НОВЫЙ ДОКУМЕНТ ОБ ИСТОРИИ ПОДГОТОВКИ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОИНЫ

Актуальные публикации по вопросам военного дела. Воспоминания очевидцев военных конфликтов. История войн. Современное оружие.

Разместиться

ВОЕННОЕ ДЕЛО новое

Все свежие публикации


Меню для авторов

ВОЕННОЕ ДЕЛО: экспорт произведений
Скачать бесплатно! Научная работа на тему НОВЫЙ ДОКУМЕНТ ОБ ИСТОРИИ ПОДГОТОВКИ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОИНЫ. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement. Система Orphus

8 за 24 часа
Автор(ы): • Публикатор: • Источник:

Приводимый ниже документ (публикуется впервые) представляет собой письмо министра внутренних дел в правительстве Рузвельта Гарольда Икеса своему другу полковнику Раймонду Робинсу. В нем содержится изложение точки зрения американского кабинета на ход международных событий сразу после Мюнхена и незадолго до начала второй мировой войны. Письмо носило строго доверительный характер, легко объяснимый важностью поднятых в нем вопросов, положением, занимаемым его автором в высших правительственных сферах США, и, наконец, источником информации, который позволял Икесу быть хорошо осведомленным о внешнеполитическом курсе США. Как автор письма, так и его адресат играли заметную роль в политической и общественной жизни США в предвоенный период. Гарольд Икес - бессменный министр внутренних дел в четырех кабинетах президента Ф. Рузвельта начиная с 1933 года. По своей партийной принадлежности Икес - левый республиканец. Решительное отстаивание программы "нового курса" позволило Икесу занять наряду с Г. Гопкинсом, Г. Моргентау и Г. Уоллесом место в так называемом "малом кабинете" в правительстве Рузвельта, в котором подвергались предварительному и неофициальному обсуждению важнейшие политические проблемы. Рост германского и итальянского фашизма в 30-х годах, его агрессивность тревожили Икеса, придерживавшегося либеральных взглядов. В публичных выступлениях он не скрывал своего отвращения к человеконенавистнической идеологии фашизма. Весьма показательным для позиции Икеса являлась его поддержка в конце 1937 - начале 1938 г. резолюции сенатора Ная о снятии эмбарго на перевозку оружия республиканской Испании1 . В 1946 г. Икес был вынужден уйти в отставку после конфликта с президентом Г. Трумэном. Немалую роль в этом сыграло несогласие министра внутренних дел с проведением такого внешнеполитического курса, который грозил ликвидацией плодов победы над фашизмом и реставрацией во многих странах недемократических режимов.

 

Корреспондентом Икеса был известный общественный деятель США - Раймонд Робине, человек весьма сложной биографии и нелегкой судьбы. Батрак на южных сельскохозяйственных плантациях, золотоискатель на Аляске, руководитель крупных

 

 

1 См. "The Secret Diary of Harold L. Ickes"; Vol. II. New York. 1954, p. 390.

 
стр. 118

 

благотворительных учреждений - вот вехи жизненного пути Робинса. 1918 год застает его в Советской России на посту главы миссии Американского Красного Креста. Он присутствует на первомайской демонстрации 1918 г. в Москве, слушает на Красной площади речь В. И. Ленина. Робине - один из тех американцев, кто осознал подлинность народной революции в России, величие ее идеалов. Робине был автором представленного госдепартаменту меморандума, в котором он обосновывал реальность и желательность широкого экономического сотрудничества между США и Советской Россией2 . После прихода в 1933 г. к власти демократов Робине, убедившись в отсутствии у республиканцев позитивной программы, практически порвал с ними и стал сторонником "нового курса". Несчастный случай и болезнь лишили его возможности принимать активное участие в политической деятельности. Через всю свою жизнь Робине пронес дружеские чувства к революционным народам России, твердую убежденность в необходимости добрососедских отношений между США и Советским Союзом. Посетив весной и летом 1933 г. СССР, Робине воочию убедился, какие разительные перемены произошли в стране. Вернувшись в США, Робине назвал то, что он увидел, "беспрецедентными успехами советского народа", достижениями, которых не знал еще ни один народ3 . В многочисленных выступлениях по радио и в прессе Робине постоянно подчеркивал ту мысль, что нормальные советско-американские дипломатические отношения могли бы благотворно сказаться на всей международной обстановке, явились бы хорошей гарантией для развития и поддержания мира между народами. Им немало было сделано для того, чтобы в правящих кругах США восторжествовало наконец единственно разумное решение об установлении дипломатических отношений США с Советским Союзом.

