БОРЬБА МИЛИЦИИ С ПРЕСТУПНОСТЬЮ В ГОДЫ НЭПА

Приключения: статьи, романы, фельетоны, воспоминания.

NEW ПРИКЛЮЧЕНИЯ (ЛИТЕРАТУРА)


ПРИКЛЮЧЕНИЯ (ЛИТЕРАТУРА): новые материалы (2021)

Меню для авторов

ПРИКЛЮЧЕНИЯ (ЛИТЕРАТУРА): экспорт материалов
Скачать бесплатно! Научная работа на тему БОРЬБА МИЛИЦИИ С ПРЕСТУПНОСТЬЮ В ГОДЫ НЭПА. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные ссылки

BIBLIOTEKA.BY Беларусь глазами птиц HIT.BY! Звёздная жизнь KAHANNE.COM Беларусь в Инстаграме


Автор(ы):
Публикатор:

Опубликовано в библиотеке: 2021-03-10

После окончания гражданской войны страну охватил глубокий экономический и политический кризис. В 1921 г. промышленность Петрограда выдавала только 13% довоенной продукции. В первых числах февраля по постановлению Петроградского Совета из-за недостатка топлива были временно закрыты 64 предприятия, в том числе: Путиловский завод, "Треугольник", "Айваз", "Сименс", Сестрорецкий завод, "Эриксон"1 . В городе вышли из строя канализация и водопровод, остановилось трамвайное движение, опустел торговый порт. Недовольные тяжелым положением, бастовали рабочие крупных промышленных предприятий. Засуха и неурожай охватили важнейшие хлебные районы страны. Голод угрожал миллионам людей.

В этот период заметно активизировалась деятельность преступных элементов. Особенно это касалось крупных промышленных центров страны и Петроград не являлся исключением. Как утверждалось в годовом отчете Административного отдела Ленгубисполкома, "Москва, Ленинград, Харьков, Одесса, Ростов, Киев - эти города не могут измерять свою преступность общесоюзной меркой, не могут даже проводить параллели между положением у себя и в пределах своих губерний. На долю этих городов выпала нелестная задача быть рассадниками и поставщиками преступников, новых методов и изобретательности в совершении преступлений на весь СССР"2 .

Уголовная преступность в Петрограде, наряду с общими чертами, имела свои особенности. Переход к нэпу характеризовался значительным перемещением части населения в крупные города страны. Если за период с 1917 по 1920 гг. количество проживавших в Петрограде упало с 2 млн. 300 тыс. до 740 тыс., то к 1923 г. оно увеличилось до 1 млн. 85 тыс. человек и продолжало расти3 .

В связи с закрытием части предприятий наблюдались большие сокращения и, как результат, рост безработицы. Если на 1 июля 1922 г. число безработных в Петрограде составляло 37,8 тыс. человек, то через год их количество возросло до 139 тысяч4 .

Тяжелое экономическое положение и разруха усугублялись небывалым голодом 1921 - 1922 гг., который повысил количество преступлений практически во всех регионах страны. Человеческая жизнь обесценивалась. Если по итогам 1920 г. в Петрограде произошло 112 убийств, то в 1921 г. их количество возросло до 199, а в 1922 - до 3345 .

Согласно приказу по гарнизону Петрограда N 78/с 20 сентября 1921 г. отменялось военное положение. Движение по городу разрешалось осуществлять круглые сутки. Отсутствием каких-либо ограничений при передвижении не замедлили воспользоваться преступники. "Красная газета" в декабре 1921 г. отмечала, что в 1919 и 1920 гг., когда военное положение в городе сменялось осадным и уличная жизнь замирала с наступлением темноты, были самые неподходящие условия для развития преступности6 .


Павлов А. Н. - кандидат исторических наук, доцент Санкт-Петербургского университета МВД России.

стр. 135


Переход к нэпу вызвал развитие свободной торговли. Возросло число рынков, базаров, меблированных комнат, трактиров, являвшихся часто притонами для преступного мира. Развитие в городе частного предпринимательства, сосредоточение больших финансовых ресурсов, легкость сбыта награбленного, наличие порта и близость границ - все это привлекало в Петроград большое количество уголовного элемента, основную массу которого составляли преступники-рецидивисты.

Положение усугубляло и то обстоятельство, что по случаю 40-й и 50-й годовщин советской власти были проведены крупномасштабные амнистии осужденных. К 1922 г. было освобождено более 6 тыс. преступников. Общее количество полностью освобождаемых от наказания достигало 40%. К 1923 г. амнистия была применена в отношении 1089 лиц7 . Значительная часть амнистированных вновь начинала совершать преступления и возвращалась в тюрьму, что свидетельствует об отсутствии в стране действенной системы социальной реабилитации вчерашних заключенных. Причины роста преступности общего порядка дополнялись частными: наличие в послевоенный период большого количества беспризорников, ослабление органов милиции и уголовного розыска, вызванное значительным сокращением их штатной численности, неудачным подбором сотрудников, не имеющих элементарного понятия о милицейской службе, низким уровнем их профессиональной подготовки, отсутствием достаточного количества транспорта, средств связи, вооружения и обмундирования.

В те дни газеты пестрели сообщениями: "На граждан Петрограда широким фронтом пошла армия воров и грабителей", "В Петрограде нет дома, где не произошли бы кражи", "Редкий гражданин, отважившийся пуститься после 12 ночи по Петроградским улицам, возвращается не обобранным и нетронутым", "В интересах Петрограда и революции нужно объявить красный террор всему уголовному элементу, которых объявить контрреволюционерами и расправой с которыми должна быть только стенка".

