ВЕКОВАЯ БОРЬБА ПОЛЬСКОГО НАРОДА С НЕМЕЦКИМИ ЗАХВАТЧИКАМИ

Актуальные публикации по вопросам истории и смежных наук.

Разместиться

ИСТОРИЯ новое

Все свежие публикации


Меню для авторов

ИСТОРИЯ: экспорт произведений
Скачать бесплатно! Научная работа на тему ВЕКОВАЯ БОРЬБА ПОЛЬСКОГО НАРОДА С НЕМЕЦКИМИ ЗАХВАТЧИКАМИ. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement. Система Orphus

145 за 24 часа
Автор(ы): • Публикатор: • Источник:

I

 

На протяжении столетий немцы являются исконным врагом польского народа. Они стремились использовать все средства, чтобы уничтожить польское государство, захватить польские земли и поработить польский народ.

 

Именно немецкие историки пустили в ход созданную ими же легенду о полной неспособности польского народа к государственному строительству и этим дали теоретическое оправдание захвата прусскими феодалами польских земель и той политики онемечения польского народа, которую немецкие бароны проводили в захваченных ими польских землях.

 

Германские фашисты, готовясь к нападению на польский народ, выступили с бредовой теорией, будто польское государство, как и все славянские, "создано немцами", будто Польша обязала только Германии своим историко-культурным и политическим развитием, будто Польша - страна больше германская, чем славянская и что германский элемент был в ней господствующим с древнейших времен. Эта фашистская "теория" нашла яркое отражение в сборнике статей под общим заглавием "Германия и Польша"1 , вышедшим в Германии после прихода к власти фашистов.

 

Эта фальсификаторская, жульническая книга вызвала протест польских историков. Ими был выпущен стенографический отчет дискуссии по поводу этой невежественной и оскорбительной для польского народа книги2 .

 

Виднейшие польские историки, как проф. Кентржинский, М. Гандельсман, И. Уманский, выступили против фашистских фальсификаторов, отрицая за статьями сборника какое бы то ни было научное значение.

 

Впрочем, среди польских историков нашлась небольшая группа предателей, которая в своей германской фашистской ориентации и в ненависти к русскому народу дошла до того, что отдала свой народ на "поток и разграбление" немецким фашистам. Наиболее махровым в этой группе польских историков является А. Брюкнер, профессор Берлинского университета.

 

Эти историки пошли на поклон к германским фашистским "ученым", порвав с традициями лучших представителей польской исторической науки, которые правильно считали пруссаков-германцев злейшими врагами польского народа.

 

Поддакивая фашистским германским историкам, польские историки фашиствующего лагеря прошли мимо лейтмотива немецкого исторического сборника - "о неполноценности" славяно-польских этнических элементов в их столкновении с "носителями высшей культуры" с якобы расовополноценными германо-арийцами".

 

Они предпочли забыть оскорбительные для национальной гордости славян слава изувера XX столетия Гитлера, что "славяне - самая низшая раса, и она на последнем плане среди европейских рас". Они забыли и о диких изречениях "философа" гитлеровской шайки убийц - балтийского белогвардейца А. Розенберга, который в своей подлой книге "Миф XX столетия" писал, что в борьбе за существование, какую ведет германская нация, недопустимо считаться с поляками, чехами и тому подобными нациями, "столь же импотентными и ничтожными, как требовательными и нахальными". "Эти нации необходимо отбросить на восток, чтобы освободить земли, которые будут обрабатывать немецкие руки".

 

Польские фашистские историки, пресмыкаясь перед немецкими фашистами, всячески поддерживали созданную немец-

 

 

1 "Deutschland und Polen". Berlin. 1933.

 

2 "Niemcy i Polska. Dyskusja z powodu ksiazki "Deutschland und Polen". Lwow. 1934.

 
стр. 64

 

кими фашистами легенду об исконности польско-германской дружбы. Дорогой ценой заплатил польский народ за предательскую деятельность польских сторонников гитлеровской Германии и их подпевал из "ученого" лагеря - А. Брюмера, Вл. Студицкого, С. Войеховского и др., которым июльский народ не простит их предательской деятельности!

 

II

 

Польская территория географически тесно связана с территорией, занятой восточными славянами. Бассейн реки Одры (Одера) связывается при посредстве ее притока Варты с Вислой, а последняя через Западный Буг, Припять сближается с Днепром. Весь район к востоку от Лабы представляет собой одно географическое целое, отделенное рекой Лабой от средненемецкой низменности. Действительно, только один взгляд, брошенный на карту Европы, разрушает теорию "геополитиков" о якобы географическом единстве территории, занятой германскими племенами, с территорией западнославянских польских племен.

 

Во второй половине X в. окрепло польское государство, связанное с именами Мешко I (960 - 992) и Болеслава Храброго (992 - 1025), при которых Польша стала сильным государством.

 

Польское государство, как и всякое государство, в том числе славянское, образовалось в итоге внутреннего развития - появления классового общества. Внешняя опасность со стороны германцев была важным фактором, содействовавшим его политической консолидации. Граница молодого польского государства на западе доходила до реки Одры, а на юге граничила с чехами. На севере, по правой стороне реки Вислы, Польша граничила с литовскими племенами пруссов, а по левой стороне той же реки - со славянским Поморьем.

