Еще раз о княжеской власти в средневековом Полоцке

Актуальные публикации по истории и культуре Беларуси.

NEW БЕЛАРУСЬ


БЕЛАРУСЬ: новые материалы (2022)

Меню для авторов

БЕЛАРУСЬ: экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему Еще раз о княжеской власти в средневековом Полоцке. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Беларусь глазами птиц HIT.BY! Звёздная жизнь KAHANNE.COM Беларусь в Инстаграме


Автор(ы):
Публикатор:

Опубликовано в библиотеке: 2021-04-27

В сообщении "Об организации власти в Полоцке в конце XII -середине XIII века" (Вопросы истории, 1999, N 3) А. В. Рукавишников констатирует наличие в специальной литературе "различного видения соотношения институтов веча, боярства и князя - в целом общественно-политического устройства Полоцка конца XII- первой половины XIII века" (с. 117), На основе анализа летописных известий автор сделал вывод, что высшим органом управления в Полоцке было вече, а роль князя сводилась к "предводительству в военных предприятиях и представительству... в международных делах", что по форме управления Полоцк был на протяжении названного периода "боярской республикой" со "слабо выраженными элементами княжеской власти" (с. 122).

Иное представление - об усилении княжеской власти в Полоцке в правление князя Владимира (сер. 80-х годов XII в.- 1216 г.)(1) - в основном опирается на факты значительной внешнеполитической активности Владимира Полоцкого, отмеченные в русских летописях и в "Хронике Ливонии" Генриха Латвийского. Рукавишников с полным основанием отмечает, что этот аргумент недостаточен. Он указывает, что между 1184 и 1201 гг. в этих источниках Владимир Полоцкий ни разу не назван, между тем в 1186 и 1199гг. полочане воевали (в летописных известиях ничего не говорится о присутствии

стр. 173


князя); похоже, что в этих двух военных столкновениях они действовали как самостоятельная сила, видимо, принимая решения на вече. Подчеркнув факт лакуны 1186- 1199гг., Рукавишников делает вывод: "Считавшееся... надежно обоснованным мнение о 30-летнем непрерывном правлении полоцкого князя Владимира на самом деле бездоказательно" (с. 120). Действительно, прямых доказательств этому нет, и наша позиция строится на косвенных данных.

Однако невозможно толковать указанную лакуну и в пользу преобладания вечевых элементов в политическом устройстве Полоцкой земли: нет доказательств того, что князь в городе отсутствовал на протяжении всех 13 лет между 1186 и 1199 годами. Отсутствие информации должно удерживать от категорических суждений на эту тему. Более того, в Симоновской летописи имеется сообщение, согласно которому в 1197г. князь в Полоцке все-таки был. Этот князь- Василько, "с черниговцы" разгромивший под Витебском враждебную смоленскую рать. Ряд исследователей отождествляет его с Владимиром Полоцким; серьезным аргументом для этого служит карамзинская цитата из Троицкой летописи, где Василько прямо назван полоцким князем(2).

Главные выводы, сделанные Рукавишниковым, основываются на передатировке летописных известий о завоевании Полоцка литовским князем Мингайло (или Микгаило), правлении его потомков, а также установлении в городе так называемой "полоцкой свободности", то есть политического режима аристократической вечевой республики.

Во всех литовско-русских летописях этот комплекс известий относится к середине XIII века. Но Рукавишников полагает, что их надо отнести к периоду 80-х годов XII - середины XIII в. ("до захвата города литвой"), В тексте "Великой Кроники Литовской и Жмойтской", на которую опирается Рукавишников, эти сообщения разделены на несколько самостоятельных рассказов, следующих в таком порядке; сначала повествование "О полоцкой свободности...", затем известие о захвате Полоцка князем Мингайло, отменившем "свободности", затем о правлении его потомков, постепенно возвращавших полочанам "вольности". После смерти праправнука ?Мингайло, князя Глеба, Полоцк вновь стал жить вольно, без князей. Рукавишников предлагает считать весь комплекс указанных известий механической вставкой, внутри которой перепутана хронология: последняя часть должна стоять перед первой. Тогда полоцкий князь Глеб отождествляется с друцким князем Глебом Рогволодовичем, упомянутым в Ипатьевской летописи под 1180 годом. Дополнительным аргументом такой перестановки служит некоторое сходство начала известия "О полоцкой свободности.,." и окончания известия о правлении в Полоцке потомков Мингайло и возвращении вольности (с, 117-118).