Преступный мир Петрограда, используя благоприятные для себя условия, активизировал свою деятельность. Грабежи и налеты происходили даже днем, а на стенах домов стали появляться воровские знаки, исчезнувшие с начала 1919 года. На улицах города стали повторяться картины 1917 - 1918 гг., когда жители прибегали к самосуду, расправляясь с обидчиками собственными силами.

Наиболее серьезную опасность для жителей представляли бандитские группы, такие как "Чугуна", "Белки", "Барина", в которые входило до нескольких десятков человек. Из всех банд особой дерзостью выделялась шайка налетчиков, возглавляемая Пантелеевым. Вооруженные налеты банда начала совершать в 1922 году. Жертвами преступников в основном становились владельцы богатых магазинов, практикующие врачи. Сигналы о грабежах поступали в уголовный розыск почти ежедневно. В ночь с 12 на 13 февраля 1923 г. Пантелеев был застрелен сотрудниками ударной группы ГПУ и уголовного розыска. Были задержаны и его ближайшие помощники А. Рейнтоп и М. Лисенков. 6 марта по постановлению петроградского губернского отдела ГПУ было расстреляно 11 бандитов-налетчиков, проходивших по этому делу.

Нередко вооруженные налеты на квартиры совершались под предлогом покупки вещей по объявлениям и сопровождались убийствами. Одним из распространенных способов уничтожения следов преступления стало разрубание жертвы на части и разбрасывание их в различных районах города. Весной 1923 г. это явление приняло характер эпидемии. Многие убийства совершались с особой жестокостью.

Наиболее широкое распространение в уголовном мире Петрограда получили лица "воровской профессии". Ими совершалось до 70% всех преступлений. Количество краж при переходе к нэпу по сравнению с 1920 г. возросло почти в 3 раза8 .

С июня по декабрь 1924 г. в городе действовали две крупные шайки воров - "шнифферов" и "кассовиков", насчитывавшие около 50 человек. Только одной из них удалось вскрыть сейфы более 10 государственных учреждений и частных магазинов. Среди них: кооперативы "Хлебопродукт", "Трудсоюз", "Красная заря". Всего было похищено ценностей на сумму 168425 рублей (только одна кража в Судостроительном тресте, совершенная 20 сентября 1924 г. принесла преступникам 131 тыс. рублей)9 . "Шниффера" часто меняли места своей деятельности, переезжая в Москву и другие крупные города страны. К 1925 г. бригадой уголовного розыска под руководством П. П. Громова, совместно с сотрудниками ГПУ, была проведена операция, в результате которой большинство участников этих воровских групп предстало перед судом.

Развитие в 1921 - 1925 гг. частного предпринимательства, сосредоточение у представителей делового мира значительных денежных средств вызвало усиление таких преступлений, как вымогательства. Анализ архивных материалов и периодической печати позволяет сделать вывод, что ряд преступных групп предпринимали реши-

стр. 136


тельные действия по наложению своеобразного "оброка" на владельцев частных предприятий, магазинов, гостиниц, а также на отдельных богатых жителей города.

В апреле 1922 г. уголовным розыском был обезврежен так называемый "Комитет истребления буржуазии", занимавшийся вымогательством. Бандиты, путем отправки писем угрожающего характера, "под страхом смерти" требовали выплаты значительных денежных сумм и предоставления в их распоряжение различных ценностей - золота, бриллиантов, предметов искусства10 .

В феврале 1923 г. по заявлению директора гостиницы "Стрелка" агентами уголовного розыска была задержана преступная группа за вымогательство 3 млрд. рублей. В декабре 1923 г. в уголовный розыск обратился владелец частного ювелирного магазина и заявил, что получил письмо с угрозами, в котором группа "анархистов" требовала уплаты 30 червонцев. Подобные факты носили не единичный характер11 .

По имеющимся данным, в Петрограде орудовало несколько десятков подобных преступных групп. Обычно банды вымогателей имели громкие названия, чтобы вызвать страх у своих жертв и добиться их покорности. Например, в августе 1925 г. секретной частью уголовного розыска был получен материал о фактах вымогательства группой "Черные вороны", участники которой были задержаны в ходе тщательно спланированной операции12 .

Несмотря на активные действия органов милиции, "рэкет" в годы нэпа продолжал существовать. Несомненно, что часть предпринимателей соглашалась на условия преступников, позволяя последним сосредоточивать в своих руках значительные средства. Непокорные зачастую становились жертвами бандитов, происходили взрывы их контор, магазинов и складов. Такие акты являлись предупреждением остальным о серьезности намерений преступников.

Большую опасность в начале 1920-х годов представляло широко развившееся фальшивомонетничество, подрывавшее экономическую систему страны. Как видно из доклада отдела уголовного розыска ЦАУ НКВД от 11 апреля 1923 г., на территории РСФСР в то время находилось в обращении 20 - 25% фальшивых денежных знаков.

В Петрограде, как и в других крупных городах страны, фальшивомонетничество приняло широкий размах. В июле 1922 г. в городе появились фальшивые обязательства выпуска 1922 г. в 5 тыс. рублей, которые не отличались тонкостью работы. Одновременно получили хождение фальшивые финские марки. Осенью 1922 г. активно действовала шайка фальшивомонетчиков по изготовлению денежных знаков достоинством в 10 тыс. рублей выпуска 1922 года. Преступниками была организована хорошо законспирированная фабрика, а их "продукция" отличалась таким высоким качеством, что принималась в Госбанке. Всего в течение 1922 г. Петроградским уголовным розыском были обезврежены 4 группы фальшивомонетчиков13 .