 

Внешнеполитическое положение польского государства при Мешко I было крайне напряженным. Германские феодалы теснили полабских славян, пользуясь их разрозненностью. Германская агрессия угрожала и молодому польскому государству. Не имея достаточных сил выдержать натиск германских агрессоров, польский князь принял вассальную присягу германскому императору Оттону I и этим временно предотвратил возможность похода германских агрессоров на Польшу. Впрочем, сами германские феодалы пока примирились с вассалитетом Мешко, так как против германских феодалов восстали полабские племена лютичей и бодричей, отвлекшие все внимание и силы германских феодалов. Восстание было усмирено.

 

Германцы стали непосредственными соседями поляков, борьба с которыми становилась неизбежной, так как германские агрессоры протягивали свои руки и к землям на восток от реки Одры. Однако оба императора, Оттон II и Отгон III, были вынуждены воздержаться от реализации своих агрессивных планов против Польши, так как вновь пошатнулось германское господство над полабскими славянами. Последние, воспользовавшись итальянским походом Оттона II, вновь восстали против германских феодалов и прогнали германские гарнизоны за реку Лабу. Попытки Оттона III восстановить господство германцев над полабскими славянами не увенчались успехом.

 

Это затруднительное положение Германской империи побуждало Оттона III поддерживать с Польшей мирные отношения. Мало того: Отгон III отправился в Польшу для личной встречи с Болеславом I. Она состоялась в начале 1000 г. в столице польского королевства - Гнездно.

 

Итогом этой вынужденной встречи было признание политической независимости польского государства и предоставление польской католической церкви внутреннего самоуправления с освобождением от зависимости от немецкого архиепископа в Магдебурге.

 

Свидание в Гнездне было дипломатическим поражением Оттона III. Современники-германцы весьма критически отнеслись к решениям Оттона III. Рупором охватившего феодальные германские круги недовольства был хронист Титмар, епископ Мерзебургский. "Да простит бог императору, - писал этот виднейший сторонник германской агрессии на Востоке, - что он, сделав вассала самостоятельным, позволил: ему возвыситься до того, что, забыв обычаи предков, он дерзнул наложить иго рабства на тех, которые всегда были его господами"1 .

 

Впрочем, перемирие с Германской империей было непродолжительным. В 1002 г. умер Оттон III. Болеслав, желая укрепить границы польского государства на западе, захватил земли полабских славян - лужичан - и отнял у германцев. Мишенскую (Мейсенскую) марку, расположенную по Лабе и ее притоку Бобру. Затем Болеслав расширил далее свои владения до реки Эльстры, впадающей в реку Салу, поставив во многих местах польские гарнизоны, о чем со злобой сообщает тот же Титмар. Германцы не без основания увидели в политике Болеслава польского стремление прогнать их за Лабу. Поэтому, как только кончилось междуцарствие с избранием Генриха Баварского в короли, война с Бо-

 

 

1 Tietmar. V, 6.

 
стр. 65

 

леславом польским стала неизбежной. События развертывались быстро. Сначала Генрих II при личном свидании с Болеславом вынужден был уступить ему захваченные славянские земли, надеясь этим сделать Болеслава своим вассалом. Однако германцам не удалось захватить врасплох поляков этой по внешности примирительной тактикой, и Болеслав польский был достаточно опытным политиком и правильно ее оценил.

 

Чтобы расширить противогерманский фронт, Болеслав рассылал агентов к полабским славянам, призывая их к борьбе против германцев. Воспользовавшись борьбой между феодалами, Болеслав захватил Прагу, и "прекрасная страна чешская стала провинцией княжества польского, веселая Прага - столицей Болеслава", - "отметил Титмар. С раздражением тот же Титмар отметил: "Увеличилось его политическое могущество, еще выше поднялась его необузданная гордость"1 . Присоединение Чехии к противогерманскому фронту побудило Генриха обратиться с предложением к Болеславу вступить в вассальные к нему отношения, если он желает владеть захваченной страной. В противном случае война неизбежна. Но король Генрих не мог начать войны против Болеслава раньше зимы 1003 года. Война тянулась с перерывами до 1018 г., и, как правильно отметил М. Бобржинский, "эта страшная борьба... представляла собой огненное испытание для прочности польского государства"2 . Вся будущность польскою государства была поставлена на карту. Это сознавали Болеслав и поляки. Первый этап войны славянских племен против германских феодалов сопровождался неудачами. Болеслав из-за германских интриг потерял Чехию, но встретил сильную поддержку со стороны полабских лютичей.

 

Чтобы скорее окончить войну, Генрих вторгся в Польшу. Начался страшный грабеж ее в районе Познани. Однако грабители должны были вернуться "с плачем домой", унося с собой единственные трофеи - "тела убитых" - хотя превосходство военных сил и было на стороне германцев. Болеслав применил тактику затягивания германских войск в глубь страны. Он в лесах устраивал засеки и укрепленные города. Население вело партизанскую борьбу, уничтожало мелкие отряды неприятелей, и Генриху пришлось поспешно убраться из Польши, чтобы сохранить остатки своего войска.

 

Но и молодому, еще не достаточно мощному польскому государству пока трудно было вести войну с таким многочисленным и сильным врагом. Естественно, что при создавшейся внешнеполитической обстановке обе стороны желали прекратить войну и заключили мир. Встретившись в Познани, Генрих и Болеслав договорились о мире. Условия мира были в пользу Германии. Болеслав потерял Лужицы и Мишенскую марку, которые после изгнания поляков из Чехии, в 1006 г., были заняты германцами. Но между германскими феодалами и Полыней не могло быть прочного мира. Ближайшей целью политики германских феодалов было подчинение польского королевства. Германии и продвижение на восток от реки Одры, тогда как жизненные интересы польского народа неукоснительно требовали включения полабских славян в состав территории Польши. При этих условиям возобновление военных действий после краткой передышки было неизбежно.