 

С Икесом Робинса связывали давние дружеские отношения. Напряженная ситуация, возникшая к началу 1939 г. на мировой арене, побудила его обратиться к министру внутренних дел за разъяснением относительно характера внешнеполитического курса, избранного американским правительством. Вся передовая общественность была обеспокоена перспективами мира в Европе и на Дальнем Востоке после захвата Австрии Германией (18 марта 1938 г.) и мюнхенской сделки. Однако официальная реакция правительства США была противоположной. В апреле 1938 г. США фактически признали аншлюс4 . В послании Чемберлену от 5 октября 1938 г. Рузвельт приветствовал мюнхенское соглашение как открывающее путь к установлению "нового порядка" и умиротворению5 . Государственный департамент устами Сэмнера Уэллеса публично заявил, что расчленение Чехословакии позволит миру впервые за два десятилетия достигнуть "нового мирового порядка на основе справедливости и законности"6 . Наиболее влиятельные буржуазные газеты США, вторя правительству, призывали публику не сетовать по поводу слишком дорогой цены, которую уплатили во имя спасения миллионов жизней7 .

 

Естественно, что Робине имел все основания не доверять успокоительному тону официальных сообщений. Стремясь получить более надежные и подробные сведения о действительных мотивах внешней политики США, Робине в конце января 1939 г. пишет письмо Икесу. В этот период министр внутренних дел участвует в ряде совещаний и встреч на высшем уровне, в ходе которых специальному обсуждению подверглись различные аспекты внешней политики США в свете новой ситуации, возникшей после Мюнхена. В частности, Икес присутствовал на заседании кабинета в конце января, на котором Рузвельт поделился со своими коллегами выводами о том, что Гитлер (увы!), по- видимому, откажется от выполнения своей "восточной программы". Это вынудило участников совещания взвесить, опасность, которая будет угрожать экономическим интересам США, если фашистская агрессия развернется в западном направлении, а не в восточном, на что уповали первоначально. Основные соображения, высказанные Руз-

 

 

2 "Papers Relating to the Foreign Relations of the United States. 1918, Russia". Vol. I. Washington, 1931, pp. 523 - 525.

 

3 "Testimonial Dinner tendered to the Honorable Maxim Litvinoff by the American-Russian Chamber of Commerce". New York. 1933, p. 6.

 

4 "The Memoirs of Cordele Hull". Vol. I. New York. 1948, p. 575.

 

5 W. L. L anger and S. E. Gleason. The Challenge to Isolation, 1937 - 1940. New York. 1952, p. 35.

 

6 "Department of State Press Release, XIX (1938)", p. 240.

 

7 "The New York Times", September 30, 1938.

 
стр. 119

 

вельтом в связи с дальнейшим ходом событий в Европе и на Дальнем Востоке, ранее не предвиденных и в стратегическом отношении неблагоприятных для США, были четко зафиксированы затем Икесом в его "Секретном дневнике"8 . Беседа с находившимся в то время в Вашингтоне послом США в Париже Буллитом9 позволила Икесу еще лучше сориентироваться в обстановке и выяснить для себя генеральные линии внешнеполитического курса США на случай, если Гитлера не устроят "жертвы" на Востоке и он нанесет удар в западном направлении, сделав тем самым рано или поздно неизбежным столкновение с США.

