О НЕКОТОРЫХ ИСТОЧНИКАХ КАТЕХИЗИСОВ СИМЕОНА ПОЛОЦКОГО

Критика на произведения белорусской литературы. Сочинения, эссе, заметки.

NEW КРИТИКА БЕЛОРУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ


КРИТИКА БЕЛОРУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ: новые материалы (2022)

Меню для авторов

КРИТИКА БЕЛОРУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему О НЕКОТОРЫХ ИСТОЧНИКАХ КАТЕХИЗИСОВ СИМЕОНА ПОЛОЦКОГО. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Беларусь глазами птиц HIT.BY! Звёздная жизнь KAHANNE.COM Беларусь в Инстаграме


Автор(ы):
Публикатор:

Опубликовано в библиотеке: 2022-06-29

В рукописном наследии Симеона Полоцкого сохранились два катехизиса (назовем их условно краткий и пространный), которые упоминались многими исследователями его творчества, но никогда не становились объектом специального изучения. Катехизисы написаны в традиционной для данного жанра вопросно-ответной форме, и оба текста отчасти содержательно перекликаются с составленным Симеоном Полоцким в 1670 г. рукописным толкованием Апостольского символа веры "Венец веры кафолическия"1, хотя и находятся от него в разной степени зависимости.


Полное название хронологически более раннего - пространного катехизиса - "Кніга краткихъ вопросовъ и отвтов катехистїческих иже о трехъ добродтелх богословских, о Вр, о Надежд, о Любви. К тому о десятословии, о седми тайнах, о седми грсх смертных, вопросы и отвты содержащая. И разршение вопросов различных, о грсх противу десятословию бывающих. И разршение случаев бывающих от седми грхов главных. Напослдок врачевства общая на вся грхи и Размышление краткое, в пособие кающымся имущая. Во славу Божию, в ползуже православных христианъ самаго Бога наставлением и пособиемъ. Трудолюбиемъ же многогршнаго Симеона Полоцкаго Іеромонаха недостойнаго на словенском диалект, миру проявленная, совершися. В лто от создания мира, 7179 от рождества еже по плоти Бога слова, 1671, месяца марта въ 12 день". Пространный катехизис встречается в рукописях в паре с "Венцом веры"2 и состоит, как следует из самого названия, из нескольких самостоятельных частей.


Катехизис в собственном смысле слова (здесь и далее цитируется в тексте по Син. 286) предваряется небольшим рифмованным вступлением:


 


Корзо Маргарита Анатольевна - канд. ист. наук, старший научный сотрудник Института философии РАН.


Статья подготовлена при поддержке исследовательского проекта РГНФ 08 - 01 - 00022а.


1 ГИМ. Отдел рукописей. Син. 286. Беловой список, переписанный в значительной степени рукой Сильвестра Медведева, см. [1. С. 228].


2 См., например, упоминавшуюся выше рукопись Син. 286, а также Син. 285 (черновой по отношению к предыдущему) и Син. 39 (рукопись из собрания Димитрия Ростовского) [1. С. 220 - 229].


стр. 24



Сам текст организован в соответствии с тремя так называемыми богословскими добродетелями - верой, надеждой и любовью. И в этом отношении композиция пространного катехизиса полностью соответствует структуре памятников данного жанра религиозной литературы в католической традиции3; по аналогичной схеме выстраивается, в частности, и катехизис киевского митрополита Петра Могилы [3]. В тексте Симеона после небольшой вступительной части об имени христианина и о ереси помещено последовательное толкование 12 статей Апостольского символа веры (соответствует добродетели "вера"); общие рассуждения о молитве, объяснение семи прошений "Отче наш" и поучение о блаженствах ("надежда"); истолкование заповедей декалога, изложение сути церковных таинств и изъяснение семи "главных" грехов ("любовь"). После собственно катехизиса следует несколько самостоятельных, но тематически с ним связанных поучений. Первые два адресованы исповеднику и повествуют об отдельных грехах против десятословия (с. 143 - 212, 3-го счета) и о том, в каких конкретно поступках получают выражение семь "главных" грехов и каковы способы их "врачевания" (с. 212 - 236). В самом конце Симеон дает небольшую подборку размышлений, призванных помочь приступающему к исповеди христианину вызвать у себя сокрушение совести (с. 237 - 243).


Краткий катехизис был составлен, вероятно, позднее пространного. Если пространный переписывался вместе с "Венцом веры", то краткий в составе сборника бесед Симеона Полоцкого4. Большинство из 14 бесед создавалось в рамках полемики с протестантами. Некоторые из них принадлежат перу самого Симеона и были написаны в 1677 г. (за исключением открывающей сборник беседы о Св. Духе, создававшейся еще в Киевской коллегии); часть бесед - это переводы, подготовленные в 1677 - 1679 гг. (см. [4. С. 236 - 237]).


Краткий катехизис представляет собой довольно лаконичное, состоящее из 66 вопросов и ответов, изложение основ православной веры5. Содержательно он практически полностью (с небольшими исключениями) составлен из фрагментов пространного катехизиса; композиционно же тексты не имеют между собой ничего общего. Если хронологически более ранний текст организован в соответствии с тремя богословскими добродетелями, то краткий катехизис выстраивается совершенно иначе. Текст начинается с небольшого вступления:


"- Кто еси ты?


- Человек есмь естеством, созданный от бога, по образу и по подобию его.


- Что есть въ теб образъ божий?


- Три силы душевныя, оум, память, и воля, в единой души.


3 О композиционных и жанровых особенностях католических посттридентских катехизисов см. [2. С. 41 - 89].


4 Син. 660 - автограф Симеона Полоцкого с черновыми поправками; Син. 289 и Син. 363 -беловые списки [1. С. 229 - 237].


5 Здесь и далее цитируется в тексте по Син. 289, с. 351 - 355.


стр. 25
- Како сия суть образом божиимъ?


- Яко въ боз три суть лица, едино же божество: тако в души три суть сия силы, естество же едино" (л. 351).


