КРЕСТЬЯНСКОЕ ДВИЖЕНИЕ НА ТЕРРИТОРИИ БЕЛАРУСИ И ДРУГИХ НАЦИОНАЛЬНЫХ РАЙОНАХ ДОРЕФОРМЕННОЙ РОССИИ

Актуальные публикации по истории и культуре Беларуси.

Разместиться

Перевод и озвучка

Доступен перевод страницы "КРЕСТЬЯНСКОЕ ДВИЖЕНИЕ НА ТЕРРИТОРИИ БЕЛАРУСИ И ДРУГИХ НАЦИОНАЛЬНЫХ РАЙОНАХ ДОРЕФОРМЕННОЙ РОССИИ • БЕЛАРУСЬ" на 50 языков:

Озвучка данного текста отключена.

БЕЛАРУСЬ новое

Все свежие публикации

Меню для авторов

БЕЛАРУСЬ: экспорт произведений
Скачать бесплатно! Научная работа на тему КРЕСТЬЯНСКОЕ ДВИЖЕНИЕ НА ТЕРРИТОРИИ БЕЛАРУСИ И ДРУГИХ НАЦИОНАЛЬНЫХ РАЙОНАХ ДОРЕФОРМЕННОЙ РОССИИ. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement. Система Orphus

2 за 24 часа
Автор(ы): • Публикатор: • Источник:

В обзоре рассматриваются опубликованные с середины 50-х годов работы о крестьянском движении в Эстонии, Латвии, Литве, Белоруссии, на Украине, в Молдавии, на территории Кавказа, Казахстана и Средней Азии с начала XIX в. до падения крепостного права1 . В области изучения антикрепостнической борьбы угнетенных масс на национальных окраинах России советская историография достигла наиболее заметных успехов именно за последнее время, когда появилась обширная и разнообразная по тематике специальная литература, преимущественно основанная на изысканиях в местных архивах. Эта литература неравноценна: есть солидные исследования, ставящие важные теоретические проблемы, но есть немало и чисто описательных статей и заметок, которые касаются мелких, частных тем, хотя в совокупности значительно расширяют наши сведения о размахе антифеодального движения в масштабе всей страны. Важное место этой проблеме отводится в обобщающих трудах по истории советских социалистических республик. Специальные главы о крестьянском движении в этих трудах написаны нередко на архивном материале и содержат много неизвестных ранее науке фактов2 . Перед нами раскрывается картина большого многообразия форм и методов крестьянской борьбы, обусловленных различным уровнем социально-экономического развития того или иного национального района, местными историческими традициями, наконец, национальными и религиозными особенностями. Поэтому будет целесообразно рассмотреть исследовательскую литературу о крестьянском движении по отдельным национально-территориальным комплексам.

 

Начнем с Прибалтики. Особенностью этого района было то, что здесь раньше всего и более отчетливо проявились капиталистические тенденции в развитии сельского хозяйства и прежде, чем в других местах, были проведены законы, предоставлявшие личную свободу крестьянам. Крестьянское движение в Эстонии, Латвии и Литве подверглось детальному изучению в трудах Ю. Ю. Кахка, Я. Конкса, Б. Р. Брежго, Я. Я. Зутиса, Я. Степране, Г. П. Строда и М. И. Козина. Ю. Ю. Кахк3 исследует

 

 

1 О крестьянском движении того же периода в русских губерниях см.: В. А. Федоров. Историография крестьянского движения в России периода разложения крепостничества. "Вопросы истории", 1966, N 2.

 

2 "История Белорусской ССР". Т. I. Минск. 1961; "История Украинской ССР". Т. I. Киев. 1956; "История Эстонской ССР". Т. I. Таллин. 1961; "История Азербайджана". Т. II. Баку. 1960; "История таджикского народа". Т. II, кн. 2. М. 1964; "История Казахской ССР". Т. I. Алма-Ата. 1963; "История Узбекской ССР". Т. II, кн. 2. Ташкент. 1956; "История Киргизии". Т. I. Фрунзе. 1963; "История Молдавской ССР". Т. I. Кишинев. 1965; "История Грузии". Т. I. Тбилиси. 1962; "Очерки истории Марийской АССР" (с древнейших времен до Великой Октябрьской социалистической революции). Йошкар- Ола. 1965; "Очерки Удмуртской АССР". Т. I. Ижевск. 1958; "Очерки истории Мордовской АССР". Т. I. Саранск. 1955; "Очерки истории Башкирской АССР". Т. I, ч. 2. Уфа. 1959; "Очерки истории Карелии". Т. I. Петрозаводск. 1957; "Очерки истории Дагестана". Махачкала. 1957; "Очерки истории Кара-Калпакской АССР". Т. I. Ташкент. 1964; "Очерки истории Адыгеи". Т. I. Майкоп. 1957; М. М. Блиев. Осетия в первой трети XIX века. Орджоникидзе. 1964; "История Кабарды". М. 1957; "История Татарской АССР". Т. I. Казань. 1955; "История Чувашской АССР". Т. I. Чебоксары. 1966.