 

3 февраля Икес в письме Робинсу изложил по существу мнение кабинета и самого президента, предпослав им свои комментарии. Обращает на себя внимание прежде всего то, насколько ясно представляло американское правительство политический смысл событий и их моральную сторону, начиная с первых актов агрессии - захвата Эфиопии, совместного удушения Испанской республики европейским фашизмом, приведших прямым путем к Мюнхену и 1 сентября 1939 года. Публикуемый документ весьма убедительно показывает, что правительство США вовсе не стало жертвой собственной неосмотрительности или утраты чувства исторической перспективы В правящих сферах США отлично сознавали, в каком направлении развиваются события после Мюнхена, чем грозит человечеству расширение фашистской агрессии. Икес во всем склонен винить Францию и Англию, в особенности последнюю, хотя США, выступив одним из инициаторов мюнхенского сговора и сочувствуя ему, несли огромную долю ответственности за то, что "Чехословакия была брошена в пасть собакам". Роль США в дипломатическом спектакле, разыгранном в Мюнхене Гитлером, Муссолини, Чемберленом и Даладье, хорошо была известна Икесу10 , однако он не нашел в себе силы признать вину своего правительства за трагедию чехословацкого народа. Можно упомянуть об эмбарго на экспорт оружия республиканской Испании как об "одной из самых черных страниц" в национальной истории США, можно косвенно осудить продажу военного снаряжения Японии, Германии и Италии, но сознаться в вероломстве собственного правительства в связи с фактом открытого поощрения агрессии в отношении Китая, Эфиопии, Испании, Австрии и Чехословакии - это уже слишком для министра внутренних дел.

 

Несмотря на то, что Икес усматривает в прошлом ряд возможностей, которые могли бы, как ему кажется, предотвратить "самоубийственное" сползание мира в пучину мировой войны, тем не менее весь тон письма, его внутренний подтекст пронизаны некоей фаталистической идеей неизбежности катастрофы ("...в Европе все то, что должно произойти, произойдет своим чередом..."), подчеркнутой еще больше высказанным твердым убеждением, что США при любых обстоятельствах должны стоять в стороне от разгоравшегося пожара, заботясь ("эгоистично и целенаправленно") лишь о собственных интересах. Возникает вопрос: разве в январе - феврале 1939 г., незадолго до полного захвата Чехословакии, не существовало иной альтернативы, кроме бесконечных "грубых и бессовестных" жертвоприношений агрессорам в виде целых стран и народов? Разумеется, существовала, если бы Англия, Франция, равно как и США, отказались от своей пагубной политики отстранения СССР от решения проблем европейской безопасности и попыток подтолкнуть Гитлера к авантюрам на Востоке. Умалчивание Икеса о возможностях американо- советского сотрудничества в деле установления системы коллективной безопасности весьма красноречиво. Оно отражало традиционную линию американской дипломатической службы, которая постоянно прибегала к различным искусственно созданным и надуманным предлогам с тем, чтобы оправдать неудовлетворительное состояние советско-американских отношений, отказ США от участия совместно с Советским Союзом в дипломатических, экономических и военных санкциях, способных пресечь агрессию. Хорошо зная точку зрения Робинса на перспективы сотрудничества СССР и США в деле обуздания фашизма, Икес предпочел вовсе не касаться этого деликатного для американского правительства вопроса. Объяснения, которые мог бы найти Икес в оправдание курса на дипломатическую изоляцию СССР, проводимую госдепартаментом и послами США в Англии, Париже и Риме, вряд ли удо-

 

 

8 "The Secret Diary of Harold L. Ickes". Vol. II, pp. 568, 571.

 

9 Ibid., p. 562.

 

10 Ibid., p. 379.

 
стр. 120

 

влетворили бы Робинса, который неплохо был осведомлен о планах направления гитлеровской агрессии против Советского Союза и не разделял их.

