Ф. ФРИДЕЛ. ФРАНКЛИН РУЗВЕЛЬТ. НАЧАЛО "НОВОГО КУРСА"

Актуальные публикации по вопросам военного дела. Воспоминания очевидцев военных конфликтов. История войн. Современное оружие.

ВОЕННОЕ ДЕЛО новое

Все свежие публикации


Меню для авторов

ВОЕННОЕ ДЕЛО: экспорт произведений
Скачать бесплатно! Научная работа на тему Ф. ФРИДЕЛ. ФРАНКЛИН РУЗВЕЛЬТ. НАЧАЛО "НОВОГО КУРСА". Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-50). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement.

Полезные кнопки

BIBLIOTEKA.BY Крутые видео из Беларуси Аэросъемка - все города РБ KAHANNE.COM - это любовь! Футбольная биржа (FUT.BY) Система Orphus

93 за 24 часа
Автор(ы): • Публикатор: • Источник:


FRANK В. FREIDEL. Franklin D. Roosevelt. Launching the New Deal. Boston and Toronto. 1937. Little, Brown and Co. XII + 574 pp.

Ф. Фридел - крупный американский историк, профессор Гарвардского университета, один из видных представителей неолиберальной школы в послевоенной американской буржуазной историографии. Еще в 50-х годах он выпустил три тома политической биографии Ф. Рузвельта, посвященные первому периоду его деятельности - от начала политической карьеры до победы на выборах 1932 года1 . За ними последовали другие работы, в которых дается оценка общего характера и разных сторон деятельности 32-го президента США2 . Вместе с трудами ряда других виднейших американских историков (А. Шлезингера-младшего, Р. Хофстедтера, Д. Бернса, Э. Голдмена, У. Лейхтенберга и др.) работы Фридела заложили основу неолиберальной концепции "нового курса" Ф. Рузвельта, которая до сих пор занимает господствующее положение в интерпретации американской буржуазной историографией этого важнейшего этапа новейшей истории США.

Советские американисты уже подвергли критическому анализу послевоенную американскую буржуазную историографию "нового курса"3 , в частности исторические концепции неолиберальной школы, которая рассматривает этот период как один из важных этапов на пути превращения США в "государство всеобщего благоденствия" и полностью отрывает реформы 30-х годов от их глубинной социально-экономической основы, от массовых народных движений. Помимо марксистов, неолиберальную школу подвергли в 60-х годах критике и "радикальные" историки, примыкающие к "новым левым" (Б. Бернстейн, Г. Зинн, П. Конкин) 4 . Эта критика заставляет некоторых историков-неолибералов в определенной степени пересматривать свои взгляды5 .

Новая работа Ф. Фридела - это очередной, четвертый том политической биографии Ф. Рузвельта. От предыдущего тома ее отделяют 17 лет. Автор стремился учесть в новом исследовании те тенденции, которые проявились в развитии американской историографии в течение бурных 60-х годов. Характерно, что, перечисляя историков, с которыми он консультировался в ходе подготовки своей книги, Фридел называет


1 F. Frеidеl. Franklin D. Roosevelt. The Apprenticeship. Boston. 1952; ejusd. Franklin D. Roosevelt. The Ordeal. Boston. 1954; ejusd. Franklin D. Roosevelt. The Triumph. Boston. 1956.

2 F. Freidel. The New Deal in Historical Perspective. Washington. 1959; ejusd. Franklin D. Roosevelt and the South. Baton Rouge. 1965.

3 См.: В. Л. Мальков, Д. Г. Наджафов. Новейшая американская буржуазная историография о происхождении "нового курса" Ф. Рузвельта. "Против фальсификации истории". М. 1959; Д. Г. Наджафов. Об одной тенденциозной концепции истории США. "Вопросы истории", 1963, N 9; И. Б. Твердохлеб. Новейшая американская буржуазная историография "нового курса" Ф. Рузвельта. "Вестник" Московского университета, серия "История", 1972, N 5; В. Л. Мальков. К вопросу, о современном состоянии американской буржуазной историографии (кризис методологических основ и практика конкретных исследований). "Критика современной буржуазной и реформистской историографии". М. 1974.