 

3 Ю. Ю. Кахк. Крестьянское движение и крестьянский вопрос в Эстонии в конце XVIII и в первой четверти XIX века. Таллин. 1962; его же. Волнения и реформы. Классовая борьба крестьянства и аграрная политика помещиков в Эстонии на рубеже

 
стр. 161

 

социальную структуру эстонской деревни конца XVIII - начала XIX в., феодальные повинности и правовое положение крестьян, влияние крестьянской борьбы на политику прибалтийских помещиков и царского правительства в период проведения аграрных реформ в Прибалтике (1804 - 1819 гг.). Сравнительный анализ крестьянского движения в Эстонии в момент проведения реформ 1816 - 1819 гг. и движения русского крестьянства в 1861 г. позволил автору найти много общих черт между ними. Крестьянское движение в Северной Эстонии на рубеже XVIII-XIX вв. рассматривается Я. Конксом4 . Эстонскими историками изучены такие специфические для Эстонии формы крестьянской борьбы, как движение "ходоков в рай" (второе десятилетие XIX в.), движение за переход в православие (1845 - 1848 гг. в Южной Эстонии), связанное с надеждой крестьян путем перехода в "царскую веру" получить землю и волю. Крупным событием в крестьянском движении Эстонии является восстание 1858 г. ("война в Махтра"). Вплоть до недавнего времени оно было совершенно не изучено. Столетний юбилей со дня восстания вызвал появление серии исследований и ценных публикаций документов. Среди первых выделяется монография Ю. Ю. Кахка5 . Некоторые дополнительные данные об этом восстании приводит М. И. Козин в статье "Крестьянское движение в 1858 г. в Эстонии"6 . Выявленные им новые материалы из архивов III отделения и министерства внутренних дел позволяют установить, какое большое впечатление произвело на царское правительство восстание 1858 года. Ю. Ю. Кахк и М. И. Козин подчеркивают общероссийское значение этого восстания. Ценной публикацией является вышедший в 1958 г. в Таллине сборник документов и материалов "Крестьянские волнения в 1858 г. в Эстонии"7 . Дополнением к нему служит публикация новых материалов О. Я. Варесом, Ю. Ю. Кахком, Х. А. Ширив и В. М. Файнштейном8 .

 

Крестьянское движение в Латвии в широком хронологическом плане (начиная с восстания 1577 г. до революции 1905 - 1907 гг. включительно) рассматривается в монографии Б. Р. Брежго9 . Автор ставит задачу: дать сравнительное описание крестьянского движения в различные эпохи - от средневековья до времен империализма. Отдельные вопросы крестьянского движения в Латвии рассматриваются Я. Степране и Г. П. Стродом10 . Содержательный обзор крестьянских волнений на территории Латвии и Литвы в связи с реформами 1816 - 1819 гг. дал Я. Я. Зутис11 .

 

Крестьянское движение в Белоруссии рассматривается А. Т. Короткевич, М. Г.

 

 

XVIII-XIX веков (1790 - 1810 гг.). Таллин, 1961 (на эстонском языке); его же. Крестьянское движение в Эстонии в связи с проведением реформ 1816 и 1819 годов. Таллин. 1961 (на эстонском языке); его же. Об историческом фоне крестьянской реформы 1816 года в Эстляндской губернии. "Известия" АН Эстонской ССР. Серия общественных наук. Т. IX. 1960 (на эстонском языке).

 

4 Я. Конке. Эстляндское феодально-крепостническое сельское хозяйство и положение крестьянства в конце XVIII и первом десятилетии XIX века. Тарту. 1960 (на эстонском языке). В книге подробно описаны волнения 1797 и 1805 - 1807 годов.

 

5 Ю. Ю. Кахк. Крестьянские движения в Эстонии в 1858 г. Война в Махтра. Таллин. 1958 (на эстонском языке). См. также его статья на ту же тему: "Славная страница в истории классовой борьбы эстонского крестьянства". "Коммунист Эстонии", 1958, N 6; "Крестьянские волнения в 1858 г. в Эстонии". "История СССР", 1958, N 3; "Об историческом значении крестьянских волнений 1858 года в Эстонии". "Известия" АН Эстонской ССР. Т. VII. Серия общественных наук. N 2. 1958 (на эстонском языке).

 

6 "Известия" АН Латвийской ССР. N 7. 1959.

 

7 "Крестьянские волнения в 1858 г. в Эстонии". Документы и материалы. Таллин. 1958. Сборник подготовлен работниками ЦГИА Эстонской ССР и Института истории АН СССР. Он содержит 118 документов на русском, эстонском и немецком (эстонские и немецкие документы дублируются по-русски) языках.

 

8 "Крестьянское движение в 1858 г. в Эстонии". "Исторический архив", 1958, N 4.

 

9 Б. Р. Брежго. Очерки по истории крестьянского движения в Латгалии 1577 - 1907 гг. Рига. 1956.