Далее следует фрагмент об имени христианина и крестном знамении (вопросы 4 - 9); общие рассуждения о Троице (10 - 14); о познании Бога, лицевых и ипостасных свойствах (15 - 29); о Христе (30 - 38); часть о грехах и их разновидностях (39 - 48); таинства покаяния (вопрос 49) и крещения (50 - 52); рассуждение о том, достаточно ли одного крещения и одной веры для спасения (53 - 54); об исхождении Св. Духа (55 - 64) и небольшое заключение о том, что необходимо соблюдать в исповедании о Св. Троице (65 - 66).


По внутренней организации богословского материала и последовательности сюжетов краткий катехизис Симеона Полоцкого напоминает поучение о вере, опубликованное впервые в учебнике "Наука ку читаню" (Вильно, 1596). Поучение было составлено видным деятелем украинско-белорусского братского движения Стефаном Зизанием и имело отдельный подзаголовок "Изложение о православной вр. Коротким пытаньем и отповданьем, для латвшаго вырозумня, християнским дтем. Странный пытает зловрный, а православный благоверный отповдает". Данный катехизис не претендовал на целостное изложение православного вероучения, ограничиваясь лишь наиболее актуальными, как представляется, сюжетами православно-католической и православно-протестантской полемики рубежа XVI-XVII вв6. Одной из характерных черт данного текста был его ярко выраженный полемический характер, особенно заметный в блоке вопросов и ответов об исхождении Св. Духа: здесь "благоверный" ставит своей целью не столько позитивно изложить православное вероучение, сколько опровергнуть ложные богословские мнения "зловерного".


Составляя свой краткий катехизис, Симеон Полоцкий, вне всякого сомнения, следовал модели "Изложения" Стефана Зизания. Об этом свидетельствует совпадение общей концепции текста: хотя Симеон и расширил его содержательно, а также поменял местами ряд вопросов, композиционно его катехизис соответствует так называемому символу веры Афанасия Великого, который выступал организующим стержнем и для "Изложения". Как и в тексте Стефана Зизания, самая большая часть краткого катехизиса Симеона Полоцкого посвящена проблеме исхождения Св. Духа. Именно в данном блоке вопросов и ответов мы находим больше всего буквальных текстуальных совпадений; именно здесь оба памятника имеют выраженный полемический характер и вопросы сформулированы так, как если бы это были не вопросы, а утверждения оппонента, которые надлежит опровергнуть: "Едина есть сила отча и сыновня, оубо яко отец испущает духа святаго: тако и сын"; "Священное писание глаголет: яко духъ святый исходит от отца чрез сына. Оубо от сына"; "Вся яже имать отец, имать и сын. Но отец имат ежи испущати святаго духа. Оубо и сын имать" (Син.289. Л. 354 об.).


В московской книжной традиции текст Стефана Зизания получает распространение как в рукописной форме7, так и в печатной - в составе букварей 1657, 1704 и 1708 гг. "Изложение" воспроизводилось под отдельным заголовком, сохранялись его оригинальное название и общая полемическая тональ-


6 Подробнее об этом тексте и его источниках см. [2. С. 216 - 251].


7 Например, в составе полемического сборника, большинство Слов и Поучений которого посвящено проблеме исхождения Св. Духа (Син. 937) [1. С. 772].


стр. 26
ность, но имя Стефана Зизания, как автора, опускалось. Также, в отличие от оригинала 1596 г., "Изложение" приводилось на церковнославянском языке, смысловые разночтения были минимальны. Более того, катехизис Зизания встречается и в московском Букваре 1679 г., редактирование которого осуществлял Симеон Полоцкий8. По сравнению с оригинальной версией "Изложения" и первой его московской публикацией (Букварь 1657 г.), в текст был внесен целый ряд изменений. К наиболее существенным можно отнести замену выражения "Сын Божий" на "Христос", другое определение таинства причастия, переформулировку целого ряда ответов об исхождении Св. Духа.


Исходя из датировки статей конвоя Син. 289, можно предположить, что краткий рукописный катехизис составлялся Симеоном почти одновременно с Букварем. Более того, ряд изменений, отличающих "Изложение" в версии 1679 г. от оригинального текста Стефана Зизания, встречается и в кратком рукописном катехизисе (речь идет опять-таки о той части текста, где ведется рассуждение об исхождении Св. Духа).


Но при том, что Симеон Полоцкий использовал "Изложение" Стефана Зизания в качестве модели для своего краткого катехизиса (в данном случае не так принципиально, использовалось ли оригинальное издание 1596 г. или его московская переработка, в том числе и 1679 г.), в содержательном отношении Симеон опирался главным образом на свой пространный катехизис, из фрагментов которого в значительной части и скомпилирован краткий текст:


 


8 Ф. И. Сетин считает, что московские буквари 1667 и 1669 гг. также были подготовлены Полоцким [5. С. 95]. Но в этих изданиях катехетическая часть отсутствует.


стр. 27
В кратком катехизисе встречаются пять ссылок на богословскую традицию: по две цитаты из Августина и Амвросия Медиоланского и фрагмент из Иоанна Дамаскина. Августин цитируется в ответе на 15-й вопрос "Что есть Богъ?": "...Августин святый о нем сице глаголет: Бог есть, его же око не вид, ни оухо слыша, ниже на сердце человеку взыде" (л. 351 об.). В пространном катехизисе данной цитаты мы не находим, но она приводится в четвертой главке "О символ" "Венца веры" (Син. 286, с. 18, 1-го счета)9. Еще одна цитата из Августина и Амвросия встречается в ответе на вопрос "Что есть грх?": "Есть по блаженному10 Августину, слово, дло, или желание противное закону, или не по закону божию. По Амвросию святому, rгрх есть преступление закона божия, и небесных заповдей преслушание" (л. 352 об. -353). Данные формулировки даны и в пространном катехизисе (с. 71). Оба определения можно считать классическими для католической моральной теологии11; не без ее влияния проникают они и в памятники богословской мысли Киевской митрополии12. Второй раз ссылается Симеон Полоцкий на Амвросия в рассуждениях о том, какие грехи смываются в таинстве крещения: "Тако глаголет Амвросий святый: Истинно есть яко благодать божая, в крещении не ищет стенания, или стования, или дла нкоего, разв самаго от сердца исповдания вры, даръ бо божий туне дарует грхи в крещении" (л. 353 об, -354). Единственная цитата из Иоанна Дамаскина встречается в ответе на 64-й вопрос краткого катехизиса: "Духъ сыновей именуется за единство естества. Или по Дамаскину: яко чрез сына изявлен, и твари дадеся" (л. 355). Данная цитата приводится и в пространном катехизисе и является фрагментом из IX главы I книги "Точного изложения православной веры" [8. С. 99].


