публикация №1290335584, версия для печати

Древние белорусские княжества


Дата публикации: 21 ноября 2010
Публикатор: S S A
Рубрика: БЕЛАРУСЬ ИСТОРИЯ БЕЛАРУСИ


Письменная история Беларуси восходит к далекому IX веку. Согласно «Повести временных лет», в 862 году варяжский князь Рюрик, который правил в Новгороде и раздавал города своим вассалам, прислал одного из них в Полоцк. В то время Полоцк был уже центром княжения кривичей. Такие же ранние формы государственности имели тогда и другие' племенные объединения, населявшие Беларусь,— дреговичи и радимичи.. Спустя некоторое время после первого летописного упоминания Полоцка на город напали киевские князья и, принеся немало бед, подчинили его себе. Таким образом, отношения между Полоцком и Киевом еще в IX веке были отмечены войной.
Став центром древнеукраинского государства (Руси), Киев начал подчинять, своей власти восточнославянские племена на широких пространствах, прежде всего вдоль пути «из варяг в греки». Кривичская земля одной из первых оказалась в зависимости от Киева. Преемник Рюрика князь Олег начал собирать дань с радимичей. Примерно во второй половине X века под власть Киева попали и дреговичи. Однако в 970х годах земли кривичей и дреговичей вновь самостоятельны: в Полоцке княжит Рогволод, в Турове — Тур. Из летописного сообщения известно, что новгородский князь Владимир Святославич захватил Полоцк, уничтожил там княжескую династию, а затем овладел и киевским престолом. Так произошло новое объединение восточнославянских земель вокруг Киева. Только в 980х годах дружина Владимира Святославича окончательно подчинила радимичей. Тогда же к Киевскому государству была присоединена Берестейская земля и началась славянизация ятвяжского края.
Не стоит, однако, преувеличивать степень интегрированное™ разных земель в Киевском государстве. Оно представляло собой искусственное военноадминистративное объединение множества этносов, громадных, даже географически непохожих территорий. Влияние Киева не было ни далеким, ни глубоким. Многочисленные племена продолжали жить своей собственной жизнью. Управление из центра сводилось к периодическому сбору дани и обязанности участвовать в военных походах Киева.
Первой из формальной зависимости от центра вышла Полотчина. Сам Владимир выделил ее в особую волость, когда выслал на родину осужденную Рогнеду с малолетним сыном Изяславом. От полоцкого князя Изяслава, ставшего известным как «книжник», и берет начало собственная княжеская династия на Полотчине — земле, которая будто инородное, самодостаточное тело никогда не сливалось с огромной «империей Рюриковичей». Смерть киевского князя Владимира ослабила центральную власть — и этого было достаточно, чтобы Полоцк приступил к осуществлению собственной политической программы. Полоцкий князь Брячислав первым стал добиваться расширения границ своего государства, объединения с Полотчиной других кривичских земель, выхода на волоки. По этой причине соперничество Киева с Полоцком перешло в открытую войну. Когда в 1021 году Брячислав совершил поход на Новгород, это означало и удар по киевскому центру, так как Полотчину Киев удерживал в сфере своего влияния и через Новгород. Ярослав Мудрый с дружиной сразу же отправился усмирять полоцкого князя, но, будто бы и победив Брячислава на Судоме, отдал ему Витебск и Усвяты.
Преемник Брячислава его сын Всеслав, прозванный Чародеем, еще более последовательно укреплял самостоятельность Полоцкого края. Он возвел в Полоцке величественный Софийский собор, что должно было символизировать равенство Полоцка с Киевом и Новгородом. Активно формируя государственную территорию своего княжества, Всеслав использовал благоприятный момент и, когда Ярославичи были заняты междоусобной борьбой, нанес удар по ближайшим городам Киевского княжества — Пскову и Новгороду. Независимость своей земли полочанам вскоре пришлось отстаивать на берегу Немиги в кровавой сече, когда в 1067 году коалиционное войско Руси пришло под Менск, чтобы подчинить неспокойного Гориславича. Однако не в битве, а обманом враги захватили Всеслава в плен и отправили в Киев, а в Полоцке посадили своего князя. Чудом освобожденный из заточения, Всеслав на семь месяцев занял киевский престол, а затем с победой возвратился в Полоцк и при поддержке населения восстановил там свое княжение, изгнав киевского ставленника.