 

Вторая война (1007 - 1013) с германским королем развивалась успешно для Болеслава польского. Ему вновь удалось поднять против германских захватчиков полабских славян. Земли лужичан и Мишенская марка опять оказались под властью поляков, и все попытки Генриха вытеснить Болеслава с земли полабских славян кончились неудачей. Тогда Генрих вновь предложил мир своему могущественному противнику. Начавшиеся переговоры о мире в городе Межиборе закончились благополучно с уступкой Болеславу земли лужичан и Мишенской марки.

 

Межиборский мир - это дипломатическое и военное поражение Германии, и недаром Кведлинбургский летописец, говоря о мире в Межиборе, отметил, что он заключен был не без ущерба для немецкой Империи"3 . Немецкие буржуазные историки, желая затушевать поражение Германии, создали легенду о вступлении Болеслава в ленные отношения к Генриху за те земли, которые были ему уступлены по Межиборскому договору. Правда, Болеслав обязывался помочь Генриху в его предполагаемом походе на Италию, а Генрих толкал Болеслава на войну за Червенские города, в свою очередь давая обещание прислать ему на помощь военный отряд, но такие взаимные обязательства отнюдь не были следствием вассальной присяги польского короля, на что в источниках нет никаких указаний.

 

Но Межиборский мир был таким же кратковременным эпизодом в польско-германских отношениях, как и соглашение в Познани. После удачного похода в Италию и венчания Генриха в Риме 14 февраля 1014 г. императорской короной он

 

 

1 Tietmar. V. 18.

 

2 Бобржинский М. "Очерки истории Польши". Т. I, стр. 72. СПБ. 1888.

 

3 Успенский Ф. "Первые славянские монархи на Северо-Западе", стр. 242. СПБ. 1872.

 
стр. 66

 

попытался добиться добровольной уступки Болеславом завоеванных земель по реке Лабе. Раздраженный отказом: и тем, что Болеслав не послал ему вспомогательного отряда во время его итальянского похода ("По обычаю обманул и не исполнил своего обещания", - отметил хронист Титмар), Генрих начал воину с Польшей.

 

Новая война с Польшей протекала крайне неудачно для императора Генриха II. Поход его в 1015 г. окончился уничтожение половины его войска, попавшего в засаду среди болот, а в 1017 г. наступление Генриха было остановлено благодаря героической обороне силезского города Немчи. Генрих вынужден был снять осаду и начать отступление. Однако война истощила обе воюющие стороны, и они поспешили заключить мир в Будишене в 1018 году. Титмар и хронисты умалчивают об условиях мира. Во всяком случае, все завоевания в землях полабских славян остались за Польшей. Болеслав мог нанести еще более сокрушительный удар врагам, польского народа, если бы германцы с провокационными целями не толкнули его к походу на Киев, обещая прислать на помощь вспомогательный отряд. Поход на Русь отвлек внимание Болеслава от западной границы Польши. Он распылил его и силы и не сумел закрепиться достаточно прочно в земле полабских славян. Тем не менее борьба Болеслава с германскими феодалами имела большое политическое значение как попытка освободить полабское славянство от германской зависимости и создать новую большую славянскую державу.

 

Вполне понятно, что Титмар Мерзебургский относится с величайшей ненавистью к Болеславу, как упорному и настойчивому врагу германцев. не считаю нужным, - пишет Титмар, - более рассказывать о Болеславе, - лучше было бы, если бы мы никогда не слышали его имени и не знали бы его... Ибо все те отношения, в которые отец его и сам он вступали с нами, через брак и тесную дружбу, больше приносили нам вреда, чем пользы, и еще принесут в будущем. Если во время сомнительного мира и обходился с нами ласково, то разнообразными тайными средствами не перестает отклонять нас от взаимной братской любви, ют врожденной свободы, и как только представится благоприятное время и место, не преминет открыто восстать для явной нашей погибели".

 

Пристрастный отзыв Титмара Мерзебургского о Болеславе вполне понятен. Защитник германских интересов на Востоке и сторонник порабощения славян, конечно, не мог дать беспристрастную оценку политики июльского короля, который не раз наносил германцам жестокие поражения и вооруженной рукой уничтожал все планы своих врагов ликвидировать самостоятельное польское государство.

 

В русской и польской историографии политика Болеслава встретила иную, весьма положительную оценку. Высоко оценивал деятельность Болеслава польского русский историк-славист Ф. Успенский. По его словам, "несомненная заслуга его на пользу славянства оказалась в том, что он затормозил и в "известной мере оттолкнул победоносное распространение немецкого господства к востоку, которое так грозно и решительно началось при первых императорах саксонской династии. В этом отношении Болеслав - прямой преемник и продолжатель деятельности князей моравских Ростислава и Святополка"1 .

 

Польский историк М. Бобржинский отметил, что походы на Русь, "пожалуй, отвлекли внимание народа "от берегов Эльбы и Балтийского моря, на завоевание которых следовало направить все силы, во все-таки имели важные последствия, так как не только расширили пределы польского влияния на Востоке, и также способствовали сближению двух великих народов и установлению между ними торговых сношений. Сношения с Русью должны были действовать на Польшу цивилизующим образом"2 . Другой польский историк, Вл. Смоленский, подводя итоги внешней политике Болеслава польского, признает, что Болеслав не выполнил полностью своих планов на Западе, не освободил всех славян полабских от немецкого господства. От выполнения всех этих освободительных планов отвлекли его дела русские, "стремление укрепить польское влияние на Восток"3 .