Тематически и пространный, и краткий катехизисы Симеона Полоцкого значительно шире "Венца веры", содержание которого исчерпывалось разбором статей Апостольского символа веры. Но при этом совершенно очевидно, что в обоих случаях Симеон опирался на свое толкование Credo, заимствуя из него отдельные формулировки и даже целые фрагменты.


В настоящее время представляется невозможным полностью реконструировать все источники катехетических сочинений Симеона Полоцкого. Известно, что он довольно свободно ориентировался в западной (в том числе и польской) богословской литературе, о чем свидетельствует оставшаяся после него библиотека13, а также ссылки, проставленные самим Симеоном в черновых вариантах своих рукописей. Хорошо знал он и книжную продукцию Киевской митрополии, поддерживая близкие, дружеские отношения с ее виднейшими представителями. Известно также, что Симеон Полоцкий был весьма умелым


9 В "Венце веры" указано, что это - фрагмент из толкования на 25 псалом.


10 Отметим, что в приведенной выше цитате Августин назван святым.


11 Определение Августина ("Dictum vel factum vel concupitum contra legem aeternam") сформулировано в работе "Против Фавста-манихея" [6. Col. 418], а Амвросия Медиоланского ("Quid est enim peccatum, nisi praevaricatio legis divinae, et coelestium inobedientia praeceptorum?") - в "Книге о Рае" [7. Col. 292]. Оба определения воспроизводятся в "Сумме теологии" Фомы Аквинского (соответственно, I-II, q. 71, а. 6 и I-II, q. 162, а. 2).


12 Они встречаются, например, в "Науке о седми тайнах церковных (Вильно, ок. 1618. Л. 49); в предисловии Петра Могилы к Номоканону 1629 г. (с. 3); в трактате "Мир с Богом человеку" Иннокентия Гизеля (Киев, 1669. С. 24).


13 Описание большей части библиотеки издано И. Е. Забелиным [9. С. 53 - 67], отчасти дополнено А. Хипписли [10. Р. 52 - 61].


стр. 28
компилятором14, поэтому допустимо предположить, что при составлении своих катехетических сочинений он пользовался целым рядом источников.


Вопрос об источниках "Венца" мы пока оставляем открытым. Что же касается непосредственно катехизисов, то можно назвать по крайней мере два памятника, которыми пользовался Симеон Полоцкий - одно из сочинений бельгийского богослова Жака Маршана (Marchantius, 1585 - 1648) и "Мир с Богом человеку" архимандрита Киево-Печерской Лавры Иннокентия Гизеля.


Жак Маршан был автором ряда сочинений, пользовавшихся в Европе необычайной популярностью, в частности фундаментального (без малого полторы тысячи страниц) пособия для пастырей "Hortus pastorum Sacrae Doctrinae floribus polymitus, exemplis selectis adornatus". Оно было опубликовано в 1626 - 1627 гг. и многократно переиздавалось на протяжении всего XVII в. (см. [16. Col. 20]). В действительности данный труд представляет собой совокупность нескольких самостоятельных сочинений, а "Hortus pastorum" является как названием первого (и самого пространного) трактата в сборнике, так и общим - объединяющим - названием для всего компендиума. В частности, кёльнское издание 1635 г. имеет следующий состав15. Первое сочинение - это собственно "Hortus pastorum". Оно состоит из трех книг (liber) по числу трех основных богословских добродетелей (вера, надежда и любовь), в которых анализируются, соответственно, Апостольский символ веры, "Отче наш" и "Ангельское приветствие", а также заповеди декалога. Книги внутри подразделяются на трактаты (tractatus), которые, в свою очередь, состоят из лекций (lectio). Второе сочинение сборника - "Candelabrum Mysticum" также членится на трактаты и лекции и посвящено подробному изъяснению семи церковных таинств. В конце каждого трактата есть небольшой раздел, где в вопросно-ответной форме анализируются сложные ситуации, могущие возникнуть при отправлении того или иного таинства ("Resolutiones quaestionum pastoralium et casuum conscientiae circa sacramenta"). Далее следуют довольно пространный трактат "Virga Aaronis Florens, hoc est, directio vitae sacerdotalis ex SS. Patrum, praesertim S. Caroli Borromaei documentis", подробный анализ семи смертных (или главных) грехов "Tuba Sacerdotalis demoliens muros Iericho" и рассмотрение наиболее типичных вопросов и ситуаций, возникающих во время таинства исповеди "Summarium resolutionum et responsionum ad quaestiones Pastorales frequentius recurrentes circa Praecepta Decalogi, et capitalia vitia". Последним сочинением сборника является "Praxis Catechistica ex Pastorali Horto per interrogationes et respon-siones digesta" - довольно пространный по объему (1196 вопросов и ответов), но весьма лаконичный по формулировкам катехизис. Он представляет собой своеобразную выжимку почти из всего "Hortus pastorum" (не вошли лишь "Vir-


14 Приведем лишь несколько примеров. В частности, проведенный А. Хипписли анализ источников стихов "Вертограда многоцветного" Полоцкого выявил буквальные текстуальные заимствования из проповедей "Concionum opus tripartitum" иезуита Маттиаса Фабера [11. Р. 23 - 40]. Это подметил уже И. М. Тарабрин [12. С. 23 - 24]. Рукописная "История о путешествиях, чудодействиях [...] Иисуса Христа" представляет собой компиляцию из свода "Evangelicae historiae quadripartita Monas" известного богослова и географа Герарда Меркатора (см. [13. С. 75 - 76]). О некоторых источниках "Жезла правления", "Обеда душевного" и "Вечери душевной" см. [14. С. 170; 15. С. 165].


15 Coloniae Agrippinae: sumptibus Ioannis Huberti (экземпляр Государственной Публичной Исторической библиотеки, г. Москва, шифр: XVII в./2°-241). Оба тома переплетены вместе.