До конца жизни Всеслава Полоцк упорно защищал свою независимость. Особой жестокостью по отношению к Полотчине выделялся Владимир Мономах, совершивший в 1070—1080х годах ряд опустошительных походов на белорусские земли. Коалиционное войско, в составе которого были и половцы, разоряло окрестности Полоцка, уничтожило Менск на Менке, но стольный город захватить не смогло. Полоцк оставался непокоренным островом независимости, соперником Киева и Новгорода. Упорное противоборство надолго стало определяющим в его отношениях с Киевом. Летописцы и через столетие не забывали отметить: «И от того меч поднимают Рогволодовы внуки против внуков Ярославовых».
Во времена Всеслава Чародея Полоцкая земля стала крупным европейским государством. Охватывая землИ Подвинья и Верхнего Понеманья, она занимала почти половину современной территории Беларуси. На севере Полоцкое княжество граничило с Новгородской землей, на востоке — со Смоленской, на юге — с Туровской, а на западе—с литвой, земгалами и другими балтскими и финскими племенами. Владения полоцких князей простирались далеко вниз по Двине, достигая побережья Балтийского моря.
Кроме Полоцкого государства в XI—XII веках на территории Беларуси существовали Смоленское, Туровское, Берестейское, Городенское, Новогородское и другие княжества. Смоленская земля занимала Верхнее Поднепровье (до Друти) и верховья Двины и Сожа. Вместе с Полотчиной этот кривичский край образовывал регион этнического и языкового единства. Туровская земля включала бассейн Припяти с городами Туров, Слуцк, Пинск, Клецк; Берестейская — Побужье (Берестье, Дрогичин, Каменец, Кобрин), а Новогородское и Городенское княжества — Белорусское Понеманье. Часть этнических белорусских земель входила в Киевское (Мозырь, Брагин) и Черниговское (Гомель, Речица, Чечерск) княжества. Поразному складывались отношения этих княжеств с Киевом. Полоцк, как отмечалось выше, практически с самого начала жил особой, самостоятельной жизнью. И когда Киев силой сажал на полоцкий престол своего князя, Всеславичи при активной поддержке населения изгоняли его И восстанавливали свое княжение.
Кроме самого Полоцка упорную борьбу против Киева в. XII веке вели волости, выделившиеся из Полоцкой земли, — Менск (Минск), Изяславль (Заславль), Борисов, Друцк, Логойск. Сын Всеслава Глеб Менский начал проводить активную военную политику возвращения подчиненных Киеву белорусских земель. В отместку киевский князь Владимир Мономах дважды (в 1116 и 1119 годах) посылал против него коалиционное войско, пока плененный менский князь не был вывезен в Киев, где и умер. Подобную форму борьбы с непокорной Полотчиной киевские правители использовали не один раз: они переселили к себе на юг жителей уничтоженого Друцка, выслали в Византию всех князей полоцкой династии. Этого в 1129 году добился сын Мономаха Мстислав. Спустя два года после того, как большой совместный поход почти всех восточнославянских земель на Полотчину не успокоил полоцких князей, пятеро Всеславичей были вывезены из Полоцка и высланы к византийскому императору воевать против арабов, а на полоцкий престол победители вновь посадили Мономаховича. Даже неуклонно распадаясь, Киевское государство стремилось сохранять подчинение всех земель единому центру. Имперские притязания Киева проявлялись как в идеологии литературных произведений и летописей, так и в выпуске монет и печатей с образом Христа, в изображениях киевских князей на миниатюрах в императорских одеяниях. Но настощей империей Киевская Русь так и не стала.
Со смертью Мстислава Мономаховича в 1132 году начался полный распад огромного Киевского государства. Давно обособленные волости стали быстро превращаться в самостоятельные княжества. Изгнав чужого князя, полочане в том же году взяли себе на княжение внука Всеслава — Васильку, и таким образом независимость Полоцка была восстановлена. А через несколько лет, с приездом из Византии двух из пяти сосланных князей Рогволодовичей и возвращением отобраных ранее земель (кроме Копыси и Орши), вековая борьба Полоцка с Киевом фактически завершилась.
Смоленск пришел к самостоятельности иным путем. В отличие от Полоцка он практически никогда не воевал против Киева. Когда в 1120х годах здесь утвердилась местная династия во главе с Ростиславом Мстиславичем, Смоленщина выделилась в самостоятельную землю. Этот князь всячески оберегал свои владения от военных опустошений. С целью предотвращения вторжений чужих войск он всегда искал компромисса. Не знала Смоленщина и внутренних раздоров. Поэтому когда Полоцкая земля, обессиленная войнами с Киевом и междоусобной борьбой, совсем ослабла, Смоленское княжество, наоборот, вошло в силу.
