В. ОХМАНСКИЙ. ЛИТОВСКОЕ НАЦИОНАЛЬНО-КУЛЬТУРНОЕ ДВИЖЕНИЕ В XIX ВЕКЕ

Актуальные публикации по истории и культуре Беларуси.

Разместиться

БЕЛАРУСЬ новое

Все свежие публикации


Меню для авторов

БЕЛАРУСЬ: экспорт произведений
Скачать бесплатно! Научная работа на тему В. ОХМАНСКИЙ. ЛИТОВСКОЕ НАЦИОНАЛЬНО-КУЛЬТУРНОЕ ДВИЖЕНИЕ В XIX ВЕКЕ. Аудитория: ученые, педагоги, деятели науки, работники образования, студенты (18-). Minsk, Belarus. Research paper. Agreement. Система Orphus

10 за 24 часа
Автор(ы): • Публикатор: • Источник:

В XIX столетии формировался литовский литературный язык. На этом языке в Литве начали выходить первые газеты, выросла целая плеяда национальных писателей, публицистов, мыслителей. Шел процесс становления литовской нации, закладывались основы ее национальной культуры. Данный процесс еще недостаточно изучен марксистско-ленинской историографией. Отрадно поэтому, что в братской Польской

 
стр. 190

 

Народной Республике издана монография молодого ученого Ежи Охманского, в которой предпринята попытка исследовать национально-культурное движение в тогдашней Литве.

 

Автор разбирает имеющуюся литературу. Затем он характеризует ту обстановку, которая сложилась в культурной жизни Литвы после унии с Польшей, и отвечает на вопрос, почему польский язык вытеснялся литовским и ущемлялась литовская культура. Уже с 1697 г. польский язык стал официальным в государственных учреждениях и в школах, литовским же пользовались лишь в сельских учреждениях. Далее исследуются причины, которые ускорили полонизацию населения в окрестностях Вильнюса. Как известно, Литва (за исключением Клайпедского края) после раздела Польско-Литовского государства вошла в состав России, в результате чего началась проводившаяся правительством руссификация. Царизм нанес большой урон культурной жизни Литвы. В 1803 г. в Литве имелось 430 школ с 21 174 учащимися и 983 учителями, а в 1820 г. - уже только 70 школ, 10140 учеников, 349 учителей. В 1832 г. был закрыт Вильнюсский университет, в 1865 г. запрещена литовская печать. Но с 1860-х годов началось и обратное движение. Если за три с лишним века, с момента издания первой литовской книги (1547 г.) до 1864 г., вышло в свет 1322 разных издания, то только за 1865- 1890 гг. - 492 (стр. 199). Значительная их часть распространялась нелегально, а издавалась либо за границей, либо тоже нелегально.

 

Много места в исследовании уделено выяснению этапов национального движения в Литве и появлению его разных направлений. Особое внимание автора привлекла та роль, которую в культурной жизни Литвы сыграла светская печать. С этих позиций рассматривается первая светская газета на литовском языке, "Auszra" ("Заря"), выясняются контакты отдельных деятелей национально-культурного движения Литвы с польской революционной организацией "Пролетариат", показывается идейная связь польских и литовских социал-демократических кружков; вместе с тем делается попытка выяснить причины противоречий между национально-культурным движением в Литве и в Польше. Главная из них, как доказывает Е. Охманский, - это распространение в то время среди польских помещиков и зарождавшейся буржуазии унитарных тенденций, мнения, что "литовцы политически принадлежат Польше" и являются только "иначе говорящими". На этом основании возникло стремление подчинить литовское национально-освободительное движение польскому, рассматривая его как часть последнего (несогласные с этой точкой зрения считались сепаратистами). Возник резкий антагонизм с поляками, особенно у литовской буржуазии. В подтверждение автор ссылается на полемику между "Auszra" и польским изданием "Dziennik Poznanski" ("Познанский ежедневник").