стр. 29
ga Aaronis Florens" и "Summarium") и внутри каждого тематического раздела содержит отсылки на конкретные трактаты и лекции того или иного сочинения данного сборника. Именно "Praxis Catechistica" и стал тем источником, на основе которого был создан пространный катехизис Симеона Полоцкого.


Известно, что "Hortus pastorum" был в библиотеке Симеона Полоцкого16. Можно предположить, что ему была известна и польская версия сочинения Маршана, опубликованная в 1648 г. в Кракове17. В разрешении цензора указано, что польское издание представляет собой перевод "Hortus pastorum" ("Katechism na Polskie przetlumaczony z Ksiag nazwanych Hortus Pastorum Iacobii Marchan-tij..."). Правда еще в начале XX в. польский библиограф К. Эстрайхер уточнил, что в основу перевода положен не собственно трактат "Hortus pastorum", но именно "Praxis Catechistica" [17. S. 137]. В любом случае, даже если Симеон и работал с польским переводом (а эта версия нуждается в дополнительной проверке), то латинский оригинал он знал вне всякого сомнения18. Выше уже упоминалось о том, что пространный катехизис Симеона Полоцкого дополнен целым рядом самостоятельных по отношению к катехизису статей, в частности добавлены "Разршение вопросов различных, о грсх противу десятословию бывающих" и "Разршение случаев бывающих от седми грхов главных". Ничего подобного в польском переводе Маршана мы не встречаем, зато эти тексты соответствуют "Summarium resolutionum et responsionum" латинского оригинала.


Сравнение "Praxis Catechistica" с пространным катехизисом Симеона Полоцкого показывает, что сочинение Маршана было переведено практически в полном объеме. Чтобы проиллюстрировать, насколько буквален перевод Симеона, приведем начало обоих текстов, выделяя курсивом несовпадающие фрагменты:


 


16 В опубликованном И. Е. Забелиным описании под N 266 значится "артусъ пасторумъ".


17 Последующие издания - Краков, 1659 и Краков, 1682.


18 Любопытно отметить, что польская версия катехизиса бельгийского богослова легла в основу еще одного памятника - "Катихисис албо наука христианская, вкоротц з розных авторов зебранная", опубликованного перемышльским епископом Иннокентием Винницким в 1685 г. в Уневе (факсимильное воспроизведение текста см. в приложении к исследованию [18]. Формально оставаясь православным иерархом, он тайно принимает унию в 1681 г., что позволяет рассматривать данное сочинение как памятник униатской традиции. Винницкий не скрывал, что за основу для своего катехизиса взял труд Маршана: об этом говорится в его переписке с Конгрегацией Пропаганды Веры в 1694 г. [19. S. 25 - 26]. Сопоставление двух текстов, правда, показывает, что перемышльский епископ не всегда был верен оригиналу, зачастую явно пытаясь примирить позицию католического богослова с православной традицией (см. [2. С. 429 - 432]). Именно обращение Иннокентия Винницкого и Симеона Полоцкого к одному и тому же источнику и объясняет зачастую почти дословное совпадение унёвского печатного издания и пространного катехизиса Симеона.


стр. 30



Приведенные выше отрывки хорошо иллюстрируют то, каким образом Симеон Полоцкий работал с латинским оригиналом. Он опустил лишь два фрагмента, которые могли бы вызвать удивление у православного читателя -


19 В черновом варианте первоначально было переведено дословно по Маршану ("Ко еже оумрти за Христа"); позднее же была сделана надстрочная вставка (см. Син. 285. С. 337).


стр. 31
рассуждение о разделении христиан на францисканцев, бернардинцев и бенедиктинцев, и пример святых Севастиана, Диакона и Бландина как Христовых мучеников. С другой стороны, Симеон внес в текст два добавления: о том, что имя "христианин" обязывает нас исповедовать Христа и слушать его учение, и описание крестного знамения.


Наиболее же распространенный прием работы Симеона Полоцкого с текстом Маршана - это дробление или, наоборот, укрупнение вопросов последнего:


"- От кого ликования20 прияху начало?


- От демона, или от змия, ибо яко он кругохождение обыче творити: тако и лиководящии" (с. 83).


"- A quo duxerunt choreae originem?


- A daemone, seu serpente.


- Quare?


- Quia sicut ille, sic et illi, qui choreas ducunt, circuitus solent facere" (p. 49).


 


Значительный интерес представляют те немногочисленные фрагменты из катехизиса Маршана, которые не попали в текст Симеона. Полностью был опущен состоящий из 34 вопросов и ответов фрагмент об индульгенциях, который в "Praxis Catechistica" следовал после толкования так называемого Ангельского приветствия (или молитвы "Радуйся, Мария") и перед рассмотрением третьей богословской добродетели - любви (р. 45-46). Вместо него Симеон Полоцкий вставил толкование евангельских блаженств (с. 63 - 67). Рассматривая 5-й член Символа веры о схождении Христа в ад21, Симеон Полоцкий не включает в свой катехизис вопрос Маршана о схождении Христа в чистилище ("Numquid etiam descendit [Christus] ad Purgatorium? Etiam: Quia et inde aliquos liberavit, immo forte omnes", p. 38). Также опускается фрагмент, декларирующий наличие частного суда сразу после смерти ("Numquid unus quisque in morte subit iudicium particulare? Certum est ita esse", p. 39). В толкование 9-го члена Credo не вошли довольно пространное рассуждение Маршана, почему видимая Церковь называется кафолической (в терминологии латинского источника - Catholicam), и вопрос "Quare dicitur Ecclesia Romana?" (p. 40). На их место Симеон вставляет фрагмент о началах Церкви и перечень церковных таинств (с. 35 - 36). Смысловому редактированию подвергается и само определение Церкви:


 


В меньшей степени подверглись редактуре разделы, рассматривающие молитвы "Отче наш" и "Радуйся, Мария". В первом случае, говоря о "врачевствах" против искушений, Симеон Полоцкий опускает обращение верующего к помощи Богородицы, оставляя лишь молитву ко Христу и святым. Здесь, правда, можно предположить непреднамеренность пропуска, потому что в этом месте в пространном катехизисе происходит сбивка нумерации перечисляемых Симеоном "врачевств" (с. 56). Из толкования же молитвы "Радуйся, Мария" был исключен фрагмент о значении слова "Ave", где, среди прочего, Маршан рассуждает об образовании "Ave" из имени "Eva" и противопоставляет Богородицу праматери рода человеческого (р. 44). В катехизисе Симеона Полоцкого и в "Praxis" значительно отличается и толкование второй части данной молитвы, которая, как известно, в православной и католической традициях звучит иначе.


