт, педагог. Он основал творческую "Группу пустыни и джунглей", выступавшую в поддержку синтеза африканских и арабских традиций в литературе и живописи. На хартумском телевидении вел программу, посвященную вопросам культуры.

На основе взаимодействия традиций иконографии, символизма и новых технологий ему удалось создать новую художественную эстетику. Его преподавательская деятельность в Хартумской школе изобразительного и прикладного искусства, в Университете Макерере (Уганда), а позднее в университетах Европы и США, была успешной.

Он возглавлял делегации суданских художников на первом Всемирном фестивале негритянского искусства (Дакар, 1966 г.) и первом Панафриканском фестивале культуры и искусства (Алжир, 1969 г.); работал в министерстве культуры Судана.

В 1975 г. из-за конфликта с властями шесть месяцев провел в тюрьме; после освобождения - эмигрировал; был придворным историком эмира Катара, и даже "боялся думать о том, что он художник"2.

Мировую известность ему принесла его монументальная работа "Неизбежность" (1984 - 1985 гг.) - девять крупных панелей, посвященных полувековой гражданской войне в Судане (1956 - 2005 гг.), - блестящий комментарий к политическим событиям в Африке и мире, в целом.

Принадлежность художника, по крайней мере, к двум культурам - европейской и африканской - очевидна. Слияние традиций, особый эмоциональный заряд (образы, ритмы, коды), смысловое наполнение сюжета (подобное хороводу масок), характерная трансцендентность и игра делают его (в силу аутентичности и экспрессивности) одним из выдающихся мастеров своего времени. Он - первый африканец, чья персональная выставка с успехом прошла в престижной галерее Tate Modern.

СУФИЗМ

Ключевую роль в становлении художника сыграл суфизм - мистико-философское направление в исламе, распространенное в Судане. Как суфий, будучи инструментом в руках Создателя, Ибрагим эль-Салахи рассматривал творчество не просто в качестве способа самовыражения, но и как мерило любви к Богу. Творчество представлялось ему таинством ("чудом", "озарением"); свое призвание (и послушание) он видел в том, чтобы нести людям свет, - так учили предки. С точки зрения суфизма, Мастер (с большой буквы. - прим. авт.) являлся воплощением божественной воли и божественных качеств.

"Под моей одеждой нет ничего, кроме Бога!" - любит повторять эль-Салахи3. Суфизм куль-


* Направление нигерийского модернизма, основой для которого послужила знаковая система ужи - тайнопись народа игбо.

стр. 71

тивирует неотделимость Творца (с большой буквы. - прим. авт.) от творения - растворение его в абсолютной трансцендентальности, стремление к единению с Богом (в творческом экстазе), к слиянию с ним. Поиск равновесия между традицией и самобытностью, между самоанализом и наблюдением за природой привел художника к созданию новых форм в искусстве. Они стали отражением его взаимоотношений с собой и окружающим миром, вместив в себя комплекс разнообразных ощущений и переживаний.

Мусульманин, совершающий молитву пять раз в день и еще каждый раз перед тем, как приступить к работе, интеллектуал, увлеченный историей, эль-Салахи в творчестве дошел до полной идентификации себя с Творцом. Ощущая себя посредником, исполняющим волю Аллаха (его "вратами", "окном", "ухом", "оком"), художник искал пути слияния материального и духовного, физического и ментального, тела и духа4. Экстатический диалог с самим собой и Богом (молитва, медитация, спиритический сеанс) нашел выражение в рисунках на ткани, на теле, на бумаге -руками, пальцами, кистью, чернилами, маслом, акрилом. Между тем, к своим экспериментам художник всегда относился с юмором, утверждая, что, когда его посещает какая-то новая идея, "он ощущает себя цыпленком, намеревающимся снести яйцо"5.

Суфийская установка "Я есть истина" близка ему. Однако поиск истины, как и поиск идентичности, более интересен, т.к. в интеллектуальном суфизме культивировалось стремление учиться до конца дней. Интерес к новому, неизвестному, другому обогащает интеллектуально, расширяя личное пространство мастера, его кругозор.

