Съезд белорусских национальных организаций в начале 20 века

В восточной части Беларуси сразу же после февральской революции возобновила свою деятельность БСГ. Одновременно возникло еще множество мелких белорусских национальных организаций в Петрограде, Москве и других городах, в которых было много белорусов-беженцев. В Минске действовала национальная организация — Минский отдел Белорусского общества помощи потерпевшим от войны. Он объединял несколько десятков человек, преимущественно представителей интеллигенции, служащих, духовенства. В их числе были П. Алексюк, А. Левицкий (псевдоним Ядвигин Ш.), А. Смолич, М. Богданович и др. Вскоре отдел объявил себя Белорусским национальным комитетом и начал довольно энергичную организационную и пропагандистскую работу. На проведенной новыми властями и штабом Западного фронта 6 марта общегородской манифестации в честь победы революции представители комитета прощли в колонне под своим знаменем с лозунгами: «Приветствуем волю народа!» и «Живет Беларусь!». На митинге 12. марта уже был выдвинут программный тезис белорусских национальных сил — достижение автономии Беларуси.

По инициативе Белорусского комитета 25—27 марта в Минске состоялся национальный съезд. Он приветствовал победу февральской революции и поддержал Временное правительство «в его борьбе с внешними врагами за свободу России и ее народов и с прислужниками старого режима». Будущее Российского государства съезд видел «в федеративной демократической республике, в которой отдельные национальности будут иметь свои национальные парламенты для решения всех местных потребностей края». Беларусь должна была получить в обновленной России статус автономной государственно-территориальной единицы с включением в нее Минской, Могилевской, Гродненской, Витебской губерний, большей части Виленской, некоторых уездов Смоленской и Черниговской губерний. Съезд выразил протест против намерения Литовского национального совета включить в состав Литвы всю Виленскую губернию.

Делегаты признали необходимым создание в Минске Белорусской краевой рады. До ее выборов съезд объявил себя «высшей краевой институцией», а своим исполнительным органом — Белорусский национальный комитет, в который было избрано 18 человек. Комитет избрал президиум из 5 человек, председателем которого стал Р. Скирмунт. Съезд поручил этим органам созвать крестьянский и учительский съезды, организовать издание газеты и другой агитационной литературы, основать товарищество «Просвещение», пригласив к работе в нем известных деятелей белорусской культуры — В. Игнатовского, Б. Эпимах-

Шипилу, М. Богдановича и др. Он высказался за создание белорусских школ, за введение белорусского языка в учительских и духовных (православных и католических) семинариях. С целью точного определения этнографических границ Беларуси съезд создал специальную комиссию в составе известных ученых М. Любавского, М. Довнар-Запольского, Е. Карского и А. Шахматова.

Съездом была предпринята попытка организации переговоров с Временным правительством в Петрограде о признании Белорусского национального комитета в качестве высшего органа государственной власти в Беларуси. Однако его делегацию демонстративно не приняли ни председатель правительства князь Г. Львов, ни министр юстиции А. Керенский.

Активизировались и противники белорусского национального движения. Против него объединились все — от черносотенцев до эсеров. Политически активные силы различных оттенков, перекрасившиеся после февральской революции в демократов, стали создавать свои организации. В Гомеле возник «Союз белорусской демократии», в Могилеве — «Белорусский национальный комитет», в Витебске — «Союз белорусского народа» и др. Все они выступали за «полное объединение Беларуси с Россией», за обучение на русском языке, за «слияние белорусов, великоросов и ма-лоросов в одну мощную и несломимую народность русскую». Решения Белорусского национального комитета они оценили как вредные для народа. Против Белнацкома высказались Минский комитет Всероссийского крестьянского союза, исполком Совета крестьянских депутатов Минской и Виленской губерний.