Самая крупная шайка была раскрыта в октябре 1924 года. Организацию, действовавшую с 1917 г., не останавливали частые смены денежных знаков: первоначально печатались "керенки" в 20 и 40 рублей, затем кредитные билеты выпуска 1918 г. в 10 тыс. рублей, расчетные знаки в 50 тыс. выпуска 1921 г., денежные знаки достоинством в 25 рублей выпуска 1923 г., кредитные знаки по 100 тыс. рублей и банковские билеты в 1,3 и 5 червонцев. Таким образом, преступниками печатались все деньги, появлявшиеся в обращении. Всего было задержано 38 человек из преступной группы. В городе действовали различные организации сбытчиков: от мелких в 4 - 5 человек до крупных, численностью более 40 человек. Фальшивые деньги распространялись не только в Петрограде, по и отправлялись в другие города страны14 .

При организации оперативно-розыскной работы следовало учитывать, что фальшивомонетчики - это, главным образом, опытные профессионалы-рецидивисты. Наиболее вероятными местами сбыта фальшивых денег считались городские рынки и универмаги15 .

За июль-сентябрь 1925 г. в Ленинграде был зарегистрирован 31 случай подделки знаков государственной оплаты. Однако эффективность борьбы милиции с фальшивомонетничеством была довольно низкой. Если в Петрограде за 1922 г. было только 10 случаев задержания фальшивых денег, по которым виновных выяснить не удалось, то в 1923 г. их количество возросло до 90, а в 1924 г. - до 20416 .

По данным отдела уголовного розыска ЦАУ НКВД РСФСР в 1922 г. было заведено 1552 уголовных дела, связанных с фальшивомонетничеством, из которых раскрыто 649 или 41,8%. В 1923 г. количество таких дел возросло до 1844, а раскрываемость уменьшилась до 28,5%17 . Фальшивомонетничество подрывало экономическую систему страны и являлось серьезным тормозом для ее дальнейшего развития.

В 1920-е годы широкое распространение получила деятельность различных групп мошенников. В Петрограде появились шайки продавцов фальшивых бриллиантов - "фармазоны". Население, стремившееся избавиться от обесценивающихся денег и

стр. 137


приобрести ценности, не подвергавшиеся инфляции, становилось легкой добычей для этой группы преступников. За сутки поступало до 5 заявлений от потерпевших, а шайки "фармазонов" были практически неуловимы.

Оживление частного предпринимательства, стремление отдельных руководителей избежать налогов и получить наибольшую прибыль явились причиной появления такого вида преступлений, как продажа товаров по подложным документам. Особенно активизировали свою деятельность "торговцы воздухом" в 1923 г., когда количество подобных дел в розыскных органах составляло до нескольких сотен в месяц. Продажа фальшивых бриллиантов, наличие большого количества железнодорожных дубликатов на несуществующие грузы, получение мошенниками от учреждений и предприятий авансов по поддельным документам - все эти виды преступлений получили в Петрограде широкое распространение18 .

Особое место в преступном мире занимали профессионалы-рецидивисты. Ими совершались наиболее дерзкие по характеру и сложные по исполнению преступления. Только за первую половину мая 1923 г. органами милиции было задержано в Петрограде около 1000 правонарушителей, из которых 300 оказались рецидивистами19 . Профессионалы представляли серьезную опасность и тем, что они вовлекали в преступную среду людей, ранее далеких от преступного мира.

О сосредоточении в городе большого количества преступников-профессионалов свидетельствует тот факт, что если за июль-сентябрь 1924 г. в 43 губерниях РСФСР органами уголовного розыска было задержано 8947 рецидивистов, то в Ленинграде за тот же период - 2742. К началу 1925 г. в Ленинграде из более чем 120 тыс. зарегистрированных преступников - 6041 являлись рецидивистами20 .

Некоторая часть преступников в своей деятельности прикрывалась фальшивыми документами сотрудников правоохранительных органов. При грабежах ими предъявлялись подложные ордера на обыск, что дискредитировало работу личного состава милиции и уголовного розыска21 .

В связи с переходом к нэпу и оживлением капиталистических элементов наметились тенденции к увеличению преступлений в сфере экономики и хозяйствования (как правило, замаскированных, многоэпизодных, групповых хищений). В 1921 г. выросли различные конторы, большинство из которых существовали только на бумаге. Их основной целью являлись хищения и реализация краденного. Длительное время действовали хорошо организованные, крупные преступные группы в Ленинградском военном порту (ЛВП), Ленинградском Кожтресте, Ленинградском Маштресте, Судостроительном тресте и на промышленных предприятиях города. Для успешной борьбы с хищениями на государственных предприятиях, на основании приказа по отделу уголовного розыска Петгубмилиции N 5964 от 10 августа 1921 г., предполагалось:

- установить бдительное наблюдение за местами скупки и продажи краденых товаров;

- иметь образцы изделий, вырабатываемых на местных фабриках и заводах, которые не поступают в продажу и не выдаются в виде натурпремий и могут появляться на рынке только нелегальным путем;

- принимать срочные меры к развитию оперативной работы среди рабочих и служащих предприятий с целью предупреждения случаев хищений22 .

Если хищения на каком-либо предприятии принимали особенно угрожающий характер, на него откомандировывались наиболее опытные и надежные сотрудники. В феврале 1922 г. по распоряжению начальника Петроградской милиции за счет личного состава уголовного розыска была сформирована бригада N 1, специализирующаяся на борьбе с хищениями из складов и предприятий города. Подразделение возглавил опытный сотрудник розыска - М. Е. Копман.

Вместе с тем, безотчетность и бесконтрольность на предприятиях, отсутствие у органов милиции и уголовного розыска специальных знаний и опыта работы по такого рода делам, мешали эффективной работе по раскрытию преступлений в экономической сфере.

Характеризуя преступность Ленинграда в 1920-е годы, можно констатировать, что ее уровень по отношению к другим регионам страны был довольно высоким. По итогам 1922 г. Петроградская губерния занимала первое место по преступности в стране. Если по губерниям РСФСР, в среднем, было зарегистрировано 7 - 8 преступлений на 1000 жителей, то в Петрограде 22,49 преступлений23 .