 

Характерно и то, что Икес в оправдание "изоляционистской" формулы ("держаться в стороне от всякого иностранного конфликта"), являющейся словесным прикрытием доктрины "баланса сил", не рискнул прибегнуть к другому весьма избитому доводу - о нейтралистских настроениях подавляющего большинства американского народа, которые якобы целиком определяли предвоенный внешнеполитический курс США и тормозили инициативу правительства. Правда, в письме есть упоминание о кознях "политиканов" и о доверии публики к усилиям правительства "удержать нас вне войны", но это скорее относится к спору "изоляционистов" и "интернационалистов" в правящем классе США, чем к оценке умонастроения широкой общественности, Многочисленные опросы, проведенные в конце 1938 - начале 1939 г., показывали, что большинство американского народа было настроено антигермански и осознавало необходимость коллективных действий в борьбе с агрессией с участием США11 . 24 декабря 1938 г. Икес в "Секретном дневнике" ссылался на сильные антифашистские настроения народа США и его готовность стать на сторону СССР в случае конфликта последнего с Германией12 . Политика американского правительства накануне второй мировой войны объяснялась главным образом давлением монополий, которые были настроены весьма миролюбиво по отношению к германскому фашизму и к мнению которых Рузвельт в 1939 г. прислушивался больше, чем в любой другой период своего президентства.

 

Письмо Икеса было датировано 3 февраля 1939 года. 15 марта немецкие войска оккупировали оставшуюся часть Чехословакии. Через несколько дней Гитлер заставил буржуазную Литву "добровольно" передать ему Клайпедскую область. Франко захватил Мадрид, а Муссолини напал на беззащитную Албанию. Япония сделала очередную заявку на расширение экспансии на Дальнем Востоке, захватив в феврале остров Хай-нань, а в марте - острова Сишацюньдао. Преступное попустительство западных держав еще ближе придвинуло вторую мировую войну.

 

Документ обнаружен в архиве полковника Раймонда Робинса, хранящемся в библиотеке Висконсинского исторического общества (г. Мэдисон, США).

 

В. Л. Мальков

 

*

 

Министр внутренних дел

 

Вашингтон

 

3 февраля 1939 г.

 

Дорогой Раймонд!

 

Ваше письмо от 24 января показывает, что Вы столь же обеспокоены международным положением, как и некоторые из нас в Вашингтоне.

 

Существует весьма обоснованное подозрение, что очередной целью Германии будет вовсе не Украина, как мы предполагали. Довод в пользу такого вывода состоит в следующем. Сейчас Гитлер может получить всю необходимую пшеницу из Венгрии, в то время как Румыния обеспечит его нефтью. Дороги России настолько плохи, что моторизованная армия не сможет продвигаться по ним. В России нет таких городов, которые могли бы сравниться по величине с Парижем и Лондоном и чья роль в государстве была бы столь же значительна. Вот почему Гитлер не сможет победить Россию или даже серьезно повлиять на моральный дух ее народа путем уничтожения какого-либо города, как этого он смог бы достигнуть, если бы, обрушившись на Францию или Англию, захватил Париж или Лондон.

 

Вот почему существует твердое мнение, что Гитлер нанесет удар по Голландии и Дании. Если он захватит Голландию, то лишь Ла-Манш будет отделять его от Англии, и таким образом он получит возможность в дальнейшем зажать Францию в тиски. С поражением Голландии падут ее богатые колонии, и прежде всего Восточная Индия,

 

 

11 См. Д. Г. Наджафов. Критика концепции "изоляционизма" в американской буржуазной историографии второй мировой войны. В кн. "Против фальсификации истории второй мировой войны". М. 1964; W. L. Leutchtenberg. Franklin Delano Roosevelt and the New Deal. New York. 1963, pp. 293 - 294.

 

12 "The Secret Diary of Harold L. Ickes". Vol. II, p. 533.

 
стр. 121

 

со всеми их нефтяными богатствами, которые Гитлер поделит с Японией1 . Дания даст ему молочные продукты, в которых Германия очень нуждается. С Бельгией он поступит так, как это ему заблагорассудится, - завоюет ее или же оставит в покое.