Актуализация диалога со зрителем (на эмоциональном и рациональном уровнях; уникальная полифония и полихромия его ощущений) включает в себя, с одной стороны, попытку самоидентификации (в рамках профессии на уровне соотнесения себя с другими категориями художников, интеллектуалов), а с другой - поиск единомышленников (прежде всего в университетской и художественной среде). Его аудитория формировалась годами - десятилетиями. Особенно счастлив И.эль-Салахи, по его словам, был в 2000 г., когда в Хартуме с успехом прошла его выставка (спустя три десятилетия после первой, неудачной - из-за отсутствия публики - попытки). И он понял: соотечественники приняли его творчество6. Для него это было как "запоздалое свадебное торжество"7.

Арабское письмо (вязь) стало главным полем для экспериментов. Хотя заповеди Аллаха веками запрещали изображение живых существ, препятствуя развитию изобразительного искусства в районах распространения ислама, художнику было тесно в границах дозволенного. Бунт против правил определил суть его стиля. В одном из недавних интервью художник вспоминал: "Я взял каллиграфию и удалил из нее смысл... Затем разрушил знаки, оставив один только остов... Я начал ломать и его, что повлекло за собой рождение новых художественных идиом, с их помощью я стал создавать картины"8.

Так возникла новая реальность, которая стала отражением нового видения мира, нового мироощущения - мироощущения И.эль-Салахи. Новые символы, образы, знаки, принадлежащие современной истории и культуре, пришли на смену старым кораническим символам. Произведения "заговорили" на универсальном языке абстракций: художник вдохнул в них жизнь и душу.

В интервью он отмечал: "Иногда словно дух возникает из написанного. И письмена сами начинают говорить с тобой... Если я скажу, что все еще придерживаюсь традиций каллиграфии, это будет справедливо... потому что (смотрит в окно, видит дерево. -прим. интервьюера) они все равно, что деревья, которые растут... И хотя растущие деревья вижу я, вы благодаря мне можете воссоздать их образ... И так всегда. И это то, что держит нас..."9 Так началась персонификация образа дерева.

Приверженность мысли о том, что, в частности, русский религиозный мыслитель В. Соловьев определял (применительно к евреям и иудаизму) как "веру в невидимое и одновременно желание, чтобы невидимое стало видимым; веру в дух, но только в такой, который проникает в материальное и пользуется материей как своей оболочкой и орудием"10, вполне соответствовала идеям суфизма, что позволило И.эль-Салахи осуществить "прорыв", воплотив, подобно Творцу, духовное в зримых образах. Его "деревья" можно рассматривать как особую форму посланий, адресованных человечеству. Их U-образные силуэты призваны вызвать вполне определенную ассоциацию со словом "Unity"*, хотя встречаются квадратно-прямоугольные, куполообразные изображения, напоминающие букву "Т" или термоядерный гриб, спирали, подобия креста и другие.

"ДЕРЕВА ВЫ МОИ, ДЕРЕВА..."11

Создание серии произведений под названием "Дерево" (преимущественно после 2000 г.) связано, в первую очередь, с осмыслением глобальных общечеловеческих ценностей.

Древо жизни (древо познания, райское дерево) как один из символов мироздания встречается в памятниках культуры различных народов как символ Вселенной. Образ "древа" восходит к Библии, к Ветхому и Новому Заветам: "И произрастил Господь Бог из земли всякое древо, приятное на вид и хорошее для пищи, и древо жизни посреди рая, и древо познания добра и зла" [Книга Бытия, 2:9]. По преданию, пророк Мухаммед, оказавшись на небе, увидел Дерево жизни.

И.эль-Салахи рисует одну единственную разновидность деревьев (Faidherbia Albida), широко распространенную в Африке. Регион ее распространения включает Южную, Центральную и Восточную Африку.

В Судане это крупное дерево из рода акаций произрастает вдоль берегов Нила. Его называют хараз. В высоту дерево может достигать 6 - 30 м, в ширину - 2 м. Стручки его пришлись по вкусу многим животным, особенно слонам. Его мягкая древесина используется для строительства ло-


* В переводе с английского: единство, единение; в исламе единство - свидетельство веры.

стр. 72

док и резчиками по дереву, в мыловаренном и фармацевтическом производствах. Вблизи границ его произрастания принято возделывать кукурузу и пальмовое дерево - урожайность резко повышается.