К середине 1920-х годов преступность постепенно стала менять свой вид и "на сцену стали выдвигаться так называемые преступники-профессионалы", борьба с которыми требовала соответствующей подготовки личного состава органов милиции. В письме Л. С. Петржака24 начальнику Управления уголовного розыска Республики отмечалось, что "преступность принимает хроническую форму, являющуюся уже ре-

стр. 138


меслом целой категории граждан, известных для органов дознания под рубрикой "уголовного рецидива"25 .

Высокий уровень преступности в Петрограде вызывал серьезную обеспокоенность не только представителей органов милиции, но и местных органов власти. На заседании бюро Петроградского губернского комитета РКП(б) 22 декабря 1921 г. рассматривался вопрос "О борьбе с бандитизмом". Президиуму губисполкома было предложено в кратчайшие сроки создать комиссию из представителей Губчека, отдела управления и Губюста, поручив ей разработку соответствующего плана по ликвидации уголовного бандитизма.

Скорейшей ликвидации уголовной преступности было посвящено заседание исполнительного комитета Петроградского Совета, состоявшееся 4 января 1922 года. Учитывая важность проблемы, исполкомом было вынесено постановление, которое предусматривало:

- ходатайство перед СТО РСФСР об увеличении штатов милиции и уголовного розыска;

- возбуждение перед центром вопроса о лишении преступников-рецидивистов права на амнистию и восстановлении административной высылки уголовного элемента из пределов Петрограда;

- применение к преступникам суровых репрессий, вплоть до высшей меры наказания;

- введение "Института дворников", с подчинением их в административном отношении органам милиции;

- обращение внимания народного отдела образования на содержание и воспитание малолетних преступников, и принятие реальных мер для удержания их в домах дефективных детей;

- восстановление транспорта и средств связи для уголовного розыска26 ;

- поддержание перед центром ходатайства уголовного розыска об отпуске на секретно-оперативные расходы по 500 млн. рублей ежемесячно27 .

В ряду экстренных мер было принято решение "ввести периодическую, порайонную мобилизацию членов партии для помощи в обходах, налетах, которые затруднены ввиду малочисленности уголовного розыска". Членам РКП(б), занимавшим ответственные государственные и партийные должности было разрешено ношение огнестрельного оружия28 .

Большое внимание уделялось ночному освещению улиц (к середине 1922 г. в Петрограде имели освещение всего 44 улицы - около 800 фонарей) и закрытию в определенные часы домовых ворот. Эти вопросы неоднократно рассматривались на совещании Губсовета при прокуроре, координировавшем деятельность различных органов по борьбе с уголовной преступностью. Одной из главных предупредительных мер возникновения уголовных преступлений являлось проведение периодических обходов и облав.

Обыски, обходы и облавы широко использовались в 1920-е годы и являлись одной из форм оперативно-профилактической деятельности милиции и уголовного розыска. Тщательно спланированные, внезапные совместные операции милиции и уголовного розыска, как правило, давали высокие результаты при ликвидации банд и других преступных групп.

В сводке общего политического и административного состояния Петрограда и губернии по секретным сведениям отделов управления районов, уездов и заштатных городов за первый квартал 1922 г. отмечалось, что в городе за этот период зарегистрированы 43 убийства, 95 грабежей, 4719 краж. Одновременно органами милиции было произведено 143 облавы и 305 обысков, задержано 11554 человека. В 63 случаях (из них 20 по уездам) сотрудниками милиции применялось оружие29 .

Особое беспокойство у правоохранительных органов вызывало наличие у населения большого количества оружия. Постановлением Губернского совещания по борьбе с преступностью (при губпрокуроре) были предложены конкретные меры по его изъятию путем периодических обходов рынков и всех подозрительных мест. Только за апрель - июль 1923 г. в Петрограде было произведено 1689 обысков и 304 облавы, в результате которых изъяты: 61 винтовка, 62 револьвера и 35 единиц холодного оружия (в уездах: 129 винтовок, 154 револьвера и 114 единиц холодного оружия)30 .

Широкое распространение получило проведение крупномасштабных операций по проверке всех "подозрительных по преступности мест". Одна из них была проведена в ночь с 25 на 26 августа 1923 года. "Грандиозной облаве", как она была названа в печати, предшествовала большая подготовительная работа. Начальником Петроградской милиции были направлены в адрес райисполкомов письма с просьбой об оказании помощи в проведении операции. В операции принимали участие 1133 ми-

стр. 139


лицейских работника. Ими был произведен обход всех чайных, кафе, ресторанов, притонов и подозрительных мест. Всего было произведено 467 обысков и 334 облавы. Число задержанных превышало 2 тыс. человек, из которых около 200 оказались преступниками, объявленными в розыск. Во время операции были обнаружены 40 самогонных заводов и 60 мест продажи спирта и спиртных суррогатов. На основании результатов облавы Петгубмилицией были составлены списки торговых предприятий, по которым возбуждалось ходатайство перед губисполкомом об их немедленном закрытии31 .

Наряду с определенными успехами в деятельности Петроградской милиции имелись и существенные недостатки. При облавах все еще практиковались методы работы 1919 - 1920 гг., когда задерживали без всяких разбирательств и освобождали только после проверки в уголовном розыске. По мнению начальника Петроградского уголовного розыска А. Белякова "в работе милиции часто применялись неправильные действия". В своем выступлении на общегубернском совещании начальников районных и уездных управлений милиции в сентябре 1921 г. Беляков отмечал, что "если обратить внимание на работу уголовного розыска, то можно наблюдать, что эта работа заключается в облавах, а дела были раскрыты в большинстве случаев благодаря тому, что в целом районе были произведены обыски. Это неправильно поставленное дело, когда для того, чтобы найти преступника, нужно обыскивать весь район"32 . Производя массовые обыски, облавы и аресты, милиция вызывала своими действиями недовольство граждан, от которых поступали многочисленные жалобы. Имели место и случаи незаконных арестов. Значительное количество ордеров на обыск не давали положительных результатов. Это объясняется тем, что органы милиции часто действовали по ложным доносам, а наличие так называемых "летучих ордеров" на производство обысков затрудняло контроль за правомерностью действий органов милиции со стороны прокуратуры.