20 Здесь - хороводы.


21 Данное положение встречается только в Апостольском Credo.


стр. 32
В контексте рассуждений о четвертой заповеди декалога ("Помни день субботный святити, сирчь святый"; у Маршана по католической классификации - третья) в пространном катехизисе отсутствует вопрос о связи соблюдения воскресного дня с Богородицей ("Quare dies Sabbati est solemnis Virgini? Quia mansit illo die in ea lumen fidei, aliis omnibus vacillantibus", p. 48). В катехизис Симеона не попал фрагмент, для чего можно использовать освященную воду22. Симеон Полоцкий отказался также от вопросов об обрядах, связанных с отправлением того или иного таинства (в "Praxis Catechistica", например, р. 53), считая их, вероятно, не совсем соответствующими православной традиции. Более значимым представляется пропуск рассуждений Маршана о необходимости особого праздника, посвященного освященному Телу Христа, и анализа ситуаций, при которых допустимо причащать светских лиц так же, как и священнослужителей (р. 53). Симеон пропускает и фрагменты о том, почему таинство елеопо-мазания (или extrema unctio) получило именно такое название; почему установлено именно семь ступеней священства и входит ли в их число первая тонзура (р. 54). Несколько незначительных пропусков сделаны и в перечнях так называемых дочерей отдельных смертных грехов.


Один из пропусков носит, вероятно, случайный характер: в контексте заповеди о почитании родителей отсутствует вопрос о том, какие блага выпадают на долю почтительных сыновей еще при этой жизни (в "Praxis Catechistica" p. 49). Пропуск явно непреднамеренный, потому что в тексте Симеона образуется смысловой разрыв между предыдущим и последующим фрагментами (с. 85).


Наряду с исключением отдельных блоков вопросов и ответов Симеон Полоцкий дополняет текст Маршана, и дополнений этих значительно больше, нежели пропусков. Чаще всего Симеон расширяет ответ на тот или иной вопрос, вводя одну или несколько цитат из Писания или разворачивая излишне лаконичное рассуждение Маршана. В двух случаях Симеон Полоцкий дополняет текст "Praxis Catechistica" высказываниями Иоанна Дамаскина: "Есть велико [число падших Ангелов], ибо от всх чинов нции падоша, в их же мсто людие избраннии возносятся. Или по Дамаскину: цлый лик приземный падеся" (с. 10); "[Лень] есть гнусность оума, благое начати или совершати небрегущаго. Или по Дамаскину: Лность есть печаль, сице отягощающая душу, яко ничесо же благотворити хотти ей" (с. 140) (курсив мой. - М. К.).


Помимо уже упомянутого раздела о евангельских блаженствах (который появляется вместо раздела об индульгенциях), из наиболее значимых дополнений необходимо отметить использование Симеоном Полоцким двух Символов веры: он приводит формулировки как Апостольского, так и Никео-Константинопольского Credo, хотя весь свой анализ (также как и Маршан) выстраивает в соответствии с символом Апостольским. Больше всего дополнений сделано Симеоном Полоцким именно в первой части катехизиса, посвященной толкованию Символа веры. Первая значительная вставка из 10 вопросов и ответов появляется в разделе, озаглавленном "О символ святом": здесь Си-


22 Примечательно, что в черновой версии данный фрагмент сначала был, потом же его зачеркнули:


 


стр. 33
меон подробно останавливается на том, как "бог отец, сына роди, раждает, и во вки родити будетъ. Духа же святаго испустил есть, испущает, и во вки будет испущати" (приведенная далее аналогия с солнечными лучами попала и в текст краткого катехизиса); а также уточняет, что есть общее всем ипостасям Троицы и какое из лиц первое или большее (с. 7 - 8).


Следующая значимая вставка сделана Симеоном в контексте толкования 3-го члена Символа веры о воплощении Христа. Он добавляет фрагмент из шести вопросов и ответов о двукратном рождении Спасителя; о количестве естеств, лиц, воль и действий во Христе (с. 17). Примечательно, что данный отрывок также целиком вошел впоследствии в краткий катехизис. В 4-м члене Credo появляется рассуждение о том, как во время крестных мучений страдала плоть Спасителя при том, что "не пострада божество" (с. 21 - 22). Фрагмент этот был неотъемлемой частью всех православных катехизисов, создававшихся в конце XVI и на протяжении всего XVII в. в Речи Посполитой, и являлся полемическим выпадом в адрес одного из направлений антитринитаризма. Столь же очевидным знаком знакомства Симеона Полоцкого с украинско-белорусской православной традицией данного периода (а также и принадлежности к ней) является и включенный им в пространный катехизис фрагмент о том, где находятся души праведников и грешников до последнего Суда и получают ли они уже сейчас воздаяние в полной мере23. К числу значимых дополнений Симеона Полоцкого, сделанных им в толковании Символа веры, относится и блок вопросов и ответов об исхождении Св. Духа (с. 30 - 32). Речь идет об уже упоминавшемся выше полемическом фрагменте, позаимствованном из "Изложения" Стефана Зизания и включенном как в краткий рукописный, так и в букварный катехизисы Симеона. Рассуждения о Св. Духе в пространном рукописном катехизисе расширены также вопросами о его дарах и плодах. Здесь Симеон Полоцкий, в частности, говорит о плодах "в дус человчестем рождаемых" (курсив мой. - М. К.): такая формулировка встречалась первоначально только в букварных катехизисах так называемой евьенской группы24.