 

Однако преемники Болеслава польского не сумели сохранить всех его завоеваний. Польское государство, находившееся в стадии укрепления феодальных отношений, еще не располагало достаточными экономическими и политическими средствами для продолжения борьбы и дальнейшего укрепления своего положения на Лабе и в Прибалтике.

 

После смерти Болеслава польского внешнее положение молодого польского государства стало критическим. При его сыне Мешко II (1025 - 1034) польское государство подверглось нападению со стороны его соседей, стремившихся к развалу польского государства. Император германский Конрад II в союзе с Канутом Датским напал на Польшу. Лужицы и Мишенская

 

 

1 Успенский Ф. Указ. соч., стр. 256.

 

2 Бобржинский М. Т. I, стр. 75.

 

3 Smolenski Wl. "Dzieje narodu polskiego". Wyd. 5, str. 16. Warszawa. 1919.

 
стр. 67

 

марка вновь подпали под власть германских феодалов, а Канут Датский отнял славянское Поморье. Быта потеряны Моравия и Червенские города. Немало содействовало потере Полыней всех ее завоеваний и внутреннее положение польского государства. В княжеской семье происходили династические распри, княжеские роды проявляли феодальный сепаратизм. Немцы получили возможность вмешиваться во внутренние дела Польши. Сам Мешко II, свергнутый с престола родным братом Безпримом, вновь занял его лишь после смерти брата. Только ценой выражения покорности Конраду II Мешко II мог обеспечить себе мир с Германией.

 

В 1034 - 1040 гг. в Польше вспыхнуло стихийное крестьянское противофеодальное восстание под лозунгом возвращения к язычеству. Восставший народ уничтожал костелы, прогонял и избивал духовенство. Та же судьба постигла королевских чиновников. Во время крестьянского восстания малолетний сын Мешко II Казимир находился в Германии, При содействии императора Генриха III Казимир подавил противофеодальное движение и уничтожил своих мятежников-феодалов во главе с Маславом Мазовецким. Феодалы, благодарные Казимиру за подавление крестьянского движения, прозвали его "Восстановителем".

 

Как бы то ни было, славянские земли по Лабе и в Прибалтике была Польшей потеряны, и германские феодалы стали непосредственными соседями Польши, которая с этого времени находилась под угрозой возможности вторжения германцев. Если же пока не состоялось открытое вторжение, то только потому, что полабские славяне продолжали еще вести борьбу с германцами, хотя и без надежды на успех. Но германцы не отказывались от взрыва изнутри польского государства и поддерживали внутренние феодальные раздоры, задерживая этим установление крепкой власти в Польше. В 1109 г. император Генрих V предпринял попытку подчинить себе Польшу. Послы от императора потребовали от короля Болеслава Кривоустого (1102 - 1139) дани и вассальной покорности. По словам современника, Болеслав ответил: "Я предпочитаю потерять королевство, нежели видеть его в позорной зависимости". Началась война. Попытка взять силезские "грады" Бытом и Глогов кончилась крахом. Вторгнувшаяся германская армия, обессиленная постоянными нападениями, запутавшись в непроходимых лесах и болотах и страдая от голода, вынуждена была отступить1 .

 

Отказавшись от наступательной войны против немцев, Болеслав Кривоустый удачно вел оборонительную войну и спас Польшу от подчинения германцам. Это была большая историческая заслуга перед польским народом.

 

III

 

Убедившись в невозможности прямого подчинения Польши, германские феодалы, стремясь отрезать Польшу от Балтики, сосредоточили все свое внимание на завоевания западного славянского Поморья, находившегося уже однажды под властью Польши при Болеславе польском.

 

Поморье с устьем реки Одры было богатым краем с большими торговыми городами: Белоградом, Колобрегом, Волином, Камнем, Щецином (Штетином). В случае захвата их германцами Польша была бы не только отрезана от Балтийского моря, но ей бы угрожала германская агрессия и с северозапада. Поэтому сохранение в своих руках всего Поморья было жизненно и политически необходимо для Польши. Помимо этого включение Поморья в состав Польши усиливало и сопротивляемость германской агрессии. Это понимал и польский народ, с большим воодушевлением поддерживавший Болеслава Кривоустого в его борьбе за Поморье. В 1122 г. Поморье было присоединено, а вместе с тем и земли бодричей и лютичей подпали под власть Польши. Польша вновь становилась грозным стражем славянства на Западе2 . Князья поморские становились вассалами польского короля. Для самой Польши подчинение Поморья имело громадное экономическое значение, содействуя развитию ее торговли с Германией и со скандинавскими странами.

 

Однако германские феодалы не желали примириться с таким положением. Воспользовавшись тем, что Польша после смерти Болеслава Кривоустого распалась на отдельные феодальные владения, германские феодалы возобновили борьбу за Западное Поморье (к западу от реки Одры).

 

В 1147 г. германские феодалы вместе с датчанами завоевали вновь бодричей и лютичей. Главный захватчик славянских земель - Альбрехт, прозванный Медведем, - основал на земле лютичей и бодричей Бранденбургскую марку. Князья Западного Поморья долго и с упорством защищались от германских агрессоров. В 1177 г. отправился в поход против них Генрих Лев.

 

 

1 Бобржинский М. Т. I, стр. 102.

 

2 Tymieniecki K. "Pomorzeza Boleslawow". Roczniki Historyczne, III. W. Poznaniu, str. 16 - 31. 1927.

 
стр. 68

 

Поморские князья, не получив помощи от Польши, спаслись от разгрома тем, что признали себя в 1181 г. вассалами императора Фридриха I. Так Западное Поморье было потеряно для Польши. Оставалось пока Восточное Поморье, между Одрой и Вислой. Из-за него пришлось Польше выдержать продолжительную и упорную борьбу с германскими агрессорами.