В приказе милиции Республики N 11/с от 4 февраля 1921 г. отмечалось, что местными органами милиции "при производстве обысков часто употребляются приемы, совершенно недопустимые со стороны представителей охраны порядка, а скорее напоминают вторжение бандитов... благодаря чему неоднократно имели место нечаянные выстрелы, от которых гибли ни в чем неповинные люди"33 .

Учитывая нехватку наличных сил органов милиции и уголовного розыска, по решению партийной организации города им в помощь были привлечены служащие Красной армии. Сотрудники милиции и уголовного розыска с помощью военнослужащих закрыли 165 игорных клубов и притонов, где собирались воры, бандиты, скупщики краденого и другой опасный уголовный элемент.

Тесный контакт поддерживался между милицией и органами ОГПУ. Необходимость организации их взаимодействия обусловливалась в первую очередь тем, что только они обладали правом осуществления оперативно-розыскной деятельности в целях предупреждения, пресечения, раскрытия преступлений и розыска скрывшихся преступников. Но взаимодействие органов государственной безопасности и милиции в силу ряда причин приобрело черты, свидетельствующие о тенденции подчинения, поглощения милиции ОГПУ. Принявшие на себя в период гражданской войны функции по борьбе с общеуголовной преступностью (ввиду слабости переживавших период становления аппаратов уголовного розыска), органы ГПУ не отказались от них и с переходом к новой экономической политике.

С января 1923 г., на основании постановления Губернского совещания по борьбе с преступностью и предложения губпрокурора, все дела о разбойных нападениях и бандитизме предписывалось вести в тесном контакте с Петроградским отделом ГПУ. Кроме того, начальникам отделений милиции вменялось в обязанность посылать телефонные сообщения о налетах и грабежах дежурному комиссару ГПУ. В случае прибытия на место преступления представителя Петроградского ОГПУ руководство розыском и следствием переходило к нему. Все бандиты, задержанные на месте преступления, препровождались непосредственно в Петроградский отдел ГПУ, который в свою очередь уведомлял губернский уголовный розыск о месте преступления и характере задержания34 .

Такое дублирование и "параллелизм в работе", бесконечные междуведомственные трения отражались на эффективности борьбы с уголовной преступностью, но добиться точного разграничения функций между милицией и ОГПУ в первой половине 1920-х годов не удалось. "Это не только мешало работе уголовного розыска, но и умаляло его авторитет", - отмечалось в выступлениях работников милиции на съезде, проходившем в январе 1925 года35 .

Усиление преступности в Петрограде требовало от органов власти принятия срочных мер. Одной из важнейших являлось увеличение количества наружных по-

стр. 140


сто в (к началу 1922 г. расстояние между постами достигало 3 - 4 верст). В сентябре 1922 г. Петроградским губисполкомом были выделены дополнительные продовольственные пайки, что позволило милиции организовать 100 добавочных постов, которые были распределены между районами города. В наиболее населенном Московско-Нарвском районе количество постов было увеличено с 45 до 90. Посты, находившиеся в наиболее оживленных и важных пунктах города, были усилены участковыми надзирателями и помощниками начальников отделений милиции. Например, с 26 по 30 сентября 1922 г. на площади Восстания были установлены дежурства помощников начальников 7 - 10, 12, 13 отделений милиции. К началу 1923 г. в Петрограде предусматривалось организовать 300 номерных наружных постов, а ежедневное выделение милиционеров для их закрытия составляло около 2 тыс. человек36 .

Вместе с тем, проводимые проверки показывали низкий уровень службы, слабое знание своих обязанностей милиционерами, а в некоторых случаях, и их отсутствие на принятых под охрану постах. Иногда начальники отделений допускали искажение реальной обстановки. Определенная часть постов (от 15 до 30) постоянно выставлялась лишь на бумаге. Часты были случаи неосторожного и неумелого обращения милиционеров с оружием, в результате чего гибли невинные люди. Милиционеры применяли оружие по любому поводу, например, "чтобы воспрепятствовать выезду лошади на улицу, по которой движение запрещено". В целях изжития подобных явлений управлением Петгубмилиции был определен порядок применения оружия милиционерами: при самозащите от преступников и отражении нападения их на кого-либо; при преследовании бандитов и других опасных преступников; для подачи сигнала в исключительных случаях; при уничтожении бешеного животного37 . Для активизации деятельности органов милиции по ликвидации налетов и грабежей с сентября 1922 г. в Петрограде начали действовать конные патрули.

Большое внимание уделялось домовой охране и службе дворников. Согласно постановлению Петгубисполкома от 30 декабря 1922 г. устанавливались ночные дежурства дворников, а контроль за ними был возложен на органы милиции. Уголовный розыск осуществил их тщательную проверку, и оказалось, что у 141 было уголовное прошлое.

Особую тревогу вызывали детская беспризорность и, как результат, рост подростковой преступности. К началу 1921 г. в стране насчитывалось около 5,5 млн. беспризорных детей, а к 1922 г. - более 7 миллионов. Бесконтрольность подростков, отсутствие необходимых средств для их существования, влияние преступной среды являлись источниками формирования антиобщественной направленности в сознании детей, способствовали развитию преступных наклонностей беспризорников.

