От первого лица. Как портал tranio.ru помог зарубежную недвижимость купить

С детства я мечтал жить в жаркой стране. И желательно в Италии. Все-таки о Римской империи и ее остатках мы читали в учебниках и художественной литературе с ранних лет.

И вот возмужав, я насобирал достаточное количество денежных знаков, чтобы приступить к покупке недвижимости в Италии. Благо до этого я достаточно попутешествовал по всему миру. И знание итальянского языка было у меня на высоте.

Итак, открыл сайт Tranio.ru (через него продается актуальная недвижимость за рубежом) и начал поиски. Нашел пару достойных объектов, решил посетить их лично. Для начала приехал в центр столицы Италии, в священный Рим. Между массивными каменными колоннами знаменитого архитектурного памятника Древнего Рима натянуты белые полотнища. С них кричат слова: "Хватит выселений! Мы тоже хотим жить в шикарных виллах", "Дайте нам спокойно жить в наших квартирах!", "Защитим свои жилища!".

Подавляющее большинство собравшихся - женщины. Одна за другой они подходят к микрофону и со слезами на глазах делятся своими бедами.

- Я живу вместе с сыном в центре города, - рассказывает мне Агата Пьерони. - Плачу хозяину 123 тысячи лир в месяц (10 тысяч лир - 485 руб.). За последние пять лет, квартплата выросла вдвое. Но ему все мало. Он потребовал пятьсот тысяч. У меня таких денег нет. Хозяин обратился в суд, чтобы добиться моего выселения, а квартиру продать. Суд стал на его сторону. Я опротестовала решение. Хозяин выиграл второй процесс, потом третий. Наконец, я нашла честного адвоката, и суд вынес решение в мою пользу. Домовладелец обратился в кассационный суд. Можно не сомневаться, приговор будет в его пользу. С этими процессами я сойду с ума.

Площадь глухо гудит. К микрофону подходит Адриано Поэтти.

- У каждого из нас, пока мы работаем, вычитают из зарплаты ежемесячный взнос в жилищный фонд, - говорит он. - А куда идут деньги из этого фонда? Где новое жилье для трудящихся? В Риме десятки "тысяч пустующих квартир, но они принадлежат богачам, строительным дельцам и аферистам. Их не сдают, а продают. Пожалуйста, мол, покупайте. Но, скажите, кому из нас по карману такая квартира? Она стоит миллиарды.

На площади я познакомился с Альберто Ваннером. Он пригласил зайти к нему. "Я живу недалеко от сената, на улице Говерно Веккьо, дом N 77, -рассказывает он по дороге. - Сейчас - на пенсии. Мой рабочий стаж - сорок три года. Почти столько же я живу в этом доме. Но хозяин решил продать его".

Старое пятиэтажное здание с глухими деревянными ставнями на окнах. Дом, каких еще немало в центре Вечного города. На фасаде транспаранты: "Руки прочь от наших жилищ, нувориши!", "Жильцы - не обменный товар!".

Отворяем дверь, обитую железом, заходим в парадное. Сыро, темно, штукатурка на стенах отвалилась, лифта нет. Мой новый знакомый поясняет:

- Хозяину навевать, в каких условиях мы живем. Уже много лет он не вкладывал в ремонт ни единой лиры. Кое-что мы подлатали собственными силами, хотя по закону ремонт должен делать домовладелец. Он экономит на нас, хотя человек он состоятельный. Ему принадлежат два дома, напротив, у него настоящий палаццо на фешенебельной Виа-дель-Корсо, имеется недвижимая собственность в других городах. Именно его виллу я видел на Транио.РУ по запросу "недвижимость в Италии".

По крутой каменной лестнице поднимаемся на четвертый этаж.

Заходим в квартиру. Узенький коридорчик отделяет кухню от комнаты, перегороженной на две легкой стенкой. В одном отсеке, который поменьше, - спальня, в другом, побольше, - нечто вроде гостиной. "Мою и соседнюю квартиры купил какой-то знатный неаполитанец, не то князь, не то граф. Из них он намерен делать "аппартаменто". Меня же и соседнюю семью гонят на улицу. Зайдите к соседям, поговорите с ними".

Там та же история...

Митинг перед Пантеоном, свидетелем которого я стал, один из многих, которые проходят в Риме и в других городах Италии. Он отнюдь не вылился в событие: газеты уделили ему несколько строк в разделе хроники. К манифестациям бездомных в Италии уже успели привыкнуть, как и к демонстрациям безработных, как к росту цен, инфляции, преступности. Как к чему-то органически присущему обществу "равных возможностей".