В тени дерева можно укрыться в зной. Хараз хорошо переносит засуху и сбрасывает листву в дождливый сезон. По словам И.эль-Салахи, так, согласно легенде, дерево борется с дождем: "В сезон дождей и разливов Нила его листья засыхают... это индивидуальность... все равно, что сказать: "Я не хочу быть, как все!". Если кто-то хочет быть зеленым, пусть будет, а я - нет!"12 "Война хараза с дождем" - так в Судане говорят о тех, "кто выделяется из толпы, не хочет быть как все". Упрямец, индивидуалист, одиночка - вот о чем это дерево напоминает мне"13, - подчеркивает художник.

Принцип "Будь самим собой!" он считает определяющим в жизни и в процессе творчества: ему не нравится, когда кто-то относит себя к "африканским художникам", "суданским" или "нигерийским". Главное - индивидуальность, профессионализм; они являются гарантией успеха: "чтобы стать востребованным, нужно отличиться"14. Подобно харазу, мастер должен проявлять стойкость, стремясь к совершенству. Он должен быть интересен окружающим, чтобы они, в свою очередь, возжелали взглянуть на мир его глазами (одного таланта мало; иногда необходимо о себе напомнить).

Хараз для И.эль-Салахи - олицетворение телесности и духовности: это сакральное дерево, своеобразная модель мира. Его меняющиеся во времени и пространстве образы можно рассматривать в контексте антропоцентризма (как своего рода портреты или автопортреты художника) и антропокосмизма (как способ единения с природой и Вселенной). Изображения строятся по универсальной схеме и устремлены ввысь. Художник маркирует три зоны: верхняя (крона) устремлена в небо; средняя (ствол) - столп, основа композиции; нижняя - земля, в ней его корни.

Дерево, таким образом, становится связующим звеном между землей и небом, обеспечивает взаимосвязь прошлого, настоящего и будущего - трех временных ступеней, которые в африканской мифологии (и сознании африканцев) сосуществуют параллельно в своем триединстве.

В исламе и христианстве, как известно, мировое древо имеет вертикальный вид, в верованиях, распространенных в Западном Судане, - горизонтальный. Дерево эль-Салахи как символ единства, наряду с тремя вертикальными зонами, имеет четыре горизонтальные (стороны света). В его системе координат можно выделить 7 зон: центр, верх, низ, север, восток, юг, запад.

Художник познает мир "по семи ветрам": линии, при помощи которых выстраивается хараз на картине, как кровеносные сосуды, расходятся по вертикали, вдоль ствола и по горизонтали, по диагонали - в разных направлениях, чтобы сойтись в невидимой точке. Они виртуозно переплетаются, набухая и истончаясь, создавая изображение, сотканное из множества знаков (точек, черточек, окружностей, спиралей). Их переплетения рождают образы (иллюзорные), иллюзорное пространство в границах иного измерения или некой новой реальности.

Иногда автор расширяет пространство с помощью зеркального эффекта (или оптической иллюзии) - возникают два дерева или три. Вокруг этой сложной, как правило, симметричной структуры складывается картина мира и разворачивается сюжет. В произведениях И.эль-Салахи, по существу, заложено "семь смыслов" - "семь уровней толкования", как принято в суфизме15.

ДУХОВНЫЕ ПОИСКИ И ОБРЕТЕНИЕ СЕБЯ

Сколько "деревьев" написано мастером, сказать сложно. На выставке в галерее Tate Modem под названием "Дерево" представлено более десятка работ большого формата, а кроме того - "Женское дерево" (1994 г.) и "Триплет - дерево" (2003 г.). В ходе создания более поздних по времени образцов мастер использовал не только рисунок, но и линейку. Английское слово "ruler" (в буквальном переводе с английского не только "линейка", но еще и "правитель" - в русский язык вошли производные от него слова: "руль", "рулить") как нельзя лучше иллюстрирует эволюцию в изображении деревьев: присутствие в нем художника локализуется и исчезает.