В Петрограде дети-беспризорники организовывали преступные группы, совершали кражи, грабежи и даже вооруженные налеты. Особую опасность представляло влияние на них рецидивистов с целью вовлечения на путь преступного промысла. Основная масса преступлений детей (от 60 до 70%) приходилась на кражи.

Обязанности по оказанию помощи беспризорникам возлагались на постовых милиционеров и участковых надзирателей. Выявлением беспризорных детей и их устройством занимались и работники уголовного розыска. В декабре 1922 г. начальником милиции РСФСР на основании и в развитии Положения о детской социальной инспекции был издан приказ "О борьбе с детской беспризорностью и правонарушениями несовершеннолетних". Приказ стал основным правовым актом, регламентировавшим деятельность милиции по этим вопросам до 1935 года.

В 1920-е годы участились случаи хулиганства, которому во многом способствовали пьянство и самогоноварение. Если в 1923 г. в Петрограде было заведено 428 дел о хулиганстве, то в 1924 г. их количество в городе возросло до 763, в 1925 г. - до 1661, а за 3 квартала 1926 г. - до 243838 . Особое беспокойство органам милиции доставляли участившиеся драки, в которых участвовало иногда до 800 и более человек. Для их прекращения высылаемым нарядам нередко приходилось применять огнестрельное оружие.

В связи с этим, в Ленинграде была организована широкомасштабная кампания борьбы с хулиганством. Ее первоочередными мерами являлись активизация деятельности органов милиции по борьбе с хулиганством и применение к хулиганам мер общественного воздействия, административной и уголовной ответственности. Принятые меры дали ощутимые результаты. Уже в 1927 г. количество осужденных за хулиганство, по отношению к 1926 г., уменьшилось почти на 48%39 .

Органы милиции вели решительную борьбу с проституцией, нищенством, азартными играми, получившими широкое распространение при переходе к новой экономической политике. В сводке общего политического и административного состояния Петрограда за март 1922 г., полученной отделами управления, отмечалось, что

стр. 141


"проституция прогрессирует на почве безработицы и дороговизны жизни и совокупно с пьянством способствует развитию всевозможных притонов, куда стекается уголовный элемент. Обходы и облавы, предпринимаемые милицией в области борьбы с проституцией, не приводят к благоприятным результатам". На заседании малого президиума Петгубисполкома 12 сентября 1922 г., посвященном борьбе с различными формами проституции и нищенства, в которые вовлекались несовершеннолетние, было принято постановление, предусматривавшее ряд срочных мер. Губернской милиции предлагалось немедленно закрыть все притоны разврата с составлением в каждом случае акта и привлечением виновных к ответственности40 .

В 1920-е годы осуществлялся поиск новых, более эффективных форм оперативно-розыскной работы. Большую роль в борьбе с преступностью сыграло развитие на местах учетно-регистрационной системы. Уголовная регистрация облегчала наблюдение за преступными элементами, обеспечивала контроль за их поведением, способствовала принятию своевременных предупредительных мер в отношении лиц, склонных к совершению преступлений. В мае 1922 г. был создан Научно-технический отдел, а также образовано Центральное бюро дактилоскопической регистрации, которые объединили учет уголовной преступности в стране. В июне 1922 г. приказом по уголовному розыску были утверждены руководящие документы по порядку регистрации уголовных преступников. Кроме того вводились Инструкции по дактилоскопированию и фотографированию преступников41 .

Для раскрытия наиболее тяжких преступлений в Петроградском уголовном розыске еще в 1920 г. был создан научный отдел, который возглавил сотрудник с 30-летним стажем А. А. Сальков. В начале своей работы отдел выполнял функции, связанные с регистрацией и учетом преступников, так как для проведения сложных экспертиз не было ни средств, ни опытных специалистов. Научная работа начала серьезно развиваться в 1922 г., когда для этих целей было выделено специальное помещение и закуплено необходимое оборудование. Теперь научно-технический отдел (НТК) мог изучать следы и вещественные доказательства. Эксперты выезжали с сотрудниками уголовного розыска на места происшествий и оказывали помощь в раскрытии преступлений. Всего за 1922 г. через справочно-регистрационное бюро Петроградского уголовного розыска прошло 22263 человека (из них 3079 подростков)42 . Несмотря на общее постепенное снижение уровня преступности в городе, НТК активизировал свою работу. К 1923 г. в нем скопилось несколько десятков тысяч оттисков отпечатков пальцев, было зарегистрировано 125664 арестованных (из них 23068 несовершеннолетних), взято на учет 15623 рецидивиста43 . Значительно увеличилось количество проводимых экспертиз. Если в 1923 г. НТК было выполнено 160 экспертиз, то за 1924 г. - 214, а за 5 месяцев 1925 г. - 193 экспертизы44 .

Серьезное внимание уделялось преступникам - "гастролерам", борьба с которыми была наиболее трудной ввиду их быстрого передвижения по стране. С этой целью предполагалось установить более прочные связи мест с центром и взаимный обмен информацией о наиболее серьезных преступлениях. На съезде работников милиции в январе 1925 г. отмечалось, что "помимо связи с центром необходимой является связь с соседними государствами - Эстонией, Латвией и др." для более оперативного обмена информацией о международных гастролерах.

Практика борьбы органов милиции с уголовной преступностью в 1920-е годы доказывала важность негласных форм оперативно-розыскной работы. В связи с этим особое значение имела регламентация подобной деятельности. Приказом НКВД РСФСР N 342/с был определен порядок организации секретных частей в уголовном розыске, а 2 ноября 1921 г. была утверждена инструкция по организации секретной агентуры в учреждениях уголовного розыска. В качестве дополнения к ней разработана "Инструкция о порядке отпуска и расходования секретных сумм органами милиции, составления и проверки отчетности"45 .