 

10 Я. Степране. Крестьянское движение в Лифляндии в 1841 г. "Ученые записки" Даугавпилсского педагогического института. Т. IV, вып. 3. 1959 (на латышском языке); Г. П. Строд. Борьба крестьян Даугавпилсского староства против усиления феодальной эксплуатации в конце XVIII - первой четверти XIX в. "Известия" АН Латвийской ССР. N 3. 1956 (автор исследует почти полувековую борьбу крестьян огромного имения, завершившуюся переводом их в казенное ведомство).

 

11 Я. Я. Зутис. Освобождение лифляндских и курляндских крестьян в 20-х годах XIX века. Рига. 1956 (на латышском языке).

 
стр. 162

 

Лысенко, В. В. Чепко и Е. И. Фирсовой12 . Центральное место в работах этих авторов занимает описание борьбы белорусских крестьян в связи с люстрацией (переписью) казенных имений и инвентарной реформой 1846 - 1847 годов. А. Т. Короткевич видит основные мотивы люстрации и инвентарной реформы в стремлении царизма привлечь на свою сторону крестьянство для борьбы против национального сепаратизма польской шляхты, а главным образом ослабить волну нараставшего крестьянского движения. Однако эти реформы не только не уменьшили классовых противоречий в белорусской деревне, но привели к обострению их. А. Т. Короткевич делает вывод, что национальный и религиозный гнет, который наряду с феодальным испытывало находившееся под властью польских панов белорусское крестьянство, способствовал живучести у крестьян царистских иллюзий13 . К сожалению, эти положения не подкреплены конкретным материалом. Не раскрыта и специфика крестьянского движения в Белоруссии в связи с проведением инвентарной реформы. Статьи М. Г. Лысенко и В. В. Чепко представляют собой, по сути дела, аннотированную хронику крестьянских волнений, без глубокого анализа социально-экономических отношений в белорусской деревне и положения крестьянства. Авторы констатируют рост "упорства" и "активности" крестьян, но никаких проблем не ставят. Е. И. Фирсова рассматривает антикрепостническое движение белорусских крестьян в последние предреформенные десятилетия. Она приводит интересный фактический материал. Однако главный ее вывод - "в крестьянском движении конца 50-х годов возросли классовая солидарность и элементы организованности" - остался недоказанным14 .

 

Обширная литература посвящена антифеодальной борьбе украинского крестьянства. И. А. Гуржий15 стремился дать обобщающий очерк борьбы всех феодально-зависимых категорий населения на Украине за большой период. Он не ограничивается описанием высших форм крестьянской борьбы - волнений и восстаний, а исследует и другие ее проявления: расправу с помещиками и их управляющими, подачу просьб и жалоб, побеги, поджоги. Отдельные вопросы крестьянского движения на Украине освещаются в работах А. З. Барабоя, В. А. Духнич, Ю. А. Курносова, Н. А. Сыроватской16 . Обширная литература о видном крестьянском вожаке Устиме Кармалюке пополнилась в последние годы рядом интересных работ и публикаций документов17 .

 

 

12 А. Т. Короткевич. Антифеодальное крестьянское движение в Витебской губернии в период кризиса крепостничества. "Ученые записки" Минской четырехгодичной партийной школы. Вып. I. 1957; М. Г. Лысенко. Крестьянское движение в Восточной Белоруссии в 1825 - 1860 гг. (по материалам Могилевской губернии). "Ученые записки" Полоцкого педагогического института. Вып. 2. 1958; В. В. Чепко. Положение крестьян и классовая борьба в белорусской деревне в первой половине XIX века. "Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы за 1958 г.". Таллин. 1959; Е. И. Фирсова. Крестьянское движение в Белоруссии в 40 - 50-е годы XIX века. "Вестник" АН БССР. Серия общественных наук. N 1. 1960 (на белорусском языке).

 

13 А. Т. Короткевич. Указ. соч., стр. 120 - 121, 132.

 

14 Е. И. Фирсова. Указ. соч., стр. 65.

 

15 И. А. Гуржий. Борьба крестьян и рабочих на Украине против феодально- крепостнического гнета (с 80-х годов XVIII в. до 1860 г.). Киев. 1958 (на украинском языке).

 

16 А. З. Барабой. О характере крестьянского движения в Киевской губернии в 1855 г. "Исторические записки". Т. LXII. 1958; его же. Крестьянское движение и деятельность интеллигенции на Правобережной Украине накануне реформы. "Украинский исторический журнал", 1965, N 2 (на украинском языке). Автор исследует в этих работах степень активности различных имущественных групп крестьянства в ходе волнений и воздействие крестьянской борьбы на Деятельность демократически настроенной украинской интеллигенции; В. А. Духнич. Борьба военных поселян Херсонщины за ликвидацию военных поселений. "Научные записки" Станиславского государственного педагогического института. Вып. 4. 1960 (на украинском языке); Ю. А. Курносов. К вопросу о численности крестьянских выступлений на Правобережной Украине в 40 - 50-е годы XIX века. "Украинский исторический журнал", 1960, N 3 (на украинском языке). В статье ставятся вопросы методики статистического учета крестьянских волнений; Н. А. Сыроватская. Борьба крестьян Киевщины против феодального гнета (конец XVIII - начало XIX века). "Украинский исторический журнал", 1961, N 2 (на украинском языке); "Крестьянское движение на Украине" (публикация документов). "Научно- информационный бюллетень Архивного управления УССР". NN 1 и 4. 1960 (на украинском языке).