В первых работах пульсирующая точка в центре композиции, как правило, выписанная руками, свидетельствовала о том, что автор - очевидный посредник, соучаствующий в восприятии зрителями созданных при его физическом вмешательстве образов. Более поздние композиции исполнены сакрального смысла. В них точка и линия преобразуются, соответственно, обретая статику и динамику. Художник намеренно нивелирует существующие между ним и его произведением связи, следуя по пути упрощения изображения.

Слияние с Богом (единение с ним) и интуитивное познание Аллаха (и себя в нем), согласно суфизму, возможно лишь в процессе освобождения души от низшего "я" и приобщения к высшей божественной реальности. В интервью И.эль-Салахи объяснял свою позицию следующим образом: "Не знаю, может быть, сказывается мой возраст... я ведь уже старый человек. И теперь я нарисую линию, и этого уже достаточно... много воздуха, много пространства... Изображение упрощается, становится вертикальным.., когда приступаешь к изображению корней в земле и ветвей в небесах - это уже вторая линия... и я тихо радуюсь, потому что это соответствует моей идее медитации..."16

Для эль-Салахи его "деревья" есть мост в Царство Божие - путь к Богу, свидетельство веры. Комплекс заложенных в них идей включает признание сакральности всего, что так или иначе связано с Богом; следование предписаниям как проявлению божественной сущности (без них невозможно обретение порядка); принятие инаковости как данности (иначе нельзя достичь единства) и, наконец, осознание божественной реальности как некоего Абсолюта (предельной формы Пустоты).

Геометрия рисунка И.эль-Салахи вобрала в себя традиции многих школ: арабской и китайской каллиграфии, персидской миниатюры, русского авангарда и супрематизма, французского

стр. 73

сюрреализма. На смену плотному узору арабесок, рождавшему "мир тайных образов", защищенный завесой "мира явленных образов", в работы, относящиеся к концу первого десятилетия XXI в., пришла игра линий (и цвета), исполненная намеков и "дыхания космоса", - той самой пустоты, в боязни которой европейские мастера веками обвиняли мусульманских художников (преимущественно суфиев). Поворот к космическому стал следствием сознательного богоискательства мастера, который, ступив на путь веры, обрел свет истины за счет интеллектуальных усилий и неустанного поиска.

Первые деревья, написанные им в 2000 - 2002 гг., обладали несомненной телесностью (у них есть мышцы, мозг, возраст и даже пол). В более поздних работах она перестает доминировать. Чувственность восприятия образов снижается. Игра линий и цвета находится под контролем. По словам самого художника, "в них есть божественное, но нет Бога"17.

Мудрый и самодостаточный, эмоциональный и рациональный, верный своему видению мира, свободного от несправедливости и ограничений, "он сам как хараз", - говорит об И.эль-Салахи его соотечественник, антрополог и историк искусства Салах М. Хасан18. Его идеал - демократическое общество, граждане которого уважают индивидуальность и свободу творчества; непримирим он в отношении тоталитарных и коррумпированных режимов. Его "деревья" безмолвны лишь на первый взгляд; по сути, они воплощают то, что нельзя выразить словами. Калейдоскоп ощущений: любовь, смерть, скорбь, смятение, озарение, торжество - усиливает "душевную" вибрацию (одна из любимых русским художником В. Кандинским характеристик абстрактной живописи19, используемая для сравнения механизма воздействия на аудиторию живописи и музыки), разворачивая зрителя к самому себе, заставляя "включить внутреннее зрение, чтобы найти себя и начать медитировать"20.

"Двойной образ" (картина в картине, смысл в смысле), подобный сюрреалистическому, "включается" и "выключается", создавая иллюзию явления изображения. Иногда геометрия и живопись накладываются друг на друга, и тогда за переплетениями линий угадываются другие измерения, вибрация исчезает, а точка превращается во всевидящее око. Абстракция трансформируется в образ, и хотя иногда возникает предчувствие апокалипсиса ("Дерево", 2000 г.; "Дерево", 2001 г.), все же впереди - светлое будущее ("Дерево", 2008 г.; "Дерево", 2009 г.).

Текстура рисунка многослойна. Пустота обитаема. Линии (прямые, волнистые, реже - ломаные), переплетаясь, образуют лабиринты. Их построение не исключает математический расчет. Театрализация пространства создает подобие реальности: лабиринты любви (и сознания), лабиринты времени (и истории), лабиринты души (и иллюзий), лабиринты улиц (и судьбы). В них легко заблудиться, и все же зритель угадывает путь. Через созерцание и концентрацию он словно погружается в плавный ритм суфийских кружений - подобие медитации. Преодоление и обретение себя становится смыслом существования, целью - выход из тупика.