В Петроградской милиции до середины 1921 г. отсутствовал специальный аппарат, занимавшийся сбором сведений и негласным наблюдением за преступными элементами. Вся работа сводилась лишь к оперативной деятельности. Для успешной работы уголовного розыска в области пресечения и раскрытия преступлений, задержания разыскиваемых преступников и точного учета находящихся на свободе преступников была сформирована Секретная часть. Это подразделение включало в себя разведку, работавшую по наружному наблюдению, и осведомление, выполнявшее функции по сбору сведений об уголовном мире. В разведку входили 4 группы по 6 человек в каждой. Члены каждой группы действовали самостоятельно и не знали сотрудников других подразделений46 .

Система осведомления условно делила город на 10 оперативных районов - по 2 штатных сотрудника в каждом. Негласные осведомители вербовались в зависимости

стр. 142


от обстановки и наличия денежных средств. Во всех районах имелись конспиративные квартиры для встреч с агентами и передачи оперативной информации.

Негласные осведомители были призваны предоставлять уголовному розыску сведения об отдельных преступлениях и преступниках. Они подразделялись на 2 категории: не связанные с преступным миром, привлеченные к негласному сотрудничеству на патриотических началах, и негласные осведомители из числа лиц, ранее совершавших преступления и имеющих связи с преступными элементами.

Отделом уголовного розыска НКВД РСФСР неоднократно указывалось на необходимость тщательного подбора негласной агентуры, при этом особое внимание обращалось на вербовку осведомителей среди сотрудников крупных хозяйственных учреждений и предприятий.

Важнейшим условием достижения положительных результатов агентурно-оперативной работы являлось строгое соблюдение правил конспирации. Это касалось, прежде всего, штатных разведчиков секретной части, агентов и привлеченных осведомителей. Иногда им вменялось в обязанность проверка деятельности отдельных сотрудников милиции и уголовного розыска "по службе и вне ее"47 . Об эффективности работы Секретной части Ленинградского уголовного розыска свидетельствуют следующие данные. За период с I октября 1924 г. по 1 сентября 1925 г. Секретной частью было получено 3210 сводок оперативного характера, возбуждено 740 уголовных дел, из которых раскрыто 563 (76%), взято на учет 1825 человек, выявлено 465 подозрительных квартир и домов 48 . К середине 1925 г. под руководством начальника секретной части Г. А. Гольцикера была создана широко разветвленная сеть наружной разведки и негласного осведомления.

Активное использование организационных форм и методов разведки, негласного осведомления по опыту деятельности специальных служб органов государственной безопасности отражало, прежде всего, линию борьбы уголовного розыска с наиболее опасными преступниками среди уголовного элемента - рецидивистами.

Петроградская городская милиция оказывала посильную помощь уездам в ликвидации уголовной преступности. Управлением милиции направлялись небольшие мобильные отряды, от 5 до 10 человек, для выполнения различных заданий оперативного характера. Например, за апрель - июль 1923 г. для искоренения преступности и самогоноварения в уездах Петроградской губернии от управления Петгубмилиции было выслано 22 отряда, общей численностью 168 человек. В ходе их деятельности было задержано 8 бандитов, 7 налетчиков-конокрадов, 1 преступник убит, выявлено 10 самогонных заводов и изъято большое количество оружия 49 . Практика направления в уезды отрядов Петроградской милиции применялась и в дальнейшем.

Успешное развитие борьбы с уголовной преступностью во многом зависело от решения задач организационно-правового совершенствования форм, средств и методов деятельности аппаратов милиции и уголовного розыска. Необходимо было кардинально изменить свою практическую деятельность, приспособив ее к новым условиям. Несмотря на то, что в работе милиции появилось много нового: введение специализации в уголовном розыске, применение научных методов в ходе раскрытия преступлений, использование негласных форм в оперативно-розыскной работе, сохранились черты, имевшие место в период "военного коммунизма". Анализ имеющихся документов позволяет сделать вывод, что основной акцент в работе делался на усиление карательных, репрессивных норм в отношении преступных элементов. Передача уголовных дел на рассмотрение в трибунал, применение органами ГПУ внесудебной расправы, вынесение большого количества смертных приговоров, отмена кассаций о помиловании, упрощенное судопроизводство при ведении дел, высылки из города, массовые обыски и облавы - эти и ряд других факторов, с одной стороны, снизили криминогенную обстановку в Ленинграде, позволили ликвидировать наиболее опасные преступные группировки, а с другой, порождали нарушения законности, создали прецедент правового произвола и насилия не только в отношении представителей уголовного мира, но и законопослушных граждан, что в последующем было использовано при проведении массовых репрессий против населения страны.

Примечания

1. Красный милиционер, 1921, N 2 - 3, с. 16.

2. Преступность в Ленинградской губернии в 1923 - 1924 годах. Оттиск из годового отчета Административного отдела Ленинградского губернского исполкома. Л. 1924, с. 1.

3. Красная газета, 1924, 7 февраля; Весь Ленинград на 1924 год. Л. 1924, с. 4; Весь Ленинград на 1926 год. Л. 1926, с. 2.

стр. 143


4. УЧЕВАТОВ А. Н. Безработные и преступность. - Пролетарский суд, 1925, N 1 - 2, с. 48.

5. ХОДАНОВ Ю. Убийства и голод. Рабоче-крестьянская милиция, 1924, N 5, с. 19 - 22; Преступность в Петрограде в 1920 - 1923 годах. - Рабоче-крестьянская милиция, 1924, N 6, с. 30.

6. Красная газета, 1921, 25 декабря.

7. Красная газета, 1921, 13 ноября; там же, 1922, 22 января; там же, 1923, 24 января.