 

Отброшенная от рек Лабы и Одры, Польша должна была сосредоточить все свое внимание на устье реки Вислы, которая связывала бы Польшу с Балтийским морем, без чего производительные силы Польши не имели надлежащих условий для своего развития. Это стремление Польши укрепиться на южном побережье Балтийского моря выразилось также в ее попытках подчинения литовского племени пруссов. Пруссы стойко защищались от поляков и со своей стороны в борьбе с польскими феодалами не раз нападали на польские Мазовию и Кулвию.

 

Чтобы облегчить завоевание пруссов, князю Конраду Мазовецкому пришлось обратиться к основанию Ордена немецких рыцарей и подарить им Добржинскую землю. Но этот опыт не увенчался успехом. Тогда Конрад вступил в переговоры с Тевтонским орденом крестоносцев и с этой целью пожаловал ему Хельмскую и Лобавскую земли. Поскольку крестоносцы в это время были изгнаны из Палестины и оставались без дела, они приняли предложение Конрада. Так польские феодалы сами пустили на свою землю злейшего врата польского народа - германских феодалов. Величайшие бедствия принесла польскому народу эта предательская политика союза германских и польских феодалов против пруссов.

 

Укрепившись на левом берегу Вислы и уничтожив пруссов, рыцари Тевтонского ордена построили на земле пруссов ряд крепостей, которые должны были стать оплотом их власти: Торн (1231), Хелмно, Мариенвердер (1233), Эльбинг (1237), Браунеберг (1240), Гейльсберг. Все эти земли и города были заселены немецкими колонистами. Тевтонские рыцари подбирались к Восточному Поморью с городом Гданском при устье реки Вислы. Польскому народу вскоре пришлось убедиться в том, что "друзья" Конрада Мазовецкого стали злейшими врагами польского народа. Поморский князь Святополк первый понял значение угрозы для Поморья со стороны Тевтонского ордена.

 

В 1242 г. Святополк поднял восстание пруссов против Ордена и вступил с ним в отчаянную борьбу. Только в 1253 г. рыцарям удалось подавить восстание пруссов, но Святополк сохранил политическую независимость своего княжества1 , будучи вынужден в то же время отказаться от своих владений на правом берегу Вислы. Поморье временно сохраняло свою независимость, так как пруссы во главе с Генрихом Менте вновь восстали и в 1263 г. нанесли рыцарям сокрушительный удар. Рыцари удержали в своих руках только три приморские города. Эльбинг, Балгу и Кенигсберг (Кролевец), - и им пришлось вторично завоевывать пруссов, что удалось завершить лишь в 1283 году. Теперь у рыцарей были развязаны руки к захвату Поморья и Польши.

 

В 1266 г. умер Святополк Поморский, оставив двух сыновей, между которыми началась феодальная война. Мсьцивой II, выступив против старшего брата - Варцислава, - обратился за помощью к бранденбургскому маркграфу, который оккупировал Гданск и не собирался его оставлять. Тогда Мсьцивой II обратился к помощи великополян, к их князю Болеславу, прозванному Благочестивым, Сорому удалось освободить Гданск от маркграфа, и Мсьцивой II вновь вокняжился в нем. В 1282 г., не имея потомков, он заключил договор с князем Пржемыслом II, согласно которому Поморье в виде дара отдавалось великопольскому князю. В 1294 г. последний вступил во владение Поморьем. Но враги Польши, начавшей политически объединяться вокруг великопольского князя Пржемысла, не дремали. В 1294 г. Пржемысл короновался польской короной, а в следующем году он быта убит бандитами, подосланными бранденбургским маркграфом.

 

Но титулованному убийце не удалось остановить процесс восстановления политического единства Польши, борьба за которое возглавлялась Владиславом Локотком, князем брестско-куявским (1306 - 1333). Тогда бранденбургские маркграфы подняли феодалов Поморья во главе с могущественным родом Свенцов. Локоток же обратился за помощью к Тевтонскому ордену. Совместно с Локотком он подавил восстание феодалов. Но затем тевтонские рыцари заняли Поморье и выгнали войско Локотка, В 1309 г. Поморье оказалось под властью Ордена. Таким образом, на севере Польши, господствуя над устьем реки Вислы, утвердились бандиты Тевтонского ордена. Локоток, не имея сил для борьбы с врагом, обратился вместе с польскими епископами и суду папы. Суд юридически признал жалобу Локотка правильной, и папа вынужден был опубликовать в феврале 1321 г. буллу, согласно которой

 

 

1 Tyc T. "Pomorze Polskie a Krzyzacy". Recznik historyczny. III, str. 46 - 48.

 
стр. 69

 

Орден был обязан вернуть Польше Поморье и уплатить ей 30 тыс. гривен за убытки. Но для Ордена папское решение не имело никакого значения, и он не возвратил Польше Поморья. Тогда Локоток поднял весь польский народ на борьбу с его вековым врагом. Война велась с переменным успехом для обеих сторон, но Локотку не удалось сломить сильного врага. Поморье, Куявия и Добржинская земля остались во владении Ордена, но попытка покорить Польшу была отражена польским народом, который сохранил и свою политическую независимость. Однако рыцари, контролируя устье реки Вислы, ставили всяческие препятствия для развития польской внешней торговли и этим задерживали экономическое и политическое укрепление Польши1 . Сын Локотки Казимир III (1333 - 1370) продолжал войну с заклятым врагом польского народа. Когда он заключил союз с Чехией и венграми (1336), то и Орден поспешил заключить с ним перемирие в Калише в 1343 году. Однако несмотря на вторичное решение папы о возвращении Польше Поморья Орден отказался привести в исполнение папское решение, но возвратил Польше Куявию и Добржинскую землю2 .