 

17 И. А. Гуржий, А. Кампан. Кармалюк (Историко-биографический очерк). Киев. 1960 (на украинском языке); "Народ о Кармалюке". Сборник фольклорных произведений. Киев. 1961 (на украинском языке) (в сборник включено 65 исторических

 
стр. 163

 

Новой, до сих пор остававшейся неизученной теме крестьянского движения в степной части Украины посвящены содержательные статьи Е. И. Дружининой и А. С. Коциевского18 . Представляют интерес наблюдения авторов над изменением характера крестьянской борьбы в этом крае. Е. И. Дружинина обращает внимание на такой фактор, как изменение политики правительства в отношении различных социальных и этнических категорий населения; А. С. Коциевский - на особенности формирования различных категорий зависимого крестьянства и на характер феодальной эксплуатации крестьян. Вначале, говорит Е. И. Дружинина, когда край еще был слабо заселен и правительство терпимо относилось к оседавшему здесь беглому населению, еще отсутствовала широкая база для антикрепостнического движения. Но по мере заселения этого района царизм не только лишал переселенцев их льгот, но и закрепощал их за теми помещиками, на землю которых те осели. Другой путь распространения крепостного права на юг Украины - переселение помещиками на пожалованные им земли своих крепостных с севера. Распространение крепостного права на юг явилось главной причиной роста крестьянского движения в степной Украине, а сопротивление закрепощению стало основным содержанием движения. Впоследствии развернулась борьба за ликвидацию феодальных отношений вообще. Примерно той же точки зрения придерживается и А. С. Коциевский.

 

Новой темой является история антифеодальной борьбы украинского крестьянства на Буковине и в Восточной Галиции. Она исследуется Е. М. Косачевской, М. П. Герасименко, И. Г. Шульгой и Ф. И. Стеблий19 . Их работы содержат подробный анализ феодальных порядков, экономического и правового положения украинского крестьянства в Галиции, этой аграрной провинции Австрийской империи. Здесь украинское крестьянство страдало не только от социального угнетения, но и от гонений на религию, украинский язык и культуру. В центре внимания исследователей стоят 40-е годы XIX в., когда крестьянское движение в Галиции достигло наивысшего подъема. В работах содержатся данные о влиянии крестьянского движения на отмену крепостного права в Галиции в 1848 - 1849 гг., об участии крестьян в революционных событиях тех лет. Важность изучения данной темы заключается также в том, что галицийские события 40-х годов отражались на обострении крестьянского движения в западных губерниях России. В этой связи представляют интерес приведенные Е. М. Косачевской секретные материалы III отделения, показывающие, с какой тревогой следили правящие круги России за развитием галицийских событий.

 

Интенсивно изучалось крестьянское движение на территории Бессарабии. Борьба царан и резешей, наиболее значительных групп феодально-зависимого населения в Бессарабии, исследована в работах Я. С. Гросула и М. П. Мунтяна20 ; движение государ-

 

 

песен и 110 сказаний о Кармалюке. Многие из них публикуются впервые. Сборнику предпослана обстоятельная статья его составителя В. И. Тищенко. В конце дан большой список работ о Кармалюке); В. А. Канивец. Кармалюк. Серия "Жизнь замечательных людей". М. 1965.

 

18 Е. И. Дружинина. Классовая борьба крестьян Южной Украины в первой четверти XIX века. "Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы за 1964 г.". Кишинев. 1966; А. С. Коциевский. Крестьянское движение в Южной Украине в конце XVIII - первой четверти XIX в. "Материалы по истории сельского хозяйства и крестьянства в СССР". Т. V. М. 1962.

 

19 Е. М. Косачевская. Антифеодальная борьба украинского крестьянства Восточной Галиции в первой половине XIX в. "Ученые записки" Ленинградского государственного университета. Серия исторических наук. N 270, вып. 32. 1959; ее же. К вопросу о крестьянском движении в Галиции после реформы (1848 - 1849 гг.). "Вестник" Ленинградского государственного университета. Серия истории, языка и литературы. Вып. 3. 1963; ее же. Восточная Галиция накануне и в период революции 1848 г. Львов. 1965; М. П. Герасименко. Аграрные отношения в Галиции в период кризиса барщинного хозяйства. Киев. 1959 (на украинском языке); его же. Из летописи народного гнева. "Жовтень" (Львов), 1957, N 12 (на украинском языке); Ф. И. Стеблий. Борьба крестьян Восточной Галиции против феодального гнета в первой половине XIX века. "Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы за 1960 г.". Киев. 1962; И. Г. Шульга. Социально- экономические отношения и классовая борьба в Закарпатской Украине в конце XVIII - первой половине XIX века. Львов. 1965.