Во второй половине XII века Смоленск стал добиваться влияния на соседние Полоцкую и Новгородскую земли и расширения своей территории за их счет. На западе во владения смоленских князей входили Кричев, Мстислав, Пропойск (ныне Славгород), ас 1116 года — и отобранные у Глеба Менского Копысь и Орша. Когда в 1150—1160х годах Полоцк и Менск были заняты упорной борьбой за лидерство и полочане обратились за помощью к смоленскому князю, он удачно использовал это для вмешательства во внутренние дела Полотчины. Платой за помощь стала потеря новых территорий: с 1165 года в Витебске вокняжился Давыд Ростиславич из Смоленска. На некоторое время в зависимость от Смоленска попал и Друцк.
Только в конце XII века началась политическая консолидация Полотчины. В 1180 году все князья полоцкой династии вместе с черниговцами и новгородцами двинулись на зависимый от Смоленска Друцк и возвратили его в состав своих земель. В 1195 году в результате вооруженного конфликта Полоцк отвоевал у смолян и Витебск. А в конце XII века Смоленск и вовсе перестал добиваться владений полоцких князей.
Туровская волость со времен Владимира Святославича входила в Киевскую землю (ранее зависела от Полоцка), но так и не слилась с ней. В XII веке после смерти Ярослава Мудрого Туров на протяжении 40 лет существовал отдельно от Киева. В середине XII века во времена кровавой борьбы за великокняжеский стол сильно потерпела и Туровщина. В 1142 году киевский князь Всеволод роздал своим братьям города Берестье (Брест), Дрогичин, Клецк, Рогачев, Чарторыйск, а в 1150х годах в желании обладать Туровскими землями соперничали владимиросуздальские и киевские князья. Только в 1158 году, когда в Турове княжил Юрий Ярославич, этот город отстоял свою самостоятельность, выдержав десятинедельную осаду. Здесь утвердилась собственная княжеская династия потомков Святослава Изяславича. Развитие этой земли болееменее стабилизировалось. Как и Смоленщина, Туровщина не испытала изнуряющих войн. В 1180х годах из ее состава выделилось Пинское княжество со своей династией.
За Берестейщину, которая до середины XII века входила в Туровское княжество, сначала вели борьбу Киевское государство и Польша, затем — князья киевские, туровопинские и галицковолынские. В начале XIII века Берестейская земля была включена в состав ГалицкоВолынского княжества. Еше раньше последнее расширило сферу своего влияния и на Новогородскую землю с ее столицей Новогородком (Новогрудком).
На рубеже XII и XIII веков древние княжества, занимавшие территорию Беларуси, почти исчезают со страниц летописей. Туровщина и Полотчина были поделены на множество мелких уделов и ослаблены. Правда, Полоцкая земля, видимо, все же преодолела тяжелый политический кризис. О стабилизации внутренней жизни в ней свидетельствует тридцатилетнее правление князя Володши (Владимира Полоцкого). Край переживал бурное развитие хозяйства, удельные князья вновь руководствовались общими интересами земли. Однако именно тогда на западе Полотчины появились силы, которые в XIII веке изменили политическую карту Восточное Европы.
Еще в 1186 году в устье Двины на берег со шел первый немецкий миссионер Майнгард попросивший у полоцкого князя разрешеню крестить ливов. Его преемник епископ Альберт 1 1201 году уже основал город Ригу. Через год щи крещения языческих племен там был создан ры царский орден Братьев по мечу. Закреплен» немцев в устье Двины сразу же перекрыло По лоцку главный торговый путь, отрезав его о моря. Колонизуя ливов и латгалов, рыцари хо зяйничали в зависимых от Полоцка землях, со бирали с племен дань, которую раньше получа Полоцк. Собственно полоцких земель они н трогали: княжество Володши было главной ан тинемецкой силой в регионе, и епископ Аль берт понимал это. Он присылал полоцкому кня зю подарки, направлял к нему своих послов дл установления хороших отношений. Совместно ливами и эстами Володша пытался было останс вить рыцарей, отбросить их из устья Двины неоднократно совершал походы на их крепосп но безуспешно. Между тем в 1208 году немц заняли Кукенойс, князь которого Вячка не пс просил помощи у Полоцка, а в 1214 году по; ностью овладели и городом Герсика. Володи пошел на компромисс. В 1210 году он и епискс Альберт подписали договор, согласно которо Полоцк фактически отказывался от своего ВЛ1 яния в Нижнем Подвинье и позволял немецки купцам приплывать в свои земли, а за это пол чал часть дани с ливов и открытый путь в Ри для полоцких купцов.Полоцкая земля оставалась сильнейшим восточнославянским княжеством, граничившим с новым агрессивным государством. Тем временем, подчинив ливов и латгалов, рыцари приступили к крещению эстов. Когда те попросили поддержки у Полоцка, Володша собрал для похода на Ригу большое войско полочан, ливов, литовцев и эстов, но внезапно умер.