 

Исследуя движение "аушрининкай" (сторонников "Аушры"), Е. Охманский приходит к выводу, что оно привело к образованию разных политических направлений, в том числе и клерикально-консервативного, идейным выразителем которого являлась газета "Sviesa" ("Свет"). Можно согласиться с замечанием, что в самой "Аушре" возникли два направления: идеалистический романтизм либерала И. Басанавичуса и позитивизм радикала И. Шлюпаса (стр. 160). Однако требует возражения утверждение, что основная причина поражения движения "аушриников" состояла в том, что "явная пропаганда атеизма взбудоражила клир" (стр. 155) и что в "Аушре" наблюдались "оттенки социалистической мысли" (стр. 200). Фактически весь атеизм "Аушры" можно свести лишь к пропаганде достижений естествознания. Ведь девиз "Аушры" - "искать то, что объединяет всех литовцев и не касается вопросов политики". Именно поэтому она пыталась избегать как мистико-религиозных, так и явно атеистических высказываний и отрицала наличие в жизни и в истории классовой борьбы. В результате, хотя и по разным причинам, возникло недовольство и у реакционных и у прогрессивно настроенных читателей. Это повлекло за собой противоречия и борьбу в самой редакции журнала. А главной причиной, которая привела теоретиков "Аушры" к конфликту с клерикалами, являлось то, что католическое духовенство придерживалось унитарных тенденций и не поддерживало зарождавшегося в Литве национально-буржуазного движения.

 

В книге можно найти и ряд других спорных положений. Так, на стр. 104 утверждается, что в середине XIX в. имелись четыре концепции национально-культурного движения в Литве: утопическо-романтическая (Станявичус), клерикально-консервативная (Валанчус), позитивистская (Акелайтис) и революционно-демократическая (Мацкявичус). Эти выводы недостаточно аргумента-

 
стр. 191

 

рованы. Непонятно, в частности, что подразумевается под позитивистской концепцией Акелайтиса.

 

В монографии проводится параллель между сходными течениями в Литве и в Польше, порой с заметной натяжкой. Например, Е. Охманский пишет, что в то время в Польше под влиянием Дж. С. Милля и Г. Спенсера распространялся позитивизм, что "варшавский позитивизм стал реакцией на романтическое понимание идеи независимости", что он "развил новую программу действий" (стр. 123). Но сохранившиеся работы М. Акелайтиса свидетельствуют о том, что он вовсе не был знаком с трудами позитивистов. Мало того, его идейная программа была вообще непостоянной. Накануне восстания 1863 г. он полностью разделял взгляды М. Валанчуса. Затем на него оказала воздействие революционная идеология, и он стал активным деятелем восстания. Поэтому вряд ли можно считать Акелайтиса зачинателем позитивистского движения в литовской культуре. К этому же направлению Е. Охманский причисляет И. Шлюпаса. Спорить можно и здесь, хотя в данном случае уже бесспорно, что Шлюпас был знаком по крайней мере с социологией позитивизма и подвергся ее влиянию.

 

Мало в книге научных обобщений, конкретный материал довлеет. Недостаточно выяснено влияние социал-демократической идеологии на национально-культурное движение в Литве, даже с учетом того факта, что автор заканчивает свое исследование периодом возникновения социал-демократического движения.

 

Основная ценность монографии состоит в том, что Е. Охманский собрал много полезного фактического материала, изучил данные, извлеченные из архивов, работы деятелей рассматриваемого периода и ознакомил польского читателя с национально-культурным движением в Литве. Кроме того, это исследование вносит вклад в борьбу против зарубежных буржуазно-националистических фальсификаторов истории духовной жизни литовского народа.

 

 



Опубликовано 08 октября 2016 года

Нашли ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER!

© Б. К. ГЕНЗЕЛИС • Публикатор (): БЦБ LIBRARY.BY Источник: Вопросы истории, № 11, Ноябрь 1966, C. 190-192

Искать похожие?

LIBRARY.BY+ЛибмонстрЯндексGoogle

Скачать мультимедию?

подняться наверх ↑

ДАЛЕЕ выбор читателей

подняться наверх ↑

ОБРАТНО В РУБРИКУ

Уважаемый читатель! Подписывайтесь на канал LIBRARY.BY в Facebook, вКонтакте, Twitter и Одноклассниках чтобы первыми узнавать о лучших публикациях и важнейших событиях дня.