 

IV

 

Необходимость направить все силы польского народа на борьбу с Орденом побудила Локотка искать примирения с Литвой, также подвергавшейся нападению Ордена. Все эти соображения и побудили Локотка вступить на путь примирения с Гедимином, великим князем Литовским. В 1325 г. было заключено перемирие с Литвой с отказом: Локотка от претензий на Подляшье3 . Это был первый шаг к сближению с Литвой. Этой же политики придерживался и Казимир III. В планы польского правительства входило дальнейшее сближение с Литвой для организации борьбы против общего врага - Тевтонского ордена. Это соглашение было достигнуто договором Литвы с Польшей в 1385 г. в Крево.

 

Достаточно полно изучена общая политическая обстановка, вызвавшая заключение так называемой унии Литвы с Польшей, фактически уничтожившей политическую независимость великого княжества Литовского, что вызвало реакцию со стороны литовских и русских феодалов во главе с Витовтом, сыном Кейстута. Уния в том виде, как она была реализована поляками, оказалась непрочной политической комбинацией, и полякам пришлось пойти на значительные уступки, предоставив Литве полное внутреннее самоуправление с отдельны князем во главе, как вассалом польского короля. Это было достигнуто соглашением с поляками в Острове в 1392 г. и в Вильне в 1401 году4 . После этого отношения Ордена с Польшей стали очень обостренными. Орден готовился нанести ей сокрушительный удар и уничтожить независимость польского государства.

 

Орден пытался изолировать Литву от Польши, но эта политика интриг кончилась крахом, тем более что на данном" этапе политической жизни Польши и Литвы оба государства были заинтересованы в уничтожении опасности со стороны разбойничьего гнезда. 15 июля 1410 г. ополчения Польши, Литвы и Руси встретились с рыцарями в лощине между деревнями Грюнвальдом и Танненбергом. Рыцари были наголову разбиты, причем решающая роль в этом сражении вышла на долю трех смоленских полков, из которых один полностью был уничтожен. Убежавшие с поля сражения рыцари прятались за крепкие стены своих замков. Рыцари не могли продолжать войну и были вынуждены 1 февраля 1411 г. заключить мир в Торнеи5 . Торнский мир облегчил торговые связи Польши с Западной Европой, но не разрешил вопроса о Поморье и об устье реки Вислы. Однако поражение 15 июля 1410 г. навезло такой удар Ордену, что вопрос его окончательном уничтожении был только вопросом времени. Обострение, литовско-польских отношений после смерти Витовта в 1430 г. заставило Польшу проводить по отношению к Ордену очень осторожную политику. В 1435 т. Орден заключал с Польшей вечный мир в

 

 

1 Tyc T. Op. cit., str. 53 - 57.

 

2 Ibidem, str. 57 - 61.

 

3 Zajaozkowski St. "Przymierze polsko-litewskie 1325 r." (Kwartalnik historycznj 1926). Антонович В. "Очерки истории великого княжества Литовского до смерти великого князя Ольгерда" (монография истории Западной Руси и Югозападной Руси).

 

4 Об унии Польши с Литвой имеется громадная литература. Новейшие труды: Любавский М. "Литовско-русский сейм". М. 1901 г., Halecki O. "Dzieje Unji Jagiellonskiej". T. I-II. Krakow. 1920. Готье Ю. "Балтийский вопрос в XIII-XVI веках". "Историк-марксист"N 6 за 1941 год.

 

5 Литература о Грюнвальдской битве очень обширна. Ее подробное описание дано в работе Барбашева Л. " Политика Витовта последние 20 лет княжения". СПБ. 1891. Бочкарев "Грюнвальдская битва" (Ж. М. Н. П. 1916). Польская историография всячески затемняет роль Руси, хотя роль смоленских полков отмечена даже историком Длугошем, который преувеличивает роль Ятайла и поляков в этой битве.

 
стр. 70

 

Бреста Куявском на прежних условиях, и до 1454 г. между Польшей и Орденом не была столкновений.

 

В начале февраля 1454 г. вспыхнуло новое восстание пруссов. К этому времени улучшились польско-литовские отношения. Между Польшей и Литвой была заключена династическая уния. Великий князь Литовский был одновременно избрал и польский королем. Польша начала войну, и 19 октября 1466 г. Орден был вынужден заключить мир с Польшей в Торне и возвратил ей Поморье с г. Гданском, которое фактически уже находилось под властью Польши1 . В сущности, после торнского мира прекратилось существование Ордена как отдельной политической единицы.

 

В связи с реформацией произошла секуляризация Ордена, Гохмейстер Ордена Альбрехт I Гогенцоллерн стал князей в Пруссах (dux in Prussia), и в 1525 г. князь Альбрехт Прусский принес ленную присягу июльскому королю.