Если бы автор был прав, то следовало бы констатировать сенсационный переворот во всей политической истории Полоцка. Тогда необходимо было бы считать, что после пресечения в Полоцке княжеской династии (смерть Глеба между 1180 и 1184гг.) город обрел статус центра вечевой республики и сохранил его вплоть до литовского завоевания (середина XIII в.)(3), а Владимир Полоцкий был кем-то вроде приглашенного князя, наподобие князей на службе у Новгородской республики. Однако аргументация построений автора вызывает сомнения.

Во-первых, в самом сообщении "О полоцкой свободности...", обретение полочанами вечевых вольностей твердо связано с монголо-татарским завоеванием и ослаблением княжеской власти во всей северной Руси(4).

Во-вторых, в другой редакции все три рассказа из полоцкой истории излагаются как единое известие, при этом Мингайло, так же, как и в "Хронике Литовской и Жемойтской", использованной автором, поставлен не после, а до Глеба. Наличие двух редакций (краткой и пространной) литовско-русской летописной традиции вскользь упомянуто автором, однако он делает вывод: "Лишь специальным исследованием можно выявить взаимоотношение летописей как внутри этих редакций, так и двух редакций между собой" (с. 117). Подобного исследования в его статье не произведено, и это удивительно. Получается, что автор не заметил единого текста анализируемых известий, хотя названный текст опубликован с незначительными разночтениями 6 раз в 32-м и 35-м томах Полного собрания русских летописей; в Хронике Быховца, летописях Рачинского и Красинского, в Ольшевской, Евреиновской и Румянцевской летописях(8). При том, что сам Рукавишников указывает на большую древность ряда летописей, принадлежащих к краткой редакции (летописи Красинского и Ольшевская), сравнительно с "Хроникой Литовской и Жемойтской" (с. 117).

В-третьих, литовско-белорусские летописи XVI в., где содержится известие "О полоцкой свободности.,." явно слишком поздний источник для исследования политической реальности в Полоцке XII столетия. Вся вставка могла оказаться работой позднего публициста, увлеченного ренессансной рито-

стр. 174


рикой и сравнивавшего политический быт средневекового Полоцка с античными образцами. Достоверность ее невелика.

В-четвертых, генеалогия ранних литовских князей полулегендарна. Многие из них, в том числе Мингайло, считаются фигурами мифическими или, во всяком случае, сомнительными. По части хронологии литовско-русских отношений XII-XIII вв. больше гипотез и догадок, чем точного знания. Попытка дать точную хронологическую привязку явно вставному позднему известию, не обратившись к обширной литературе по генеалогии литовских князей, не может выглядеть убедительной.

Политическая история Полоцка и Полоцкой земли во второй половине XIV-XV в. показывает живые следы прежнего развитого вечевого строя. Ясно видно, что примерно с начала XIV в. Полоцк не имел собственной княжеской династии; правили в нем представители литовской великокняжеской династии, а затем должностные лица, назначенные великим князем и не имевшие княжеского достоинства. Но когда именно окончательно пресеклась полоцкая династия, в какой период возобладали вечевые институты, как оценивать влияние на вечевую традицию борьбы с литвой и княжения в Полоцке XIII в. самостоятельных литовских князей (Товтивилла, например),- на все эти вопросы в настоящее время невозможно дать сколько-нибудь обоснованные ответы за недостатком сведений в источниках.

Примечания

1. АЛЕКСАНДРОВ Д. Н? ВОЛОДИХИН Д. М. Борьба за Полоцк между Литвой и Русью в XII-XVI вв. М.1994.

2. Полное собрание русских летописей (ПСРЛ). Т. 18. Симоновская летопись. СПб. 1913, с. 37.

3. Датировка захвата города литовскими князьями спорна и вызвала немало противоречивых гипотез в литературе; твердо говорить о включении Полоцкой земли в состав Великого княжества Литовского можно не ранее начала XIV в.; в середине XIII в. в Полоцке княжили самостоятельные литовские князья, в частности, Товтивилл. Восстановить хронологию правления тех или иных князей в городе на протяжении последней трети XIII в. или хотя бы просто назвать их всех по именам источники в настоящий момент не позволяют.

4. ПСРЛ. Т. 32. Хроника Литовская и Жмойтская. М. 1975, с. 20.

5. Там же, с. 131; т. 35. М. 1980, с. 130, 147, 175, 195, 216.


Новые статьи на library.by:
БЕЛАРУСЬ:
Комментируем публикацию: Еще раз о княжеской власти в средневековом Полоцке

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

БЕЛАРУСЬ НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в VK, в FB, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.