Возрастание опасности со стороны немецких рыцарей потребовало объединения земель и проведения совместных действий. Торговый договор с Ригой и Готландом, подписанный совместно Смоленском, Полоцком и Витебском в 1229 году, свидетельствовал об определенном союзе этих крупнейших городов кривичского края. Витебский князь Брячислав — один из последних Всеславичей — в 1239 году выдал дочь за новгородского князя Александра, и в 1240 году на Неве, вместе с новгородцами и суздальцами, шведов громили и полочане. Когда со второй трети XIII века Инфлянтский (Ливонский) орден развязал войну против литовских племен, последним оказывали вооруженную помощь и кривичские земли. Сначала рыцари были наголову разгромлены в 1260 году у озера Дурбе, а через два года дружины из Полоцка и Витебска вместе с литвой, новгородцами и псковичами совершили победоносный поход на Юрьев (Тарту). Хотя инфлянтские рыцари и возвели свою крепость Динабург на границе с Полоцкой землей, на территорию белорусского Подвинья они не продвинулись.
Тем временем с запада белорусские земли в конце XIII века начал опустошать еще один опасный сосед — Тевтонский орден. Призванные Конрадом Мазовецким в 1230 году, тевтонцы за полстолетия полностью подчинили пруссов и сразу же развернули войну за Понеманье. С 1284 года рыцарские штурмы не раз приходилось отражать Городне (Гродно) и другим городам. Белорусское и литовское население более века совместно защищало от захватчиков свои земли в Понеманье.
В 1237—1241 годах на русские и украинские княжества обрушилось татаромонгольское нашествие. Все они (за исключением Новгородской земли) были завоеваны и превращены во владения золотоордынских ханов. Батый практически не задел земель Беларуси, и они сохранили независимость от Золотой Орды. Однако трагическая судьба соседних княжеств должна была послужить наукой. Политическое положение раздробленных земель Беларуси поставило на повестку дня жизненно важный вопрос — консолидацию, объединение с соседями, так как только сильное государство могло отразить интервенцию общих врагов.
Период древних княжеств в Беларуси стал временем важных изменений в социальной и экономической жизни населения этого края, первым этапом формирования белорусского народа. Единой древнерусской народности, из которой будто бы происходят белорусы, украинцы и русские, в действительности не было. Ничто не доказывает ее реального существования. Этногенез трех восточнославянских народов с самого начала проходил на разных территориях, в результате взаимодействия разных этнических составляющих, находившихся на разных уровнях общественного развития. Регион древнего балтского населения, где в IX—XIII веках началось формирование белорусов, выделился даже антропологически: здесь сформировался длинноголовый и среднелицый тип людей. Между славянскими древностями белорусских территорий, например Полотчины, и русских (ВладимироСуздальской земли) — значительный хронологический разрыв. Киевская Русь не была единой ни этнографически, ни тем более политически. Полоцкая земля, как отмечалось выше, вообще держалась отдельно и всегда враждовала с Киевом.
Разные земли державы Рюриковичей не имели и главного признака, характеризующего этническую общность,— общего самосознания и самоназвания. До середины — второй половины XII века в летописях в отношении населения Беларуси использовались еще прежние племенные этнонимы — кривичи, дреговичи, радимичи. Не только Полоцк, но и Новгород, и Ростов, и Суздаль, и Рязань не считались Русью и часто даже противопоставлялись ей. За ВладимироСуздальской землей название «Русь» закрепилось только во второй половине XIII века — тогда, когда жители Беларуси уже составляли особую этническую общность.
В те времена белорусские земли, особенно Полотчина, выделялись и особенностями общественнополитической жизни. На Полотчине в отличие от большинства других восточнославянских княжеств рано начали устанавливаться свои династические линии. Уделы Полоцкой земли уже после Всеслава получили князей, которые не переходили с престола на престол, а оставались княжить постоянно. Интересы этих князей совпадали с интересами населения, что способствовало лучшему развитию волости и ее выделению в самостоятельное княжение. Со стольным городом земли Полоцком, который оставался наследственным для всех Всеславичей, удельные княжества согласовывали только внешнюю политику, да и то тогда, когда это было им выгодно. Во внутренних же делах они оставались полностью самостоятельными. Подобный автономизм уже с XII века был характерен государственноправовой жизни на территории Беларуси.