 

V

 

Во второй половике IV в. вооруженная борьба Польши с германскими феодалами прекратилась, но борьба последних с Польшей все же продолжалась, только приняла несколько иной характер, в особенности с того времени, как Пруссия, соединенная в 1611 г. с Бранденабургом, по Юливскому трактату 1660 г., стала независимой от Польши. С этого времени прусские бароны, оставаясь злейшими врагами польского народа, всячески стремились изнутри взорвать польское государство, пользуясь его внутренним ослаблением и общим упадком государственного значения Речи Посполитой. Ослабленная политически, Польша становилась игрушкой в руках соседних держав - Пруссии и царской России. Но, в то время как царское правительство стремилось сохранить целостность территории Польши, подчинить ее своему влиянию, Пруссия вместе с Австрией принимала все меры к тому, чтобы раздробить польские земли и народ, разделив их между соседями2 . Впротивовес политике России прусский король Фридрих II выступал с планом раздела Польши под предлогом, что польские земли отделяют Бранденбург от Пруссии. Первый раздел Польши, в 1772 - 1773 г., не удовлетворил алчных аппетитов прусских баронов, так как устье реки Вислы с Гданском осталось в составе Польши. Прусское же правительство только ждало подходящего момента, чтобы оторвать от Польши Поморье.

 

Пруссия сначала надеялась получить Поморье в виде добровольной уступки со стороны Польши и с этой целью стала разыгрывать друга Польши, содействуя в то же время обострению польско-русских отношений. В 1790 г. Польша и Пруссия даже вступили в договорные отношения. Но политика прусского правительства кончилась провалом. Польские шляхетско-буржуазные реформаторы отказались добровольно передать Пруссии территорию, занятие которой Пруссией повлекло бы за собой окончательное исчезновение Польши из круга самостоятельных государств. Пруссаки же не примирились с неудачей своей дипломатии и скоро показали настоящее свое лицо. Они не только не выполнили условий договора, но подло предали поляков, приняв активное участие во втором разделе Польши3 . По второму разделу Польши, устье реки Вислы с Гданском было захвачено Пруссией. Ровным образом Пруссия приняла участие в подавлении восстания Т. Костюшки, оккупировав Краковское воеводство в тылу революционного фронта. Третий раздел, в 1795 г., отдал Пруссии Мазовецкое воеводство с Варшавой. Впрочем, Пруссии не удалось удержать под своей властью все захваченные польские земли, так как она сама попала под власть Наполеона и ее собственная территория была доведена до минимума. С образованием в 1815 г. на Венском конгрессе королевства Польского из земель, находившихся под властью Пруссии, Пруссия осталась по-прежнему основным врагом польского народа и его стремления к политической независимости.

 

Во время польского восстания 1830 - 1831 гг. Пруссия сыграла позорную роль душителя восстания. Объявив о своем нейтралитете, Пруссия в действительности ее соблюдала его и помогала правительству Николая I в его борьбе против повстанцев. Прусское правительство занималось перлюстрацией писем и документов, отправляемых из Варшавы, не давало визы на проезд в Польшу без согласия царского посла, конфисковало средства Польского банка, снабжало русское правительство деньгами для закупки обмундирования русской армии, конфисковало по указанию русского посла тайком привозимое из Англии оружие, разрешало достатку в русскую армию вооружения по реке Висле, строило в Торне казенные магазины для храпения провизии. Мало того: даже понтонный мост через Вислу вблизи Торна для перехода русской армии на левый берег Вислы был возведен из прусских материа-

 

 

1 Tymieniecki K. "Upadek rzadow krzyaatckich na Pomorzu". Rocznik historyczny, str. 67 - 91.

 

2 Бобржинский М. "История Польши". Ч. 2-я, стр. 245.

 

3 Dembitski Br. "Polska na przelomie". Rozdziat 4. Warszawa.

 
стр. 71

 

лов. Так Пруссия принимала активное участие в удушении польского восстания 1830 - 1831 годов1 . Аналогичной политики придерживалось прусское правительство во время восстания 1863 г., когда, согласно заключенной конвенции, войска царской армии могли заходить на пограничную прусскую территорию для борьбы с повстанцами. Пруссия всегда выступала в качестве противника польского национально-освободительного революционного движения. Согласно условиям Венского конгресса, польские земли, отошедшие к Пруссии, образовали великое княжество Познанское. Венский конгресс обязывал Пруссию создать в Познанском княжестве благоприятные условия для развития польского языка и культуры. В действительности прусские бароны мало считались с постановлениями Венского конгресса, и вся их политика по отношению к полякам была совершенно обратной и ставила своей целью онемечение польского народа и колонизацию Познанского княжества немцами.

 

Польское население не раз через своих депутатов обращалось с протестами против политики прусского правительства, и эти жалобы всегда были безрезультатными. В ответ на политику прусского правительства Познанское княжество покрылось целой сетью тайных обществ, подготавливавших восстание польского народа для восстановления его политической независимости. Но революционное движение было подавлено2 . После подавления восстания в Кракове 1846 г. и революции 1848 г. в Познани прусская реакция развернулась на польской школе. Прусское правительство перестало считаться с национально-культурными требованиями поляков и постепенно принимало меры к полному слиянию Познанского княжества с Пруссией на правах обычной провинции.

 

Тяжелые времена наступили для познанских поляков с 1886 г., когда Бисмарк стал на путь уничтожения всего польского. В 1887 г. было запрещено даже преподавание польского языка в народных школах. В 1886 г. была организована "колонизационная комиссия" для скупки польских земель и раздачи их немецким крестьянам. Уже в 1886 г. было куплено 12 тыс. гектаров польской земли. Но немецкая колонизационная политика потерпела крах. На протяжении 25 лет (до конца 1910 г.) поляки со своей стороны скупили у немцев 274546 га на сумму 278 млн. марок, тогда как польских земель было куплено только на 88 млн. марок. Из 385 тыс. га купленной у немцев приходилось 71,2% земельной площади, а у поляков - 28,8%3 . Колонизационная немецкая политика потерпела крах, но прусские бароны не отказывались от мысли онемечить поляков. Один из германских государственных деятелей дерзнул даже сказать: "В Познани нет поляков, а есть только немцы польского происхождения"4 . Первая империалистическая война приостановила политику прусских баронов онемечения познанских поляков. После образования польской буржуазной республики немцы ни на минуту не оставили мысли вернуть под свою власть польские земли и старались изнутри взорвать польское государство.