Анализируя заповедь десятословия, запрещающую создавать идолы и поклоняться им, Симеон значительно расширяет лаконичное рассуждение Маршана о том, в чем состоит отличие икон от языческих идолов и вводит в свой катехизис следующие вопросы: "Кое есть разнствие между Иконми и Идолы?"; "Даждъ разнствие ино"; "Во ветхомъ завт, бяху ли Иконы?" и "Почитаху ли 1юдеи тыя херувимы?" (с. 77 - 78)25. Вместо изложения обрядов, сопровождающих таинство крещения, Симеон Полоцкий вводит два новых вопроса: "Понеже смерть есть плодъ грха, грхъ же истребляется крещениемъ векую христиане оумирают?" и "Чесо ради богъ попущает тым креститися, иже отступники по-слжде бывают?" (с. 102 - 103). Значительное по содержанию дополнение сде-


23 Одним из свидетельств актуальности данного сюжета для православных богословов Киевской митрополии является его рассмотрение на соборе 1640 г. [20. Ст. 30, 32]. В московской богословской мысли сюжет о конкретном местонахождении душ после смерти возникает под влиянием книжной продукции Киевской митрополии.


24 К ней относятся буквари виленского братства Св. Духа (Евье, 1618; Вильно, 1643, 1645, 1652), Спиридона Соболя (Кутейно, 1631; Могилев, 1636), могилевского Богоявленского монастыря, 1649 г. и кутеинского Богоявленского монастыря, 1653 г. (см. [21. С. 64]).


25 В черновом варианте данный фрагмент первоначально отсутствовал: он написан на отдельном лоскуте бумаги и подклеен к рукописи (Син. 285. С. 379).


стр. 34
лано в разделе пространного катехизиса, посвященного таинству священства. Симеон расширяет материал "Praxis Catechistica" изложением "вещи" и "образа" данного таинства; говорит о его служителе и о формальных канонических требованиях, которым должен соответствовать кандидат в священники; осуждает принимающих священство "на мзд" и утверждает, что "Иереи и инии духовнии началници имут вящшую оу бога заслугу" (с. 110 - 111). Рассуждением о "вещи" и "образе" таинства дополняет Симеон Полоцкий и материал главы катехизиса о церковном браке (с. 112). Супружеству в пространном катехизисе (равно как и в "Praxis Catechistica") уделено внимания больше, чем какому-либо другому таинству. В конце этой и без того обширной главы Симеон приводит подробное изложение вопросов "Чесо ради сроднымъ сочетатися возбранно?" и "Во ветхомъ завг векую поймовахуся сроднии?" (с. 115 - 116). Небольшие вставки Симеон Полоцкий делает также в главках о "врачевствах" отдельных смертных грехов: "противу гордости" (с. 120), "на сребролюбие" (с. 124 - 125) и "противу нечистот" (с. 128 - 129).


Говоря о приемах работы Симеона Полоцкого с текстом Маршана, нельзя не отметить ряд лексических замен. Их совсем немного, и самым очевидным является отказ от термина purgatorium и замена его мытарствами:


Пространный катехизис


"Praxis Catechistica"


"И по смерти Аггели возводят душы наша на небо: и на мытарствахъ защищаютъ" (с. 11).


"Etiam animas post mortem deducunt Angeli in caelum, vel ad Purgatorium" (p. 37).


 


Аналогичная замена была произведена Симеоном Полоцким и в толковании 7-го члена Символа веры. Можно отметить также перевод "Respublica" (р. 51) как "весь народ" (с. 94); молитву к Деве Марии "rosarium" (p. 44) как Акафист и Параксис (с. 60); "materia et forma" таинства как "вещь" и "образ".


За счет каких источников Симеон Полоцкий расширил текст Маршана, сказать со всей определенностью сложно. Конечно же, в данном случае мы имеем в виду более или менее обширные вставки, а не мелкую правку или корректировку отдельных формулировок. Одним из возможных источников, как упоминалось выше, мог быть "Мир с Богом человеку" Иннокентия Гизеля. В одном месте Симеон Полоцкий даже ссылается на этот памятник: напротив вопросов о препятствиях к заключению церковного брака на поле стоит примечание "сих толкование пространное есть в мир с Богом человеку" (с. 115)26. Гизель, действительно, весьма подробно останавливается на этом вопросе, отводя его рассмотрению более десяти страниц текста [22. С. 151 - 163]. Весьма вероятно, что именно из трактата Гизеля были позаимствованы формулировки 10 церковных заповедей, которые Симеон Полоцкий приводит в контексте толкования девятого члена символа веры "И во единую... Церковь" (с. 35 - 36)27.


26 Примечание встречается и в черновом варианте катехизиса (Син. 285. С. 401).


27 Церковные заповеди как самостоятельная единица катехетического наставления верующих были сформулированы в XIII в. предположительно папой Целестином V. Большинство католических памятников XVII в. выделяло всего пять предписаний: почитание церковных праздников; посещение воскресных богослужений; соблюдение постов; исповедь и причастие не реже одного раза в год в Пасхальный период. Аналогичный Полоцкому перечень из 10 положений встречается впервые в "Кратком катехизисе" Петра Могилы 1645 г. [3. Л. 28 об. -43 об.], а впоследствии у Иннокентия Гизеля [22. С. 76].


стр. 35
Обращает на себя внимание непривычная для православной книжности формулировка про обращение "еретиков и схизматык" (курсив мой. - М. К.) (с. 36), гораздо более типичная для католических авторов. Эта же формулировка (правда, уже не в контексте церковных заповедей) встречается и в "Мире с Богом": "Повелвает нам Церков [...] да быхом молшшся [...] обращении [...] еретиков и схизматиков" [22. С. 96]. Симеон мог воспользоваться сочинением Гизеля и расширяя данное у Маршана лаконичное определение "лени" цитатой из Иоанна Дамаскина.


Пространный катехизис Симеона Полоцкого дополнен целым рядом самостоятельных по отношению к катехизису статей, в частности "Разрешением вопросов различных, о грсх противу десятословию бывающих" и "Разршением случаев бывающих от седми грхов главных". Выше было уже отмечено, что эти тексты соответствуют "Summarium resolutionum et responsionum" Маршана. Симеон, правда, и в этом случае подошел к латинскому оригиналу творчески. Но, в отличие от того, как он работал с текстом "Praxis", "Summarium" подвергся преимущественно сокращению. Гораздо реже Симеон переиначивает предложенные Маршаном формулировки и почти совсем не делает собственных вставок. Остановимся лишь на наиболее принципиальных, на наш взгляд, изменениях. Все они сделаны в контексте рассмотрения грехов против заповедей декалога.