 

20 Я. С Гросул. Крестьяне Бессарабии (1812 - 1870 гг.). Кишинев. 1956; его же. Антикрепостническая борьба крестьян Бесарабии в первой трети XIX в. "Ученые записки" Кишиневского государственного университета. Т. XVI. Серия исто-

 
стр. 164

 

ственных крестьян освещается И. А. Анцуповым21 . Особенно детально прослежено движение "придунайских переселенцев" - болгар, гагаузов, греков, бежавших в Бессарабию от притеснений турок. Этой теме посвятили содержательные работы И. И. Мещерюк, А. И. Казаков, К. П. Крыжановская и Е. М. Руссев22 .

 

Ныне изучены все наиболее крупные антифеодальные движения различных социальных и этнических групп зависимого населения в Бессарабии. Изданы и сборники документов по этой теме23 . Наиболее заметным исследованием о положении крестьян и крестьянском движении этого края является монография Я. С. Гросула24 . Анализ феодальных отношений и крестьянского движения составляет главное содержание монографии. В первой трети XIX в., отмечает автор, феодальные отношения в Бессарабии не были еще развиты и крестьянское движение не приняло столь развитых форм, как в Центральной России. Но с 30 - 40-х годов в связи с ростом феодальной эксплуатации антифеодальная борьба становится столь же острой, как и в других губерниях. "Положения 1834 года" о царанах и "Нормальный контракт" 1846 г. Я. С. Гросул рассматривает как акты наступления помещиков на царан. Он подчеркивает, что молдавский народ видел в России своего освободителя из-под ига султанской Турции и что крестьянское движение в Молдавии никогда не принимало антирусского характера. Здесь при смешанном молдавском, украинском и русском населении отчетливо проявлялась классовая солидарность крестьянства различных национальностей. На эту особенность движения в Бессарабии обращали внимание и другие исследователи. Например, совместная борьба молдавского и украинского крестьянства явилась предметом специального изучения М. П. Мунтяна25 . Исследования украинских и молдавских историков позволяют сделать вывод об общности социально-экономического развития и характера крестьянского движения в Бессарабии и в Южной Украине.

 

Особенностью крестьянского движения в южных и юго-западных районах России было распространение здесь партизанских методов борьбы против помещиков и местных властей: гайдучество в Молдавии и Валахии, движение опришков в Галиции. К этой же категории следует отнести и "рейды" Устима Кармалюка в Подолии. Создание вооруженных партизанских отрядов - традиционная форма антифеодальных выступлений и у балканских народов. Она возникла еще в XVI в. как форма национально- освободительного движения против турецкого ига, но впоследствии все более приобретала социальное содержание. Гайдучество в Бессарабии и движение опришков в Галиции и на Буковине в конце XVIII - начале XIX в. стало темой исследований Г. Ботезату, Д. М. Драгнева, Ф. И. Стеблий и Ф. П. Шевченко26 , которые доказали

 

 

рическая. 1955; М. П. Мунтян. Борьба крестьян Бессарабии против "Положения 1834 года". "Ученые записки" Кишиневского государственного университета. Т. XXVI. Серия историческая. 1957.

 

21 И. А. Анцупов. О некоторых формах борьбы государственных крестьян Бессарабии против феодального гнета в конце 30 - 40-х годов XIX в. "Известия" АН Молдавской ССР. N 3. 1963. Автор приводит интересные сведения о своеобразных формах борьбы государственных крестьян Бессарабии: движение за переход в казачество, за переселение на Кавказ.

 

22 И. И. Мещерюк. Антикрепостническая борьба гагаузов и болгар Бессарабии в 1812 - 1820 гг. Кишинев. 1957; К. П. Крыжановская, Е. М. Руссев. О некоторых формах классовой борьбы задунайских переселенцев в Бессарабии в первые десятилетия XIX века. "Известия" Молдавского филиала АН СССР. N 2 (80). 1961; их же. К вопросу о деятельности декабриста А. П. Юшневского по устройству задунайских переселенцев в Бессарабии. "Ученые записки" Молдавского филиала АН СССР. Т. VI. 1957; А. И. Казаков. Борьба декабриста А. П. Юшневского за права и привилегии болгарских переселенцев в Бессарабии в 1816 - 1817 гг. "Доклады и сообщения" Института истории АН СССР. Вып. 2. 1956.

 

23 "История Молдавии". Документы и материалы. Т. III. Положение крестьян и крестьянское движение в Бессарабии (1812 - 1861). Кишинев. 1962; "Устройство задунайских переселенцев в Бессарабии и деятельность А. П. Юшневского". Составители К. П. Крыжановская и Е. М. Руссев. Т. I. Кишинев. 1957.

 

24 Я. С. Гросул. Крестьяне Бессарабии (1812 - 1870 гг.).

 

25 М. П. Мунтян. К истории совместной борьбы молдавских и украинских крестьян против феодально-крепостнического гнета в первой половине XIX века. "Ученые записки" Института истории, языка и литературы Молдавского филиала АН СССР. Т. VI. Серия историческая. 1957.