Палитра художника изменчива. Поле яркости жестко регулируется. Одни образы сотканы из вертикальных и горизонтальных черно-белых и серых полос. Другие ("Два дерева" (2001 г.); "Дерево" (2008 г.) выполнены в красном, синем, белом, зеленом цвете. Проглядывают оттенки лилового, оранжевого, песочного. Вспышки света, фейерверк, просветление: у каждого дерева, как у человека, своя биография, своя судьба. Среди них есть толстые и тонкие, высокие и низкие, сильные и слабые, мужественные и женственные. Фортуна не постоянна. Жизнь - это лабиринт. Настоящее "всегда слагается из тупиков и рубежей"21. Зародыши лучшего будущего следует искать "на рубежах" - на перепутье, где традиционно рождается все новое.

И.эль-Салахи живет в гармонии со своим временем. Универсальность сакрального смысла создаваемых им композиций при сохранении традиционной формы (духовного послания) очевидна для зрительской аудитории. Она открывает целый комплекс этноконфессиональных, политических, философских, психологических, нравственных, морально-этических и экологических проблем.

Его "деревья" воспринимаются как абстракция, как некий знак, понятный мусульманам и не мусульманам, арабам и не арабам, африканцам и не африканцам. Они - ключ на пути познания себя и мира (в условиях глобализации). Семь смыслов (а, возможно, и больше), заложенных в них художником, легко угадываются: путь в светлое будущее лежит через любовь, веру, надежду, взаимоуважение, взаимопонимание, гуманизм и, как ни пафосно это звучит, дружбу между народами.


1 Okeke U. Natural Synthesis. Nsukka. 1960.

2 Hudson M. Ibrahim El Salahi: from Sudanese Prison to Tate Modern Show // Guardian. 3 July, 2013 - http://www.the-guardian.com/artandde.sign/2013/jul/03/ibra him-el-salahi-tate-modern

3 Adams S. Under My Garment There is Nothing But God. Recent Work by Ibrahim El Salahi // African Arts. Summer 2006. Vol. XXXIX. N 2. P. 23 - 31.

4 Ibid. P. 27.

5 Adams S. In My Garment There is Nothing But God. The Work of Ibrahim El-Salahi // El-Salahi Ibrahim. A Visionary Modernist. Ed. Salah M. Hassan. L., Tate Publishing. 2013. P. 66.

6 Ibid. P. 59.

7 El-Salahi I. The Artist in His Own Words // El-Salahi Ibrahim. Op. cit. P. 89.

8 Adams S. In My Garment... P. 59. 9 Ibidem.

10 Соловьев В. Еврейство и христианский вопрос. Берлин, 1921. С. 21.

11 Первая строка песни барда Евгения Бачурина.

12 Adams S. In My Garment... P. 61.

13 Hassan S.M. Ibrahim El-Salahi and the Making of African and Transnational Modernism // El-Salahi Ibrahim. Op. cit. P. 25.

14 Adams S. In My Garment... P. 61.

15 http://persian.sufism.ru/iran_cosmos. htm

16 Adams S. In My Garment... P. 61.

17 Ibidem.

18 Hassan S.M. Op. cit. P. 25.

19 Даниэль С. От вдохновения к рефлексии. Кандинский - теоретик искусства // Кандинский В. Точка и линия на плоскости. СПб, Издательский дом "Азбука-классика". 2008. С. 10.

20 Adams S. In My Garment... P. 61.

21 Кандинский В. Указ. соч. С. 194.

Опубликовано 26 октября 2023 года


Главное изображение:

Полная версия публикации №1698346710 + комментарии, рецензии

LIBRARY.BY КУЛЬТУРА И ИСКУССТВО ИБРАГИМ ЭЛЬ-САЛАХИ И ЕГО ДЕРЕВЬЯ

При перепечатке индексируемая активная ссылка на LIBRARY.BY обязательна!

Библиотека для взрослых, 18+ International Library Network