Как известно, в католической и православной традициях иначе группируются ветхозаветные предписания. В первом случае запреты поклоняться чужим богам и создавать образы Иеговы объединены в одну заповедь, а предписания "Не пожелай жены ближнего твоего" и "Не пожелай имущества ближнего твоего" рассматриваются по отдельности. Поэтому если в католической традиции заповедь "Почитай отца и матерь твою" является по счету 4-й, то в православной - 5-й. Работая с текстом Маршана, Симеон Полоцкий учитывает это различие в нумерации и объединяет, в частности, в своем катехизисе рассмотрение 1-й и 2-й заповедей, сильно сокращая число анализируемых в "Praxis" сюжетов. Среди исключенных фрагментов оказывается и вопрос о том, допустимо ли светским людям без особого на то позволения читать Библию на родном языке ("An Biblia vulgari lingua legant sine licentia, si sint laid?", p. 1). Вслед за этим Маршан начинает рассуждать о чтении Священного Писания вообще, а не только его переводных версий. Этот вопрос ("Всякому ли подобает библию святую читати?", с. 145) Симеон Полоцкий оставляет, но отвечает на него достаточно лаконично и несколько уклончиво, в то время как Маршан не ограничивается собственными рассуждениями, но подкрепляет их авторитетом постановлений Тридентского и поместных соборов. Под категорический запрет для светских лиц не попадают только отдельные избранные фрагменты из ветхозаветных книг Товита, Иудифи и Есфири, содержащие наставления о воспитании детей ("Praxis", p. 1 - 2). Блок вопросов и ответов о Писании дополнен перечнем библейских фрагментов, позволяющих отличить его каноническую версию от искаженных и еретических ("Praxis", p. 2).


Значительно более лаконично анализирует Симеон и ситуацию "Аще кто православный живет в странах нечестивых, или между еретики (у Маршана только "qui inter haereticos existens". - M. K.), и служя господину еретику, входит по нем в храм их молитвенный, еже послужити ему, а не их ереси согласуя, согршаетли?" (с. 146). В ответе Симеон ограничивается ссылкой на полученное Нееманом от пророка Елисея разрешение прислуживать в капище царю


стр. 36
Сирийскому (4 Царств 5:18). Маршан же, помимо случаев простого посещения храмов, оговаривает и ситуации присутствия на проповедях и участия в праздниках еретиков. Единственное добавление, сделанное Симеоном в контексте толкования 1-й и 2-й заповедей - это вопросы "Мнози от невжд поклоняющеся Иконам святым, не возводят оума си на перво образное, не гршат ли сим длом" и об использовании церковной утвари для гадания (с. 149).


Все последующие заповеди Симеон Полоцкий редактирует преимущественно за счет сокращения числа анализируемых сюжетов. Так, например, говоря о соблюдении воскресного дня, Симеон не рассматривает ситуаций, когда приходской священник вправе освободить своих прихожан от этого предписания; в контексте заповеди "Не укради" не анализируются случаи залоговых и кредитных операций. Единственный фрагмент в тексте Симеона Полоцкого, который не имеет никаких параллелей в "Summarium resolutionum et responsionum" Маршана, - это толкование последней заповеди о непосягании на имущество ближнего.


Анализ случаев, связанных с семью смертными (или главными) грехами, Симеон Полоцкий предваряет небольшим, позаимствованным опять-таки у Маршана вступлением:


 


Часть о смертных грехах - это практически дословный перевод соответствующего раздела "Summarium"; самое значимое, сделанное Симеоном Полоцким изменение, - это исключение в контексте рассуждений о сребролюбии параграфа о ростовщическом проценте (у Маршана: "Quid sit usura?", p. 32). Как рукописные катехизисы Симеона были восприняты современниками, сказать очень сложно: сохранилось не так много рукописных копий этих текстов и совсем мало прямых о них высказываний. Евфимий Чудовский предпринял, правда, критический разбор "Венца веры", доказывая, что Апостольское исповедание чуждо Православной Церкви28. В своих рассуждениях он употребляет и понятие "катехизис". Но из контекста совершенно очевидно, что речь идет все-таки о "Венце". О катехизисах известно лишь то, что они в числе других сочинений Симеона Полоцкого были запрещены на московском соборе 1690 г, как содержащие латинские заблуждения29. Но заблуждения эти како-


28 "О апостолскомъ глаголемом символ" (Син. 396. Л. 32 - 40). Здесь же подшита и тетрадка, в которой Евфимий выписал все места из "Венца", которые он счел еретическими ("Написася сие из книги глаголемыя внец вры, сложения по мудрованию латинскому: восточному же благочестию противныя" (л. 24 - 31).


29 Помимо рукописных катехизиса и "Венца веры", под запрещение попали печатные издания "Псалтыри рифмованной" 1680 г., "Обеда душевного" 1681 г., "Вечери душевной" 1683 г., "Поучения о благоговейном стоянии во храме" ок. 1668 г. (см. [23. С. 131 - 139; 24. С. 117 - 118 прим.]).


стр. 37
му-либо обсуждению подвергнуты не были. В своем "Слове поучательном" патриарх Иоаким остановился лишь на одном, и, как представляется, довольно второстепенном с точки зрения догматики, сюжете, связанном с катехизисом:


"Книга, именуемая "Катихисис", в нейже [Симеон] сказует, яко мужу у жены и жен у мужа срамная уды по любви цловати беззазорно есть и безстыдно: еже у нас православных христианъ зло блазненно и гнусно и безчестно. На сие его суесловие вщателно, яко и варвари самии грубии и безбожнии, мню, стыдятся и гнушаются сего; у православных же христиан (оставляю еретикы калвины, лутеры, и латины и посглдующыя тым, в сем любящыяся) ниже в словесх сие безстудство (честным наипаче двственным ушесем) слышашеся, ниже во ум у кого бываше до продерзаго изъявления тоя книги писателя" (цит. по [23. С. 131 - 132]).