 

26 Г. Ботезату. Песни гайдучества. "Днестр", 1959, N 7 (здесь исследуется гайдуцкий эпос); Д. М. Драгнев. Гайдуки - народные мстители. Кишинев. 1962;

 
стр. 165

 

антикрепостническую направленность этих движений. Однако вряд ли можно отрицать, как это делает Ф. И. Стеблий, наличие некоторых разбойных черт, присущих данным движениям. Автор сам приводит такие сведения: из 109 изученных им за 1780 - 1835 гг. налетов опришков 20 было совершено на помещиков или управляющих, 39-на купцов, корчмарей и представителей духовенства, 50 - на крестьян 27 .

 

За последние годы было опубликовано много работ об антиколониальном и антифеодальном движении народов Кавказа28 . Крестьянское движение в Грузии рассматривается И. Г. Антелавой, М. К. Думбадзе, Н. И. Чеишвили29 ; в Армении - Л. А. Ханларяном, В. А. Парсамяном, М. А. Адонцем, В. А. Рштуни, А. С, Амбаряном30 ; в Азербайджане - И. М. Гасановым и А. С. Сумбатзаде31 ; в Кабарде, Осетии, Адыгее, Абхазии и других автономных республиках Кавказа - З. В. Анчабадзе, З. Н. Ванеевым, Г. А. Дзидзария, Б. М. Джимовым, С. А. Чекменевым и Т. Д. Боцвадзе32 . Эти движения исследуются на фоне социально-экономического развития различных районов Кавказа. В поле зрения историков находится борьба всех категорий крестьян - помещичьих, государственных и церковных. Широко привлечены материалы местного обычного права. Детально изучены крупные антифеодальные восстания в Картлии (1804 г.), Кахетии (1812 г.), Тифлисском уезде (1829 г.), Кубинской провинции Азербайджана (1837 г.), Мингрелии (1856 - 1857 гг.), Гурии (1841 г.), Шулаверах (1852 г.). Выявлены и подробно описаны многие неизвестные доселе крестьянские выступления, например, восстания в 1837 - 1838 гг. геокчайских и в 1856 г. бжодухских крестьян, волнения 1807 - 1820 и 1848 - 1850 гг. в Юго-Осетии. И. Г. Антелава насчитывает 133 случая открытых выступлений крестьян в Грузино- Имеретинской губернии только за 1853 - 1856 годы. Особенность народных движений на Кавказе заключалась в том, что они носили одновременно и антифеодальный и национально-освободительный характер33 ,

 

 

Ф. И. Стеблий. К вопросу о движении опришков в конце XVIII - первой половине XIX в. и его характере. "Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы за 1964 г.". Кишинев. 1966; Ф. П. Шевченко. Лукьян Кобылица. Из истории антифеодальной борьбы крестьян Буковины в первой половине XIX в. Киев. 1958 (на украинском языке). Лукьян Кобылица - знаменитый предводитель крестьянских отрядов на Буковине.

 

27 Ф. И. Стеблий. Указ. соч., стр. 590.

 

28 Мы не касаемся литературы о национально-освободительном движении горцев под руководством Шамиля. См. об этом в историографическом обзоре: М. Я. Попов. Народы Северного Кавказа в эпоху феодализма. "Вопросы истории", 1966, N 7.

 

29 И. Г. Антелава. Из истории социально-политического положения и освободительного движения в Грузии в 30 - 50-х годах XIX века. "Мацне" ("Вестник" Отделения общественных наук АН Грузинской ССР). N 1. 1964; М. К. Думбадзе. Из истории борьбы грузинского народа против колониальной политики царизма. "Мацне". N 5. 1963; Н. И. Чеишвили. Из истории Грузии XIX столетия. Батуми. 1960.

 

30 Л. А. Xанларян. Из истории классовой борьбы в армянской деревне дореформенного периода. "Известия" АН Армянской ССР. Серия "Общественные науки". N 10. 1964; В. А. Парсамян. Крестьянские волнения в Памбак-Шорагельской дистанции в 1838 г. "Научные труды" Ереванского государственного университета. Т. LXII. 1958; М. А. Адонц. Экономическое развитие Восточной Армении. Ереван. 1957 (гл. VIII посвящена крестьянскому движению); В. А. Рштуни. Очерки по истории крестьянства в Армении. Ч. I. Ереван. 1960; А. С. Амбарян. Из истории крестьянских движений в Апаране. "Историко- филологический журнал", 1963, N 1 (на армянском языке); "О крестьянских волнениях в Шираке в 1837 - 1838 гг." (публикация документов, подготовленных М. Г. Нерсисяном). "Историко-филологический журнал", 1961, N 1.

 

31 И. М. Гасанов. Частновладельческие крестьяне в Азербайджане в первой половине XIX века. Баку. 1957; А. С. Сумбатзаде. Кубинское восстание 1837 г. Баку. 1961.

 

32 З. В. Анчабадзе. Социальное положение тльфокотлей и их классовая борьба в адыгейском обществе первой половины XIX в. "Труды" Института истории Грузинской ССР. Т. II. 1956; Т. Д. Боцвадзе. Формы классовой борьбы в Кабарде в первой половине XIX века. "Сообщения" АН Грузинской ССР. Т. XXVII, N 6. 1961; З. Н. Ванеев. Крестьянский вопрос и крестьянское движение в Юго-Осетии в XIX веке, Сталинир. 1956; Б. М. Джимов. Социально-экономические отношения и крестьянское движение в Адыгее в XIX веке (до 1870 г.). "Ученые записки" Адыгейского научно-исследовательского института истории, языка и литературы. Т. IV. История и этнография. 1965; Г. А. Дзидзария. Антифеодальные крестьянские выступления в предреформенной Абхазии. "Труды" Абхазского института истории, языка и литературы. Т. XXVI. 1955.