4 См. об этом: Н. Н. Болховитинов. Современная американская историография: новые течения и проблемы. "Новая и новейшая история", 1969, N 6; Р. Е. Кантор. "Новые левые" в Американской исторической ассоциации. "Вопросы истории", 1971, N 9.

5 Подробнее об этом см. И. Б. Твердохлеб. Указ. соч.

стр. 173


не только неолибералов (А. Шлезингера, У. Лейхтенберга, Дж. Блама), но и некоторых "новых левых" (Б. Бернстейна и Г. Колко) (стр. 506).

Рецензируемый том охватывает период становления "нового курса"- с ноября 1932 г. (избрание Рузвельта президентом США) до июня 1933 г. (окончание специальной сессии 73-го конгресса, одобрившей основные законодательные акты "первых 100 дней"). Книга отчетливо подразделяется на две части. В первой Фридел характеризует так называемое междуцарствие, то есть период между избранием Ф. Рузвельта и его вступлением на президентский пост. Вторая посвящена детальному анализу подготовки и проведения важнейших законодательных актов марта - июня 1933 г., заложивших основу политик "нового курса".

Автор широко использовал рукописные фонды различных библиотек и архивов Соединенных Штатов, в первую очередь Библиотеки Ф. Рузвельта в Гайд-парке, документы и материалы Р. Моли, главы рузвельтовского "мозгового треста", хранящиеся в Гуверовоком институте при Стэнфордском университете, а также рукописные материалы многих других политических и общественных деятелей Америки 30-х годов (Б. Баруха, А. Берли, К. Гласса, Г. Гувера, Х. Джонсона, Л. Дугласа, Э. Костигана, Р. Лафоллета-младшего, О. Миллза, Дж. Норриса, Ф. Перкинс, Дж. Пика, Р. Тагвелла, Н. Томаса, Э. Томаса, Дж. Уоррена, Ф. Франкфуртера, К. Хэлла и др.). Касаясь проблемы происхождения политики "нового курса", автор усматривает его идейные истоки в реформистских программах "нового национализма" и "новой свободы", выдвинутых еще в начале XX в. Т. Рузвельтом и В. Вильсоном (стр. 64, 340, 409 и др.). Фридел показывает, что в 1933 г., в обстановке небывалого обострения "великой депрессии", возникшая в период "прогрессивной эры" идея государственного регулирования экономической и социальной жизни общества требовала дальнейшего развития (стр. 345). Поэтому Ф. Рузвельт уже в период "первых 100 дней" своего президентства применил более современные концепции государственного регулирования и сделал первые шаги по пути к использованию кейнсианских рецептов, приступив к прямому регулированию промышленности и сельского хозяйства, начав проведение обширной программы общественных работ и выступив смелым экспериментатором в "совсем не исследованных и неиспробованных областях контролируемой инфляции и управляемого денежного обращения" (стр. 499).

Всем своим содержанием книга вопреки воле ее автора наглядно демонстрирует, насколько схоластичны широко распространенные в американской буржуазной историографии споры по поводу того, является ли "новый курс" простым продолжением социального реформаторства "прогрессивной эры" или он олицетворяет разрыв с прежней политической традицией. "Родовые муки нового курса, - пишет автор, - начались не с момента вступления Рузвельта на пост президента, а с его победы на выборах" (стр. 19). Подвергнув анализу ряд документов, которые вышли еще в ноябре 1932 г. из-под пера видных деятелей рузвельтовского "мозгового треста" (в частности А. Берли) и в которых содержались первые наброски программы будущего законодательства, Фридел не без основания обнаруживает в них не только основные контуры НИРА и ААА, но и более отдаленные перспективы социального законодательства правительства Рузвельта вплоть до программы страхования по безработице (стр. 73). Разумеется, в политике 32-го президента и в 1933 г., и на более поздних этапах "нового курса" - было немало чисто эмпирических подходов к решению многих назревших проблем, и автор не раз отмечает это (стр. И, 238, 255-256, 408 и т. д.). Но все же в своей новой книге Фридел достаточно убедительно опровергает весьма распространенное мнение о "новом курсе" Ф. Рузвельта как о сплошной импровизации, как о конгломерате наскоро принятых актов, продиктованных исключительно чрезвычайностью обстановки и не связанных какой-либо руководящей идеей, какой-либо единой философией.