 

Ныне Гитлеру удалось силой и обманом реализовать давнишние планы немецких юнкеров и буржуазии относительно Польши. Польшу захватил лютый враг ее и всех славянских народов - германские фашисты. Свободолюбивый и трудолюбивый польский народ находится под гнетом гитлеровцев.

 

Польша раздроблена. Все ценное имущество увезено в Германию. Расхищены библиотеки университетов в Кракове и Варшаве и величайшие музейные ценности, ставшие добычей разнузданной фашистской военщины.

 

Польша превращена в каторжную тюрьму. В концентрационных лагерях томится множество профессоров, рабочих, учителей и польской интеллигенции, жизнь которых находится в распоряжении тех надсмотрщиков, которые приставлены к ним не столько для надзора, сколько для их физического уничтожения.

 

Дикий фашистский террор господствует в Польше. Расстрелы и виселицы - фашистский метод управления и запугивания польского населения. Почти три миллиона поляков истреблены гитлеровскими бандами. Польские города и села превращены в пепел.

 

Но гиглеровским бандитам не удалось подчинить польский народ и заставить его примириться с властью захватчиков-фашистов. Польский народ никогда не станет рабом фашистских шаек. С ненавистью и презрением он относится к своим поработителям. Польский народ продолжал борьбу с гитлеровцами и верил, что близок час радостного освобождения от мук неволи и страданий.

 

 

1 Все эти данные извлечены мною из архива бывшего министерства иностранных дел.

 

2 Rakowski K. "Powstanie Poznanskie w 1848 roku". Warszawa. 1914.

 

3 Daszynska-Golinska Z. "Rozwoj i samodzielnosc gospodarcza ziem polskich", str. 71. Warszawa. 1915.

 

4 Любавский М. "История западных славян", стр. 443. М. 1917.

 
стр. 72

 

Величайшим импульсом для борьбы за свободу является польско-советское соглашение, подписанное в Лондоне 30 июля 1941 года.

 

Восстановление дипломатических отношений с польским правительством и согласие советского правительства на организацию польской армии на территории СССР для совместной с советским народом борьбы против фашистского зверья - новый этап в борьбе польского народа за свою свободу и независимость.

 

Польский народ становится и по оружию братом советского народа.

 

Советско-польское соглашение, как несколько ранее заключенное советско-чехословацкое соглашение и восстановление нормальных дипломатических отношений между СССР и Югославией кладут начало великому делу объединения славянских народов в их борьбе против немецко-фашистского варварства.

 

Известие о польско-советском соглашении было встречено в Варшаве с величайшим ликованием. Подпольная радиостанция обратилась с воззванием: "Поляки! Много страшных дней страдания, горя и унижения пережили мы с тех пор, как немецкий сапог вступил на нашу родную землю. Проклятые нацисты отняли у нас свободу и хлеб, они замочили сотни тысяч наших братьев и сестер. Но сегодня к нам вновь возвращаются надежда. Наши русские братья с нами. Они тропят уже фашистские полчища, бьют их на земле, на воде и в воздухе. Мы, поляки, ни на один день не отказывались от борьбы, не гнули шеи перед ненавистными завоевателями. Теперь наши усилия сольются с усилиями великого советского народа, его могучей Красной Армией, всех вооруженных сил великой коалиции держав, вставших на борьбу с гитлеризмом. Поднимайся же, великий польский народ, на борьбу с врагом... Помните, нет у польского народа хуже и злее врага, чем немецкие фашисты. Все на борьбу с врагом! Близок час расплаты! Скоро над нашей окровавленной родиной засияет заря свободы".

 

Советский народ выступает не только как защитник чести и свободы своей родины. Он несет радость освобождения измученным под игом фашизма народам. Советский народ навсегда освободит человечество от фашистской угрозы, и его смертельная схватка, с фашизмом будет поддержана всеми, кому ненавистен фашизм.

 

"Войну с фашистской Германией, - говорил товарищ Сталин в своей исторической речи 3 июля, - нельзя считать войной обычной. Она является не только войной между двумя армиями. Она является вместе с тем и великой войной всего советского народа против немецко-фашистских войск. Целью этой всенародной отечественной войны против фашистских угнетателей является не только ликвидация опасности, нависшей над нашей страной, но и помощь всем народам Европы, стонущим под игом германского фашизма. В этой освободительной войне мы не будем одинокими. В этой великой войне мы будем иметь верных союзников в лице народов Европы и Америки, в том числе в лице германского народа, порабощенного гитлеровскими заправилами. Наша война за свободу нашего отечества сольется с борьбой народов Европы и Америки за их независимость, за демократические свободы. Это будет единый фронт народов, стоящих за свободу против порабощения и угрозы порабощения со стороны фашистских армий Гитлера".



Опубликовано 10 декабря 2017 года

Нашли ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER!

© В. ПИЧЕТА • Публикатор (): БЦБ LIBRARY.BY Источник: Исторический журнал, № 9, Сентябрь 1941, C. 64-73

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

Уважаемый читатель! Подписывайтесь на канал LIBRARY.BY в Facebook, вКонтакте, Twitter и Одноклассниках чтобы первыми узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.