 

33 Наиболее четко эта мысль выражена в работах Г. А. Дзидзария "Народное

 
стр. 166

 

то есть были направлены как против собственных феодалов, так и против колониальной политики царизма. Однако, справедливо указывают авторы, эта борьба никогда не была направлена против русских людей вообще; она велась против режима царизма, под гнетом которого страдали сами же русские крестьяне34 ; крестьянство добивалось социального и политического освобождения, а не отторжения своего края от России35 . Вскрывая сложный и противоречивый характер народных движений на Кавказе, советские историки дают четкую классовую оценку устремлениям различных социальных сил, участвовавших в этих движениях.

 

30 - 60-е годы XIX в. выделяются как период, когда антифеодальная направленность крестьянской борьбы особенно усилилась, а сама борьба наиболее обострилась. Причину этого исследователи видят в дальнейшем процессе феодализации на Кавказе, в росте феодальной эксплуатации крестьян. Они отмечают, что с проникновением на Кавказ товарно-денежных отношений местные феодалы стали вводить барщину и отбирали у крестьян землю. Укреплению позиций местных феодалов способствовали привилегии, полученные ими от царского правительства. Рескрипт от 6 декабря 1846 г., предоставивший бекам, агаларам и меликам фактически те же права, что и русским дворянам, справедливо расценивается как стремление царизма подавить национальный сепаратизм местных феодалов и создать в их лице свою социальную опору. В этих условиях крестьянское Движение на Кавказе все более становилось частью общероссийского движения. Падение крепостного права в России в 1861 г. и подъем в связи с этим крестьянского движения активизировали крестьянскую борьбу и в этом крае. Она, в свою очередь, послужила одним из важных факторов Отмены крепостного права на Кавказе в 1863 - 1870 годах.

 

Антифеодальное и антиколониальное движение в Казахстане и Средней Азии относится пока к числу наименее изученных. За последние годы было опубликовано несколько интересных работ - Е. Б. Бекмаханова, А. Мухтарова, Р. Н. Набиева и А. Х. Хасанова36 . В них привлекаются местные хроники и предания, большое место отводится анализу особенностей социально-экономических отношений у среднеазиатских народов в крепостную эпоху, освещены крупные Проявления антифеодальной борьбы в Северном Казахстане, Северной Киргизии, Бухаре и Коканде, преимущественно в 20 - 50- е годы XIX века. Авторам удалось показать многообразие хозяйственно-бытовых укладов и классовую дифференциацию у местных крестьян. Здесь, как и в отдельных районах Кавказа, в первой половине XIX в. еще не завершился процесс феодализации: феодальные отношения были опутаны многочисленными патриархально-родовыми пережитками, что накладывало отпечаток на характер крестьянских движений. Как и на Кавказе, народные движения носили здесь одновременно антифеодальный и антиколониальный характер, а к народным движениям часто примыкали представители местной знати, стремившейся использовать эти выступления для укрепления своих привилегий. Авторам удалось также вскрыть за оболочкой межплеменной розни антифеодальный смысл борьбы угнетенных племен. Этим опровергается неправильное мнение, будто национально-освободительное движение на окраинах нашей страны всегда воз-

 

 

хозяйство и социальные отношения в Абхазии в XIX веке (до крестьянской реформы 1870 г.)" (Сухуми. 1958, стр. 369) и Ц. П. Агаяна "Крестьянская реформа в Азербайджане в 1870 г." (Баку. 1956, стр. 137); см. также: С. А. Чекменев. Из истории классовой борьбы среди казачества и крестьянства на Северном Кавказе в конце XVIII и в первой половине XIX века. "Труды" Карачаево-Черкесского научно-исследовательского института истории, языка и литературы. Вып. 5. 1966.

 

34 См. З. Н. Ванеев. Указ. соч., стр. 117, 172.

 

35 См. М. М. Блиев. Осетия в первой трети XIX века. Орджоникидзе. 1964, стр. 172.

 

36 Е. Б. Бекмаханов. Очерки по истории Казахстана в XIX в. Алма-Ата. 1966; его же. Восстание казахских шаруа Букеевской орды в 1836 - 1837 гг. "Ученые записки" Казахского университета. Т. XXXI. Серия историческая. Вып. 3. 1957; А. Мухтаров. К истории народных движений в Бухарском ханстве в первой четверти XIX в. "Известия" Отделения общественных наук АН Таджикской ССР. N 3. 1963; Р. Н. Набиев. Народные восстания в Коканде в 1840 - 1842 гг. "Общественные науки в Узбекистане". N 7. 1961; А. Х. Xасанов. Из истории классовой борьбы в Северной Киргизии в первой половине XIX века. "Ученые записки" историко-юридического факультета Киргизского государственного университета. Серия историческая. Вып. VIII. 1964.