Второй характерной чертой государственного устройства, особенно свойственной Полоцку и Смоленску, стал демократизм, обусловленный важной ролью веча. Вече — это общее собрание граждан княжества, решавшее все значительные вопросы управления землей и внешней политики. Традиции этой древней формы народовластия восходят к доисторическим временам. Власть веча была выше, чем княжеская. Вече возводило на княжеский престол того из представителей благородной крови, кто больше соответствовал такой роли по своим личным качествам, и требовало от князя отчета: за проигранные битвы, большие потери, неудачные походы. И если вече было недовольно князем, то изгоняло его и приглашало на престол другого. В Полоцке народное вече активно действовало вплоть до XVI века.
Сохранение этой традиции было возможно на землях, которые никем не завоевывались. В других восточнославянских княжествах (кроме Новгорода) вечевой строй не получил такого развития. Особенно отличалась от Полотчины ВладимироСуздалькая земля. Там уже Андрей Боголюбский нарушил старые правовые нормы и ввел свою диктатуру, изза чего сам же и погиб: князь, которого не могли низложить постановлением веча (как это обычно случалось в Полоцке), умер от мечей заговорщиков. Впоследствии включение этих земель в состав золотоордынских владений способствовало утверждению в государственноправовой жизни азиатского деспотизма и тоталитаризма.
В IX—XIII веках на территории Беларуси произошли чрезвычайно важные изменения и в развитии экономики и культуры. В начале этого периода здесь стали появляться поселения нового типа — города. Они возникали либо на месте древних племенных центров (как Полоцк, Туров), либо как пограничные крепости (Менск, Берестье, Городня и др.) или княжеские резиденции, административные центры, а затем становились центрами ремесла и торговли, очагами просвещения и культуры. В XIII веке в Беларуси насчитывалось уже около полусотни городов. Крупнейшим из них был Полоцк, число жителей которого могло достигать 10 тысяч. Недаром скандинавские саги и саксонские легенды называли этот древний город Беларуси наряду с Киевом и Новгородом третьим центром восточного славянства. Имеющий собственные связи с Византией, Западной Европой и Востоком, Полоцк действительно был прославленным культурным центром, где создавались выдающиеся произведения искусства, складывались собственные традиции летописания, зодчества, живописи. В «полоцком» стиле возводились храмы не только на других землях Беларуси (в Новогородке, Смоленске), но в далеком Новгороде. Традиции полоцкой живописи благотворно отразились на развитии монументального искусства в Смоленске.
Принятие христианства на древнебелорусских землях ускорило развитие письменности, литературы, культуры в целом и включило их в общеевропейский историкокультурный ландшафт. Полоцк, Смоленск и Туров стали одними из первых центров христианства в Восточной Европе — уже на рубеже X и XI веков здесь появились епископские кафедры. О раннем распространении кириллического письма свидетельствуют надписи на сосуде, найденном под Смоленском, и на печати полоцкого князя Изяслава, которым уже более тысячи лет. Грамотой владели не только жители крупных городов и земельных центров, но и отдаленных поселений. При монастырях и храмах создавались школы и библиотеки, велись летописи (древнейшая Полоцкая летопись, к сожалению, не найдена), переписывались книги — как переводы церковных и светских произведений, так и оригинальная литература. Такие просветители древней Беларуси, как Евфросиния Полоцкая, Кирилл Туровский, Клим Смолятич, стали звездами первой величины на небосводе культурной жизни Восточной Европы, а Туровское Евангелие, жития Евфросинии Полоцкой и Кирилла Туровского считаются одними из древнейших и оригинальнейших памятников письменности.

Опубликовано 21 ноября 2010 года


Главное изображение:


Полная версия публикации №1290335584 + комментарии, рецензии

LIBRARY.BY БЕЛАРУСЬ Древние белорусские княжества

При перепечатке индексируемая активная ссылка на LIBRARY.BY обязательна!

Библиотека не предназначена для использования детьми! International Library Network