Некоторые выводы Фридела явно выходят за рамки неолиберальной схемы "нового курса". Особенно показательна а этом отношении 13-я глава книги, посвященная разработке, принятию и проведению в жизнь чрезвычайного банковского акта 1933 года. Автор верно отмечает консервативный подход Ф. Рузвельта к решению этой проблемы, который оказался не только в том, что в марте 1933 г. новый президент решительно отверг радикальные планы национализации банков, но и в том, что он очень долго противился принятию весьма скромной программы государственного страхования банковских депозитов. Фридел

стр. 174


указывает, что, будучи ревностным защитником существующей системы, Рузвельт разрабатывал планы чрезвычайного банковского законодательства в тесном сотрудничестве с теми же самыми "денежными менялами", против которых всего лишь за несколько дней до этого, при вступлении на президентский пост, он направлял стрелы своего красноречия (стр. 214 - 215). И совсем не удивительно, заключает автор, что стабилизация банковской системы была достигнута ценой ликвидации нескольких тысяч банков и больших потерь, понесенных массой вкладчиков (стр. 236).

Касаясь разработки и принятия закона о восстановлении промышленности, Фридел указывает, что знаменитые кодексы НИРА получили широкую поддержку крупного капитала именно потому, что с их помощью руководители крупных фирм могли с успехом фиксировать необходимый им уровень цен и осуществлять другие формы монополистической практики, не боясь обвинений в нарушении антитрестовского законодательства (стр. 424 - 425). Однако, получив от правительства Рузвельта серьезные уступки (по признанию автора, значительно большие, чем при правительствах республиканцев), бизнесмены не спешили с ответными уступками и отчаянно сопротивлялись принятию и осуществлению даже тех ограниченных мер социального законодательства, которые были предложены, в пункте 7а НИРА (стр. 429).

Из других глав книги можно отметить подробный и обстоятельный разбор постепенных изменений в позиции новой администрации по вопросам внешнеэкономической политики. Они в конечном счете привели к появлению широко известного послания Ф. Рузвельта от 2 июля 1933 г., провозгласившего в качестве руководящего принципа внешнеэкономической политики США "экономический национализм", -принцип, сыгравший столь неблагоприятную роль в судьбе Лондонской мировой экономической конференции 1933 года.

Вместе с тем анализ книги Фридела неизбежно приводит к выводу, что и в 70-х годах он, может быть, даже в большей степени, чем некоторые из его коллег (например, У. Лейхтенберг), остается типичным неолибералом, а его концепция "нового курса" страдает все теми же методологическими пороками, которые были присущи как прежним его трудам, так и всей неолиберальной историографии. Фридел совершенно игнорирует массовые социальные движения начала 30-х годов, он отрицает какую бы то ни было активную роль народных масс в осуществлении тех буржуазно-либеральных реформ, которые содержались в программе "нового курса" Ф. Рузвельта. Рабочие и фермеры, "простой народ" в книге изображаются как инертная, пассивная сила, которая даже в условиях чрезвычайной ситуации 1932 - 1933 гг. терпеливо и с надеждой смотрела на "сильных мира сего", ожидая некоего "мессию", долженствующего принести народу избавление от бедствий.