 
стр. 167

 

никало исключительно как ответ на политику царизма. Пример среднеазиатских народов показывает, что национально-освободительная борьба (со стороны угнетаемых нацменьшинств в ханствах и эмиратах) имела место еще и до присоединения Средней Азии к России. В работах отмечено и другое явление, характерное для крестьянских выступлений в национальных районах: в условиях феодализировавшегося общества, когда шли внутренние распри между феодалами, крестьянские выступления против "своего" феодала часто использовались его соперником. Как отмечает А. Мухтаров, претенденты на ханский престол нередко обращались к народу за поддержкой, чтобы свергнуть своего противника. Это свидетельствует о сложности и противоречивости народных движений в национальных районах в крепостную эпоху, о необходимости отделять их прогрессивную сторону от реакционных устремлений участвовавших в этих движениях феодальных элементов.

 

Подведем некоторые итоги. Большая научная значимость рассмотренных выше исследований состоит в первую очередь в том, что в них на огромном конкретном материале доказано наличие глубоких социальных противоречий у народов национальных окраин России. Этот вывод имеет большое значение для разоблачения буржуазно- националистических концепций "единого потока", до сих пор имеющих хождение в буржуазной историографии. Советские исследователи справедливо рассматривают крестьянские движения в национальных районах России как составную часть общерусского антифеодального движения. Действительно, несмотря на разнообразие форм и методов крестьянских выступлений у разных народов, антикрепостническая сущность их была одна. Угнетенные массы русского и нерусских народов составляли единый фронт борьбы против самодержавно-крепостнического строя. Когда мы говорим о крестьянском движении как об одном из основных факторов, заставивших правящие классы России отменить крепостное право, мы всегда должны иметь в виду ту громадную роль, какую сыграли антифеодальные движения нерусских народов в общем натиске на самодержавие и крепостничество. Единство задач и целей борьбы объединяло народы России, имело серьезное значение в укреплении исторической дружбы между ними. Тем самым национально-освободительные антифеодальные движения приобретали интернациональный характер.

 

Изучение специфики антифеодального движения в отдельных районах позволяет глубже понять его общие закономерности. В этом заключается важность локальных исследований, дающих богатый материал для сравнительно-исторического анализа. Заслуга местных историков состоит также в том, что своими научными изысканиями они готовят почву для обобщающих трудов, для постановки широких теоретических проблем крестьянского движения. В связи с этим необходимо отметить и некоторые недостатки рассмотренных работ, а также проблемы, которые требуют последующего изучения. Многие работы носят сугубо описательный характер; содержащиеся в них выводы слишком общи (например: "крестьянское движение расшатывало крепостной строй") и применимы к любой эпохе и любой местности; такие выводы ничего не дают для уяснения проблемы крестьянского движения по существу. Бытует иногда слишком прямолинейная, односторонняя трактовка некоторых вопросов. Так, причина роста крестьянского движения усматривается только в ухудшении положения крестьян, и вследствие этого подчеркивается именно данная сторона. Положение крестьян изображается как непрерывно ухудшающееся, а крестьянская борьба - как непрерывно нарастающая и обостряющаяся. Не учитываются многие привходящие явления, обусловливавшие взлеты и падения крестьянского движения. Заметим, что при его стихийном характере привходящие, даже чисто случайные моменты играют гораздо большую роль, нежели при организованных формах классовой борьбы. Они усиливают или замедляют действие основных факторов и служат как бы той последней каплей, которая переполняет чашу народного терпения, той искрой, которая воспламеняет копившийся веками горючий материал народного недовольства.

 

Односторонность подхода к теме сказывается здесь и в том, что обращается внимание на те причины, которые влияли на рост крестьянского движения, но обходятся молчанием те, которые сдерживали его. В этой связи специфические условия развития национальных окраин рассматриваются исключительно как факторы, обострявшие крестьянскую борьбу. Необходимо иметь в виду, что одни и те же явления (например, религиозные, национальные, идеология "наивного монархизма" и т. п.) в различных кон-

 
стр. 168

 

кретных условиях могли и усиливать и ослаблять крестьянскую борьбу. Эта диалектическая противоречивость крестьянского движения еще не получила должного отражения. Для понимания характера и значения крестьянского движения в национальных окраинах недостаточно изучить особенности их социально-экономического развития. Необходимо иметь в виду и политическую сторону дела, то есть исследовать в широком плане проблему национально-колониальной политики царизма на разных ее этапах, а не ограничиваться констатацией отдельных фактов колониального угнетения. Слабо изучена роль социальной и национальной психологии и местных исторических традиций, которые накладывали отпечаток на характер крестьянского движения. Наконец, до сих пор остается почти не разработанной проблема формирования национально-освободительной идеологии.

 

 



Опубликовано 25 октября 2016 года

Нашли ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER!

© В. А. ФЕДОРОВ • Публикатор (): БЦБ LIBRARY.BY Источник: Вопросы истории, № 1, Январь 1968, C. 161-169

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ Лучшее