Критикуемый патриархом фрагмент находится не в самом тексте пространного катехизиса, но в приложении, анализирующем греховные деяния против того или иного предписания декалога. В перечне случаев "Когда движения страстная непщуются быти грси смертнии" Симеон Полоцкий, в частности, утверждает, что "Лобзание срамных оудов между супругами, есть грх простимый: между же не супругами смертный" (с. 185)30.


Незначительное число известных копий катехетических сочинений Симеона позволяет предположить, что они не получили сколько-нибудь широкого распространения. В свое время И. А. Татарский, например, предположил, что "происхождение некоторых богословских сочинений (Симеона Полоцкого. - М. К.) прямо объясняется учительскою деятельностию его в царской семье. "Краткий катехизис"31, приложенный к "Венцу веры кафолическия", очевидно, служил учебным руководством в богословии для младшего возраста царевичей, точно так же, как самый "Венец веры" для возраста старшего" [4. С. 121].


Если это предположение верно и адресат текстов был столь узок, они, тем не менее, не перестают быть значимым фактом религиозной культуры второй половины XVII в., еще одним интересным примером адаптации католического богословского наследия.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ


1. Горский А. В., Невоструев К. И. Описание славянских рукописей Московской Синодальной библиотеки. Отдел 2. Писания Святых отцев. Ч. 3. Разный богословския сочинения (Прибавление). М., 1862.


2. Корзо М. А. Украинская и белорусская катехетическая традиция конца XVI-XVIII в.: становление, эволюция и проблема заимствований. М., 2007.


3. Петр Могила. Събраше короткой науки о артикулах вры [...]. Киев, 1645.


4. Татарский И. А. Симеон Полоцкий (его жизнь и деятельность). Опыт исследования из истории просвещения и внутренней церковной жизни во вторую половину XVII века. М., 1886.


5. Сетин Ф. И. "Буквари" Симеона Полоцкого в ряду древнерусских учебников XVI-XVII вв. // Симеон Полоцкий и его книгоиздательская деятельность. М., 1982.


30 Этот фрагмент мы находим в "Summarium resolutionum et responsionum" Маршана в контексте толкования заповеди "Не прелюбодействуй": "...casus est, de osculis partium pudendarum... De his certum est gravia mortalia esse inter non coniugatos; inter coniugatos autem non censet esse mortalia" (p. 18).


31 На самом деле И. А. Татарский имеет здесь в виду текст, обозначенный нами как пространный.


стр. 38
6. Augustinus. Contra Faustum manichaeum // Patrologiae Cursus Completus. Series Latina / Recensuit, correxit, edidit J. -P. Migne. Parisiis, 1845. T. XLII.


7. Ambrosias. De Paradiso liber unus // Patrologiae Cursus Completus. Series Latina / Recensuit, correxit, edidit J.-P. Migne. Parisiis, 1845. T. XIV.


8. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры. М.; Ростов-на-Дону, 1992.


9. Забелин И. Е. Книги переписные книгам, которые по указу Святйшаго Патриарха в нынешнем во <7>198 году сентября в день <...> переписаны в Спасскомъ монастыре, за иконным рядом, подл церкви в верхней кладовой палатк // Временник Императорского Московского Общества истории и древностей российских. М., 1853. Кн. 16. Смесь.


10. Hippisley A. R. Simeon Polotsky's Library // Oxford Slavonic Papers. New Series. 1983. Vol. XVI.


11. Hippisley A. R. A Jesuit Source od Simeon Polotsky's Vertograd Mnogotsvetnyi // Oxford Slavonic Papers. 1994. Vol. XXVII.


12. Тарабрин И. М. Апокрифические элементы в "Вертограде" С. Полоцкого // Древности. Труды Славянской комиссии Императорского Московского Археологического общества. М., 1902. Т. 3. Протоколы за 1900 г.


13. Флоровский Г. Пути русского богословия. Брюссель, 1982.


14. Елеонская А. С. "Обед душевный" и "Вечеря душевная" Симеона Полоцкого в историко-литературном процессе // Развитие барокко и зарождение классицизма в России XVII -начала XVIII в. / Ред. А. Н. Робинсон. М., 1989.


15. Янковская Л. А. Богословское наследие Симеона Полоцкого в библиотеке св. Димитрия Ростовского (краткое комментированное описание) // Филёвские чтения. Вып. IX. Святой Димитрий, Митрополит Ростовский. Исследования и материалы. М., 1994.


16. Enciclopedia Cattolica. T. VIII. Citta del Vaticano, 1952.


17. Estreicher K. Bibliografia polska. Krakow, 1908. T. XXII.


18. Єпископ Інокентій Винницъкий. Катихисіс або бароковий душпастирський сад / Супровідні статті й упорядкування Володимира і Дениса Пилиповичів. Перемишль, 2007.


19. Winnicki I. Ustawy rza.du duchownego i inne pisma / Do druku przygotowal Wlodzimierz Pilipowicz. Przedmowa. poprzedzil Stanislaw Stepien. Przemysl, 1998.


20. [Сакович Кассиан]. Юевскш схизматическш соборъ, созванный отцомъ Петромъ Могилой и происходившей въ 1640 году, съ 8 и до 18 сентября. Варшава, 20.IV.1641 // Русская историческая библиотека, издаваемая Археографическою комиссией. СПб., 1878. Т. 4.


21. Корзо М. Украинско-белорусские кириллические букварные катехизисы XVII-XVIII вв. // Вісник Львівського Університету. Серія книгознавство, бібліотекознавство та інформаційні технології. Львів, 2006. Вип. 1.


22. Гизель Иннокентий. Миръ с Богомъ человеку, или покаяние святое [...]. Киев, 1669.


23. Остенъ. Памятник русской духовной письменности XVII века. Казань, 1865.


24. Шляпкин И. А. Св. Димитрий Ростовский и его время (1651 - 1709). СПб., 1891.


Новые статьи на library.by:
КРИТИКА БЕЛОРУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ:
Комментируем публикацию: О НЕКОТОРЫХ ИСТОЧНИКАХ КАТЕХИЗИСОВ СИМЕОНА ПОЛОЦКОГО

© М. А. КОРЗО ()

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

КРИТИКА БЕЛОРУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в VK, в FB, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.