 

Захватив Данию, он добьется преобладания на всем Скандинавском полуострове и практически осуществит там фашизацию, даже без установления физического контроля. Изолированные таким образом Франция и Англия окажутся в его власти, в особенности если Муссолини тем временем будет позволено захватить Тунис, Джибути и, возможно, Корсику2 . Позиция Гитлера и его мощь окажутся такими, что он будет в состоянии осуществить контроль над политической и экономической жизнью как Франции, так и Англии. Ко всем этим преимуществам, получаемым Германией с захватом Дании, Гренландии и Исландии, следует прибавить выгоды от владения торговыми путями из Англии в Канаду и Соединенные Штаты.

 

Некоторые из нас здесь не верят в то, что Германия и Италия могут быть вытеснены из Испании. Я располагаю вполне достоверной информацией в отношении того, что Англия оставалась индифферентной в связи с событиями в Испании, полагая, что Испания будет нуждаться в деньгах, и предоставление ей этих денег даст Лондону возможность контролировать экономическую жизнь Испании. Посол Буллит сказал мне, когда он был здесь, что Англия с самого начала имела агентов в армии Франко.

 

Так, захватывая все новые территории и улучшая свое военное положение, Германия и Италия окажутся в выгодной позиции, которая позволит им подчинить своему контролю большие территории Центральной и Южной Америки или по крайней мере распространить на них свое влияние. Если иметь в виду эту цель, то Испания представляет собой прекрасный трамплин для ее осуществления. А тем временем Япония займется укреплением своих позиций на Дальнем Востоке.

 

Наиболее общий результат будет состоять в том, что Соединенные Штаты окажутся в окружении, имея только Канаду в качестве надежного союзника. Наша внешняя торговля будет почти полностью уничтожена. Возьмите, к примеру, Аргентину. 80% ее экспорта идет в Германию и другие европейские страны. Если Германия, о чем я уже писал, обеспечит контроль за положением, она приостановит свою торговлю с Аргентиной и вынудит делать то же самое всех ее европейских соседей до тех пор, пока Аргентина не подчинится ее политическим и экономическим требованиям. В подобной ситуации Аргентина действительно не будет иметь иного выхода. Та же ситуация повторится в той или иной степени в отношении всех других стран, исключая, возможно, только США и Канаду.

 

Что случится с нами при таком стечении обстоятельств? Мы также вынуждены будем уступить давлению или нести урон от медленного удушения нашей торговли, от которой зависит счастье и благосостояние нашего народа. Итак, где же решение?

 

Мое мнение относительно Англии и Франции совпадает с Вашим. Если бы не сэр Джон Саймон с его ненавистнической завистью к Соединенным Штатам, Стимсон в бытность свою государственным секретарем урегулировал бы маньчжурский вопрос3 . Стимсон был прав в этом деле. Англия и в одиночку могла бы предотвратить поражение Эфиопии. Конечно же, Англия и Франция, поддержанные нашей политикой бойкота на снабжение оружием, без особых усилий смогли бы сделать это. Если бы был предотвращен захват Эфиопии, то не последовало бы обострения ситуации в Испании. Но даже если бы пала Эфиопия, все равно лоялисты4 смогли бы одержать победу в Испании при условии, что Франция и Англия, в особенности последняя, отказались бы от политики, которая, по моему мнению, абсолютно самоубийственна для Британской империи и, возможно, также и для цивилизации в нашем понимании этого слова.

 

Франция самостоятельно могла бы остановить Гитлера, когда он в первый раз послал солдат в рейнские провинции. Франция и Англия могли бы предотвратить насилие над Австрией. За падением Австрии последовала грубая и бессовестная жертва Чехословакией, жертва, которая, как мне представляется, в конце концов окажется бесполезной. После того, как Чехословакия была брошена в пасть собакам, все остальные малые страны Европы начали ускользать из-под влияния Англии и Франции, с тем чтобы подпасть под крылышко Германии. В результате Франция и Англия остаются практически изолированными. "Вероломный Альбион" еще никогда не был столь достоин своего имени.