Если в трудах некоторых других видных представителей неолиберальной историографии "нового курса" (А. Шлезингера, У. Лейхтенберга) уже в 60-х годах можно было отметить известные признаки отступления от теории "бесконфликтности" и обращение к массовым народным движениям, то Фридел в этом важнейшем вопросе полностью остается в рамках традиционной неолиберальной схемы. Тщательно фиксируя в своей новой работе все, в том числе и сравнительно малосущественные акции 32-го президента, посвящая целые страницы описанию частной жизни Ф. Рузвельта и его семьи, автор ничего не говорит о развитии рабочего движения в США в первые месяцы "нового курса" (если не считать нескольких упоминаний о выступлениях президента АФТ У. Грина) и необычайно скуп при описании массовых фермерских выступлений весны 1933 г. (которые, по его мнению, не оказали почти никакого влияния на ход обсуждения сельскохозяйственного билля в конгрессе - стр. 318). Не случайно, что в целом весьма богатая документальная база книги страдает существенным изъяном: среди ее источников полностью отсутствуют материалы рабочих и фермерских организаций. Эта тенденциозность, естественно, вытекает из специфики авторского подхода к анализу борьбы социальных групп вокруг политики "нового курса". Здесь, повторяем, самое слабое место концепции Фридела, ее коренной порок, который ведет к серьезному искажению действительной картины становления политики "нового курса".

В книге отчетливо прослеживается и вторая характерная черта неолиберальной историографии - проповедь "надклассовое?" политики "нового курса", стремление представить Ф. Рузвельта как "руководителя всей нации", защитника "общенародных интересов", "беспристрастного арбитра" и т. д., стоящего над обществом и регулирующего

стр. 175


взаимоотношения составляющих его сил. Эта идеалистическая концепция буржуазного государства как механизма примирения и взаимоуравновешивания интересов различных групп, как силы, обеспечивающей будто бы движение общества по пути социального прогресса, выражена в книге с предельной четкостью.

В прежней, традиционной форме предстает в ней и третья руководящая идея неолиберальной историографии - идея неуклонного развития так называемой либеральной традиции, в ходе которого происходит якобы постоянное совершенствование "американской демократии" в процессе мирного эволюционного разрешения возникающих время от времени кризисных ситуаций и улучшения социальной структуры капиталистического общества. Фридел стремится доказать, что Соединенные Штаты в 1933 г. дали "блестящий пример" того, как действует эта изначально присущая им "либеральная традиция". В соответствии с этой общей установкой, представляющей "новый курс" Ф. Рузвельта как очередной важный этап в прогрессивном процессе осуществления "либеральной идеи", автор оправдывает и восхваляет чуть ли не каждый акт деятельности 32-го президента США, даже там, где на первый план в его действиях выступало обыкновенное политиканство. Новая книга Фридела, как и прежние его работы, носит откровенно апологетический характер, она содержит идеализированный образ творца "нового курса".

Разумеется, все эти идеалистические концепции неолиберальной историографии вступают в вопиющее противоречие с реальной действительностью. И в четвертом томе политической биографии Ф. Рузвельта это противоречие ощущается с особой силой. Не удивительно, что при рассмотрении многих конкретно-исторических проблем автор вынужден выйти за узкие рамки упомянутой выше неолиберальной схемы. Так, пытаясь объяснить процессы, происходившие в 1933 г. в политической жизни США, он ссылается уже не на пресловутое "саморазвитие" либеральной идеи, а на действие совершенно реальных факторов, в том числе и из социально-экономической жизни общества. В отдельных случаях Фридел в явном противоречии со своими же методологическими установками признает влияние общественного мнения и действий различных общественных групп (в том числе и рабочих) на принятие и осуществление тех или иных мер "нового курса" (стр. 299, 409, 418 - 419 и т. д.). Однако даже тогда, когда автор пытается выйти за пределы абстрактных схем современной буржуазно-либеральной исторической концепции, он все разно, подобно другим историкам-неолибералам, остается приверженцем позитивистского плюрализма, рассматривая эволюцию взглядов Ф. Рузвельта и становление политики "нового курса" как результат взаимодействия различных и независимых друг от друга факторов.

 



Опубликовано 08 июня 2017 года

Нашли ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER!

© Е. Ф. ЯЗЬКОВ • Публикатор (): БЦБ LIBRARY.BY Источник: Вопросы истории, 1975-07-31

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

Загрузка...
подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

Уважаемый читатель! Подписывайтесь на LIBRARY.BY на Ютубе, в вКонтакте и Одноклассниках чтобы быстро узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.