8. Подсчитано автором.

9. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ), ф. 393, оп. 43а, д. 639, л. 70об - 71.

10. На страже, 1922, N 5, с. 13.

11. Красная газета, 1923, 23 февраля; там же, 1923, 20 декабря.

12. ГАРФ, ф. 393, оп. 43а, д. 1200, л. 52об.

13. Центральный государственный архив Санкт-Петербурга (ЦГА СПб.), ф. 1001, оп. 106, д. 281, л. 9об.

14. Фальшивые деньги одновременно поступали в Ленинград из Москвы и Польши. Только в феврале-мае 1925 г. из Польши поступило 1,5 млн. руб. фальшивых денег. См. ГАРФ, ф. 393, оп. 43а, д. 1201, л. 8 - 8об, 17об - 20.

15. Там же, оп. 45, д. 4, л. 170; там же, оп. 47, д. 135, ч. 2, л. 103.

16. Подсчитано автором. См. там же, оп. 55, д. 73, л. 8об, 10; оп. 43а, д. 1201, л. 20об.

17. Там же, оп. 47, д. 135, ч. 2, л. 117.

18. Если в 1922 г. было зарегистрировано 866 случаев мошенничества, то в 1923 г. их количество возросло до 1657, т. е. почти в 2 раза. См. Рабоче-крестьянская милиция, 1924, N 6, с. 30.

19. СКИЛЯГИН А. Т. и др. Дела и люди Ленинградской милиции. Л. 1967, с. 107.

20. Статистический обзор деятельности местных административных органов НКВД РСФСР. М. 1925, с. 83; На посту, 1925, N 3, с. 116 - 119.

21. ЦГА СПб, ф. 73, оп. 1, д. 128, л. 67.

22. ЦГА СПб, ф. 74, оп. 2, д. 10, л. 14.

23. УЧЕВАТОВ А. Н. Преступность в РСФСР. - Рабочий суд, 1924, N 5, с. 402 - 403.

24. Петржак Л. С. - начальник уголовного розыска Петрограда-Ленинграда в 1922 - 1929 гг. При нем в розыске, впервые в стране, была введена специализация по раскрытию отдельных видов преступлений.

25. ГАРФ, ф. 393, оп. 43а, д. 639, л. 15.

26. До конца 1922 г. в некоторых отделениях милиции отсутствовали телефонные аппараты. См. ЦГА СПб, ф. 9020, оп. 1, д. 11, л. 8.

27. Петроградская правда, 1922, 5 января.

28. Центральный государственный архив истории политических движений Санкт-Петербурга (ЦГАИПД СПб), ф. 382, оп. 1, д. 417, л. 73, 116об; там же, ф. 1190, оп. 1, д. 8, л. 16об.

29. ЦГА СПб, ф. 1000, оп. 81, д. 4, л. Зоб, 16об.

30. Там же, ф. 1001, оп. 107, д. 168а, л. 3.

31. Красная газета, 1923, 28 августа; ЦГА СПб, ф. 2, оп. 2, д. 4, л. 124.

32. Сборник протоколов и отчетов заседаний начальников Управлений гормилиции и представителей Петгубмилиции (1921 - 1922 гг.). Петроград. 1922, с. 81.

33. ГАРФ, ф. 393, оп. 23а, д. 216, л. 4.

34. ЦГА СПб, ф. 33, оп. 7, д. 113, л. 1.

35. Всероссийский съезд начальников губернских административных отделов и начальников подотделов уголовного розыска. Стенографический отчет. М. 1925, с. 99.

36. Красная газета, 1922, 5 января; ЦГА СПб, ф. 9020, оп. 1, д. 12, л. 60,77; там же, ф. 1001, оп. 106, д. 451, л. 11.

37. ЦГАИПД СПб, ф. 0 - 1588, оп. 1, д. 29, л. 300-300об.

38. Хулиганство и преступление. Сборник статей. М. -Л. 1927, с. 15.

39. Отчет трудящимся города Ленинграда о деятельности Ленинградского Совета 11 созыва на 1 октября 1927 г. Л. 1927, с. 9.

40. ЦГА СПб, ф. 1000, оп. 81, д. 4, л. 4об.; ф. 74, оп. 1, д. 566, л. 100.

41. ГАРФ, ф. 393, оп. 38, д. 5, ч. 1, л. 21; там же, д. 3, л. 36.

42. ЦГА СПб, ф. 1001, оп. 106, д. 281, л. 9об.

43. Рабочий суд, 1923, N 2, с. 12; ГАРФ, ф. 393, оп. 43а, д. 639, л. 15.

44. История советской милиции. Т. 1. М. 1977, с. 227.

45. СУСЛОВ В. М. Профилактическая функция советской милиции: становление и развитие (1917 - 1935 гг.). М. 1981, с. 17.

46. ЦГА СПб, ф. 74, оп. 1, д. 1798, л. 64; ЦГАИПД СПб, ф. 204, оп. 1, д. 26, л. 10.

47. ГАРФ, ф. 393, оп. 47, д. 135, ч. 2, л. 112; оп. 38, д. 92, ч. 2, л. 123.

48. ЦГАИПД СПб, ф. 204, оп. 1, д. 26, л. 89.

49. ЦГА СПб, ф. 1001, оп. 107, д. 168а, л. 2об.


Новые статьи на library.by:
ПРИКЛЮЧЕНИЯ (ЛИТЕРАТУРА):
Комментируем публикацию: БОРЬБА МИЛИЦИИ С ПРЕСТУПНОСТЬЮ В ГОДЫ НЭПА

© А. Н. ПАВЛОВ ()

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ (ЛИТЕРАТУРА) НА LIBRARY.BY


Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в VK, в FB, Одноклассниках и Инстаграме чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.