 
стр. 122

 

В то время, как в Европе все то, что должно произойти, произойдет своим чередом, Япония и Китай будут продолжать свою борьбу не на жизнь, а на смерть, причем за спиной Японии легко угадать безнравственное подстрекательство Гитлера и Муссолини.

 

Есть сведения о том, что генерал Чан Кай-ши продержится два с половиной года. В конечном итоге Китай сможет разбить Японию точно так же, как в конце концов гитлеризм развалится изнутри, но этого, видимо, ни я, ни Вы уже не застанем, а тем временем, что нас ожидает?

 

Мне кажется, что весь мир, не исключая и Соединенные Штаты, находится в более отчаянном положении, чем это было даже во время мировой войны. В этой ситуации нам следует эгоистично и целенаправленно позаботиться только о наших собственных интересах. Как это сделать, является проблемой, в особенности если принять во внимание наличие в США огромного числа политиканов, готовых прибегнуть к любому ловкому трюку с тем, чтобы достигнуть дешевым способом личной выгоды.

 

Разумеется, наше оружие следует использовать только в оборонительных целях. И точно так же любой ценой нам следует держаться в стороне от всякого иностранного военного конфликта - если, конечно, в этом составляющем единое целое мире отдельно взятая страна может удержаться в стороне от войны, в то время как эта война сокрушает все вокруг. Я знаю, что президент не хочет войны и что ни один человек, занимающий ответственный пост в нашей стране, не пойдет дальше его с целью удержать нас вне войны. Однако это соображение не останавливает политиканов и прессу от попытки создать впечатление, что президент пытается втянуть нас в войну. Было бы ужасно, если доверие публики сегодня в отношении сильного и благородного руководства, которое делает все необходимое, чтобы удержать нас вне войны, окажется поколебленным.

 

Я всегда чувствовал, что наше эмбарго на экспорт оружия лоялистской Испании представляло собой одну из самых черных страниц в нашей истории. Нам следовало разрешить перевозку оружия на неамериканских торговых судах. Я считаю, что Франция и Англия хотят купить у нас самолеты и военное снаряжение и им следует разрешить сделать это. По сути дела, Франция и Англия представляют собой нашу первую линию обороны. Говоря так, я вовсе не имею в виду какой-то военный союз между США и этими двумя странами. Это просто означает, что если они будут обеспечены оружием в таком количестве, которое позволит им чувствовать себя в состоянии помериться силами с Гитлером, то мы до известной степени окажемся в большей безопасности, а наши позиции укрепятся5 .

 

Мы продаем военное снаряжение Японии, мы продавали его Италии и Германии, а также Франко в Испании. Почему же мы должны отказаться продавать его Франции и Англии? Будьте уверены, если Англия и Франция начнут войну с Германией, они будут сражаться за их собственные интересы; могу Вас заверить и в том, что Англия и Франция "руководствуются в своей внешней политике эгоистическими интересами корыстолюбивого привилегированного класса", уверяю Вас, что они с большей выгодой для себя воспользовались нашей наивностью, втянув нас в войну, которая к нам не имела никакого отношения. Они задолжали нам миллиарды долларов, которые они сейчас отказываются платить и никогда не заплатят. И тем не менее ни одно из этих обстоятельств не дает основания сказать, как это мне представляется (поскольку и они и мы имеем одинаковое право сделать это), что они не должны покупать, а мы- продавать военное снаряжение, которое могло бы позволить им противостоять угрожающему удару Гитлера. Однако осью нашей международной политики всегда должна быть решимость ни при каких обстоятельствах не позволить втянуть себя в войну между европейскими нациями...*

 

Искренне Ваш (Гарольд Икес)

 

Министр внутренних дел

 

Полковнику Раймонду Робинсу

 

Чянсгат-Хилл Сэнкчуари

 

Графство Хернандо Бруксвилл, Флорида

 

 

* Далее опущено несколько строк, касающихся семей корреспондентов. - Ред.

 
стр. 123

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Беспокойство Икеса следует объяснять не столько перспективой обогащения Германии и Японии за счет ограбления индонезийского народа, сколько тем эвентуальным уроном, который мог быть нанесен японской агрессией экономическим интересам США в этом районе. Достаточно сказать, что бывшие голландские колонии давали США 86% сырого каучука и 87% олова. Вся Азия, помимо этого, давала 85% импорта вольфрама, Уз слюды и т. д. (В. Э. Вильяме. Трагедия американской дипломатии. М. 1960, стр. 137).

 

2 Нельзя не отдать дань осведомленности американского правительства. Ведь только 2 февраля 1939 г. президент французского индокитайского банка Бодуэн посетил графа Чиано по тайному поручению Даладье и Боннэ и с целью добиться благосклонности Муссолини сделал ему ряд очень важных предложений, ведущих к существенным уступкам со стороны Франции (предоставление свободной зоны в порту Джибути, во французском Сомали, экстраординарные гарантии итальянцам, проживающим в Тунисе, и т. д.). Давая согласие на открытие официальных переговоров по этим вопросам, правительство Муссолини твердо решило не отказываться и от военного захвата Туниса, Ниццы, Корсики, о чем оно и информировало 4 февраля германского посла (Э. Ротштейн. Мюнхенский сговор. М. 1959, стр. 381).

 

3 Осенью 1931 г. Япония начала открытую агрессию в Северо- Восточном Китае и к началу 1932 г. практически оккупировала всю его территорию. В январе 1932 г. тогдашний государственный секретарь США Стимсон в нотах, направленных Япония и Китаю, заявил, что США не намерены признавать "никакие договоры и соглашения, заключенные правительствами Японии и Китая.., которые могли бы причинить ущерб правам Соединенных Штатов или их граждан в Китае..." ("Foreign Relations of the United States, Diplomatic Papers. Japan, 1931 - 1941". Vol. I. Washington. 1943, p. 76). "Доктрина непризнания" Стимсона отражала тревогу правительства США тем обстоятельством, что японская агрессия в Китае серьезно ущемляла политику "открытых дверей", являвшуюся дипломатическим прикрытием американской экспансии в Китае. США рассчитывали на поддержку Англии. Однако английское консервативное правительство отказалось это сделать. Министр иностранных дел Англии Джон Саймон в специальном коммюнике и речи в парламенте весной 1932 г., по существу, заверил японцев, что они могут делать все, что угодно. Позиция Англии в дальневосточном кризисе 1931 - 1933 гг. привела к серьезному обострению ее отношений с США, вызвав там вспышку англофобии.

 

4 Икес имел в виду испанских республиканцев. Еще до того, как войска мятежников оккупировали Мадрид, 27 февраля, 1939 г., Англия и Франция одновременно признали правительство Франко. Через два дня это же поспешили сделать и США. ("Papers Relating to the Foreign Relations of the United States, 1939". Vol. II. Washington. 1956, p. 771.)

 

5 В этой фразе, отредактированной Икесом с большой тщательностью, выражена дипломатическая формула, согласно которой США должны способствовать созданию равновесия сил двух противостоящих друг другу военно-политических блоков в Европе, что позволит в конечном итоге США извлечь пользу из общеевропейской свалки. Нельзя не признать, что в данном случае вывод американских историков так называемого "ревизионистского" направления о курсе американской дипломатии на затяжную войну в Европе представляется более чем обоснованным. (См., например, "Perpetual War for Perpetual Peace". Ed. by H. Barnes. Caldwell. 1953, pp. 199, 201.)



Опубликовано 10 июля 2016 года

Нашли ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER!

© В. Л. МАЛЬКОВ • Публикатор (): Basmach Источник: Вопросы истории, № 5, Май 1965, C. 118-124

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

Уважаемый читатель! Подписывайтесь на канал LIBRARY.BY в Facebook, вКонтакте, Twitter и Одноклассниках чтобы первыми узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.